Другие люди

      Гермиона Грейнджер была умной девушкой. Вероятнее всего самой блистательной ведьмой своего столетия. Однако в то же самое время ей приходилось признавать горькую правду. Она была крайне невезучей ведьмой, которая родилась совсем не в то время и в неправильной семье.        Ей было всегда плевать на свое чистокровное происхождение. Какая разница, какая у нее кровь, если из всего рода осталась только она. Ну и, конечно, ее “любимый” дядюшка, который замечал ее разве что в праздники. Он был крайне консервативен в воспитании молодой ведьмы, поэтому свое детство Гермиона провела фактически в четырех стенах своей комнаты. Она была лишь благодарна тому, что дядя не забывал про ее обучение, поэтому проблем с магией и заклинаниями у нее никогда не было. Приглашенные учителя отмечали её высокий магический потенциал и невероятный талант к магии. Она могла стать действительно великой волшебницей. Но у судьбы были другие планы.       На одном из благотворительных вечеров её дорогой дядя познакомился с Поттером-старшим, а затем и с его сыновьями. Был вопрос времени, когда должна была состояться помолвка.  Гермионе тогда было всего двенадцать лет. Она ходила хвостиком за своими преподавателями и совсем не думала о замужестве. Конечно, она знала, что такое рано или поздно произойдет, но не думала, что дядя будет столь стремительным в своих поисках супруга для племянницы.        Впервые она познакомилась с Поттерами, когда те пригласили их маленькую “семью” в гости. У Поттеров был большой и красивый особняк, который определенно был вне всякой конкуренции. Хотя Гермиона слышала о том, что есть семьи и богаче. Взять тех же Малфоев, к которым ее дядя относился с невероятным презрением. Все свое детство она была так далеко от своих ровесников, что была невероятна рада этому небольшому приключению. Ведь она действительно смогла найти себе друга.       Пока ее дядя, широко улыбаясь, обнимал Милену и Джеймса Поттера, сама Гермиона разглядывала маленького мальчика, прятавшегося за колонной. Флимонту тогда было восемь.        - Приятно познакомиться...Меня зовут...Флимонт... - он неуверенно протянул ей руку, когда их наконец представили друг другу.       - Гермиона, мне очень приятно с тобой познакомиться. - ответила она со всей теплотой.       Они были детьми, поэтому пока взрослые обсуждали свои “взрослые” дела, Гермиона и Флимонт могли позволить себе многое. Играть в догонялки, прятаться от домовиков, исследовать такой огромный сад. Им было весело. Флимонт рассказывал о том, как с нетерпением ждет своих одиннадцати лет, чтобы поехать в Хогвартс, самую лучшую школу волшебства на целом свете. Он не понимал, как Гермиона может постигать науку, сидя в четырех стенах своего дома. В какой-то мере она завидовала своему маленькому другу, но была за него безумно рада. Мальчик пообещал ей, что когда поступит на первый курс, то обязательно будет рассказывать обо всем, что он увидит.        Гермиона знала, что у Флимонта был старший брат по имени Гарри. Его портреты она видела в особняке, однако лично не встречала. В те дни он находился на учебе в Дурмстранге. Ее маленький Флим не любил его вспоминать. Они были совершенно разными и абсолютно не ладили.       Походы в гости и совместные прогулки продолжались целый год. А когда Флимонту исполнилось девять, а ей тринадцать лет - дядюшка сообщил, что теперь они обручены. И как только Флимонт достигнет возраста совершеннолетия - Гермиона станет его женой. Дядя добавил, что он был бы рад выдать ее за старшего отпрыска Поттеров, но он, к сожалению, уже имел невесту.       В какой-то мере Гермиона даже была этому рада. Флимонт был ее другом, к которому она относилась со всей теплотой и любовью, как только могло любить ее маленькое сердце. Она знала, что браки чистокровных строятся на расчете. И понимала, что её это ждет. Поэтому такой исход событий ее вполне устраивал.        В конце концов дядя и вовсе отправил ее со своих глаз подальше - в новую будущую семью. И Гермионе там не было плохо, к ней относились очень хорошо и со всей заботой, пока домой на летние каникулы не вернулся Гарри Поттер. Ему тогда было шестнадцать лет.       - Значит это ты невеста моего маленького братика? - он подкрался к ней незаметно в библиотеке и буквально напугал этим вопросом.       - Да... - только и смогла ответить она.       Ей никто не сообщил о его приезде. Как выяснилось, даже семья ждала его гораздо позже, он просто решил устроить всем сюрприз. Если во Флимонте она видела ребенка, то в Гарри уже были черты юноши. Он был красив, этого она не могла не заметить. У него были темные волосы, немного вьющиеся на концах. Яркие зеленые глаза смотрели на нее насмешливо, будто бы свысока. Немного пухлые губы, растянутые в легкой улыбке.       - Интересно, ты такая же идиотка, как и он? - Гарри наклонился к столу, за которым она сидела. - Или все же что-то из себя представляешь?             - Это грубо! - вспыхнула Гермиона. - Нельзя так говорить о близких!       - Ах...Извини... - притворно вздохнул Гарри. - Моя дорогая, я совершенно не хотел тебе грубить. Кто же знал, что у тебя такая тонкая душевная организация.       - Она...Она нормальная... - Гермиона не могла подобрать слов, слезы готовились вот-вот политься из глаз.       Видимо этот самый блеск в ее глазах Гарри все же заметил. Он отступил назад, пригладил волосы, что лежали в легком беспорядке. Гарри смотрел на нее изучающе, пытливо, будто пытаясь проникнуть в самую суть. Гермионе было некомфортно под его взглядом.       - Повезло, что хотя бы у меня невеста красивая. - Гарри усмехнулся. - Но в целом ты достойна моего брата.       После этой встречи в библиотеке она старательно его избегала. Поттеры отдали ей комнату в западном крыле, Флимонт и Гарри жили в восточном. По утрам Гермиона помогала Милене Поттер в саду, затем бежала на занятия, обедала с Флимом в малой столовой, а затем пряталась в своей комнате. Гарри не любил семейные посиделки, он в целом довольно редко бывал дома в то лето, предпочитая следовать за отцом по важным делам.       В начале августа к ним в гости приехала невеста Гарри. Это была молодая французская волшебница, всего лишь на год старше своего жениха. У нее было красивое имя - Валери, а она сама казалась невесомой нимфой. У нее были длинные светлые волосы, на фоне которых Гермиона чувствовала на своей голове настоящее воронье гнездо. Они были с ней одного роста, однако фигура Гермионы все еще была угловатой, детской, а Валери казалась такой воздушной. Гарри не отходил от своей невесты, он показал ей сад, провел экскурсию по особняку. Гермиона часто видела их, гуляющих по вечерам вокруг маленького пруда. Они казались восхитительной парой.       И в какой-то момент Гермиона поняла, что невероятно завидует ей. Со стороны Гарри был таким обходительным, а Флим был ребенком, он не знал, как нужно ухаживать за своей невестой. Она бы хотела также гулять по саду, слушать стихи в свою честь. Гермиона была в том самом возрасте, когда в героине романа ей хотелось видеть себя. Поэтому она наблюдала за ними, все чаще представляя на месте Валери себя. И она не знала, что в один момент это станет её проклятием.        После того лета она не видела Гарри очень долго. Он не приехал на следующее лето, отправившись в поместье своей невесты. В следующий раз он приехал домой только через два года. Ему было восемнадцать, а ей пятнадцать. Он закончил с отличием Дурмстранг и собирался готовиться к свадьбе. Флимонт тогда как раз поступил в Хогвартс.        В отсутствие своего будущего мужа Гермиона старалась не скучать. Она воспринимала Поттеров-старших своей семьей, она любила их и делала все, что было в ее силах, только бы они были рады. Она продолжала прилежно учиться, занималась музыкой и рисованием, старалась стать идеальной невесткой. Даже занималась танцами, чтобы только стать плавнее и изящнее. Она не заметила, как изменилась за эти два года.       А он заметил.       В тот день она решила немного охладиться, поэтому под яростное сопротивление ее личного домовика, она отправилась к пруду. Было раннее утро. Особняк, казалось, спал. Скинув верхнее платье, Гермиона осталась в одной хлопковой рубахе, доходившей ей до колен. Палочку она воткнула в волосы, создав подобие пучка.       Вода была прохладной, такой успокаивающей, что в ней хотелось раствориться. Ей было хорошо.        - Приятное утро, да? - раздался хриплый голос где-то рядом, и Гермиона с трудом удержала себя от крика.        Она медленно обернулась, стоя в воде. Позади нее на берегу сидел Гарри и с такой знакомой нахальной улыбкой смотрел на нее, не отрывая взгляд.       - Отвернись. - она постаралась придать своему голосу стальные нотки. - Я хочу выйти из воды.       Но он не отвернулся. Она смотрела на него и не понимала, что происходит. За эти два года он лишь самую малость изменился, разве что черты лица стали немного острее. А глаза стали гореть гораздо ярче. Ей стало неловко. Она не могла выйти из воды, ведь тогда бы ее тело смог увидеть этот взрослый юноша, брат ее будущего мужа, что было бы крайне неприлично.       - Там что-то выросло, что ты хочешь спрятать? - но увидев в ее глазах гнев, Гарри поднял руки, признавая поражение. - Отвернусь я.       И он действительно отвернулся. Гермиона вышла из воды, держа палочку в руках. Если бы он только посмел на нее посмотреть, то тут же бы получил “остолбеней”. Девушка при помощи магии высушила рубаху и надела платье. Волосы тяжелыми кудрями спадали на ее плечи.        - Теперь я могу повернуться? - подал голос Гарри. - Можешь. - кивнула она.       Она совсем немного подросла за эти два года, поэтому Поттер все еще был гораздо выше её. Рукава его черной рубашки были закатаны до локтей, и она заметила несколько татуировок, что проступали на его коже. Он проследил за ее взглядом, но, казалось, его это совершенно не волновало. Будто бы каждый день наследник чистокровного рода украшает свое тело рисунками.       - Не скучаешь тут без моего брата? - Нет.        Гермионе было жарко под его взглядом, хотелось вернуться в прохладную воду, но она не могла не смотреть на него.        Он подошел ближе, их разделяло всего ничего. Она уловила в воздухе легкий аромат алкоголя и в изумлении подняла брови.       - Я немного выпил вчера. - Гарри сразу понял, о чем она подумала. - В конце концов я закончил школу и у меня скоро свадьба.       - Думаю, что ты очень рад этому.        По всей видимости эти слова его насмешили. Одной рукой он взъерошил волосы, а второй легко ткнул ее в лоб. Гермиона удивленно посмотрела на него.       - Браку или свободе?       Он едва сдерживал смех. Гермионе стало неловко. Она не знала, что ему ответить, и поэтому решила скорее перевести тему.       - Твоя невеста прекрасна. - она не лгала. - Уже придумал, где вы будете жить?       На самом деле ее это мало волновало. Поместье Поттеров было их самым крупным владением, про остальные дома она не слышала. Однажды только Милена проговорилась, что когда Гермиона выйдет замуж за Флимонта, то им обязательно подарят собственный дом. Если, конечно, они захотят жить отдельно.        - Какая ты любопытная. - цокнул языком Гарри. - Я впервые слышу от тебя столько слов, два года назад ты только и делала, что пряталась от меня.       Эти слова заставили её вспыхнуть. Она действительно никогда не говорила так много с ним. Те короткие диалоги, что случались между ними раньше, уже давно остались где-то позади.       - Ты был крайне несносным мальчишкой.       - А сейчас?       - А сейчас это меня уже не волнует.        В этом плане она соврала самую малость. Гарри уже давно перестал быть мальчишкой, он стал юношей, однако от него исходила вся та же аура несносности. Но Гермиона старалась об этом не думать. Она просто хотела быть дружелюбной и иметь хотя бы нейтральные отношения с братом будущего супруга.       Её голос прозвучал уверенно, она отметила про себя, как заинтересованно на нее смотрел Гарри, как на этих словах он удовлетворенно хмыкнул.       - Мне нравится, с каким чувством ты это говоришь. - он мечтательно посмотрел на небо, а затем прямо в ее глаза. - Могу ли я пригласить тебя разделить со мной завтрак, дорогая невестка?       Последние слова он произнес с нескрываемой издевкой. Однако Гермиона и вида не подала.       - Конечно. Как я могу отказать будущему родственнику.       Их совместный завтрак порядком всех удивил. Милена и Карлус, решившие спуститься позавтракать в ту же малую столовую, бросились обнимать сына, как только его увидели. Оказалось, что он вновь приехал, не поставив их в известность. Только после крепких объятий они заметили Гермиону. Милена вопросительно на нее посмотрела.       Обычно Гермиона завтракала одна, очень редко разделяя прием пищи с компанией. На это девушка только пожала плечами.       После завтрака она отправилась на занятия. Её любимый педагог по защите от темных искусств заболел, поэтому ей пришлось тренироваться в одиночестве. Под уроки ей выделили небольшой зал. Она так и не смогла определить его истинное предназначение. Однако по своему желанию его можно было видоизменить под свои нужды, так что для занятий он подходил идеально. Она раз за разом тренировала атакующее заклинание на манекене. Этому заклинанию её не учили, поскольку оно находилось на границе белой и темной магии. Такое деление Гермиона не любила. Любую магию, считала она, можно использовать во благо, а можно использовать во зло.        Позади нее скрипнула дверь, однако она не отвлеклась от своего занятия. Фиолетовый луч четко поразил цель, а манекен под воздействием проклятия рассыпался в пыль. Видимо она перестаралась.       - Откуда ты знаешь это заклинание? - голос Гарри был тихим.       Гермиона даже не удивилась его присутствию. После утра она четко осознала для себя, что вероятнее всего она будет видеть его слишком часто. С этим проще было смириться.        - Изучала вашу библиотеку. Твой отец разрешил. - она обернулась на него лишь на мгновение, а затем вновь отправила заклинание в появившийся манекен.       Позади нее еле слышно раздался восхищенный вздох.       - Не думал, что домашнее образование способно так много дать.       Однако голос Гарри звучал ровно, хотя Гермиона отметила про себя, что она точно смогла его поразить. От одной этой мысли ее сердце начинало биться быстрее.       - Оно способно столько дать лишь тому, кто в этом заинтересован. - еще одно ее заклинание поразило цель.       Она почувствовала спиной, как он подошел к ней ближе. Гермиона обернулась. Его глаза ярко горели. Теперь она поняла, какого цвета они были. Это была не какая-то лесная зелень. Это был цвет авады. Смертельной и разрушительной.       - Есть опыт в дуэлях? - его голос отчего-то стал хриплым.       - Небольшой. - ответила она.       - Тогда я просто обязан проверить.       Конечно, у нее был опыт в дуэлях. Её преподаватель был неплохим практиком, однако он стремился больше давать теоретические знания. Но порой они скрещивали палочки и кружились по паркету, отражая проклятия друг друга. Гермиона знала свои слабые стороны. В ее голове хранились многие сложные и сильные заклинания, способные удивить противника. Однако практики было мало.  В Гарри же чувствовался опыт и сила. Она заметила, что он дал ей время привыкнуть, прежде чем перешел в наступление. Гермиона крутилась, не стояла на месте. Её щиты не были так сильны, но в совокупности с движением, она была почти не досягаема для его заклинаний. Гарри давил, но чувствовал меру. Она понимала, что вероятнее всего, если бы он решил сражаться в полную силу, ее ждало бы поражение.  И именно это заставило ее проникнуться к Гарри впервые.       - Это было невероятно... - наконец сказал он после часа тренировки, когда никто так и не смог забрать победу себе.       На его лбу блестели капельки пота, волосы были в беспорядке. Гермиона выглядела не лучше. Высокий хвост, в который она убрала волосы, давно распался. Глаза лихорадочно горели, а адреналин продолжал поступать в ее кровь, заставляя находиться в движении даже тогда, когда палочки были опущены.        - У тебя определенно талант к дуэлям. - Гермиона улыбнулась. Возможно впервые с такой теплотой и искренностью для Гарри.       Он действительно мог считаться лучшим учеником. Пусть она и не видела особо других.       - Я никогда не проигрывал и никогда не сводил поединок к ничьей... - задумчиво бормотал Гарри. - Я не понимаю...       Он не выглядел оскорбленным или обиженным этим фактом, скорее он был очень удивленным. И Гермиона находила это до невозможности забавным и милым.       Она легко приблизилась к нему, а затем, словно пытаясь рассказать какую-то тайну, перешла на шепот:       - Не можешь смириться с тем, что девушка была равна тебе по силе?        Она не могла понять, что скрывается в его глазах. Они горели еще ярче.       - Это очень интригует.        А затем он развернулся и ушел. До конца дня Гермиона его не видела. Однако почти всегда она чувствовала его незримое присутствие.        Милена, с которой она разделила вечерний чай, весело щебетала о скорой свадьбе Гарри, рассказывая о том, какой фурор они произведут во всей магической Британии. Почему-то ее сердце забилось при мысли, что свадьба действительно случится скоро.        Она вернулась в свою комнату абсолютно уставшая и разбитая. Слишком много эмоций за один день, с ней такого давно не было. На окне ее терпеливо дожидался маленький филин Флимонта, в лапках которого можно было заметить уголок письма. Эти письма были ее самыми любимыми моментами за день. В них она находила ту жизнь, которой была лишена. У нее не было подруг, не было друзей. Не было приключений и ощущения, что жизнь бьет ключом. Были только Поттеры, которых она любила и которым была верна.        Гермиона только собиралась распечатать письмо, как в дверь постучали. Однако она не успела ответить. Гарри уже стоял на пороге.       На нем была белая рубашка, расстёгнутая на груди, и черные брюки. Когда-то давно Гермиона читала магловскую книгу о пиратах. Почему-то Гарри представлялся ей именно им.       - Что ты забыл в моей комнате? - она была рада, что еще не успела переодеться в ночное платье. В этом корсете и под несколькими слоями юбок рождалось чувство защищенности.       Она не могла понять, какие чувства вызывает в ней Гарри. Она не боялась его, но в то же время чувствовала себя рядом с ним такой беззащитной.        - Пришел пожелать тебе сладких снов. - Гарри закрыл за собой дверь, но не сделал и шага вперед.       Гермиона была этому рада. На расстоянии, как ей казалось, ей было проще не попасть под его воздействие.       - Это неприлично, ты не можешь просто так сюда заявляться. - Гермиона постаралась придать своему голосу учительские нотки, но на Гарри они никогда не действовали. Это она поймет лишь со временем.       В комнате тускло горел свет, и в этом полумраке Гарри казался иным, не похожим на человека.       - Возможно ты забыла, но ты в моем доме. - внезапно в его голосе проявилась сталь. - Я могу ходить, где хочу.        От этих слов Гермиона вздрогнула. Она старательно гнала от себя мысли, что в этом месте она является чужой, но прямота Гарри вновь напомнила ей ее место. У нее не было ничего.       - А как же правила приличия. - она отступила назад в прохладу балкона, отмечая, что он сделал шаг вперед.       - А разве я их нарушил?        Если бы змей-искуситель имел человеческий облик, то он выглядел бы, как Гарри Поттер. Она бы даже не удивилась его умению говорить на змеином языке.       - Твоя мама была бы тобой недовольна.        Их движения вторили друг другу. Она отступала, а он приближался к ней. Гермиона вздрогнула, когда своей спиной ощутила холодный камень балкона.       - А мой папа поставил бы меня в угол, да? - издевательски произнес он. - Мне не пять лет, чтобы пугать подобным. Я будущий глава рода, меня не волнует такое.       Глава рода. Это очень громкие слова. Хотя, конечно, он вне всяких сомнений был прав. Наследником всегда является лишь один сын. В очень редких случаях предыдущий глава рода выбирает не старшего ребенка, а младшего. Однако Гарри такая участь точно не ждала.       - Почему именно ты? - она пыталась спрятаться от него за этим вопросом, потому что дальше отступать было некуда.       Прохладный ветер гулял в ее волосах. Мурашки бежали по коже от одного его взгляда. Он возвышался над ней, не оставив возможности сбежать. Она почувствовала себя в клетке, когда его руки осторожно опустились на перила совсем рядом с ее талией.       - Я старше Флинта и, будем честны, гораздо умнее. - Гарри наклонился ближе. Она чувствовала его горячее дыхание на своем лице.       - Хватит про него так говорить. - у нее вышел не голос, а какой-то писк.       Сердце билось так быстро. Она не понимала и не хотела понимать происходящее. Это все было так странно. Словно она попала в какую-то параллельную реальность.       - Прости. - его губы были все ближе. - Сладких снов, Гермиона.        Она зажмурилась, не веря в то, что он собирается ее поцеловать. Легкий поцелуй в лоб отправил по ее телу электрический разряд. Когда она открыла глаза - его рядом уже не было.        Она пряталась от него всю следующую неделю. Узнав у домовика его примерный распорядок дня, Гермиона избегала все те места поместья, где она могла бы хотя в теории столкнуться с ним. На ночь она накладывала на свою комнату несколько запирающих заклятий. Но Гарри будто и сам не спешил со следующей встречей.       Они увиделись во вторник. К тому моменту Гермиона предпочла сделать вид, что того странного диалога на балконе и вовсе никогда не было. Она как раз срезала розы с любимого куста Милены, чтобы затем отнести их в гостиную, как позади раздались такие знакомые шаги.       - Опять ты? - она даже не обернулась.       Его рука мягко дотронулась до ее плеча. Гермиона постаралась сдержать дрожь, ее тело слишком неправильно реагировало на его прикосновения.       - Как некультурно. - Гарри говорил медленно, растягивая гласные. - Я всего лишь подошел сказать, что тебя ждет мама. Ты должна будешь помочь в подготовке праздничного стола.       Мерлин! Гермиона действительно об этом забыла. Она обещала ей помочь еще пару дней назад.       - Но твоя свадьба только в декабре.       - И она должна быть идеальной. Как и я сам.       Гермиона закатила глаза. Он был просто невыносим. Оставалось надеяться, что это не фамильная черта - и Флимонт вырастет абсолютно нормальным, а не копией своего брата.       - Почему в подготовке твоей идеальной свадьбы не участвует Валери?       - Она занимается примеркой платьев и гостями. - усмехнулся Гарри. - Приедет к нам через месяц, так что не будь такой злой.       Девушка раздраженно хмыкнула. Она пыталась сосредоточиться на розах, но его нахождение рядом совсем не способствовало концентрации внимания. Шип больно уколол палец. Гермиона дернула рукой. Алая капля крови медленно проступила на коже. Повисла тишина.       Гермиона поднялась и круто обернулась. Гарри стоял так близко, что до нее доносились отголоски его парфюма.        - И как она тебя будет терпеть? - она постаралась придать своему лицу самое отстраненное выражение.       - Она меня любит. - просто ответил он, а затем внезапно добавил. - А ты любишь моего брата?       Гермиона вздрогнула. Никто и никогда не задавал ей этот вопрос. Впрочем, даже она сама ни разу не думала о своих чувствах. Брак был прихотью её дяди, Флимонт же исполнял волю родных. Они относились к будущему браку с уважением, однако именно о своих чувствах касательно этого события никогда не говорили. Гермиона определенно любила Флимонта, но эта любовь была как к младшему брату, не более того.       - Я... - она чувствовала себя загнанной в угол, однако он остановил её жалкие попытки объясниться взмахом руки.       - Я думаю, что нет. - Гарри перешел на шепот, говоря такую горькую для нее правду. - Ведь он еще мал для понимания любви, для тебя он всегда будет ребенком.       - Он вырастет.        Это была ложь самой себе. И Гарри это прекрасно видел.       - И все равно им останется в твоих глазах.        Гермиона почувствовала злость, поднимающуюся изнутри. Кем он себя возомнил, что говорил ей подобное?       - Все! - девушка подняла отрезанные розы с земли. - Разговор закончен, я пойду к Милене.        Она не хотела продолжать этот разговор. Она не хотела его слышать и видеть.        - Конечно. - ответил он, следуя за ней тенью.       Оказалось, что не только она должна была помогать Милене, Гарри в том числе имел обязанность отведать все десерты, что должны были подаваться на его свадьбе. Гермионе было плохо не только от того факта, что он был рядом с ней, но и от количества сладкого, выставленного на столе. Милена требовала попробовать каждый и высказать свое мнение.       Девушке казалось, что еще немного - и у нее заболят от зубы от такого количества сахара. Гарри же был весел и, можно сказать, доволен сложившейся ситуацией. Он откусывал по маленькому кусочку от каждого десерта и с наслаждением закатывал глаза.       Гермиона надеялась, что эта экзекуция не будет продолжаться долго. Однако за первым часом наступил второй. И только на третий час Милена решила их отпустить. Однако шевелиться было трудно. Гермионе казалось, что она стала объемным шаром, который не способен даже катиться. Она лишь смогла сесть поудобнее на диване. И ей было абсолютно плевать, что Гарри не спешил покидать её компанию. Он как раз доедал последнее пирожное. И выглядел гораздо лучше ее.       - Такая сладкая. - он облизнул губы и хитро на нее посмотрел.       Гермиона закатила глаза. У нее не было сил и желания играть в какие-то игры.        - Что? - зевнула она.       После такого приема объемного приема пищи ее клонило в сон. Глаза так и норовили закрыться без прямого на то ее указа.       - Пироженка. - Гарри кивнул на уже пустой поднос. - Она сладкая, мне нравится.       - Десерты должны быть такими.       Так и закончился этот глупый диалог. И снова почти целую неделю они не пересекались. Гарри много времени проводил со своими английскими друзьями. Его редко можно было застать дома. Гермиона не знала, чем он занимается. И, она пыталась себя в этом убедить, знать она это действительно не хотела.       Вскоре в поместье Поттеров прибыла Валери со своей семьей. За эти два года она почти не изменилась. Скорее стала еще изящнее, черты лица стали более острыми. Казалось, что она соткана из одного воздуха, такой хрупкой она была. Её семья в том числе казалась какой-то невесомой. Отец и мать были невероятно утонченными натурами, так что оставалось гадать, каким образом на них смог произвести достойное впечатление Гарри Поттер.       Гермиона была рада встрече с Валери. И в ее небесно-голубых глазах она видела взаимность.       - Переживаешь? - как-то спросила у нее Гермиона, когда они остались одни. Это случалось довольно редко. Чаще всего вместе с ними была мать Валери и Милена. Женская компания была прекрасна, однако абсолютно исключала возможность приватного разговора.       - Нет. - в голосе Валери не было и тени сомнения. - Гарри - прекрасная партия для меня.       Гермиона знала, что в девушке напротив говорит чистокровное воспитание и следование традициям. Что и говорить, она и сама такой была. Ведь довольно быстро ей удалось смириться со своей судьбой. И пусть порой ночами она долго не могла заснуть, поскольку ей казалось, что она рождена для большего. Преданность семье ломала все ее попытки мыслить свободно.       - Ты его любишь? - Гермиона не могла сказать, какой именно ответ она надеялась услышать.       С одной стороны, она хотела услышать “да”, поскольку это давало надежду, что и она сама когда-то сможет полюбить своего молодого супруга. Но с другой стороны, отчего-то ей не хотелось слышать эти заветные две буквы. Почему? Она не могла ответить.       - Этот брак является договором между нашими семьями. Но при этом всем я его люблю. Его сложно не любить.       Голос Валери мелодичный, спокойный. Вне всяких сомнений она любила Гарри. Гермиона чувствовала это всем своим сердцем.       - А он тебя? - она прикусила губу, чтобы не выдать излишнюю заинтересованность в данном вопросе.       - Не знаю. - пожала плечами Валери. - Мысли мужчин всегда так трудно понять.       - Наверное...       Повисла тишина. Гермиона была согласна с тем, что мужчин было трудно понять. Она не понимала поведение Гарри. Но рассказывать о нем Валери она, конечно же, не стала бы.        - Как дела у Флимонта?        Это была возможность уйти в более безопасную тему.       - Все хорошо. - Гермиона улыбнулась, когда вспомнила трогательные послания Флимонта. - Он пишет мне письма. Мне нравится читать про Хогвартс и его друзей. У него здорово получается все описывать.       Например, месяц назад он рассказывал ей, как они с друзьями решили погулять после отбоя. Их заметил староста Слизерина и снял баллы с их факультета. Хотя в своих письмах он часто писал о том, что факультеты в Хогвартсе сильно отличаются друг от друга, из-за чего порой у юных волшебников есть предубеждения - Флимонт старался относиться ко всем одинаково, у него были друзья везде, даже на том же Слизерине.        - Он еще совсем ребенок, да? - Валери мягко на нее посмотрела, прекрасно понимая, что ее вопрос мог ее задеть.       Гермиона вздрогнула. Она уже слышала подобные слова от Гарри. Видимо со своей невестой они действительно были идеальной парой, если даже настроение ей умели портить одинаково.       - Но он вырастет. - утвердительно проговорила Гермиона.       - Определенно. - протянула Валери. - А как твой дядюшка?       Гермиона задумалась. Она уже довольно давно не общалась со своим дядюшкой. Он был занят какими-то исследованиями в области зельеварения. В них он уходил с головой, так что достучаться до него в подобные моменты было невозможно. Сама Гермиона в любом случае не горела особым желанием.       - Он почти не пишет и не отвечает на мои письма. - это была правда. - Но вроде бы он должен быть на вашей свадьбе.        Что-то подсказывало Гермионе, что ее дядюшка не придет. Эта новость в любом случае никого бы не расстроила.       - Кем ты чувствуешь себя в этом доме? - постепенно диалог с Валери начал походить на допрос.       - Я бы сказала, что здесь я чувствую семью. - немного помедлив, ответила Гермиона. - Милена и Карлус ко мне очень добры. Они воспринимают меня как дочь. И я им за это благодарна.        Она не так часто видела Карлуса из-за его занятости, однако в те короткие мгновения, что они находились в одном пространстве, их общение можно было назвать семейным.       - Я тебе даже завидую. - Валери покраснела. - Милена не относится ко мне с такой теплотой.        - Но будет.        В целом жизнь продолжала идти своим чередом. Гермиона проводила дни в занятиях, общении с Валери и ее семьей, помощи Милене и письмах Флимонта. Это была размеренная и спокойная жизнь. До определенного момента.       В тот день Гермиона искала Гарри во всем поместье. Это не была ее личная инициатива или желание. Дело в том, что ее об этом попросил Джеймс, с которым она совершенно случайно столкнулась в коридоре. Он торопился в свой кабинет, поэтому не мог найти сына самостоятельно. Домовики подсказали, где ей искать. Так она оказалась у входа в тот самый тренировочный класс, где совсем недавно состоялась их дуэль с Гарри.       Она слегла приоткрыла дверь и заглянула вовнутрь. Зрелище было действительно интересным. Валери, вся мокрая от пота, пыталась защищаться от заклятий Гарри. К его чести, он не использовал каких-то серьезных проклятий, однако даже жалящее заклинание в его исполнении было невероятным. Девушка то и дело вскрикивала, когда очередная вспышка попадала ей в тело.       - Моя женщина должна быть сильной волшебницей! А ты даже легкое заклинание отразить не можешь! - голос Гарри был злым и крайне недовольным.       Гермиона не видела его лица, однако четко могла представить себе, каким нахмуренным был его лоб. Что его зеленые глаза потемнели. А на губах застыла злая усмешка.       - Меня учили быть женой, а не воином. - очередное заклинание угодило в ногу Валери.       Она была очень плоха в защите. В большей степени она пыталась уворачиваться от заклинаний, однако ее легкое тело, в обычной жизни такое грациозное и невесомое, не успевало уходить в сторону, стоило яркой вспышке сорваться с палочки Гарри. Он читал каждое ее движение.       - У тебя были преподаватели. - Гарри взмахнул рукой, и палочка Валери выскочила из ее пальцев, словно она и не держала ее вовсе. - Ты посещала лучшую школу Франции.       Валери с трудом стояла на ногах. Её грудь тяжело вздымалась, а светлые волосы прилипли ко лбу.        - И что?       Голос девушки был тихим, хриплым. Гермиона не знала, как долго продолжалось это сражение, но девушка выглядела так, словно ее гоняли здесь несколько часов.       - Ничего. В этом то и проблема. - усмехнулся Гарри, откидывая палочку невесты в сторону.       Валери вздрогнула. Гермиона никогда не видела, чтобы Гарри обращался со своей будущей супругой именно так. И это открытие заставило ее замереть. Она чувствовала, что видит то, чего не должна была видеть. Внезапно ей стало страшно. Она отступила назад, закрывая дверь за собой.        - Ты стал таким холодным. - раздался приглушенный голос Валери. -  Мы не виделись год, а ты так изменился.        - Я не менялся. - голос Гарри был громче.        Гермиона сделала шаг назад.       - Гарри, у нас скоро свадьба... - раздался всхлип. - Мы станем одной семьей...       - К сожалению... - насмешливо прозвучал голос около двери.       Гермиона замерла. Ей бы броситься бежать, но ноги словно приросли к полу.       - Что?! - раздался визг, и дверь распахнулась.       Гермиона зажмурилась. Она знала, что стоит ей открыть глаза, как прямо перед ней окажется Гарри. И она не знала, как ему объяснить свое появление в этот неправильный час. Она осторожно открыла глаза. Гарри смотрел на нее и улыбался. Его словно забавляла вся эта ситуация. За его плечом стояла Валери. Видимо она пыталась его задержать в тот самый момент, когда он распахнул дверь. Гермионе казалось, что страх в глазах Валери был ее собственным отражением.       - Подслушиваешь? - обманчиво ласково спросил Гарри.       - Я не хотела... - пролепетала Гермиона. - Просто твой отец попросил передать...       Она чувствовала, как сердце с каждым ударом бьется все сильнее. Лучше бы она не соглашалась помочь Джеймсу. Ведь в глазах Гарри она не видела ничего хорошего.       - Мне плевать! - прошипел парень. -  Вон!       И Гермиона бросилась бежать. Она не знала, что в тот момент, когда её юбка скрылась за поворотом коридора, Гарри удовлетворенно хмыкнул, оттолкнул от себя Валери, и пошел в другую сторону.  На ужин Валери так и не спустилась, а Гермионе было неловко ее навестить, чтобы спросить, все ли хорошо. Гарри в том числе не почтил их своим присутствием, но этому она была даже рада. Милена и Карлус будто бы ничего не заметили, как и родители Валери. По их многозначительным взглядам казалось, будто они думают о том, что их дети прямо сейчас где-то уединились.       Перед сном Гермиона перебирала колдографии, что совсем недавно прислал ей Флим. Он был таким забавным мальчишкой. Она с любовью смотрела, как он смешно прыгает в ярком красном галстуке на фоне большого зала Хогвартса. Вот бы и ей когда-нибудь там побывать.       Вдруг в ночной тишине раздался тихий скрип, словно кто-то наступил на пол рядом с ее кроватью. Но Гермиона никого не видела, однако отчего-то почувствовала чей-то взгляд на своем теле. На ней была длинная ночная рубашка, которая немного задралась, пока она рассматривала фотографии. Гермиона резко схватила палочку, что лежала рядом, и бросила заклинание подножки в сторону звука. Все это заняло не больше секунду.       Раздался грохот. И на полу, потирая ушибленную ногу, показался Гарри. Его рука все еще была невидимой. Гермиона поняла, что все это время он был под мантией невидимкой.       - Моему брату действительно повезло...Его жена будет не только красивой, но и умной...       Гермиона не понимала, как она должна реагировать на эти слова. В груди она ощущала странное чувство. Удовлетворение от комплимента и страх перед тем, кто и при каких обстоятельствах его сказал.       - Гарри! Прекрати проникать в мою комнату! Я сейчас закричу. - едва ли это можно было назвать угрозой.       - И кто тебя услышит? - ехидно поинтересовался Гарри, вставая. -  В этом крыле никто не живет.        Гермиона поежилась. В её крыле действительно было очень пусто.        - Тогда я тебя заколдую.        Между ними было всего несколько шагов. Гермиона накинула на себя одеяло, чтобы только спастись от этих внимательных зеленых глаз.       - И я верю в то, что это может получиться. Но мне просто было скучно, и я знал, что ты не спишь.        Гарри был абсолютно спокоен. Его совершенно не смущало то, что он стоял ночью в спальне юной девушки. Он сделал шаг вперед, приближаясь к кровати.       - Почему бы тебе не поговорить со своей невестой. - Гермиона постаралась отодвинуться подальше.       Ей было тяжело дышать. С каждым его новым шагом - сердце замирало. Она не понимала и не хотела понимать происходящее.       Гарри сел на краешек её кровати. Гермиона почти вжалась в изголовье. Стоит ему протянуть руку - и он сможет дотронуться до нее. Было жарко.       - Какая ты живая. - его голос был глухим.       Его глаза горели так ярко, что напоминали в полутьме глаза дикой кошки. Гермиона не чувствовала в себе сил отказаться от того, чтобы смотреть на него.       - Что?        - Ничего.       Гарри придвинулся ближе. Его рука была совсем рядом с ее ногой. Гермиона замерла. Подобные эмоции она никогда не испытывала, именно по этой причине она и не знала, как их ей трактовать.        Внезапно Гарри дернулся вперед, дотрагиваясь кончиками пальцев до ее щиколотки. Прикосновение было почти невесомым, но Гермионе казалось, будто на ее коже остался ожог. Она взвизгнула и вскинула палочку, направляя ее прямо в лоб Гарри.        - Что ты делаешь? - Гермиона сжимала палочку так крепко, словно от нее зависела вся ее жизнь.       Поттер не выглядел удивленным или испуганным. Он довольно равнодушно окинул взглядом длинное древко, но руки убрал.       - Мне интересно, какая у тебя кожа, если до нее дотронуться.        Он склонил голову. Его длинная челка на пару мгновений закрыла его глаза. Он не стремился говорить или покидать ее комнату. Он просто молчал.       - Не трогай меня. - Гермиона старалась придать своему голосу мужественности, однако все равно можно было услышать его дрожь.       - Прости. - Гарри откинул челку и улыбнулся, словно ничего и не было. - У тебя день рождение через неделю, да?       Смена темы диалога была столь стремительной, что девушка растерялась. Она и не думала, что Гарри мог знать об этом факте. И его осведомленность в этом вопросе пугала.       - Да. - кивнула Гермиона, надеясь, что это удовлетворит его любопытство, им он уйдет.       - Какой бы подарок ты хотела? - Гарри продолжил свой странный допрос.       Он наконец поднялся с ее кровати. Поттер выглядел слишком расслабленным. Гермиона продолжала держать палочку наготове, настороженно следя за его действиями.        - От тебя мне ничего не нужно. - на выдохе произнесла она.       Гермиона не понимала, чем было вызвано изменение его поведения. Она даже скучала по тем временам, когда он её не замечал. По её мнению она не сделала ничего, чтобы его заинтересовать. Однако если бы она смогла в ту самую минуту заглянуть в голову Гарри, то увидела бы, что с недавних пор она является его единственным сильным интересом, опережая даже службу в аврорате.       - Ты так думаешь? - искренне удивился Гарри.       - Я уверена. - просто ответила она.       Поттер окинул на нее таким взглядом, словно она произнесла самую большую глупость на свете.        - Тебе нужен я. - он хищно улыбнулся. - Ты просто пока не приняла этот факт.       Может все это было затянувшейся шуткой? Розыгрышем? Гермиона нервно потеребила краешек пижамы, опуская палочку.        - Гарри, перестань. - запинаясь, произнесла она. -  Ты меня пугаешь.       Ей так хотелось, чтобы он громко над ней рассмеялся, назвал идиоткой, над которой было так весело шутить. Но Гарри выглядел таким серьезным.        - Я сам себя пугаю. - тихо проговорил он. - Смотрю на тебя и ничего не могу с собой поделать.        Поттер сделал шаг назад.       - Гарри... - умоляюще посмотрела на него Гермиона.       - Я не трону тебя, пока ты невеста моего брата.        Данные слова прозвучали приговором в её голове. А её палач стремительно покинул её спальню. Слово “пока” не давало ей покоя. Гермиона не знала, к чему ей стоит готовиться, чего ей стоит ждать.       Она никогда не углублялась в законы чистокровных касательно брака. Поэтому на следующий день она отправилась в библиотеку, чтобы прочитать несколько книг по этому вопросу. К своей радости она нашла в одной из них примечательную статью. В ней говорилось, что “обрученные не могут расстроить помолвку, если будущая невеста лишилась невинности с будущим мужем”. Иначе по законам чистокровных её более не могли взять замуж. А как было известно Гермионе - Валери уже давно потеряла невинность с Гарри.        Именно эта информация позволяла ей спокойно ходить по поместью. К тому же, сам Гарри будто бы перестал обращать на неё внимание. Он занимался прохождением тестов в аврорате и сбором необходимых документов.       Прошла неделя. Наступил день её рождения. Гермионе исполнилось шестнадцать лет. Она никогда не праздновала этот день. Даже Поттеры прониклись этим моментом, ограничиваясь подарками и поздравлениями во время завтрака. Дядюшка по обыкновению прислал ей пышный букет роз, что ждал её утром, когда она открыла глаза.        Гермиона сладко потягивалась в кровати, еще не зная, что буквально через пару часов её жизнь изменится. Завтрак она провела в одиночестве, но вот за обеденным столом решила собраться вся семья.  Джеймс и Милена как раз обсуждали, в какие именно газеты следует дать небольшое интервью после свадьбы Гарри и Валери, как тот внезапно встал, привлекая внимание.       - Я решил расторгнуть помолвку и отменить свадьбу с Валери. - Гарри кивнул, словно отчитался о каком-то важном деле и сел на свое место.       Повисла тишина. Гермионе казалось, что она оглохла. Все звуки куда-то исчезли. Милена пораженно смотрела на своего старшего сына, то открывая рот, то его закрывая. Джеймс же выглядел так, словно кто-то его оглушил. Наконец первые секунды шока прошли, и он закричал.       - Ты решил что?? - голос Поттера-старшего прогремел на всю столовую.        Гермиона вздрогнула. Она никогда не видела Карлуса в гневе. Ей казалось, что этот мужчина в принципе не способен на кого-то кричать.        - Я решил расторгнуть помолвку и отменить свадьбу с Валери. - повторил Гарри все тем же тоном, словно речь шла про то, какой пудинг он хочет съесть на завтрак.       - До свадьбы осталось чуть больше месяца, о чем ты вообще думаешь? - вмешалась в диалог Милена, её голос немного срывался на истеричные нотки, но в целом контролировала она себя лучше мужа.       - О том, что я не хочу на ней жениться. - просто ответил Гарри, разводя руками. - Не нужно так драматизировать.        - Ты сошел с ума? - в унисон воскликнули его родители.       Гермиона чувствовала себя абсолютно лишней свидетельницей подобного диалога. Уткнувшись в свою тарелку, она старалась не дышать. “Это мне только кажется.” - повторяла она про себя. Если этот диалог был сном, то он был самым страшным кошмаром.       - Отец, твои слова много значат для меня. - Гарри выглядел слишком спокойным. - Но я так решил, поэтому надеюсь лишь на твое содействие в этом вопросе.       В тот самый момент, когда Гермиона “изучала” дно своей тарелки, Гарри не сводил глаз с неё. Ему было все равно на крики матери и отца. Он уже принял конечно решение. И менять его значило бы изменить самому себе.        - И что я должен буду сказать ее семье? - Джеймс усмехнулся. - Несносный мальчишка...       - Что угодно. - пожал плечами Гарри. -  Свадьбы не будет.       Он наконец смог оторваться от Гермионы и посмотреть на своего родителя. Гарри всегда знал, что в их семье именно он унаследовал внутренний стержень Поттеров. Своего отца он считал слабаком, который слишком расслабился от долгого сидения в поместье и скучной редкой работы вне его стен.         - Сынок, ты забываешься. - умоляюще посмотрела на него Милена. - Невозможно просто так взять и отменить помолвку, о которой было объявлено в газетах, как и о твоей свадьбе.       - Ты все можешь. - зевнул Гарри. -  Если не хочешь заниматься этим, то позволь мне.       Милена выглядела оскорбленной поведением сына. Он никогда не позволял себе подобные вольности раньше, хотя она и видела, как сильно ее мальчик изменился. По правде сказать, ей порой казалось, что она упустила какой-то важный момент в его жизни и воспитании. Гарри порой казался таким чужим, словно он и не принадлежал их семье.        Она заметила изменения в нем, когда он приехал домой два года назад. Но тогда было так легко списать все на переходный возраст. Теперь перед ней сидел юноша, в котором совсем не осталось детских черт. Ей всегда казалось, что он и Валери были чудесной парой. Но теперь она абсолютно его не понимала.       Пока Милена пыталась понять поведение сына, в столовую нагрянули неожиданные гости. Смущенный эльф объявил, что Валери с семьей решили разделить этот обед с семейством Поттеров. Гермиона испуганно смотрела на говорящего эльфа, боясь представить, какой скандал начнется через пару мгновений.       - Извините... - Валери неловко присела в реверансе. - Я подумала, что возможно вы будете не против, если мы присоединимся к вам.        Взгляд Гарри, которым он окинул несостоявшихся родственников, не сулил ничего хорошего.        - А вот и Валери. - с притворным восторгом воскликнул он. - С ее прекрасными родными.       - Юноша, я слышу сарказм в вашем голосе. - отец Валери задумчиво посмотрел на Гарри.        Гермиона вжалась в кресло. Ей было страшно.       - Свадьбы не будет, я расторгаю помолвку. - Гарри весело посмотрел на Валери, которая от этих слов стремительно побледнела.       - Что?! - воскликнул её отец.       И Гермиона побежала прочь. Она не хотела слышать ссору, которая явно набирала обороты. Она пробежала коридор, свернула на кухню, испугав своим резким появлением нескольких эльфов. Затем она выбежала в маленький сад, но не остановилась и там. Пруд в том числе остался позади. Её ноги были изранены жесткой травой, что росла у самого края земель Поттеров. И она остановилась только тогда, когда поместье исчезло, скрывшись за холмом. Гермиона не знала, что ей делать. Она чувствовала, что именно она стала причиной того, что помолвка Валери была расторгнута. Да, она ничего для этого не сделала. Но ей было так стыдно за то, что Гарри приходил к ней, что он делал все то, о чем она могла вспомнить, только сильно краснея.        Девушка легла на траву. Теперь ей не казались слова Гарри лишенными смысла. “Пока ты невеста моего брата.” - набатом раздавалось в ее голове. Теперь он сам был абсолютно свободен. Она не сомневалась в том, что ему удастся расстроить помолвку. Если он так легко смог скинуть Валери, то её брак с Флимонтом мог никогда не состояться. Она не знала, сколько времени прошло с того момента, как этот день полетел в пропасть. Солнце медленно спускалось за горизонт. Вечерняя прохлада заставляла её кожу покрываться мурашками. Гермиона могла использовать согревающие чары, но не хотела. Закрыв глаза, она молилась, чтобы этот день наконец подошел к концу. Внезапно она почувствовала какое-то движение рядом. Ей не нужно было видеть, чтобы знать. Это был он.       - Все же это было тяжело. - устало вздохнул Гарри.        Гермиона молчала. Она почувствовала, как он сел рядом с ней. Слишком близко. Она могла чувствовать тепло его коленей. Грейнджер открыла глаза. Гарри был бледным. Но его глаза горели все также ярко. Она наконец смогла распознать, что скрывается в их глубинах. Такой взгляд она видела однажды у Карлуса, когда он смотрел на жену. Это был взгляд любви и обожания.       - Как Валери? - её шепот едва можно было расслышать, но она знала, что Гарри поймет эту фразу и по её губам.       Он склонился над ней. Его рука запуталась в её волосах. Она чувствовала его дыхание на своем лице.         - А я думал, что ты спросишь о моем состоянии. - его губы были так близко.        Гермиона чувствовала, как с каждым его вздохом ей становится все жарче. Никто и никогда не был так близок к ней.       - Ты бросил ее перед свадьбой. - слезы застыли в её глазах.        - Я принял решение, которое спасло ей жизнь. - словно маленькому ребенку объяснял Гарри. -  Она бы не была счастлива со мной, как и я с ней.       Гарри убрал руку и отвернулся. Это был действительно тяжелый день. Он не чувствовал свою вину за случившееся. Да, возможно было обидно за потраченное время, но не более того.       - И это ты осознал только сейчас? - Гермиона воспользовалась моментом, чтобы подняться, но Гарри даже не посмотрел в её сторону.       - Да. - ответил Гарри, а затем, немного помедлив, добавил. - Они уже уехали. Сказали, что не останутся тут.        - И я их понимаю. - Гермиона развернулась и пошла прочь.       Он не пытался её остановить. Обратный путь показался ей до невозможности длинным. Она и представить себе не могла, что пробежала все это расстояние. Действий Гарри она не понимала. Гермиона не могла себе представить, что человек так быстро способен отказаться от той, с кем был так долго. Да, Гарри был молод, но все же Валери не была просто знакомой. Гермионе было безумно жаль эту девушку. Теперь её будущее было под вопросом. Поттеры должны были отдать слишком многое, чтобы откупиться от той семьи.        И Гермиона, если забегать вперед, оказалась абсолютно права. За расторжение брака Поттеры отдали одно из своих хранилищ в Гринготтсе.        В поместье было тихо. Милену она обнаружила в маленькой гостиной. Женщина горько плакала, скрывая лицо в подушке. Девушка ненадолго замерла на пороге, а затем двинулась дальше. Проходя мимо следующей комнаты, Гермиона заметила небольшой огонек. Карлус сидел в темной столовой, перед ним догорала в маленькой пепельнице сигара.       Гермиона почувствовала себя спокойнее только тогда, когда двери её комнаты захлопнулись, отрезая весь остальной мир. Помня о способности Гарри врываться в её личное пространство, она тщательно проверила спальню на предмет посторонних, а затем наложила несколько крепких охранных и запирающих чар. Оставалось надеяться, что Гарри не будет пользоваться родовой магией, чтобы проникнуть внутрь.       Девушка прошла в ванную. Ей так хотелось смыть весь этот день с себя. Теплая вода заботливо убаюкивала, хотелось потерять счет времени и просто раствориться в этом ощущении. Но нужно было идти в кровать. Она надеялась только на то, что Флимонт скоро приедет домой на каникулы. И тогда все обязательно будет хорошо. Но, конечно, день не мог закончиться просто так.       - С днем рождения, Гермиона. - Гарри сидел на ее кровати так, словно в происходящем не было ничего странного.       Гермиона была рада, что в этот раз взяла палочку с собой. Тонкое древко мягко спустилось из рукава прямо ей в руку. От Гарри не укрылось это действие. Но его одобрительный взгляд скорее говорил о том, что он был рад этому.       - Мне следовало догадаться, что ты будешь тут.        Девушке казалось, что она устала, что у нее больше не было сил бояться. Она проверила охранные чары, что так и остались нетронутыми. В голове возникла мысль, что в библиотеке можно найти информацию про обход родовой магии. Этим предстояло заняться завтра. Может быть, ей даже стоит ненадолго уехать к дядюшке. Она всегда может сказать, что безумно по нему соскучилась. Поместье Грейнджеров бы скрыло её от слишком настырных зеленых глаз.       - Умная ведьма. - Гарри цокнул языком. - Я ведь тут не просто так.       -Ты не можешь приходить сюда, когда тебе вздумается. - Гермиона старалась держаться от него подальше, но Поттер сам сократил расстояние.       Мгновение - и он стоял рядом, прижимая её к стене. Гермиона чувствовала его крепкие руки на своей талии. Но её сердце молчало. Почему-то оно не заходилось в бешенном ритме, дыхание не сбивалось. Она всё осознавала, но не понимала реакцию собственного организма.          - Зелье в ванной. - прошептал Гарри ей в ухо. - Оно делает тебя спокойной и весьма покладистой.       В любой другой ситуации эти слова вызвали бы в ней безумный страх. Но сейчас она стояла, не испытывая никаких эмоций.        - Ты невыносим. - только и смогла сказать она.       Гарри улыбнулся. Ему нравилось ощущать её хрупкое тело в своих руках. Да, с зельем она смотрела на него иначе. Если бы не оно, то она точно бы запустила в него парочку заклинаний.        - Это мой подарок тебе. - он осторожно извлек маленькую коробочку из кармана и открыл её.       В ней скрывалась маленькая подвеска. Тонкая нить по его мнению идеально вписывалась на такую прекрасную шею. На мгновение в глазах Гермионы промелькнуло что-то вроде испуга, но затем они приобрели самое равнодушное выражение.       - Красиво... - прошептала она.       - Как и ты... - Гарри прижал её к себе.       А затем для неё наступила темнота.       Она проснулась утром от резкой головной боли и с удивлением обнаружила себя в кровати. Воспоминания о прошедшем дне возвращались медленно и крайне болезненно. Ей так хотелось поверить в то, что все это было лишь кошмарным сном, но маленькая коробочка на прикроватном столике говорила об обратном. Гермиона помнила про зелье, действие которого наконец стало её отпускать. Кожа покрылась мурашками, а её саму начала бить мелкая дрожь. Руки не слушались, а ноги с трудом смогли преодолеть расстояние до двери. Она знала, что она должна сделать. Гарри не получит её, она больше не предоставит ему такой возможности.       Джеймс Поттер просыпался очень рано и, по обыкновению, пил кофе в своем кабинете, читая утреннюю газету. Даже плохой день не мог изменить этот факт. Гермиона появилась на пороге неожиданно, Карлус даже вздрогнул от её появления. Она чувствовала большую неловкость, когда пыталась доказать, что ей просто необходимо навестить дядюшку и погостить у него некоторое время. Ей даже пришлось сказать, что и сам дядюшка очень хочет её видеть. Карлус согласился открыть камин, в который Гермиона буквально сбежала. Плевать, что ночная рубашка все еще была на ней. Ей не хотелось оставаться в поместье Поттеров даже на мгновение.       Её дядя не выглядел счастливым, когда она выпала из камина ему под ноги. Но видимо её внешний вид доказал ему, что иного пути у нее не было. Он не стал задавать вопросов, а Гермиона предпочла сделать вид, что все абсолютно нормально. Она написала письмо Поттеров, что останется у дядюшки до каникул Флимонта.  Чтобы дядя не был против её нахождения рядом, Гермиона взяла в свои руки всю работу по дому, подгоняя эльфов. Она навела полную ревизию в запасах зелий и ингредиентов. Перебрала книги в библиотеке, особенно останавливаясь на тех, что могли ей быть полезны. Она старалась быть тихой и незаметной. Гарри не писал, что безумно её радовало. Милена один раз навестила её, но не задавала лишних вопросов. Гермиона чувствовала, что все вокруг всё понимают, но стараются делать вид, что ничего не случилось.       Однако в первый день каникул Флимонта ей пришлось вернуться к Поттерам. Дядюшка дал понять, что более подобную выходку он ей не простит.       Первым, кого Гермиона увидела, переместившись в такое ненавистное ей с недавних пор поместье, стал Флимонт. Он довольно сильно вытянулся, окреп. Было видно, что ему предстоит стать весьма привлекательным юношей. Он сгреб её в объятия, а после закружил. И Гермиона была ему безумно рада.          - Смотри, я снова подрос! - Флимонт широко улыбался, когда наконец опустил её на пол.       От него исходила такая аура домашнего уюта, что Гермиона даже забыла о том, что с ней случилось совсем недавно. Она просто была рада его видеть. Такого счастливого и улыбающегося ей.       - Еще немного и меня догонишь. - Гермиона нежно потрепала его по голове. - Ты растешь настоящим красавцем.       Флимонт покраснел. Гермиона находила то, как красные пятна покрывают его лицо, весьма милым. С ним было так спокойно.       - Определенно! - Флимонт неловко качнулся, а затем внезапно стал очень серьезным. - Как ты тут? Гарри тебя не обижал? Я слышал о расторжении помолвки, ты что-нибудь знаешь?       Он выглядел весьма обеспокоенным этим вопросом. Гермионе так хотелось ему все рассказать, но она не знала, с чего следует начать. С того ли момента, когда она столкнулась с Гарри у пруда, а может с их дуэли, после которой явно что-то пошло не так. Флимонт смотрел на неё выжидающе.       - Нет, это было очень неожиданно. Гарри нас всех удивил.       По глазам Флимонта можно было понять, что он прекрасно видел, как она прячет правду за этими простыми словами. Но только он открыл рот, чтобы указать на это, как рядом появился Гарри.       Он появился неожиданно. Так, словно он всегда стоял тут, и только сейчас внезапно его все заметили. “Мантия.” - подумала Гермиона. Она слышала достаточно об артефакте семьи Поттеров. Гарри не изменился за это время, разве только стал немного худее, поскольку скулы казались острее обычного.       - Я люблю удивлять. - обнял Гарри брата и отстранился.       Флимонт раздраженно потер плечо. Гарри сжал его слишком крепко. Гермиона побледнела, что не укрылось от внимания братьев. Если Флимонт вопросительно посмотрел на неё, то Гарри смотрел с каким-то нескрываемым удовольствием.        - Не думал, что ты меня встретишь.               - А я и не планировал. Просто мимо проходил.       Ложь. Гермиона знала, что Гарри был в этой комнате с самого начала.        - Ну вот и иди, куда шел. - фыркнул Флимонт, но его голос потеплел, как только он обратился к ней. -  Гермиона, пошли, я подарю тебе свой подарок на твое день рождение.       Гермиона старалась на него не смотреть. Мысль о подарке навела её на воспоминания о той ночи. Внезапно она почувствовала легкое прикосновение к своим мыслям. Словно кто-то пытался залезть к ней в голову. Конечно, стоило ей посмотреть на Гарри, как стало понятно, что это было именно его рук дело. Он выглядел слишком довольным.       - Мой подарок все равно лучше, милый братец. - протянул Гарри, словно издеваясь.       Гермиона отступила. Ей так хотелось вновь нырнуть в камин. Она была готова умолять дядю забрать её обратно, пока не придет пора свадьбы. Ей не нравилось то, к чему шел весь этот диалог. Флимонт смотрел на нее с каким-то недоверием, словно она его предала. Она чувствовала просто ненормальное ощущение стыда под этим взглядом.       - Ты подарил ей подарок? - неверяще спросил Флимонт.        - Ну и какой?       - Это наш маленький секрет. - Гарри прислонил палец к губам. - Ты еще маленький, чтобы знать такое.       Флимонт дернулся в его сторону, сжимая кулаки. Гермиона схватила его за руку, не позволяя приблизиться к Гарри. Её милый Флим всегда был таким вспыльчивым, когда дело касалось Гарри. Тот не выглядел испуганным. Он лишь насмешливо посмотрел на них и исчез, словно его и не было.       Они остались одни. Гермиона чувствовала, как был напряжен Флим. Она всхлипнула и осела у его ног. Парень опустился рядом, и она позволила себе упасть в его объятия.       Гермиона плакала, а он гладил её по спине. Она рассказывала обо всем, что случилось. О том, как Гарри смотрел на неё, о том, как он проникал в её комнату. Рассказывала о том, как он касался её, как ей стыдно за все это. Рассказала о зелье, которое оказалось в её ванной. Флимонт молчал. Но в этом молчании она чувствовала, что в своей боли она не одна.        Она плакала, а он был рядом.        Наконец она подняла на него красные от слез глаза. Флимонт осторожно потянулся вперед, оставляя невесомый поцелуй на её лбу. Да, её маленький Флим был ребенком. Но она чувствовала, что он сможет её защитить.       Флимонт сразу хотел идти к отцу, но его и матери не оказалось в поместье. Эльфы сообщили, что Поттеры-старшие по срочным делам отправились в Косой переулок. Даже Гарри куда-то исчез.  Гермиона и Флимонт не расставались друг с другом. Пытаясь отвлечь, парень рассказывал ей о Хогвартсе. Он очень надеялся со временем стать старостой своего факультета. Хотя в то же время он стремился к тому, чтобы стать капитаном команды гриффиндора по квиддичу. Гермиона знала, что он был достоин всех этих назначений. Её добрый и милый Флим.       Ближе к восьми часам вечера, когда они сидели в библиотеке, рассматривая древо семьи Поттеров, поместье дало знать, что хозяин вернулся. Флим подхватил Гермиону за руку и они бросились в главный холл, где, отряхиваясь от пыли, стояли Милена и Карлус. Милена отдавала указания эльфам, передавая все покупки. А Карлус пытался отчистить свою парадную мантию от особенного сильного загрязнения.       - Отец! - Флимонт приступил к своей речи сразу. - Мне нужно с тобой срочно поговорить!       - О, сынок! Я как раз хотел сообщить тебе одну новость. - Джеймс наконец оставил попытки сделать что-то вразумительное с мантией. - Я рад, что ты вместе с Гермионой, поскольку это касается и её.       Гермиона почувствовала противный холодок по спине. От её внимания не укрылось то, что Джеймс и Милена выглядели весьма странно. Их глаза были какими-то стеклянными, а движения рваными. Но Флимонт на это явно внимания не обратил.        - Мы с твоей матерью подумали и решили, что твоя помолвка с Гермионой должна быть расторгнута.        Флимонт рядом охнул. Его хватка на её руке усилилась.        - Гермиона, мы понимаем, что и для тебя это большая неожиданность, но твой дядюшка нас поддержал.  - Джеймс удовлетворенно выдохнул и ласково посмотрел на девушку, однако ей от этого взгляда скорее стало некомфортно.       -Ты в любом случае останешься частью нашей семьи. - успокаивающим тоном проговорила Милена, но Гермиона не могла быть спокойной.       - Простите? - неверяще спросила она, хотя сомнений в том, что Гарри выполнил свое обещание, не было.        - Ты станешь женой Гарри. - Милена приблизилась к ней и обняла, однако в этих прикосновениях Гермиона почувствовала лишь холод.       Миссис Поттер и раньше могла сжать её в крепкие объятия, но никогда прежде это действие не ощущалось таким чужим. Гермиона не узнавала запах, прикосновения и поведение той, кого по праву считала своей матерью. Это был абсолютно чужой человек.        - Что? - Флимонт так и находился в состоянии шока, его круглые глаза, казалось, вылезут из орбит.       Он всё ещё держал её за руку. И это было единственное действие, которое позволяло ей стоять ровно и продолжать дышать.        - А вот и я. - Гарри появился в своей излюбленной манере. Внезапно.       От её взгляда не укрылось, каким взглядом Гарри её осмотрел. Как особенно сильно потемнели его глаза, когда он заметил её руку в ладони своего брата. Так смотрел собственник. Хищник, что увидел свою жертву в лапах другого.        - Я не понимаю. - Гермиона растерянно переводила взгляд с одного Поттера на другого. - Это какая-то шутка?        Милена и Джеймс смотрели на неё так потерянно, хотя на их лицах играла всё та же глупая улыбка. В глазах Флимонта стояли слёзы, которые он так отчаянно пытался скрыть.        - Дорогая, ты выйдешь за меня? - с ужасом Гермиона увидела, как Гарри присел на одно колено и достал кольцо из кармана.        Это было тонкое серебряное колечко с маленьким зелёным изумрудом. Девушка уже видела его на тонком пальчике Валери. Она знала, что если посмотреть на внутреннюю гравировку кольца, то можно увидеть слова: “Верность и преданность”. Это было помолвочное кольцо рода Поттеров. В другой жизни она точно бы получила подобное кольцо от Флимонта. Но сейчас не его рука протягивала данный дар ей.        - Как же я могу... - Гермионе заикалась. - Я ведь невеста твоего брата.       Она посмотрела на Флимонта. Ей так отчаянно хотелось, чтобы он что-то сказал. Защитил её. Но рядом с ней стоял маленький растерянный мальчик, что глотал слезы.        - Но ведь он не делал тебе предложение. - голос Гарри был бархатным, он легко выдернул руку Гермионы из хватки Флимонта. -  Это была помолвка на словах, поскольку вы были детьми. И помолвка расторгнута нашими семьями. А теперь я делаю тебе предложение.       Девушка была не в силах пошевелиться. Гарри мягко поцеловал её ладонь, а затем надел это маленькое тонкое кольцо ей на палец. Гермиона увидела, как свечение овладело её рукой, а затем все исчезло. Она поняла. Магический контракт вступил в силу.       - Я не могу... - ей казалось, что от повторения этих слов всё изменится.        - Можешь. - Гарри улыбнулся. -  Помолвка состоялась.       В этот самый момент Флимонт издал какой-то рык. Он дернул Гермиону на себя, а затем бросился с кулаками на Гарри. Старший брат был выше и явно превосходил в силе, однако от первого удара в живот он ахнул и отступил назад. Шанса на новый удар Гарри ему не оставил.        - Гарри!        - Флимонт, перестань!        Воскликнули мистер и миссис Поттер. Гермиона сделала шаг назад.        - Вы все! Вы предатели! - ревел Флимонт, пока Джеймс тщетно пытался оттащить его назад.       Гермиона сделала еще один маленький шаг в сторону лестницы.       - Так будет лучше, дорогой. Гермиона ведь старше тебя. - плакала Милена. Гермиона поднялась на первую ступеньку.        - Она моя невеста! - Флимонт был красным от слез и крика.        - Была твоей. - Гарри победно окинул брата взглядом, а затем посмотрел девушке в глаза.       И Гермиона побежала.        Она споткнулась, кажется, на ступеньке десятой. Колено жутко болело, но она продолжала бежать вперед. Туда. В свое крыло. В свою комнату. Она больше не хотела здесь оставаться. Коридоры поместья казались ей мрачными, стены словно хотели сжать её, запечатав навеки.        У неё не было никаких богатств. Лишь маленький кошелек, денег могло хватить на несколько дней, но затем...Гермиона не хотела думать об этом страшном слове “затем”. При помощи палочки она распахнула шкаф и все остальные ящики, отправляя вещи в свою безразмерную сумку. Она освоила заклятие незримого расширения совсем недавно. И вот как ей это пригодилось. Но самым важным был альбом с колдографиями её семьи. Последнее напоминание, что она чего-то стоит. Что она не просто пустое место, а чья-то дочь.        - Куда ты собралась? - Гарри появился на пороге, и Гермиона, не сомневаясь, отправила в него невербальный “остолбеней”. Парень легко отразил атаку.       - Подальше отсюда! - Гермиона не собиралась так просто сдаваться. Она отправляла в него заклинание за заклинанием.       Гарри был хорошим дуэлянтом. Девушка понимала, что в обычной и честной дуэли у нее было бы мало шансов. Да, у неё были определенные навыки и знания, но их нельзя было сравнить с тем, что умел Поттер. Сила её ударов держалась только на её злости.        - Видимо на улицу. - Гарри отразил очередное проклятие. -  Потому что у тебя нет денег.       Его движения были кошачьими. Он двигался резко, заставляя Гермиону кружиться в этом танце битвы. С каждым мгновением он был все ближе, а у нее было все меньше пространства для маневра.        - Они есть! - Гермиона отправила жалящее проклятие, которое наконец смогло достичь цели.       Гарри зашипел, однако темп сражения не сменил. Теперь он тоже был очень зол. От его игривого настроения не осталось и следа.        - Я знаю все про твои счета. В твоей ячейке слишком мало золота, ты даже распоряжаться ей полноценно не можешь. Это способен делать только твой опекун, которому плевать на тебя.       Эти слова прозвучали пощёчиной.        - Я вернусь к дяде. - слабая попытка себя защитить.        - И он притащит тебя обратно за волосы. - Гарри неожиданно сделал выпад вперед, отражая её атаку и отправляя собственное жалящее проклятие ей в живот. - Пойми, он продал тебя моей семье.        Гермиона вскрикнула. Она впервые ощущала это заклятие на себе. Ей казалось, что даже её внутренние органы пожирает пожар. Она согнулась от боли и в тот же момент Гарри оттолкнул её на кровать. Она упала. Палочка вылетела из рук.       - Я не принимаю твое предложение и это кольцо. - каждое слово давалось с трудом.        Внезапно она поняла, что всё это время она плакала. Таким мокрым было её лицо. Боль от проклятия медленно проходила. Гарри стоял рядом, опустив свою палочку. Капельки пота на его лбу свидетельствовали о том, что и ему это сражение далось тяжело.        - А меня не волнует. - жестко проговорил он.        В его глазах была холодная ярость. И какое-то другое чувство, которое Гермиона сможет понять только с годами. Это была не просто жажда обладания, а страх её потери. Именно тогда Гарри впервые понял, что он может её потерять. На протяжении всех последующих лет он убедится в этом окончательно. И он сделал все возможное, чтобы свести эту возможность к минимуму.        - Ты не можешь жениться на невесте своего брата. - Гермиона старалась отодвинуться от края кровати как можно дальше.        Гарри постепенно успокаивался. Было видно, как выравнивается его дыхание. Как кожа приобретает обычный бледный оттенок. Его рука держала палочку более расслабленно. Но Гермиона не верила этому состоянию. Он казался ей хищником перед броском.       - Бывшей. - уточнил Гарри. -  К тому же, ты все еще невинна. Так что я могу.       Слова о невинности заставили её покраснеть. Почему же тогда отсутствие данного факта не остановило его от разрыва другой помолвки?        - Зачем тебе это? - девушка почувствовала спиной холодные прутья кровати. Отступать было некуда.        - Потому что я хочу видеть тебя рядом с собой. - Гарри дружелюбно улыбнулся. - Все очень просто.        Но ведь просто не было. В их отношениях, как покажет жизнь, никогда не было просто. И возможно Гермионе это следовало понять ещё при их первом знакомстве.        - А я не хочу. - Гермиона отрицательно помотала головой.       Гарри смотрел на неё таким взглядом, словно она была маленьким глупым ребенком, отвергающим единственную возможную истину. Он осторожно забрался на кровать рядом с ней. В какой-то момент показалось, что он растерян и абсолютно не знает, что делать дальше.       - Я дам тебе все, что ты хочешь. - его голос звучал хрипло. -  Мы покорим мир вместе.       Гермиона вскрикнула, когда он резко припал к её руке, целуя. Его губы были прохладными и мягкими. В месте, где он оставил свой поцелуй, она почувствовала жжение под кожей. Он не позволял ей выдернуть руку, поэтому Гермионе оставалось надеяться, что на этом он остановится.        - А мое мнение ты хочешь узнать? - она старалась придать своему голосу твердости, но все её тело было так напряжено, что сил на это не хватало. Тонкие пальцы Гарри схватили её за подбородок, не позволяя отвести от него взгляд.        - Пока оно меня мало волнует. - он не врал.       Его губы были всё ближе. Гермиона не понимала, почему её тело так плохо слушается её. Почему ноги не бегут? Почему её руки не отталкивают его? Почему она чувствует пульсацию там, где его пальцы касаются её лица? Почему ей так страшно, но она позволяет этому происходить?        - Не приближайся. - прошептала она.        Гарри остановился. Между ними не поместилось бы и яблоко, что росло в саду Поттеров. Он нежно провел рукой её щеке, а затем запустил руку в волосы. Электрический разряд поразил её тело. Это было приятно. И это ощущение билось об стенки того, что она боялась его. Он сжал её волосы на затылке.        - Я же говорил, что не трону тебя, пока ты будешь невестой брата. - Гарри вздохнул. - Но теперь ты моя.       - Не трогай... - Гермиона почувствовала, что хватка на волосах усилилась.       - Тебе понравится. - Гарри потянулся вперед. Прямо к её губам.       Но поцелуя тогда не случилось. В тот самый момент, когда Гермиона закрыла глаза, чтобы только это не видеть, - он рассмеялся и спрыгнул с кровати. “Я не насильник, дурочка.” - усмехнулся он тогда.        Их первый поцелуй случился через неделю после этого дня. Когда состоялась их официальная помолвка с приглашенными гостями. Флимонта на ней не было. Его спешно отправили в Хогвартс. Гермиона с тех пор видела его редко. Гарри не отпускал её далеко.       И что самое страшное. Гермиона понимала, что он никогда её не отпустит. - Не трогай...  - Тебе понравится.       Гермиона Грейнджер так резко вскочила с кровати, что чуть не упала. Дело в том, что какой бы большой её постель не была, она всегда выбирала спать на самом краю. Только бы не обнять его случайно во сне. Так уже было пару раз.       Ей нравилось в Хогвартсе. Прежде всего тем, что она могла наблюдать за Флимонтом. Он уже так сильно вырос. Она им безумно гордилась.       - Опять снились кошмары? - раздался сонный голос из угла комнаты.       Конечно, её утро не могло начаться хорошо. Сначала она проснулась от кошмара, а затем герой этого кошмара решил подать голос в реальности.       Гарри стоял за небольшим столом, на котором на огне весело булькал котелок, и что-то лениво мешал. Вернее сказать, мешал без особого энтузиазма, но по всем правилам. Гермиона фыркнула. Он её жутко бесил. Особенно тем, что в привлекательности ему было не занимать. Она довольно часто слышала от работниц министерства, как ей повезло “иметь такого мужчину рядом”. Некоторые из них сокращали эту фразу до слов “иметь такого мужчину”.       Гермиона обычно закатывала глаза в ответ и спешила удалиться куда-то подальше от этих озабоченных дамочек.       - Мне снился ты. - Гермиона спрыгнула с кровати и потянулась.       Эта утренняя рутина казалась привычной. Они всегда находились в состоянии конфликта. Редкими были дни, когда их общение можно было назвать сносным. Гермиона часто рассуждала на тему того, как могли бы сложиться их отношения, если бы изначально Гарри избрал другой путь её завоевания. Ведь она помнила свой детский трепет, когда он ухаживал за Валери. И тогда он казался ей принцем из сказок. Возможно, если бы он только дал ей свободу, то она бы полюбила его той любовью, которую он так страстно желал. Но чем больше он душил её ограничениями, тем меньше терпения у нее к нему было.        - За столько лет могла бы придумать что-то интереснее. - Гарри закинул в котел маленький камень и задумчиво посмотрел на жидкость. Из котелка вырвались маленькие красные искры, и Поттер удовлетворенно выдохнул.        Он был хорош в зельях. Он в принципе был во всем хорош. Гермиона поправила пижаму, что немного задралась на бедрах, и приблизилась к котелку. Она не узнавала консистенцию, цвет и запах. В зельях она разбиралась гораздо хуже.         Между ними никогда не было моментов нежности. Именно осознанных и взаимных. Но очень часто, когда она болела, Гарри не отходил от её постели, самостоятельно меняя компрессы. Его прохладные руки всегда нежно гладили её по голове, успокаивая. И Гермиона никогда не дергалась от этих прикосновений. В тот же момент, когда его самого сваливала сильная простуда, Грейнджер, стараясь не выдавать раздражение, сама меняла ему холодные повязки на лбу. А когда он засыпал - аккуратно трогала его лицо, проверяя, стало ли ему лучше. И в такие моменты её злость почти утихала.        - Что за зелье? - Гермиона остановилась рядом с ним, чувствуя, как его рука поднимается выше к талии.       У нее не было сил с ним ругаться сегодня. Она устала. Поэтому порой она позволяла ему эти вольности.        - Зелье для твоих юных друзей. - Гарри убрал руку, и Гермиона выдохнула. - Я не собираюсь дарить им такой замечательный козырь.       - Понятно. - только и ответила она.       Гермиона уже давно не боялась Гарри. Она выучила его полностью. Бояться можно только неизвестность, а её Поттер был такой открытой книгой. Единственная проблема была в том, что он не был идиотом.        Она жила с ним вместе долгих пять лет. К очень многому можно привыкнуть за это время. Но не ко всему.       - Гермиона, я уже устал от твоих попыток сбежать. - Гарри потер переносицу, видимо он совсем мало спал этой ночью.       - Их бы не было, если бы ты дал мне свободу. - Гермиона еще раз посмотрела на зелье и отвернулась. Теперь ей просто необходимо выпить хороший кофе, чтобы просто прийти в себя.        - Не держи меня за идиота. - Гарри усмехнулся.       Этот диалог длился с момента их официальной помолвки. Она просила свободы и выбор, а он ей отказывал. И чем больше она пыталась её получить, тем сильнее он старался ограничить её волю.        - Я в ванную. - девушка скрылась за маленькой дверью.        - Ты пойдешь на завтрак? - Гарри уже знал ответ.       -Нет. Вскоре раздался шум воды. Гарри разочарованно вздохнул. Каждый раз он мечтал о том, что она поманит его к себе и позовет к ней присоединиться. Он мог попробовать и сам приблизиться к ней. Но ругаться не хотелось. Он обязательно это сделает в следующий раз. И плевать, что он говорил это себе постоянно. После случая, когда он чуть её не потерял, Гарри решил умерить свой пыл и лезть не так активно. Но о том дне их жизни он боялся вспоминать.        Большой зал как обычно гудел. Студенты делились друг с другом утренними новостями. Кто-то до сих пор не мог проснуться, ковыряя ложкой в уже остывшей каше.       За столом Слизерина было гораздо тише в отличие от столов других факультетов. Том не любил пустой шум, чему научил и всех своих змеек. Даже первокурсники запомнили простое правило “не шуметь”.        Реддл был задумчив. На завтрак Поттер пока не явился. А он очень хотел посмотреть ему в глаза. Руди до сих пор порывался отомстить Линч, поэтому для сохранения этой истории в тайне, Том попросил Эйвери контролировать их вспыльчивого друга.        Хороших новостей не было. Абракас доложил, что зачарованные браслеты с руки Грейнджер можно снять только с помощью тех палочек, которыми они были запечатаны. И если с палочкой Поттера все было очевидно, то вот со второй палочкой возникали явные проблемы. Орион, к великому огорчению Тома, уехал на неделю домой решать дела с наследством.       Внезапно дверь за преподавательским столом отворилась - и на пороге показался счастливый Гарри Поттер. Даже слишком. От внимания Тома не укрылось то, что Поттер выглядел слишком довольным для человека, совершившим такой большой прокол.        Том отпил сока и вновь посмотрел на Гарри. Что-то определенно было не так.        - Мерлин... - Абракас рядом с Томом пораженно хмыкнул и посмотрел на свой стакан.        Том удивленно на него посмотрел. Еще никогда яблочный сок не вызывал в Малфое такую реакцию.       - Что случилось? - Эйвери поставил свой стакан на место. На его донышке оставалось пару капель.        - Скажите, что вы все чувствуете странный вкус на языке. - Абракас нахмурился.       Такое лицо Том видел у последователя только тогда, когда тот пытался решить важную контрольную.        - Просто сок кислый. - Руди посмотрел в свой стакан, который тоже был пустым.        - Нет, с ним что-то не так. - Малфой гладил себе по фамильному перстню, странное чувство, возникшее внутри начало отступать.       Том отвернулся от Абракаса и вновь посмотрел на Поттера. И удивился. Почему-то зеленые глаза преподавателя смотрели прямо на него.        - Он улыбается. - Том проговорил эти слова, вновь обращая внимание на ближний круг, но стоило ему оторвать взгляд от преподавательского стола, нить мыслей словно потерялась.       - Кто? - Руди непонимающе смотрел на него.        - Гарри Поттер. - Том старался придать голосу уверенности, но когда он снова посмотрел в сторону преподавателей, то увидел, что Поттера не было.        Том почувствовал слабую пульсацию в голове. И снова сделал глоток холодного сока, чтобы прийти в себя. Стало лучше.        - Почему-то мне кажется, что я должен что-то помнить, связанное с этим именем. - Абракас хмыкнул. - Но я не помню.       - И мне кажется, что я что-то забыл. - Том несколько раз моргнул и...       Диалог за столом был направлен в сторону того, как сильно шумят первокурсники пуффендуя. О приключениях Аманды Линч больше никто ничего не помнил. Как и о том поцелуе в башне старост.       Дверь Большого зала распахнулись. Флимонт Поттер и Гермиона Грейнджер, о чем-то говоря, медленно двинулись к столу гриффиндора. Том был рад тому, что этот Поттер сидел буквально напротив них. Именно по этой причине до его ушей скоро донесся конец их диалога.        - Прости, Флим, но у нас не получится встретиться на выходных. Мы с Гарри вынуждены покинуть школу по делам. Гермиона ласково потрепала парня по волосам. Флимонт был гораздо выше её, поэтому ей приходилось вставать на носочки, из-за чего вся эта картина казалась довольно забавной.       - Опять он тебя куда-то тащит. - гриффиндорец выглядел расстроенным.       - Перестань. - улыбнулась ему Гермиона. - Но на следующих выходных я вся твоя. Обещаю.       Стоило Гермионе двинуться дальше, а Флимонту занять свое место, как последнего тут же окружили его однокурсники с бесчисленными вопросами. И все они, конечно, были об этой невысокой девушке.       Зельеварение и история магии казались настоящим испытанием. Тома невероятно бесило и раздражало все вокруг, хотя он и не мог понять причину этого. Поэтому для себя он решил спихнуть странные чувства на последствия расколотой души. Жутко болела голова. Так что ему пришлось даже пару раз накричать на несчастного Малфоя, который теперь бледной тенью следовал за ним на ЗОТи.       Кабинет защиты от темных искусств вероятнее всего никогда раньше не видел такого рьяного интереса студентов. Едва ли можно было найти опоздавшего на эту пару.        Всё было так ожидаемо.       Гарри Поттер продолжал собирать восторженные вздохи юных студенток. Том даже не был уверен в том, слушают ли они его или просто восхищаются тембром его голоса. Гермиона, неожиданно присутствовавшая на занятии, на его фоне казалась совсем незаметной для женской аудитории, однако мужская половина кабинета с той же степенью заинтересованности наблюдала за каждым её действием.        Девушка сидела на преподавательском столе и задумчиво переворачивала страницы какой-то книги. Её обложка была скрыта, поэтому Тому оставалось лишь предполагать, что так могло увлечь эту хрупкую на вид волшебницу. Казалось, что она совсем не слушала речь своего жениха, однако стоило ему сделать паузу и подмигнуть ей, как она тут же подхватила его выступление.        Она медленно покачивала ногами, пока говорила. И от взгляда Тома не укрылось, с каким обожанием Гарри смотрел на свою невесту. Девушка была не только красива, но и очень умна. Том не мог этого не отметить. Наконец вступительная часть занятия подошла к концу           - Таким образом, мы с вами продолжим говорить о ментальных блоках, которые позволят вам во всяком случае хотя бы попытаться сбросить ряд темных заклинаний. - подытожил свое выступление Поттер. - Замечу, что сейчас мы говорим о противостоянии обычному чтению мыслей, а не “империусу”.       Том почувствовал внутреннюю гордость. Судьба наделила его прирожденной легилименцией. Читать мысли для него было слишком легко. И этот навык он отточил до совершенства, порой считывая поверхностные (и не очень) мысли студентов. Только преподавателей обошла стороной эта участь, поскольку был высок риск нарваться на неприятности и пристальное внимание. А свои таланты Том в большей степени хранил при себе.       Баракам и Руди в том числе выглядели довольными. В первую очередь, им безумно нравилось смотреть на Гермиону Грейнджер, а с другой стороны, у них в том числе не возникало сильных проблем с тем, чтобы спрятать свои мысли и прочитать чужие. Том обучал их лично. И они полностью усвоили все его уроки. Только Эйвери немного грустно смотрел в окно. Ментальная магия ему абсолютно не давалась.        - Вы должны выстроиться по парам. - Гермиона махнула рукой, приглашая студентов подняться со своих мест.       В тот же момент Гарри взмахом палочки убрал стулья с партами в сторону, оставляя пустое пространство для более удобной тренировки. Том вновь отметил для себя, каким взглядом Гермиона следила за тонким древком в руках жениха. Интересно, в какой момент её магия начнет исчезать? Том держал свои обещания, если давал. И странное любопытство, возникающее каждый раз при виде девушки, его не отпускало.        - Каждый из вас должен будет проникнуть в сознание другого. - Гарри хлопнул в ладоши, привлекая внимание.- А другой соответственно должен выстроить достаточно сильные блоки, чтобы защитить свой разум.        - Профессор будет наблюдать за каждой парой, так что покажите всё, на что вы способны. - Гермиона указала на двух девочек, что смущенно жались к стене. - Вы будете первыми.       Этих двух когтевранок Том помнил смутно. Кажется, они постоянно ходили вместе и не особо любили разговаривать с другими. У первой, которую Абракас шепотом назвал “кривой” не получилось создать даже жалкое подобие заклинания, у второй дела с этим обстояли не лучше. Их собственный курс освистывал их и просил Поттера, чтобы он вызвал кого-то другого.       Том выбрал себе в пару Абракаса. Он знал, что способен прочитать мысли блондина при должном усердии. Однако вероятнее всего это было бы очень болезненно. Малфой в том числе мог попробовать свою удачу.        К удивлению Тома, Гарри выглядел спокойным, когда они с Абракасом вышли вперед. В его глазах не было ничего, что могло бы указать на какое-то предубеждение в их адрес. После их небольших стычек было даже странно. Поттер внимательно проследил за тем, как они накладывают заклинание и высоко отметил их уровень подготовки, отдавая каждому по пять очков.        - Я думаю, что у вас с мистером Малфоем продвинутый уровень. - Гарри пожал им руки. - Может вы не будете против того, чтобы защитить свой разум от меня?       -Это была бы большая честь для нас. - Том кивнул, Поттер смог его удивить.       Но первым Гарри вызвал попробовать свои силы Малфоя. Абракас выглядел уверенно. Его черты лица были расслабленными, а на губах играла типичная малфоевская улыбка. Тому казалось, что вероятнее всего все отпрыски этого семейства имели данную отличительную черту.        Студенты замерли. Лишь один человек совсем не обращал внимания на происходящее. Гермиона Грейнджер заняла кресло в углу, поджала ноги под себя, закрыла глаза и, кажется, уснула. Том мог бы поверить в это, если бы не еле заметное вздрагивание её ресниц.  Поттер скинул палочку и медленно с выражением произнес заклинание. Он явно щадил Малфоя, однако Абракасу это испытание давалось весьма тяжело. Было видно, что ему особых трудов стоило сохранять вертикальное положение. Прошло целых две минуты прежде чем он со стоном опустился на пол.       - Молодец, Абракас! - похвалил его Гарри. - Ты держался довольно хорошо. Не волнуйся, я успел увидеть только твой побег от юной Лестрейндж, так что остальные твои воспоминания остались в сохранности.       Среди студентов раздались смешки. Но стоило Руди и Эйвери неодобрительно посмотреть на смеявшихся, как звуки стихли. Абракас поклонился Поттеру и занял свое прежнее положение. Пришла очередь Тома.       Он не боялся вторжения в свой разум. Да, Поттер определенно мог достичь успеха в этом плане, поскольку Том лишь только учился, хотя и достиг определенных высот. Но Реддл никогда так просто не сдавался. Тёмные лорды никогда не уступают, даже если возможность проиграть высока.       В этот раз Гарри вскинул палочку быстрее. По правилам защищаться ответным заклинанием было нельзя. Нужно было лишь разумом не позволить противнику влезть в свои мысли. Поттер был резким и грубым, его магия была жесткой, и на первых порах Том почувствовал, как его ментальные блоки дрогнули. Зеленые глаза смотрели в глаза цветы тьмы. И тут Реддл почувствовал такое привычное чувство превосходства, магия Поттера не могла его достать. Воспоминания были надежно спрятаны. Он не мог сдержать улыбки.       Лицо Гарри выражало крайнюю степень изумления, а затем магия хлыстом ударила разум Тома. Было больно. Он пошатнулся, однако стоять на ногах все еще мог. Убеждение в том, что он способен продержаться, присутствовало, однако вероятнее всего еще раньше он мог просто потерять сознание.       - Хватит. - Гермиона рывком опустила руку Гарри. - Реддл показал отличные способности, двадцать очков слизерину.        Первый вздох казался таким блаженством. Еле заметным знаком руки Том остановил Руди, что готовился его подхватить. Тёмные лорды никогда не показывают своей слабости. Гарри выглядел весьма расстроено, однако он постарался придать себе самое веселое выражение лица и похвалить Тома еще раз. Похвала была пресной и крайне лицемерной.       - Абракас, отведи своего друга в больничное крыло. Попросите у мадам Помфри настойку для восстановления сил. Она вам нужна в том числе. - Гермиона указала им на дверь. - Для вас занятие на сегодня закончилось.       Поттер не возражал.       Следующие два часа Том и Абракас лежали в больничном крыле. Целительница отказалась их отпускать, пока “румянец не окрасит ваши щечки”.  Абракас сказал, что в таком случае они никогда не покинут это место. Природная бледность не могла куда-то исчезнуть просто так.        На ужине в Большом зале Том вновь не обнаружил Поттера с невестой. Они словно куда-то исчезли. Однако его скуку смог разбавить Руди, который с какой-то излишней веселостью сел рядом с ним.       - Эта противная грязнокровка просила передать тебе письмо. - Лестрейндж широко улыбнулся. - Но я её послал.       - Какая? - Том устало зевнул, ему так хотелось скорее вернуться в свою башню, чтобы поспать. Давно он не чувствовал такую потерю сил. И даже отдых в лазарете мало помог.        - Ну...та блондинка... - Руди показал куда-то за свою спину. - Не помню, как ее зовут, она тогда подходила к тебе в Большом зале.       Том был удивлен. Он не ожидал, что эта девушка будет столь настойчива в своих попытках. Ему казалось, что он довольно ясно донес до нее свое нежелание с ней общаться.        - Ты взял от нее письмо? - Она буквально повисла на мне. Я знаешь ли не люблю, когда на мне виснут такие девчонки.       Руди фыркнул. Том улыбнулся. Его друг просто ненавидел грязнокровок. Вероятнее всего он был одним из самых нетерпимых к ним людей. В отличие от Тома Лестрейндж никогда не скрывал своего отношения и говорил об этом довольно открыто, чем часто заслуживал отработку у декана. Правда, начиная с шестого курса, Руди решил просто их не замечать, чтобы просто не торчать вечерами в душном кабинете с котлами.       - Я так и знал, что ты больше по парням. - Том хлопнул друга по руке.       - Том! - возмутился Руди, но искорки в его глазах выдавали веселье. В такие моменты Том чувствовал себя обычным учеником, а не будущим Темным Лордом. И в какой-то мере это дарило ему “счастье” в его собственном понимании.        - Так что с письмом? - Том наконец заметил Олсен, что пряталась среди толпы однокурсников. Выглядела она неважно.         - Я сократил твое время и сжег его, так что принимаю твои благодарности.        - Не дождешься. - и Том вернулся к еде.       Перед сном его ждало патрулирование. Компанию ему должен был составить Абракас, но Том решил его отпустить. Абракас выглядел возможно даже более усталым, чем сам Том. Тем более Реддлу хотелось прогуляться в одиночестве и подумать обо всём, что с ним успело произойти. Почему-то ему казалось, что он забыл нечто важное, но эта мысль будто не могла удержаться в его голове.        Коридоры Хогвартса были пустыми, что даже удивляло. Том привык разгонять парочки, любивших зажиматься в тёмных углах. Ему нравилось снимать баллы с других факультетов. Он находил в этом своеобразное хобби для себя. Хотя с другой стороны Слизерин все равно был впереди. Ведь именно там учился сам Том Реддл, в школе не было ученика, что был бы равен ему по успеваемости и силе. Перед возвращением в спальню он решил подняться на Астрономическую башню. Звезды обещали быть очень яркими, поскольку в небе не было и облачка. Но видимо он был не первым, кого посетила такая идея. Том не мог скрыть своей улыбки, когда заметил хрупкую фигуру, облокотившуюся на перила смотровой площадки. Гермиона Грейнджер. Его новая загадка.        - Как ты себя чувствуешь? - девушка даже не обернулась.       Это было поразительно. Том был уверен, что он не издал и звука, однако она все заметила. Удивительная ведьма.       - Все нормально. - Том подошел ближе. - Не спится?       Её глаза были устремлены к небу. Она была здесь, но было видно, что мысли её витают где-то совсем далеко. Она не отодвинулась, когда он встал рядом с ней. Не посмотрела на него, когда его рука случайно дотронулась её ладони. Её белая кожа будто сияла, отражая свет луны. Том почувствовал, как что-то странное просыпается в нём. Сердце начинало ускорять свой темп. И он глубоко вздохнул, стараясь выровнять свое дыхание.        - Я очень плохо сплю. - наконец ответила девушка. - Позволь мне посмотреть на твои руки.       Её темные глаза казались тягучим шоколадом. Том не мог понять, каким образом он каждый раз терялся, когда она так смотрела на него. Он протянул ей свою ладонь. Её прикосновение было мягким. В каждой точке, где её пальцы касались его, он чувствовал легкое жжение. Её руки были такими огненными по сравнению с его абсолютно холодными ладонями. Она выглядела довольной своим изучением.       - Спасибо. - она не торопилась его отпускать, а Том не спешил вырывать свою руку.       Ни одна девушка не вызывала в нём такой интерес. Его магия словно взывала к ней. А шестое чувство говорило, что это может быть взаимно.       - Я не солгал, когда сказал, что хочу быть вашим должником.- при этих словах легкий румянец вспыхнул на её щеках.       - Ты не забыл про это? - Гермиона вопросительно на него посмотрела.       Но разве Том мог про это забыть?       - Я всегда помню о своих обещаниях.        Сам момент казался каким-то нереальным. В лунном свете девушка была почти прозрачной. Но её руки были такими жаркими.        - А помнишь ли ты другое? - её голос был тихим.       Внезапно Том почувствовал резкую боль в голове. Девушка перед глазами начала расплываться. Воздуха катастрофически не хватало. Колени подогнулись. И он упал.. Гермиона возвышалась над ним. Теперь он не мог видеть её глаз, но ощущал её руки, что теперь жгли так сильно, словно он дотронулся до адского пламени.       - Что я должен помнить? - Том старался держать глаза открытыми. Мозг отказывался работать. Мысли путались. Было так больно.Реальность словно перестала существовать.       Он стоял на коленях перед девушкой-нимфой, словно молясь ей. Время исчезло. Не было ничего, кроме этого момента. Девушка перед глазами то пропадала, то появлялась.        Боль была невыносимой.       - Вот это. - она склонилась к нему и поцеловала.       Это было падением. Но перед ним Том почувствовал, что взлетает. Её губы были такими мягкими и влажными, никто и никогда его так не целовал. Её руки словно были везде. А затем...       Том проснулся.