Spilled coffe

С момента их первой встречи прошла неделя. Да они обменялись телефонными номерами, и? Хуа Чену не хотелось показаться перед гэгэ, как он мысленно окрестил очаровательного баристу, слишком навязчивым, поэтому он даже лишний раз старался не поглядывать на устройство связи, дабы уберечь себя от соблазна. Несколько раз мужчина приходил к дверям кофейни, но мялся на пороге, не силясь войти внутрь, а потом так ничего не добившись, спешил к автомобилю, припаркованном около тротуара, одновременно пытаясь справиться с одолевающим смущением. В один из таких дней, когда, Хуа Чен наконец таки преодолел себя и вошёл внутрь, около стойки его встретил, какой-то татуированный парень. На вопрос о том, где бариста по имени Се Лянь , он ответил, что тот работает лишь по будням, да и то не всегда, поэтому сегодня его, мужчина увидеть не сможет. Для приличия купив стакан горячего горького кофе, Хуа Чен побрёл по тротуару. Когда они с Се Лянем, прогуливались по этой аллее, тот рассказал ему о своей невероятной неудачливости. Интересно, может быть такое, что она передалась и ему, из-за их общего контакта? Сам Собиратель цветов под кровавым дождём, был полной его противоположностью. Удача всегда сопутствовала ему, даже в самые тяжёлые моменты жизни. Так почему в такой ответственный момент она от него отвернулась? Мужчина шёл по аллее со стаканчиком кофе в руке и ощущал себя непривычно одиноким, на этой холодной осенней улице. *** Как ни готовился Хуа Чен к встрече, она произошла сама, причём не при самых приятных обстоятельствах. Как глава одной из самых опасных преступных группировок, он часто посещал всяческие нелегальные мероприятия, но участия в них не принимал и старался смешиваться с толпой. Так было и в этот раз. Мужчина решил посетить очередной нелегальный аукцион. Обычно там за баснословные суммы продавалось то, что просто так продать было невозможно. Чаще всего подобные мероприятия проводились в заброшенных зданиях рядом с портом, над которым властвовала группировка Чёрных вод, отвечающая за нелегальную перевозку товаров по морю. Проще говоря занималась контрабандой. Здания были приспособленны под такие торги, поэтому заброшенными выглядели лишь внешне. Внутри них в любое время суток кипела бурная деятельность. *** - А вот и следующий товар! - громко провозгласил мужчина в чёрном костюме. В зал ввели брыкающегося юношу, хрупкого телосложения. Руки были связаны за спиной, на голове мешок, а ноги на уровне щиколоток обмотаны цепью таким образом, чтобы самостоятельно он мог ступать лишь мелкими шажками. За ним прошёл рослый охранник. Даже не видя лица, Хуа Чен узнал этого парня. Его единственный глаз предательски расширился. К горлу подступил ком. - Не волнуйтесь, он не слышит нас сейчас. Ценнейшая покупка! Кожа подобна лепесткам белой розы. Не смотря на внешнюю хрупкость он очень вынослив. На этих торгах мы продаем произведения искусства, однако этого юношу тоже не постесняюсь назвать таковым! Разница лишь в том, что с ним можно не церемониться. Господа, на нем вы можете попробовать все свои самые потаённые желания! Он довольно не покорён, но разве не доставит ли вам удовольствие приручить его? Мужчина пропустил прядь шелковистых волос юноши через пальцы, пока тот что-то не членораздельно мычал из недр мешка и продолжил. - Лицо товара закрыто, но спешу уверить вас, что его черты потрясут вас своим изяществом. Наши люди позаботились о том, чтобы его никто не искал. Так что, участники аукциона могут не беспокоиться по напрасну! Думаю начальная ставка будет... тридцать тысяч юаней! Ваши предложения? - Я поставлю тридцать пять тысяч юаней! И пусть он окажется таким же непокорным, как ты говорил. - послышалось из недр зала. - Ставка участника номер шесть принимается! Еще? - Сорок тысяч юаней! - Ставка участника номер восемь принимается! Ваши предложения? Зал замолк. Каждый думал над покупкой, но не отваживался предложить ставку больше. - Что, больше нет предложений? Хочу напомнить вам, что с ним вы можете делать абсолютно всё, что придёт вам в голову! А если он и хорош собою, то не доставит ли это вам двойное удовольствие? Конечно если вы мне не верите, то я мог бы вам показать его лицо, ведь никто не захочет покупать кота в мешке, не так ли? Из зала послышались крики. - Да! - Покажи! - Показывай давай! - Быстрее! Организатор бесцеремонно сдернул с головы юноши мешок. По залу прокатился удовлетворённый вздох, среди которого затерялся кашель поперхнувшегося воздухом Хуа Чена. Если вначале у него ещё оставались какие то сомнения, то сейчас все они исчезли. Перед ним определённо был Се Лянь. Даже не смотря на то, что глаза его были завязаны, а во рту кляп, узнать молодого баристу было несложно. - Сорок тысяч юаней и ещё две тысячи сверху! - Сорок пять тысяч юаней! - Пятьдесят! Ставки посыпались одна за другой, на что организатор довольно потирал руки. На таких аукционах, продажа людей была редкостью и обычно они выкупались за баснословные суммы. Поэтому было не удивительно, что многие участники хотели побороться и в итоге забрать юношу себе. Когда ставка дошла до шестидесяти тысяч юаней, из конца зала раздалось: - Шестьдесят тысяч и один. Сказавший, отделился от толпы и неспешными шагами направился прямиком к сцене. Из зала послышались смешки. Многие участники переговаривались. Выходить на сцену было запрещено и они готовились понаблюдать за тем, как охранники вышвырнут смельчака. Однако гомон в один момент стих, как только человек повернулся к ним лицом. Да, Хуа Чен редко показывался на публике, но его можно было легко распознать по повязке на пустой глазнице, о которой в мафиозных кругах ходили легенды. А когда из занавеса вышло несколько людей в кроваво-красных костюмах, то уже не оставалось сомнения, о том кто перед ними. Ведущий тоже несколько растерялся, но попытался взять себя в руки. - Собиратель цветов под кровавым дождём, для нас такая честь, что вы решили посетить наш аукцион. Господин Хуа наверное не знал, что выходить на сцену запрещено правилами, но мы ему это простим. Итак, товар продан, за шестьдесят тысяч юаней и один! Надеюсь ваша покупка доставит вам радость. Хуа Чен подошёл к Се Ляню и нежно взял под руки, боясь причинить боль. Юноша начал брыкаться пуще прежнего, сообразив, что сейчас его непонятно куда уведут. Тогда цокнув языком, мужчина резко закинул его себе на плечо. Обернувшись он кивнул охранникам и понёс свою ношу на подземную парковку, располагавшуюся тут же. С одной стороны он испытывал противоречия, насчёт того как грубо обращается с ним, однако Се Лянь не должен был узнать его. Конечно можно было просто бросить его на улице, но об этом не могло быть и речи. Такой поступок принёс бы одинаковую боль, что юноше, что и ему. Оставался лишь единственный, но очень рискованный вариант. Хуа Чен приказал водителю подержать Се Ляня в машине, а сам пошёл к организатору торгов. Местом, где гости расплачивались за свои покупки, а иногда и забирали, был обычный подвал, с низким прокопченым потолком. Чтобы находиться там, Собирателю цветов приходилось стоять пригнувшись. Там, в свете тусклой лампочки уже ждал организатор в сопровождении его охранников. - Надеюсь вам понравилась покупка. - начал тот, как только Хуа Чен вошёл в заплесневевшее помещение. - Кто доставил вам его? - грубо перебил последний. Организатор замялся, но быстро ответил, стараясь тщательно подбирать слова, уже растеряв былое воодушевление. - Вы же знаете, у нас всё анонимно... Единственное, что мы знаем, он поступил из порта. Но могу вас уверить, к нему никто и пальцем не прикасался! - Даже на сцене? - поинтересовался Хуа Чен. На его губах замерла улыбка, от которой веяло холодной яростью. Организатор испуганно обхватил себя руками. Каждый знал о том, что тех кто тронет хоть пальцем принадлежащее Собирателю цветов, ждёт беспощадная кара. - П-прошу прощения, но... -пролепетал он. Его тело начало быть мелкой дрожью. - Что прикажете босс? - перебил один из охранников. - Сломайте ему обе руки, а потом вырежьте на его теле все места до которых он прикоснулся на товаре. - приказал Хуа Чен. Организатор упал на колени. И истошно закричал. - П-пожалуйста, я всё сделаю! Не надо! Я не буду! Не буду! Н-нет! Один из охранников повалил его на пол , придавив ногой. Другой же вынул нож. Раздался надрывный крик. Хуа Чен не оборачиваясь вышел. Ему было не интересно наблюдать за этим. Сейчас в его машине находился тот, кому внимание было гораздо нужнее. *** Се Лянь сидел в машине, пристегнутый ремнями безопасности. Он был по прежнему связан. Лишённый возможности видеть и слышать, юноша пытался пошевелить затекшими кистями рук, заведенными за спиной. Его положение было не удобным, а места где проходили верёвки начинало саднить. В голове одна за другой проносились дикие мысли. Он знал, что его кому то продали. И ещё он знал зачем. Поэтому просто сидеть и надеяться на то, что всё обойдётся, уже не было актуальным. Тем временем Хуа Чен вернулся. Он уже знал, что торги были сорваны по его вине, но ни капельки не жалел об этом. Подходя к машине, мужчина ещё издалека заметил Се Ляня на заднем сидении. Весь связанный, с перушами в ушах, кляпом во рту и повязкой на глазах. Он пытался освободить свои кисти рук. Глядя на это зрелище, у Собирателя цветов по непонятным причинам появилось странное тянущее чувство в паху. Засмотревшись на эту прекрасную картину, он не заметил как к нему приблизился шофёр. - Господин Хуа. Связанный юноша пытался сопротивляться, но у него ничего не получилось. Вы готовы отправляться? - Да. Но планы поменялись. Едем на любую немноголюдную улицу. Там ты высаживаешься и дальше поведу я. - Как прикажет господин Хуа. Собиратель цветов, сел на заднее сиденье рядом с Се Лянем и задвинул шторку. Тот почувствовав как прогнулось рядом сиденье, попытался прижаться как можно ближе к дверце. Хуа Чен вздохнул. Утешало лишь то, что юноша думает о сидящем рядом богатее, нелегально купившем его, а не о нём. Иначе его сердце, уже изрядно побитое, со звоном рассыпалось бы на тысячу осколков. Ему не хотелось, чтобы Се Лянь чувствовал себя некомфортно. Но тогда, он узнаёт его тайну и посчитает Хуа Чена истинным чудовищем. -"А впрочем я уже итак давно в него превратился"- подумал мужчина. Собиратель цветов провёл рукой по волосам Се Ляня. Тот рефлекторно отдернулся. Жаль. А ведь они были такие гладкие на ощупь. Шофёр затормозил. Они остановились на немноголюдной улице. - Приятного вечера господин Хуа. - И тебе тоже Инь Юй. Когда водитель вышел, Хуа Чен тоже открыл дверь. - Я сейчас вернусь гэгэ. - сказал он скорее для себя, чем для рядом сидящего. Около десяти минут мужчина ходил по улице, то и дело посматривая на автомобиль. Наконец он подошёл, почти подбежал к нему и резко открыл дверь. Се Лянь не услышал, а ощутил как опора для плеча пропала и напрягся. Тем временем Хуа Чен ловко распутывал верёвки. В последнюю очередь он снял повязку с глаз. - С-сань Лан, это ты? - спросил Се Лянь щурясь, от света фонарей. - Что ты тут делаешь? - У меня тот же вопрос к тебе. Я шёл по улице и увидел тебя связанного в салоне автомобиля. Дверь была приоткрыта. Тебя ранили? Быстрее бежим, пока они не вернулись! - Сань Лан... - Быстрее! - Сань Лан, я кажется не могу ходить. Мои ноги... Я их не чувствую. Хуа Чен с трепетом поднял Се Ляня на руки. Наконец этот момент настал. В глубине души он понимал, что поступает не правильно по отношению к юноше, разыгрывая весь этот спектакль. Но сейчас по другому нельзя. Когда нибудь, намного позже он расскажет ему всю правду. Но а сейчас... Сейчас он будет наслаждаться тем, что имеет. Се Лянь ахнул и обвил руками его шею, в попытке удержать равновесие. - Сань Лан, тебе не будет тяжело? Ты же понимаешь, что не должен делать этого? Это мои проблемы, ты к этому не имеешь никакого отношения. Не хочу чтобы из за меня такой хороший человек как ты пострадал. -" Гэгэ, ты просто не представляешь насколько ошибаешься, так хорошо думая обо мне".- мысленно усмехнулся Хуа Чен. - Я донесу тебя до дома. - Н-но это очень далеко. - Мы доедем на общественном транспорте. - Но я не хочу нагружать тебя!. - Поверь мне, брыкаясь, ты нагружаешь меня гораздо больше. - Л-ладно. - И ещё. - вспомнил Хуа Чен. - Когда я принесу тебя домой, ты мне обязательно расскажешь, что произошло. -" И я убью тех ублюдков, кто посмел поймать тебя".- мысленно добавил он. - Хорошо Сань Лан. И они двинулись в сторону близ лежащей тролейбусной остановки. На душе у Хуа Чена порхали бабочки, изредка натыкающиеся на стену вины, стоящей там тяжёлым грузом.