Spilled coffe

Се Лянь ехал на переднем сидении автомобиля. Рядом с ним сидел Хуа Чен. Одной рукой он придерживал руль, а другой, ладонь юноши рядом, ласково поглаживая большим пальцем, синеватые вены. Конечности болели и ныли, но внутри было легко и комфортно. " Тело пребудет в страдании, но душа пребудет в блаженстве" Се Лянь задумчиво провожал взглядом, быстро сменяющийся сельский, на городской пейзажи. Солнце клонилось к закату. По улицам неторопливо разгуливали, никуда не торопящиеся пешеходы. На покачивающихся от осеннего ветра проводах, уютно примостились пухлые голуби. Они неторопливо переступали лапками и несколько раз взмахнув потрепанными крыльями, улетали, ещё глубже в оранжевые от заходящего солнца улицы. Се Лянь перевёл взгляд на своё запястье, на котором расцветали красные полосы, на подобии чередующихся между собою обручей. Они нещадно жгли, своим существованием напоминая о том, что еще совсем недавно он был в руках безумца, скрывавшегося под фальшивой личиной доброго друга. Юноша ещё не успел целиком осознать боль предательства, находясь в неком оцепенении после минувших событий, поэтому впал в состояние транса, пытаясь осмыслить произошедшее. Он с благодарностью посмотрел на Ченджу, следящего за дорогой. Если бы не он, никто не знает, чем бы закончилась вся эта история с похищением. Хуа будто почувствовав его взгляд на себе, крепче сжал кисть в своей мозолистой ладони. - " Больше я никуда тебя не отпущу " Се Лянь мимолетно улыбнулся. Как же мило. Вновь бросив взгляд на Хуа Чена, он повернулся к окну, провожая взглядом заходящее за горизонт солнце. Рассматривая розоватые облака, сделанные будто из сахарной ваты, юноша настолько погрузился в собственные мысли, что при звуке голоса Собирателя цветов, дëрнулся как от электрошока. — Знаешь гэгэ, я удивлен. - задумчиво сказал тот, не на миг не отрываясь от дороги. Се Лянь убрал руку от груди, про себя возведя благодарность небесам, что не словил сердечный приступ. — И почему же Сань Лан удивлен? - спросил он, повернув голову к водителю. Хуа Чен поморщился, будто бы не хотел говорить об этом, но все таки признался. — Даже когда Безликий Бай раскрыл мою личность перед тобой, ты не высказал никакого отвращения или страха.... Почему? — ладонь вспотела и крепче сжалась, вокруг руки юноши. Се Лянь поражено застыл. Он и думать забыл об этой личности Сань Лана! Однако видя его эмоциональное состояние, понял: мужчина сильно переживает. Его лицо было понурым, а губы сжались в тонкую ниточку. Даже сейчас он продолжал корить себя за все то вранье в прошлом. Се Лянь ласково улыбнулся и поднес руку Хуа Чена к губам. — А почему Сань Лан думает, что должен быть отвратителен мне? Ченджу вздохнул. Настал момент признаться. Пускай гэгэ накричит на него. Или ударит. Или же прикажет больше никогда не появляться в его жизни. Это будет справедливым. Возможно так, он отплатит хотя бы за часть тех страданий, что невольно принёс юноше. Вот только было дико страшно. Но это нужно было перебороть. От проблем никуда не убежишь. — Понимаешь.... — начал он, не замечая за собой, пытаясь оттянуть неизбежное. — я не только обманывал тебя, не говоря о своей работе. — Так что-же такого натворил Сань Лан, что настолько сильно корит себя в этом? — почти что промурлыкал Се Лянь. Он явно не понимал к чему все ведётся. Хуа Чен сглотнул вязкую слюну. — Ты помнишь.... торги? Юноша лучезарно улыбнулся. — Конечно помню! Тогда Сань Лан спас меня и донес на руках до остановки и дома! Я очень благодарен ему за это! Хуа Чен поджал губы, стискивая кожаный руль в руках, до побеления костяшек пальцев. Гэгэ так доверчив. —Пожалуйста, пообещай, что не будешь меня перебивать. - чуть ли не жалобно попросил он. — Л-лааадно? Сань Лан, но что та —.... — Понимаешь гэгэ, когда ты там оказался, я тоже был..... Там. — краем своего единственного глаза, Хуа Чен увидел, что Се Лянь, пытавшийся до этого прервать его, застыл с приоткрытым от удивления ртом. Увидев это, он сделал паузу, перебирая в голове варианты того, как лучше преподать эту информацию. Все-таки после пережитого, нервы юноши были натянуты как струна. — Когда я увидел тебя на сцене, понял, что не смогу справиться с собой, если кто-то выкупит тебя. Поэтому.... Это сделал я. А потом разыграл сценку, как якобы тебя нашел. — с каждым словом, голос Хуа Чена становился все тише и тише, пока наконец полностью не замолк. В салоне автомобиля наступила гробовая тишина. Только трение шин об асфальт и посторонние звуки с улицы, разбавляли неуютную атмосферу. Наконец у Ляня прорезался голос. — Зачем? Хуа Чен очнулся. — Что... Зачем? Зачем выкупил? Се Лянь отрицательно помотал головой. — Зачем разыграл сценку. Не пойми неправильно, но я бы все —.... — Боялся. - обычно громкий и властный голос, превратился в тихий и неуверенный. Его обладатель смотрел вперед, на дорогу, казалось не замечая ничего вокруг. Когда Се Ляню уже казалось, что он не намерен продолжать, Ченджу вновь открыл рот. — Я боялся, что ты отвернешься от меня. Такой идеальный, солнечный человек не может находиться рядом с отбросом. Моя душа прогнила. Ты словно спустившись с небес небожитель! А я... я... Я человек не заслуживающий никакого сострадания.... — Сань Лан.... — Не нужно меня утешать! Гэгэ, ты слишком добросердечен! Когда-нибудь это тебя погубит. — Послушай... — Не нужно делать вид, что я тебе не противен.... — Но... — Я понимаю, если ты не захочешь больше поддерживать со мной общение.... — Сань Лан!!!! Хуа Чен вздрогнул, удивленно повернувшись корпусом к Се Ляню и забыв о правилах безопасности на дороге. — Ты так кричишь, потому что тебе противно слушать мой голос? Се Лянь шлёпнул себя рукой по лбу и горестно вздохнул. — Я так кричу, потому что ты не даешь мне сказать. — приговорил он, отняв ладонь от лица. Увидев, что Ченджу вновь следит за дорогой и больше перебивать его не намерен, Се Лянь откашлялся в сжатую в кулак ладонь и начал: — Дорогой Сань Лан.... - он запнулся, раздумывая как бы лучше начать, но увидев вздрогнувшие от этой заминки плечи Хуа Чена, торопливо продолжил. — Послушай, я никогда не считал тебя отбросом. За все то время, что мы с тобой познакомились, для меня ты был идеальным человеком. И есть сейчас! Каждый раз, ты буквально вырывал меня из кровожадных лап смерти, ничего не беря взамен. Неужели, даже после этого считаешь себя ужасным человеком? Мм? Я думаю нет. Для меня ты всегда был и будешь самым лучшим из всех. И кстати... - почти что прошептал он с красными от смущения щеками. — Думаешь, если ты был мне отвратителен — я тогда тебе доверился бы? Обнял бы? Улыбнулся? Ченджу застыл за рулем. Его обычно лишённое всяких красок лицо, залилось нездоровым румянцем. — Значит... Ты меня не презираешь? - робко спросил он. Се Лянь, с горящим лицом, нагнулся к его красной щеке, одарил неловким, нежным поцелуем. Вдруг, моментально пришло осознание содеянного и он сжался в комок на пассажирском сидении, уткнувшись в острые колени. — С-Сань Лан, это не то что ты подумал!!! — промычал из своего укрытия он. За все время их поездки, Хуа Чен впервые расслабил плечи и одарил трясущийся комочек, хитрым взглядом. — Ох, ты так быстро поцеловал... А я даже не понял каково это... Не мог ты повторить? Вот только, так хочется распробовать... Может быть сделаешь это в губы и более подходящем для этого месте? *** — Сань Лан...... — Что такое, гэгэ? - Хуа Чен ласково улыбнулся и провёл большим пальцем по щеке Се Ляня, примостившегося у него на плече. — Сань Лан, пожалуйста, можешь сегодня не уходить спать в другую комнату? Эта кровать такая большая, мы можем лечь по разные стороны и... Чеджу по лисьи ухмыльнулся и подцепил большим пальцем, Се Лянев подбородок. — А мы можем и не просто лечь.... Что думаешь гэгэ? Юноша весь зарделся и торопливо спрятался под одеяло. — С-Сань Лан, как тебе только не стыдно говорить такие вещи?! — донеслось из под недр кровати. — Хм, может быть мой рот и перестанет говорить их, если гэгэ займет его чем нибудь интересным..... Се Лянь высунул из под одеяла растрепанную макушку и ухватив рукой подушку, с размаху запустил ею в этого бесстыдника. — Ай Ай, гэгэ, все, ухожу в ванную! - немного обиженно воскликнул Хуа Чен, поднимая обе руки вверх, сдаваясь. — Ну вот и правильно. — довольно сказал Се Лянь, укладывая орудие на место. — Можешь и не торопиться! — Совсем меня не любят... - бормотал про себя Ченджу, выкладывая на комод, личные вещи из сумок и карманов. — Иди уже! — Смеясь воскликнул Се Лянь, подталкивая его рукой, в направлении двери ванной. Вконец затолкав туда, немного упирающегося Хуа Чена, юноша с улыбкой вздохнул и обняв себя руками, откинулся на кровати. Все закончилось. Впереди лишь только их светлое будущее. Се Лянь не помнил сколько так лежал. Под мерный звук текущей из душа воды, он начал потихоньку засыпать, как вдруг, под закрытыми веками, почувствовал на себе пристальный взгляд. Неохотно разлепив глаза, он посмотрел на дверь ванной. Хуа Чен по видимому не торопился. Се Лянь сладко земную, медленно повернул голову на пространство перед собой. Усталость как рукой сняло. Юноша смотрел вперёд широко распахнутыми от ужаса глазами. Он не мог вымолвить и слова. Прямо перед ним, прислонившись к стене, стоял Безликий. — Ка спалось, Сяньлэ? — Услужливо поинтересовался он. Лянь в панике перевёл глаза вправо. Окно было распахнуто настежь. Тем временем, Цзунь У начал подступать ближе к кровати. — Тот недостойный прервал нас, но теперь мы со всей вероятностью можем продолжить.... Се Лянь лихорадочно завертел головой. Его взгляд наткнулся на кучку вещей на комоде. В глубине поблескивал пистолет. Не веря своему счастью, он торопливо схватил его, рассыпав все остальное по полу. Се Лянь сжался в стену, всем своим существом молясь богам, чтобы в эту минуту в комнату вошёл Хуа Чен. В дрожащей руке, был зажат пистолет, но юноша знал — он никогда не сможет выстрелить в живого человека. Знало это и бедствие напротив. Минувшее обвал заброшенного здания, страшнейшие перестрелки и много лет ожидания. — Ну же Сяньлэ, давай, выстрели. Будешь убийцей дважды. - подначивало оно его. — Я, я... Я не убийца! — Закричал юноша. — О, убийца, ещё какой убийца. Только я пойму тебя и приму таким, какой ты есть. Присоединись и не пожалеешь об этом. — Н-нет — прошептал Се Лянь. - Я... Я убью тебя!!! Цзунь У остановился, но вдруг расхохотался безумным смехом, словно происходящее для него, было не более чем веселой шуткой. — Кхах, ты?! Не сможешь, у тебя кишка тонка. В его затылок ткнулось холодное дуло пистолета. — Правильно. — раздался за его спиной ровный голос. — Он — не сможет. А вот я — запросто. Раздался громоподобный выстрел. Из головы, мощной струёй, хлынула вязкая, кровавая жижа, затопившая собою белый ковер. Мертвое тело несколько раз дернулось, перед тем, как свалиться на пол. Под Белым Бедствием растекалось кровавое месиво, источающее запах железа. Се Лянь в ужасе прикрыл себе рот рукой, подавляя рвотный рефлекс. От тяжёлого запаха железа, в глазах помутнело. Перед ним показалась мускулистая фигура Хуа Чена, облаченая в бежевое полотенце на бедрах, со вскинутой вперёд рукой, с пистолетом в ладони. — С-Сань... — Гэгэ! - отбросив пистолет в сторону, Ченджу оказался рядом с дрожащим Се Лянем. Тот уткнулся ему в грудь, вдыхая запах родного тела. — Неужели все закончилось....? - прошептал он. — Да, гэгэ. Больше тебя ничто не потревожит.