Заявление на любовь

      Очередное ежемесячное собрание, на котором присутствуют все отделы. Пока начальник — Пак Чимин — не пришёл, вокруг стоит шум и гам. Как будто учитель оставил нерадивый класс на перемене одних. Отдел редакции и отдел художественного оформления опять спорят, кто из них главнее и важнее, бухгалтерия пытается мило послать нахрен отдел маркетинга, отказывая им в повышении цен для рекламы. И вообще, все нововведения только после предварительного согласования с директором! Кто-то в углу жарко спорит о том, какая книга в этом месяце будет самой продаваемой, и насколько она хороша по сюжету. Сокджин сидит рядом с Юнги, прямо рядом с местом директора, и читает модный журнал, с которым их издательство сотрудничает.       Мин Юнги же скучающе листает новостную ленту в телефоне. Он работает в издательстве «Big Hit» уже семь лет. Когда он молодой зелёный прямо после выпуска пришёл сюда, он и не думал, что правда сможет устроиться. Но на посту директора сидел Пак Чимин. Тот самый Пак Чимин, старший брат друга Юнги со средней школы. Он и с другом то тем уже давно не общается, но Чимина запомнил, потому что безжалостно вкрашился в него ещё в возрасте двенадцати лет. И каково же было удивление Юнги, когда выяснилось, что Чимин тоже помнил его, а после взял на работу. На испытательный срок, конечно, но взял. «По блату не беру, но я помню, ты был смышлёный малый, точно умнее, чем Джисон» — усмехнулся тогда альфа, протягивая договор.       В то время издательство было маленьким и не занимало даже одного этажа бизнес центра на окраине города. Команда у них была тоже маленькая, но амбициозная. Юнги тогда работал больше в редакции и в отделе рекламы, но обстоятельства заставили разбираться практически во всём. Он много работал, много изучал, много коллег пропустил через себя. Большинство людей уходило, потому что они сомневались в перспективе маленькой компании, где катастрофически не хватало квалифицированных сотрудников. Но Чимин был терпелив и хваток. Он дневал и ночевал в своём маленьком кабинете в углу коридора, был настойчив и трудолюбив. А Юнги, Сокджин, Намджун, Тэхён, Хосок и Чонгук всегда были рядом. Все они устроились в компанию в течение первых трёх лет и пережили два кризиса, четыре переезда и больше ста человек, которые приходили, но никогда не задерживались. Молодых людей не пугали трудности, каждый из них разбирался в работе другого отдела, всегда приходя друг другу на помощь, а Чимин вывел их на свет.       И вот два года назад их компания достигла небывалых высот. За год пришло много новых сотрудников, и коллектив сразу стал казаться Юнги слишком большим. Штат, наконец-то, смог расшириться, как и площадь занимаемого помещения, и теперь это целый двадцатый этаж бизнес центра в сердце Сеула. Они сотрудничают с именитыми журналами, известными авторами и вместе с тем выпускают свои уникальные упаковки на различную съедобную продукцию, а также дизайнерские пакетики для собак. Дети их просто обожают. За эту разработку их издательство даже получило награду. Как всегда любил шутить Чонгук — совместили приятное с полезным: и говно убрали, и посмотрели на картиночки. А на каждом пакетике в упаковке они разные! И их там сто штук! Юнги тогда замучался придумывать новые изображения, благо теперь на это есть целая команда художников.       В общем, компания цвела, пахла и расширялась. Юнги, конечно, как и весь первоначальный коллектив, был рад данной новости, но он скучал по тем дням, когда их было мало. Было душевнее что ли. Спокойнее так точно. Никто ни с кем не ругался, не пытался качать права, не было такой дикой конкуренции на места. Юнги мог бы даже занять одну руководящую должность в отделе рекламы, но отказался. Он больше любил ездить на встречи с клиентами, как новыми, так и старыми, обговаривать условия заказа и составлять ТЗ.       Зато Сокджин, Намджун и Хосок заняли-таки заслуженные руководящие посты и были рады этому. Руководители из них, по мнению Юнги, получились отличные.       — Ты же недавно разговаривал с Ыну? — наклонился к Юнги Сокджин, откладывая журнал, директором которого был выше названный Ыну, на стол.       — Да, неделю назад. А что?       — Правда, что он красивее меня? — смешинки в глаза старшего так и плясали. Все новенькие в рот ему заглядывали и ждали каких-то серьезных вопросов, когда он вызывал кого-нибудь к себе. Но чаще всего это вообще не касалось работы. Сокджин мог начать обсуждать новую дораму или какая мята больше подходит к определённому виду чая, или, его самое любимое, спрашивал про сплетни. Сам он их никогда не распространял, но говорил, что полезно знать, кто, что и о ком думает.       — Знаешь, кто самый красивый на этой планете? — заговорщицки шепнул Юнги.       — Чимин? — заискивающе спросил Сокджин, невинно хлопая глазами. Он единственный, кто знал об истинных чувствах омеги. Для остальных они были просто хорошими друзьями.       — Я! — раздражённо бросил Мин и повернулся на звук открывающейся двери.       Чимин зашел в тренинг-зал, как всегда, красивый, статный и мужественный. Он старался кивнуть и улыбнуться каждому сотруднику, которые как по команде замолчали и расселись по местам. Большинство либо сидели, либо стояли у стен, так как мест на всех не хватало, но за центральным столом всегда сидели действующие руководители и Юнги с Тэхёном и Чонгуком, так как работали здесь дольше остальных, ну и были друзьями с директором, что тоже немаловажно. Их предложения и замечания всегда учитывались наравне с руководителями, потому что были действительно ценными.       Юнги ровнее сел на стуле и приготовился записывать сегодняшнее собрание.       — Добрый день всем, кого не видел, — как обычно начал Чимин, становясь во главе стола. — Прежде, чем мы начнём собрание, я бы хотел сделать объявление. Всех, кто испытывает ко мне какие-либо романтические чувства, прошу честно встать и уволиться прямо сейчас. Либо, если вы не хотите увольняться, прошу вас, в таком случае, не мешать мне работать и не отвлекать всякими глупостями.       Чимин уверенно обвёл всех цепким взглядом. Он точно знал, о ком говорил. А Юнги… У Юнги в этот момент разбилось сердце. Это точно было про него. Остальные больше восхищались и уважали Чимина. И только Мин, как глупый школьник, пускал на него слюни, и, оказывается, всё это время мешал своему любимому начальнику: то опоздает из-за глупости, то встречу сорвёт, то не сможет работать из-за своих омежьих дней. Неприятное чувство заскребло в груди, Юнги низко опустил голову, скрывая слёзы за волосами. Он слишком малодушен, чтобы встать, извиниться и уйти прямо сейчас, без отработки двух недель. Ему слишком стыдно и неловко, но он обязательно, сразу после собрания, пойдёт в кабинет к Чимину с повинной.       — Нет? Никто? — спокойно спросил Пак.       Он никогда не использовал феромоны альфы и не повышал голос на своих подчиненных, так как считал это неприемлемым. К тому же, в последнее время, в их коллективе прибавилось омег. Чимин никогда не смотрел на пол соискателя, для него важен был человек как специалист и насколько он перспективный. Но в последнее время, увеличившееся количество омег на рабочем месте стало плохо сказываться на общей атмосфере и мешало самому альфе, которого заваливали подарками, буквально разрывали на части во время корпоративов, пытаясь урвать как можно больше внимания, а также специально приходили к нему в кабинет по всяким глупостям, лишь бы побыть наедине, а потом распускали слухи. Да, Чимин был завидным холостяком, но это начинало раздражать. В то время, как один единственный омега, от которого Пак ждал знаков внимания, как будто вообще не видел конкурентов и никак не ревновал, а также полностью игнорировал все романтические ухаживания Чимина. Уже не один год.       — Хорошо, тогда начнём собрание.       Собрание прошло хорошо. Юнги сидел тише воды, ниже травы, но всё-таки к своей работе относился ответственно, поэтому, не без помощи Сокджина, за чьей спиной он хорошо прятался от взгляда начальника, омега таки внёс важный вклад в обсуждения. Хотя бы на последок он постарался быть полезным.       После собрания все быстренько высыпались из тренинг-зала и разбились на мелкие группки, ныкаясь по углам и обсуждая неожиданное заявление Чимина, гадая, кто его так достал. Бёнхо старательно убеждал всех, что это Юнги, ведь тот всё время крутится вокруг директора. Но главный сплетник как-то упустил из вида, что вокруг Чимина из всех омег чаще всего крутились Сокджин, Тэхён и сам виновник слухов. Те же, кто знал натуру Бёнхо, верили, что это именно он довёл начальника до того, что ему пришлось выступить с подобной речью. Все как-то резко забыли, что рабочий день ещё не закончен, но вскоре Намджун и Чонгук всех разогнали по рабочим местам. Всех, кроме Сокджина, Тэхёна и Юнги.       — Чимин-хён очень зря так поступил, — развалившись на диване в комнате отдыха вынес вердикт Тэхён.       — Его можно понять, — пожал плечами Сокджин, делая всем чай. — Ему мешают работать, да и сами омеги в итоге не работают. Чимин буквально из пепла возродил свой бизнес, конечно, ему не нужны подобные люди в коллективе.       — Я понимаю, но всё-таки так в открытую. Можно было лично каждому виновнику сказать об этом, а не перед всеми.       — Ага, это выглядело бы еще страннее, — фыркнул старший, ставя чашки перед друзьями и с беспокойством поглядывая на притихшего Юнги. — Представь, Чимин вызывает всех омег коллектива, кроме нас, на ковёр, а потом они увольняются. Компрометирующе.       — Он же не заставляет их увольняться, просто не мешать, — стоит на своём Тэхён, устраиваясь удобно и отпивая вкусный чай. — И я думаю, никто не уволится.       — Нет, конечно, — поддержал его Ким. — Станут потише на пару месяцев, а потом по-новой.       — Чимин-хёну надо найти себе омегу! — он радостно хлопает ладонью по столу, заставляя присутствующих вздрогнуть от резкого звука. Сокджин даёт младшему слабый подзатыльник, но Ким не обращает на это внимания. — Тогда все сразу успокоятся.       — Или житья не дадут этому бедному омеге, — урезонил радостного парня. — Рабочий коллектив, состоящий из завистливых омег, тот ещё гадюшник.       — Чур, я королевская кобра! — дурашливо поднял руку вверх Тэхён.       И пока друзья продолжали обсуждать сложившуюся ситуацию, Юнги всё больше убеждался, что ему пора увольняться, чтобы никому не мешать. Влюбиться в своего босса, ну что может быть глупее?

🌸🌸🌸

      Когда все работники более-менее успокоились, Юнги под шумок вышел из своего мини-кабинета со сложенной бумажкой в руках и направился в сторону кабинета Чимина. Юнги очень хорошо был знаком с расписанием директора. И не потому, что он такой сталкер, вовсе нет. А потому, что ему частенько нужен был Чимин по рабочим вопросам, и Мин должен был знать, может он позвонить сейчас или стоит подождать, или, возможно, проще будет зайти. Поэтому Юнги уверенно шёл к директору, точно зная, что он на месте.       Около входа в кабинет Мин начал немного трусить, но это не умолило его решимости. Он тихонько постучал в дверь, но никто не ответил. Юнги постучал ещё раз, но за дверью тишина. Омега решает остаться в небольшом помещении перед кабинетом директора и дождаться оного. Он бесцельно стоит, сжимая лист бумаги в ладонях, и тупо смотрит в стену пару минут, пока рядом с ним не раздается голос.       — Привет, Юнги! Рад тебя видеть, что привело тебя ко мне? — дружелюбно спросил Чимин, по привычке потрепав его по волосам.       — Я… — начал Юнги. — Мне… Вот! — в итоге выдавил он из себя и протянул Паку листок, низко опустив голову. Как же стыдно ему было! Чимин всегда хорошо к нему относился, а он так его подвёл. — Прости, что не смог сделать это при всех. Когда я уйду, все и так поймут, что твоё обращение относилось ко мне. Но я побоялся, я…       — Юнги! — строго, но не грубо прервал его альфа. — Я ожидал этого ото всех, но не от тебя.       — Что? — Юнги резко поднял голову.       — Давай зайдём в кабинет, — смягчив тон, сказал мужчина и открыл дверь.       В кабинете было светло и просторно. Чимин не стал садиться за свой стол, а присел на диванчик и поманил к себе омегу. Тот неуверенно устроился на самом краешке, готовый в любую минуту бежать.       — Ты любишь меня? — в лоб спросил Чимин.       — Да, — не стал лукавить Юнги.       — Как давно?       — Лет с двенадцати, — безнадёжно прошептал тот. Стесняться и отнекиваться было поздно.       — Я тогда же, — выдохнул Чимин. — Ну, в смысле, с твоих двенадцати. Запаха у тебя толком не было, но ты всё равно привлёк меня. А как зашёл ко мне на работу, так я сразу понял, что уже не смогу отпустить тебя. Ох, и долго я, в своё время, обижался на Джисона за то, что тот прекратил с тобой общаться и потерял все связи. Но судьба благоволит мне, и вот ты сам меня находишь, а сейчас хочешь опять сбежать.       — Ты что? — тупо смотрел на альфу Юнги.       — Я люблю тебя.

To be continued