Of Our Own

[Ваша работа была обновлена] Желудок Джисона скрутило от волнения, как это происходит каждый раз, когда он выкладывает новую главу своего фика. Особенно потому, что один из комментаторов всегда дает глубокий анализ каждого обновления. По большей части это его радует... Но иногда он ведет себя так, будто лично знаком с главным героем. А главный герой - Хван Хёнджин, его любимый сольный исполнитель. Эх, ну и ладно. Фанат дает хорошие советы, поэтому он не жалуется слишком часто. Но он всегда шутит со своим другом Феликсом, что на самом деле это Хёнджин. Входящие: (1) И вот он. "У меня нет времени на рутинные вещи, но я обожаю эту главу!!! Хёнджин так прекрасно ведет себя с т/и. Это заставляет меня хотеть влюбиться в героя тоже! Если бы ты был таким же, как читатель, Хёнджин влюбился бы в тебя мгновенно. -И это при том, что Джинни обязательно отправился бы на пикник, а не в бар. Он романтик". Видите? Так странно...

***

— Хёнджину понравилась твоя глава? — Феликс приветствует своего друга в студенческом центре. — Заткнись. — Джисон шлепает его по руке. — Да. Ему понравилось. Феликс садится за стол и достает свой телефон. Джисон смотрит на него любопытными глазами, понимая, что он прокручивает ленту, чтобы найти комментарий. Он опускается на стул, надеясь, что никто не читает через плечо Феликса. Этот фанфик для него особенный. Он написал его после особенно сильного приступа паники. В своем абсолютном одиночестве он решил окунуться в другой мир. Конечно, когда он думает об этом, он кринжует. Но это его второй дом. Представлять, что находится в объятиях Хёнджина. Потому что Хёнджин позволяет ему чувствовать себя так комфортно. Через его музыку, его жизнь, его всё. Он знает, что этого никогда не случится. На самом деле он не настолько зациклен на этом. Но... это единственное, что его успокаивает. И эй, по крайней мере, одному человеку нравится его писанина. Он пишет не только для того, чтобы произвести впечатление на других. Конечно, ему нравится, когда его хвалят. Но в основном он пишет для того, чтобы не вернуться к старым привычкам. Он уверен, что Феликс с любовью придушил бы его за это. — Итак, колледж не такой впечатляющий, как ты ожидал? — Феликс читает комментарий с улыбкой, но делает вид, что смотрит на что-то другое. — Неплохо. — Джисон пожимает плечами. — У меня есть еще одно занятие, и оно, вероятно, будет отстойным. — Какое? Бизнес? — Хор. Я пошел на него только потому, что мой школьный директор велел всему классу. Я не должен был туда попасть. — Он надувается, проверяя время. — Эта хуйня не может развивать... Феликс фыркает. — Все будет не так уж и плохо. Хочешь, я подожду тебя снаружи? — Даа~ Мы можем выпить милкшейки после и посмотреть новый прямой эфир Хёнджина. Они берут свои вещи и начинают свой путь к зданию изобразительных искусств. Феликс коротает время, рассказывая о своих занятиях и о новом друге, которого он завел. Джисон рад, что Феликс наконец-то выходит из своей скорлупы со времен школы. Джисон до сих пор этого не сделал. Он помнит, как начинал, когда ходил на концерты хора и прочее... но после окончания школы он вернулся в свою черную дыру. Феликс был единственным человеком, ради которого он покидал свой дом. Потом они стали жить вместе, когда родители Джисона выгнали его из дома. Это было хорошо. Без Феликса он бы не поступил в колледж. У него все еще есть желание послать все нахуй, и делать музыку, как он хочет. Но он уверен, что это только разочарует его друга. Джисон поворачивается к Феликсу, видит открытую дверь класса и хнычет. — Я не хочу... — Очень жаль. — Феликс подталкивает его вперед. — Я буду в машине, когда ты выйдешь. Он еще раз хнычет, прежде чем затащить себя в комнату. Пока еще не так много людей появилось. Он надеется, что в этом классе не только трое парней. Он предполагает, что места расставлены, как в школьном хоре. Парни в середине заднего ряда. Учитывая, что там сидят и другие ребята, Джисон может сесть с ними. Его живот скручивает, когда он садится рядом с парнем с опущенной головой. Джисон достает свой телефон, чтобы скоротать время, и каждые несколько мгновений бросает взгляд на мальчика. Несмотря на маску на лице, он очень симпатичный. Он не может не смотреть на экран телефона одногруппника, ему любопытно, что тот читает. Его глаза расширяются, и он роняет свой телефон. Этот парень читает его фик. О боже, это так неловко. Почему этот человек читает его фик с "Хван Хёнджин х Читатель"? Парнишка тянется вниз, берет свой телефон и кладет его на музыкальную стойку перед собой. Джисон улыбается и неловко благодарит, а парень смотрит на него. Ух ты. У него очень красивые глаза. Они отводят взгляд, когда входит их директор. Джисон чувствует, как покраснели его щеки. Он не должен так волноваться из-за простого взгляда. Он хочет посмотреть еще раз, но директор начинает вести перекличку. Трудно сосредоточиться на называемых именах. Кто-то в его группе читает его фанфик... про айдола... — Хан Джисон? — А, вот! — Он моргает, возвращаясь к реальности. — Хван Хёнджин? Джисон не может не улыбнуться, думая, что в его классе есть кто-то, кого назвали в честь его ульта. — Здесь. — Мальчик рядом с ним поднимает руку. О боже. У человека, сидящего рядом с ним, такое же имя, как у его кумира. И он читает фик Джисона о ком-то с таким именем. После того, как все присутствующие были отмечены, классу приказали встать для разминки, и Джисон чуть не упал на свою музыкальную стойку, когда мальчик рядом с ним снял маску. Его лицо обжигает жар, он чувствует руку на своей спине. — Ты в порядке? — спрашивает Хёнджин. — Д-да. — Джисон выпрямляется и прочищает горло. Он не может в это поверить. Не может быть, чтобы чертов Хван Хёнджин учился в его группе. И Хан застал его за чтением своего фанфика. Что за хуйня? Прям как в фанфиках- Урок идет своим чередом, Джисон почти ни на что не обращает внимания. Как он вообще может? Все сидят, пока директор раздает партитуры, над которыми они будут работать на уроке в среду. Джисон использует это время, чтобы написать Феликсу, чтобы тот бежал со своей задницей обратно в здание изобразительного искусства. [Lixie - 3:46pm]: Что случилось? [Sungie- 3:47pm]: ПРОСТО ПРИДИ СЮДА С ДНЕМ ЕБУЧЕЙ ПАНИЧЕСКОЙ ТРЕВОГИ! [Lixie - 3:48pm]: Я блять здесь Джисон смотрит на дверь, несмотря на то, что она закрыта. Он очень надеется, что Феликс стоит там, потому что чувствует, что сейчас взорвется. — Привет. — Он поворачивается, чувствуя прикосновение к своей руке. — У меня здесь не так много друзей, но я хотел пообедать. Хочешь со мной? Джисон моргает и кивает. — Д-да... ты очень красивый. Бл. Он прижимает ладонь ко лбу, надеясь, что не упустил свой шанс. Но он только слышит, как Хёнджин хихикает. — Спасибо. — Хёнджин протягивает ему ноты. — Мне нужно поговорить с директором, но если ты можешь... не мог бы ты подождать меня? — Конечно. — Он улыбается, сердце готово выпрыгнуть через горло. — Мой друг снаружи, так что мы будем там. Он не обязан приходить, если ты не хочешь... — Не волнуйся, я с удовольствием с ним познакомлюсь. Урок закончился, когда все убрали свои партитуры в папки. Хёнджин встает и идет к выходу. Хан закидывает рюкзак на плечо и практически бегом покидает класс. Феликс прислоняется к стене и вскакивает, когда Джисон подбегает к нему и начинает бить его по груди. — Кажется, я умер. Я умер? — выплевывает Джисон. — А? — Феликс отталкивает его. — Ты никогда, блять, не догадаешься, с кем у меня занятия. — Ээ... с кем? С бывшим? Джисон снова шлепает его и испускает визг. — Нет! Блять, сука, мы с ним тусуемся, вообще-то. — Эй. — Он поворачивается, когда Хёнджин выходит из класса. — Извини, мне пришлось отдать ему своё расписание. — ЕБАНАРОТ, ТЫ ХЁНДЖИН? — Феликс брыкается, Джисон прыгает к нему, чтобы закрыть рот. Он отталкивает его и задыхается. — Прости... поклонник... меня... привет? — Хёнджин улыбается, опустив голову, чтобы скрыть свой румянец. — Ах, да... я не ожидал, что люди узнают меня. — Извини... я немного разволновался. Обычно я не такой фанбой... — Мило. Феликс бьется и прячет лицо руками. — О боже. Джисон еще раз шлепает его, прежде чем, наконец, понять присутствие Хёнджина. — Эм, извини за него. Технически это я должен был паниковать. — Почему бы нам не поговорить об этом за едой? — Он жестом указал на лестницу, и оба, поняв намек, пошли с ним. Они успевают выйти на улицу, прежде чем Хёнджин поворачивается к ним. — Вообще-то, у кого-нибудь из вас есть место, где можно посидеть? Я не хочу сегодня долго находиться на людях... — Да! Конечно! — Джисон нахмурился при мысли о том, что Хёнджин будет чувствовать себя неловко. "Мы вообще-то живем вместе. Он мой лучший друг. Хёнджин кивает, протягивая Джисону свой телефон, на что тот в замешательстве смотрит на него. — О... введи свой адрес. — В-вот. — Руки Хана дрожат, когда он набирает текст, боясь ошибиться с адресом. Он возвращает телефон и улыбается. — Квартира 8. Хёнджин машет им рукой и направляется к нижней парковке. Джисон и Феликс в шоке смотрят вслед. Это абсолютно реально. Но это должен был быть гребаный сон или что-то в этом роде. Ведь так? Феликс хватает Джисона за запястье и бежит к их машине. Оказавшись внутри, он полностью теряет самообладание. — Твою мать!? Это был Хван Хёнджин. Чертовски сексуальный Хёнджин??? Какого хуя??? — кричит он, ударяя Джисона по руке. — Сука, я, блять, знаю! Но угадай что!? Ты никогда, бляха, не догадаешься, что он читал перед занятием. Феликс расширяет глаза. — Джисон. Он читал твой ебучий фанфик? Хан кивает, прежде чем оба вскрикивают, ударяясь друг о друга от волнения и шока. — Но мне так стыдно... о боже. Пожалуйста, не говори ему. — Обещаю.

***

Джисон встречает Хёнджина возле жилого комплекса, а Феликс забегает туда, чтобы немного прибраться. Хван прислонился к машине, а Джисон играет с нитками своей толстовки. — Итак... эм... Что ты хотел поесть? — пробормотал Хан. — То, что вы, ребята, обычно едите. Я сейчас не на диете, так что мне все равно. — Хёнджин пожимает плечами, отталкиваясь от машины, когда Джисон начинает идти к зданию. Джисон хмурится, его шаги тяжелы. — Тебе никогда не нужно сидеть на диете. — Ч-что? Он поворачивается и видит, что Хёнджин застыл на месте. —Что? — Хёнджин тяжело сглатывает и поворачивает голову, но Джисон уже видит, как дрожат его губы. — Правда? Глаза Хана расширились от шока, и он сделал шаг к нему. — Да? Т-ты уже такой худой, и я знаю, что значит "сидеть на диете". Это не диета. Это морить себя голодом, и тебе ни в коем случае не нужно этого делать. — Я не... голодаю... Джисон открывает дверь в квартиру и ведет Хёнджина внутрь. Все так непринужденно, что он едва помнит, что это буквально его кумир. Парень, про которого он писал порнуху. Гейскую порнуху. Он садится на диван и жестом приглашает Хёнджина сесть рядом с ним. Феликс продолжает уборку, почти не обращая на них внимания. — Правда? И что же ты ешь за день, когда сидишь на диете? Хёнджин моргает и открывает рот, но тут же закрывает его. Он вздыхает. — Например, яблоко и... ледяную воду... — Могу я отпиздить твою компанию? — Вы не слышали этого от меня, но... пожалуйста? Мой менеджер там типа... единственный крутой чувак. — Он хихикает, прежде чем его улыбка спадает. — Это первый раз, когда я смог многого добиться самостоятельно... Джисон расцветает яркой улыбкой. — Что ж, надеюсь, ты сможешь отдохнуть здесь с нами! Хёнджин кивает и оглядывает квартиру. Она небольшая, но два человека живут с комфортом. Однако Джисон видит, что он смотрит на их полку... заполненную всеми версиями всех альбомов, которые выпустил Хёнджин. Хан должен стыдиться, но не может. Конечно, человек, которого он боготворит, сидит на его диване... но Хёнджин - обычный человек. Он молодой человек, который просто хочет пообщаться с людьми и почувствовать себя нормальным. — Итак, чем вы, ребята, занимаетесь для развлечения? — Хёнджин наконец-то отворачивается от полки. — Эээ... Феликс печет и обычно катается на коньках по выходным. — Джисон почесал голову. — Я... иногда пишу. — Да? Звучит неплохо. Что ты пишешь? Джисон расширил глаза и прочистил горло. — Эм... ну... знаешь... всякое... Хёнджин хихикает и кивает. — Я люблю читать. Может быть, я смогу прочитать что-нибудь из того, что ты написал. — У тебя... — А? Джисон издал приглушенный визг. Он не хотел говорить это вслух. —НИЧЕГО ТАК ТО. — Могу я признаться в чем-то, но никому не говори об этом? — шепчет Хёнджин, пока Феликс бежит по коридору с метлой. — Ему не нужно убираться... у меня дома еще хуже, чем здесь... — ФЕЛИКС, СЯДЬ НА МЕСТО, ОН ТОЖЕ ГРЯЗНУЛЯ! — Хёнджин слегка вздрагивает от того, как громко он крикнул. — Прости... ты что-то сказал? — О...э...я читал фанфик о себе... Все тело Джисона нагревается от смущения, потому что он точно знает, чем закончится этот разговор. Он признается, что пишет фанфики, а Хёнджин в страхе убежит. —Есть один автор, на котором я помешан. — Хочешь выпить? — Джисон вскакивает и бежит на кухню после того, как Хёнджин кивает. Он берет две газировки из холодильника, прижимая одну банку к щекам. Он возвращается в комнату и садится, закидывая ноги на диван. — Прости. — Ты хороший. В любом случае, их имя пользователя - Sungie14 и... Джисон поперхнулся своим напитком, половина глотка попала ему в нос, а другая половина расплескалась по журнальному столику. —НГХ!? — вскрикивает Джисон. — Это ты, да? — Хёнджин смеется, пока Хан пытается привести себя в порядок. — Ты потрясающий писатель. О боже. О боже. О боже. О боже. Хёнджин. ХВАН Хёнджин сказал, что Джисон - его любимый автор фанфиков. Нихуя подобного. Это какой-то странный сон. — Я собираюсь помереть в яме. — Джисон сжимается в комок. — Нет, подожди - но это хорошо! Я... честно говоря, начал влюбляться в твоего "читателя" и немного расстроился, потому что он не настоящий... понимаешь? — Я... настоящий... Хёнджин наклоняет голову в сторону и моргает. — Хм? Боже правый, он что, серьезно сейчас это говорит? Неужели все это реально? — Персонаж полностью основан на мне... и у меня есть один комментатор... — он расширил глаза, когда глаза Хёнджина засияли немного ярче, — о боже мой, это действительно был ты... — Могу ли я побыть немного смелым и попросить посмотреть на твою комнату, пока мы ждем еду? Джисон вскакивает так быстро, что проливает свой напиток. К черту. Это неважно. Он кричит Феликсу, чтобы тот заказал их любимое на троих, и снимет деньги с карты Хана. Он ведет Хёнджина по коридору, благодаря за то, что его комната сейчас не является катастрофой. Хёнджин заходит и оглядывается, восхищаясь всем, что видит. Его глаза осматривают кровать, прежде чем он опускается на нее. — Это близко к тому, как я себе это представлял. — А? Джисон чуть не упал. — Когда читатель-мужчина приводит Хёнджина в свою комнату и позволяет ему расслабиться... чтобы о нем позаботились...— Он откинулся назад, похлопывая по кровати, чтобы Джисон сел рядом с ним. — С тех пор, как ты опубликовала эту главу, я не перестаю представлять себе это. — Так... так... Ты гей или... то есть... это круто, если так. Я тоже. Я просто хочу сказать... если ты гей и это секрет... я буду хранить его. Хёнджин широко улыбается, и сердце Джисона чуть не выпрыгивает из груди. — Ты милый. — Хёнджин... я... это не странно для тебя? Он на мгновение задумывается, а потом качает головой. — Нет. Я имею в виду... я нервничаю из-за того, что, по сути, воплощаю свои фантазии, но... — Твои фантазии. — прохрипел Джисон. — Мгм, я хочу жить, как в этом фике... и я очень рад, что автор привлекателен. Пальцы Джисона подгибаются, а его тело вздрагивает. Хёнджин только что назвал его красивым. Что он должен был ответить? И как он теперь может разумно мыслить? Все, что он может сделать, это сжать бедра вместе и надеяться, что Хёнджин не заметит, как он возбужден. Его пульс учащается, когда рука Хёнджина мягко ложится на его ногу. Когда он встречается взглядом с Хёнджином, он почти забывает, кто он такой. Как будто это не тот человек, с которым у него парасоциальные отношения. — Дай мне знать, если я перегибаю палку... — шепчет Хёнджин, наклоняясь ближе. Джисон вздрагивает, но откидывается назад, позволяя руке Хвана подняться выше. Его пальцы приближаются к молнии, и он едва сдерживается. Из его горла вырывается тихое хныканье, и Хёнджин отстраняется. — Нет. Пожалуйста... не останавливайся. — Он задыхается. — Позволь мне жить в этом сне как можно дольше... Его руки тянутся вверх и хватают Хёнджина за бедра, когда Хван прижимается к нему. Их губы сталкиваются, стоны Джисона захлебываются. Подушечки его пальцев впиваются в кожу. Его дыхание сбивается из-за того, что бедра Хёнджина сильно прижимаются к нему, и он использует этот момент, чтобы быть немного смелее. Он отводит руки назад, с силой хватая Хёнджина за задницу. Хёнджин хнычет и начинает стягивать рубашку Джисона с его торса. Его голова падает назад, когда руки Хвана путешествуют по его груди. И теперь приходит осознание. Это Хван Хёнджин. Правда? Да... да... Он слышал его имя. Он хорошо знает его лицо. Это нормально? У Хёнджина будут неприятности из-за этого? На Джисона нападут фанаты? А если на Хёнджина нападут? — Джисон? — Он поднимает глаза и видит, что Хёнджин смотрит на него, надувшись. — Ты в порядке? — Так хорошо... — Джисон вздохнул, затем расширил глаза. — Нет! Подожди. Черт. Это нормально? Хёнджин садится, Хан дрожит, потираясь о его молнию. — Да. В смысле, ничего страшного, если мы будем держать это в секрете. — Он прижимает руки к груди Джисона. — Пока... — Пока? — Мгм. — Он наклоняется и крадет поцелуй, за которым Джисон пытается угнаться, когда он отстраняется. — Мы можем поговорить об этом позже... Хан надувается, но его встречают пухлые губы, и все мысли улетучиваются. Он обхватывает рукой талию Хёнджина, притягивая его ближе. Они прижимаются друг к другу грудью, и Джисон задается вопросом, чувствует ли Хёнджин, как колотится его сердце. Он прижимает Хёнджина к себе, когда тот садится, прижимая их молнии друг к другу. Поцелуй затихает, и Джисон перестраивается, чтобы уложить Хёнджина на спину, головой на подушку. Хан не знает, сколько времени у них есть, но он также не хочет торопиться. Он не хочет, чтобы это был просто быстрый секс с сексуально неудовлетворенным кумиром. Что, если это все? Что, если он совсем не знает личность Хёнджина? Пока все совпадало с тем, каким он был на камере... Но что, если до сих пор все это было притворством? — Джисон...? Ты слишком много думаешь? — Хёнджин переводит дыхание, переплетая их пальцы. — Ты... часто так делаешь? — Горло Джисона сжалось. — У меня был секс один раз за всю мою жизнь, и я никогда не встречался. Я не... я не использую свой статус для такого дерьма. — Мне... мне жаль... Я не думаю, что ты плохой человек или что-то в этом роде, я просто... Хёнджин мягко улыбается, наклоняясь, чтобы поцеловать обеспокоенное выражение лица Джисона. — Я понимаю... это не секрет, что многие знаменитости так поступают... Джисон закрывает глаза и кивает. — Ладно... извини. Это просто... что-то новенькое? — Да. Для меня тоже. — Его усмешка посылает искру в живот Джисона. — Ничего, если я буду вести? Джисон тяжело сглотнул. — Да. Он тает, когда Хёнджин целует его, язык проводит по верхней губе и заставляет его хныкать. Его бедра прижимаются к бедрам Хвана, рука стягивает с него ремень. Черт бы его побрал за то, что он хорошо оделся в первый день занятий. Обычно он был бы в трениках или баскетбольных шортах. Гораздо удобнее. Он слез с Хёнджина, чтобы они могли как следует избавиться от одежды. И тут его снова настигает реальность... Он увидит Хёнджина голым. Он собирается заняться сексом с Хван Хёнджином. Кто бы ни был ответственен за эту удачу, он заслуживает как можно больше похвал. Его глаза блестят, когда он смотрит на Хёнджина. Он просто сногсшибателен. Настолько красив, что Джисон забыл все слова. Но если бы он мог говорить, то стал бы рассказывать о том, как великолепен Хёнджин. Это... лучше, чем он мог себе представить. Возможно, он немного влюбился. — Вау... — Хёнджин смотрит на него. Хёнджин смотрит на обнаженное тело Джисона... как на произведение искусства. — Ты- блять. — Я... спасибо... ты тоже. — Джисон смущается, но снова подходит к Хвану. Они оба тянутся к талии друг друга. Хан задерживает дыхание, когда Хёнджин ведет его обратно к кровати. Он роется между коробками, достает флакончик со смазкой и указывает на стол рядом с ним. — Верхний ящик... там должен быть презерватив. Хёнджин достает презерватив и роется в нем, наконец, вытаскивает его и бросает на кровать. Он берет смазку, но пока ничего не делает. Джисон видит, как он смотрит на него, и внезапно его желудок скручивается. — Сонни... —шепчет Хёнджин, проводя пальцами по бедру Джисона, по шрамам на нем. — Когда ты писал о них, я надеялся, что это только для персонажа. — Мне жаль... — Он не уверен, почему он извиняется. Может быть, за то, что разочаровал единственного человека, на которого он когда-либо равнялся... — Но я подготовился на всякий случай. — Он встречается взглядом с глазами Джисона, нежно проводит пальцем по бледным морщинкам. — Ты все еще красив. Черт, кажется, я стал немного одержим мыслью о тебе. Джисон вздрагивает, его живот все еще сжимается, но понемногу ослабевает. — Но... я просто какой-то случайный парень, который пишет фанфики вместо- — В этих историях ты писал от всего сердца, и это заставляло человека хотеть найти тебя самого, чтобы узнать, действительно ли ты настолько идеален. — И... — Так и есть. Джисон прочистил горло, щеки стали ярко-красными. — О... ты можешь начать сейчас. Я думаю, я могу заплакать. Хёнджин наклоняется и прижимается губами к уголку губ Джисона. Хан закрывает глаза и сосредотачивается на всех прикосновениях к своей коже. Он слышит щелчок бутылки и пытается расслабиться, насколько это возможно. Но сколько бы раз он ни напоминал себе, что Хёнджин - обычный человек, что он - парень, которого он встретил в группе и который ему нравится... он получает удар по лицу. Все мысли улетучиваются из головы, когда он чувствует, как длинный палец медленно входит в него. Он вжимается головой в подушку, рот раскрывается от прилива боли и удовольствия. Хёнджин двигается медленно, но это чертовски приятно. Добавляется еще один палец, и Джисон начинает слегка извиваться. Он уже давно не занимался сексом, поэтому каждое небольшое подергивание и растягивание пальцев Хёнджина обезумевало. — Еще. Пожалуйста... еще один. — Джисон хнычет. Его спина выгибается, когда Хёнджин делает то, о чем он просит. Это абсолютный рай. Он вцепился в простыни, чтобы не царапать Хёнджина. Наверное, лучше не метить того, кто постоянно на виду. Как бы ему ни хотелось... Он скулит от внезапной пустоты, когда Хёнджин отстраняется от него. Конечно, он знает, что это значит, но, черт возьми, у Хёнджина красивые пальцы. Он фантазировал о том, чтобы они касались каждой части его тела. Но эти фантазии даже близко не похожи на реальность. Блять, он надеется, что не проснется от этого сна слишком рано. Хёнджин приводит себя в порядок и выпрямляется, держась одной рукой, а другой обхватывает ногу Джисона за талию. — Блять... — Джисон задыхается, когда Хёнджин медленно подает бедра вперед. Его сердце сейчас взорвется. Это лучшее чувство в мире. Хёнджин притягивает его к себе в тяжелом поцелуе. Хван осторожно прижимается к нему, его чистая рука перемещается от бедра Джисона к его щеке. Поцелуй сильный, но наполненный мягким желанием, словно Хёнджин жаждал этого годами. Как будто он хочет, чтобы этот момент длился долго. Джисон вслепую тянется к руке, которой Хёнджин поддерживает себя, и переплетает их пальцы. Они липкие, но Джисона это не волнует. Его тело наполняется искрами от каждого мягкого толчка и от большого пальца Хёнджина, нежно ласкающего его щеку. Это сон. Ему снится, что он не трахается со своим кумиром, а занимается с ним нежным, почти любовным сексом. И он чувствует каждый дюйм этого, не желая больше просыпаться. Оба поднимают глаза, услышав приглушенный стук во входную дверь. Черт. Еда должно быть здесь. — Быстро? — Хёнджин улыбается, приподняв одну бровь. — Мм... пожалуйста. — Джисон выгибает бедра. Он издает удивленный вздох, его тело подается вперед, толкаясь к Хёнджину ещё и стоны вырываются из них. Кровать скрипит, но Джисон не подает виду. Никогда еще его так быстро не доводили до оргазма. Что за чертова магия, из которой сделан Хёнджин? — Джисон... блять, ты так хорош для меня. — От похвалы Хёнджина в животе Хана разливается тепло. Джисон дрожит, когда Хёнджин обхватывает рукой его член и сплевывает на него. — О боже- Он больше не может сдерживаться. Он тянется к спине Хёнджина, любуясь небольшой капелькой пота на ней. Особый поворот запястья Хёнджина заставляет его ногти впиваться и царапать по лопатке. В ушах звенит, когда он чувствует, как его отпускает, тепло распространяется по всей длине и животу. Он ждет, что Хёнджин скажет ему продолжать, но, к счастью, тот не останавливается. Вместо этого Хёнджин еще крепче сжимает его бедра. Его движения скованны, но он не снижает скорости. Блять, это становится немного изматывающе, но Джисон не хочет останавливаться, пока Хёнджин не кончит. — Джисон... блять... — Хёнджин дергается, кончики пальцев глубоко вдавливаются в кожу Джисона. Он останавливается, сильно вздрагивая над Ханом. Они оба пытаются отдышаться, Хван улыбается, когда их глаза встречаются. — Что ты чувствуешь? — спрашивает Джисон, повторяя выражение его лица, но выгнувшись, когда Хёнджин медленно отстраняется. — Хотел бы я иметь время, чтобы позаботиться о тебе как следует, но я уверен, что твой друг ждет нас. — Он убирает волосы Джисона с его лица. — Я не хочу уходить. Хан не может удержаться от смеха, а Хёнджин дуется. — Тогда не надо. Разве это не совпадает с фиком? — Мой контракт заканчивается через два месяца. — Что? Хёнджин смотрит на Джисона так, будто они влюблены друг в друга навсегда. — Я не буду продлевать контракт... Я собираюсь открыть свою собственную компанию. Не без помощи, конечно... но... — Так ты не бросишь заниматься музыкой? — Нет, блять. Я просто ухожу от ужасной компании и даю себе немного места, чтоб дышать. — Он вздыхает. — А еще я хочу встречаться... — О... понятно... Хёнджин встает, и оба быстро одеваются. — Джисон. Ты просто не понял намек или ты издеваешься надо мной? — А? — Он спотыкается, влезая в джинсы, и падает на кровать. — Если ты не против, я имею в виду... я хочу узнать тебя настоящего, а не только того, кого ты решил показать в своих произведениях. — Врежь мне, потому что я точно сплю. Он вскрикнул, когда ладонь Хёнджина столкнулась с его задницей. Окей, было больно, и он снова завелся... — Ага. Хорошо. Сука. — Джисон смеется. — Я в порядке. Абсолютно в порядке. Мой краш хочет встречаться со мной. Оба краснеют, когда понимают, что им нужно выйти в гостиную и поесть. Хёнджин делает глубокий вдох, прежде чем распахнуть дверь. Но он не ожидал, что его встретит Феликс с глазами по пять копеек. Мальчик смотрит между ними и указывает на Джисона. — Ты такой громкий. — пробормотал он. — Еда? Здесь. Да, здесь. Вы ебались. Хёнджин прикусывает губу, чтобы скрыть улыбку, они с Джисоном опускают головы. Парни спешат в гостиную, садятся на диван и хватают еду. Феликс подходит к ним, челюсть все еще опущена. — Ты трахнул Хван Хёнджина.