Подгоревшая выпечка

Он не мог ошибиться. Ему сами покойники сказали, в чём проблема. Души, которые якобы увидела Виктория, чернокнижник и в помине не видел. Так, а если по порядку, то всё пошло по пизде ещё с утра. Влад проснулся со своей скомканной кожанкой в руках, теперь куртка воняла - да, именно воняла дымом, и если начать нюхать, то едва-едва можно было уловить запах выпечки. Дым словно прятал сокровенное, что только он может держать в своих руках. «Ой, ты так хорошо мыслишь. А прикинь, если бы ты вчера не прошёл мимо, то вы проснулись бы вместе,» – шептал голос, соблазняя и одновременно пытаясь вызвать чувство упущения. – Ага, или не проснулся бы вообще от такой хуйни, – устало пробормотал Череватый, садясь на кровати. Куртка была отброшена на стул, стоящий недалеко. На удивление, выспался Альфа очень даже хорошо. Не было кошмаров или каких-то странных видений. Была какая-то женщина, но он даже не слышал её, а если точнее, то не хотел слушать. Знал, что справится и без этого всего. Потрясёт покойных, выуживая из них инфу, и всё пойдет как по маслу. Уже одетый в обычную одежду, в которой будет проходить испытание, Влад несколько минут смотрел на кожанку, скомканную, одиноко лежащую на стуле. Хмурясь, он всё-таки надел её, и вышел из номера, почти сразу столкнувшись с Олегом. – Доброе утро. Всё нормально? – поздоровавшись с ним, медиум как-то странно посмотрел на него, словно одновременно сканируя и оглядывая с головы до ног. «Всё супер, малец. Ночью он просто был в шаге от того, чтобы дрочить на твой запах до рассвета, но увы. Бог уберёг,» – голос противно заржал после своего остроумного ответа. – Иди нахуй, – прошипел под нос Влад, а уже Шепсу добавил, – Доброе утро, не-не, всё нормально, – возможно он ещё что-то сказал бы, но этот ебучий запах, сука… Теперь явно был сильнее, и, похоже, экстрасенс был немного взволнован, потому что пахло ярче, чем в микроавтобусе. Стало интересно, как он пахнет, когда злится? А когда радуется? «А когда трахается?» – добавил голос, от чего собственные глаза округлились от ахуя который он испытал. Стоять вот так было неловко, поэтому поджав губы, Череватый кивнул и поспешно ушёл. Без направления или определённой цели, просто куда-то, где нет Олега-охуенный-запах Шепса. «Вау, мы сбежали. Стоять, не «мы», а «ты». Я бы не свалил,» – обвиняющий тон начинал бесить. Но, кажется, попытки не обращать внимания увенчались успехом. В конце концов, на данный момент, были проблемы посерьёзнее. Уже на улице, по направлению к кладбищу, за бинтами, чернокнижник начинал осторожно, словно раскалённые угли, разбирать собственные мысли. О бинтах он вспомнил, когда как ошпаренный выскочил из отеля. Итак, ситуация была, откровенно говоря, хуевой. «Владислав Череватый бросил жену ради Альфы, Олега Шепса» – словно прочитал заголовок газеты, голос в голове. – Я тебя выгоню нахуй, если не заткнешься, – прорычал Влад, чувствуя, как сжимаются челюсти. К счастью, было раннее утро, и людей на улице было не так много - никто не мог видеть его адского настроения. Слова об изгнании были пустышкой, так как они оба знали, что он понадобится на испытании, но эта слабая «недопросьба» увенчалась успехом, потому что голос заткнулся, давая ему возможность самому разобраться в себе. – Пиздец нахуй. Как можно было так проебаться? – бормотание под нос помогало. По крайней мере был ясен корень проблемы. Да, ему определённо нравился запах молодого медиума, НО. Было несколько таких маленьких моментов, из-за которых всё усугублялось. Например, что он начал заглядываться на самого Олега. Дома его ждала жена с ребёнком, а младший Шепс по данным из интернета был на миллиард процентов натуралом. Чудесно. Прекрасно. Прямо выиграл эту жизнь. На самом деле, в последнее время Влад чувствовал пропасть между собой и возлюбленной, если так мог её назвать. Да, он был очень благодарен за сына и за то, что она ему помогает, поддерживает в сложные моменты жизни, но… Её без почвенная ревность уже начинала выводить из себя. После победы в двадцать третьем сезоне поклонниц и поклонников стало больше в несколько раз, и с каждым днём их число только росло. Многие слали сердечки и признания в любви, прикола ради, но для ревнивой Беты это объяснить было сложно. Проблемы с женой, непонимание с её стороны, и тут Олег блять как святой спасательный круг. Сам Сатана нашёптывает: брось жену, Влад, бери Олега, Влад, прояви себя как Альфа, Влад. «Ты конечно говорил закрыть ебало, но мне кажется…» – голос замолчал, ожидая реакцию, но потом продолжил, – «Что тебе нужно собрать себя в кучу и отбросить нахуй все нормы общества и морали. Ты сам подумай. От Лёвы ты не отказываешься, ведь в конце концов он твой сынуля. Ну а Лена женщина ещё молодая, видная, найдёт того, кто будет при деньгах и за которым не будут бегать толпы поклонниц. Ты, это, давай, походи с этой мыслью. К Олегу приглядись, а там и посмотрим, что делать дальше. С вас пять тыщ,» – как психолог отчеканил голос, вроде даже помогая раз в тысячелетие. Череватый пришёл на кладбище, чувствуя себя чуть-чуть лучше. Вроде как, хотя бы минимально разобравшись в себе, он начал откапывать бинты. – Да нихуя я не разобрался в себе! – гаркнул чернокнижник, уже раздражённо запихивая бинты в пакет. Он не решил проблему, а только отложил её в дальний ящик, ожидая, когда блять всё само по себе пройдёт. Нихуя не пройдёт, нужно что-то делать, но вариантов, что именно, не было. Раздражение брало верх всё сильнее с каждой секундой. В конечном итоге Влад пришёл к выводу, что проблема в натуральности Олега, в которой он был уверен больше, чем в себе. «Вот если бы он был омегой…» – начал голос... – Он не Омега, – подчеркнул последние слова экстрасенс, сидя на лавочке. Ему, кажется, начинал нравиться молодой Альфа, и это произошло бы вне зависимости от вторичного пола. Словно чувствуя настроение чужака, души на кладбище обходили его стороной, даже не предпринимая никаких попыток поговорить. Но внезапно одна бабуля подсела к нему на лавочку. – Ты слишком грузишь себя. Раньше было хуже, – заявила она, сидя почти бок о бок с чернокнижником. Влад охуел от такого поворота событий. – Я извиняюсь, а вы кто? – спросить такое было естественно, но бабуля только поджала губы. – Мне уже более чем шестьсот лет, так что твоя нынешняя проблема не такая и большая, как ты думаешь. Историю учил в школе? Знаешь ведь, что раньше не было, что мужики могли рожать. Но как-то влюблялись, без запахов, и были те, кто любил других мужиков, – старушка посмотрела на него своими карими глазами с каким-то странным знанием. – Я вот что тебе скажу. Перестань мыслить, как пещерный человек, и демон твой правду говорит - плюнь на нормы общества. Если ты уже сейчас чувствуешь, что начинает он тебе нравиться, то не пытайся остановить это. Только себе больнее сделаешь. Так что давай, собирайся, и пиздуй отсюда, только местных пугаешь, – неожиданно для Влада, бабуля кажется была не совсем божьим одуванчиком и спровадила его нахуй, чтобы не нервировал здешние души. После маленького разговора стало вроде легче. Даже настроение поднялось, и на испытание Череватый шёл бодрым шагом. И вот вроде бы всё шло идеально. Души увидел, хуйню, из-за которой всё началось, убрал. Но вот этот ебаный консилиум. Как говорится, бойтесь своих желаний. Недавно, Влад думал, что хочет узнать, как пахнет Олег, когда злится. Что ж, теперь он знает. Пах младший из Шепсов просто великолепно. Хоть раз в жизни чувствовали запах ромовой бабы? Такой, что хочется сожрать прям щас? Ну вот это и был запах один в один. Сладкий, с лёгким шлейфом рома. Просто идеально, причём настолько, что у него, походу, слюни скоро потекут. «Ну это блять уже сверхиздевательство» – мысли чернокнижника были далеко от темы, которую начал медиум. – Олежа, тебе завидно? – всё, на что хватило его мозговой активности на данный момент. «Олежа. ОЛЕЖА БЛЯТЬ» – заорал голос. Дошло почти сразу за 0,03 секунды, но уже было поздно. Адреналин брал верх, и хотелось узнать можно ли его вывести из себя окончательно. Но, неожиданно для него, молодой Альфа на мгновение запнулся, прежде чем вернуть своё спокойствие и продолжить спор. То, как медиум спорил с Викторией, делало его только прекраснее и прекраснее в глазах чернокнижника. «Боже мой, он, конечно, то ещё сокровище, а ты выглядишь как дебил после того, как назвал его Олежей, а потом закрыл рот» – не унимался голос. – Вам не нужны экстрасенсы. Вам не нужен ни Владик, ни Вика, ни Олег, – не унимался медиум, пытаясь отговорить людей от ритуала, на котором так яростно настаивала Виктория. В конечном итоге, Олег стоял обиженный на Влада за проведённый ритуал, и на Викторию, которая своим острым языком переспорила ещё зелёного, с её точки зрения, экстрасенса. Было бы странно со стороны Череватого подойти к нему и попытаться подбодрить, поэтому оставалось только смотреть на эти надутые, слегка покусанные губы, и… Если он сейчас начнёт биться головой об стену, то спишет всё это на Толика. Когда вся команда возвращалась в отель, краем глаза Влад заметил, что Олег снял свои митенки и засунул в карман куртки. Медиум ни с кем не разговаривал, сидя в телефоне и, похоже, обсуждая эту ситуацию с братом. Всё было бы ничего, но этот ебаный запах, который исходил от милого Альфы, уже заставлял чернокнижника сходить с ума. – Фу! Череватый, выключи свой гриль. Здесь и так душно, а тут ещё ты решил отравить нас всех? – возмущённо начала Виктория, – Откройте окно, пожалуйста! – ей было всё равно, что на улице минусовая температура. С её точки зрения, одно дело, немного терпкий запах выпечки, а с другой ебаный дым, который и в обычном состоянии немного резковат, а сейчас просто выедал лёгкие. В сумме эти двое давали комбо конкретно подгоревшей ромовой бабы, заставляя сидящих в автобусе открывать окна. – Пусть сначала Олег успокоится, открыл свою кондитерскую на весь микроавтобус, – рыкнул Влад в ответ, потому что его нервы были уже на пределе. Он был в шаге от того, чтобы прямо сейчас наброситься на рядом сидящего парня. Шепс ничего нет ответил, только достал наушники из кармана, где лежали митенки, и надел их, включая себе музыку. Кажется, медиум был вымотан сегодняшним днём и не собирался вступать в конфликт с кем-либо. После приезда в отель и сбора вещей, в аэропорт все прибыли в гробовом молчании, немного замёрзшие и с открытыми окнами. Олег хоть немного успокоился, а вот Череватый был сейчас как бомба замедленного действия. «Опа, смотри, что лежит» – все вылезли из микроавтобуса, а Влад вернулся за рюкзаком, когда увидел митенки, принадлежащие младшему. Кажется, в этот момент его рациональность покинула наш мир, потому что чужие митенки отправились в его собственный рюкзак, подальше, чтобы скрыть запах. – Ты идешь? Или тебя здесь оставить, а Толик тебя домой доставит? – съязвила Виктория, направляясь в сторону аэропорта. Хотелось загнуть ей красное словцо, но было не до этого. Чернокнижник только уже зайдя в самолёт понял, что буквально спиздил чужую вещь, чего в своей жизни никогда не делал. Но вот его Альфа часть была очень даже довольна. В обществе часто практиковался обмен вещей между супругами. Альфа что-то давал Омеге, а Омега что-то в ответ Альфе. Но они не пара, и эта ситуация была очень далека от здоровой. Устало вздохнув, Влад хотел уже было отдохнуть, как вдруг ему на плечо легла чья-то рука. Прикосновение обжигало словно раскаленный уголь. – Извини, ты случайно не видел мои митенки? – потревожил его рядом сидящий медиум, с растерянным выражением лица. Он искал в карманах куртки свои перчатки, но их словно ветром сдуло. – Может, выпали где? – вмешалась Виктория, которая, кажется, отошла от испытания, и сейчас была более-менее в порядке. Олег только немного задумался над её вариантом, и спустя несколько секунд кивнул. – Может и так, наверное, не заметил, где посеял, – пока они разбирались, то у Влада сердце стучало как набат, из-за возможности что его раскроют. Вот прямо сейчас Шепс поведёт носом и укажет на его рюкзак, плюс в добавок на весь самолёт скажет, что он извращенец и обвинит его во всевозможных сексуальных домогательствах. К счастью, несмотря на опасения, ничего из вышеперечисленного не произошло. Олег только выглядел немного расстроенным и подавленным, сидя на своём месте и немного потирая руки друг об друга. «Сделал гадость, сердцу радость, да?» – съехидничал голос. «Вон, смотри как руки потирает, видать холодно ему. Зато у тебя теперь есть на что подрочить, поздравляю,» – после этих слов послышались аплодисменты. Влад героически игнорировал это, стараясь не смотреть на Альфу рядом, хотя всё его нутро кричало о том, что ему необходимо рассмотреть чужое лицо, пока тот так близко. В конце концов, смелости на то, чтобы так нагло рассматривать, ему, может, и хватило бы, но стыд от совершённой кражи не позволял поднять взгляд. Уже дома, Череватый положил сумку в прихожей и устало потёр переносицу. – Уже вернулся? – его жена явно была не в духе, уже можно было понять по её тону. Чрезмерную ревность Беты было бы видно даже слепому. – Как Лёва? – вместо очередной перепалки, на которую явно нарывалась Елена, Влад решил узнать как дела у его сына, но женщина, кажется, была настроена по-другому. – У него всё в порядке. Подожди, чем от тебя так пахнет? – она нахмурилась и в плотную подошла к мужу. На её лице сразу мелькнуло раздражение. – Ты же говорил, что у вас в команде только беты и Альфы. Тогда что за сладкая вонь исходит от тебя!? – шатенка начала повышать голос, на что чернокнижник отреагировал сразу, выпуская свои феромоны, указывая, кто главный в комнате. Это, кажется, сработало, и та осознала свою ошибку, потому что сразу замолчала, только гневно сведя брови к переносице. – Это запах Олега. Шепс который. Теперь я иду мыться и спать. – безапелляционно заявил Влад, пнув рюкзак ногой, когда проходил мимо, на ходу сбрасывая вещи с себя. Всё равно потом сам соберет их. Уже в душевой кабине мысли поплыли как разводы на стекле от пара. Эти странные чувства к медиуму, проблемы в семьё, испытания, битва сильнейших. Всё так навалилось, что было непонятно за что хвататься. Но сейчас действительно не было сил ни на что. Всё, чего хотелось - лечь в постель и поспать. Даже Толик сейчас не надоедал, за что Альфа действительно был ему благодарен. Может же, когда хочет. У входа в спальню его встретила звонкая пощечина. – Олег Шепс говоришь!? Тогда почему у тебя его вещи!? – не сдерживаясь закричала женщина, держа в руках митенки, которые были в рюкзаке Влада. Рылась в вещах, ну как всегда. Приложив руку к месту удара на щеке, он даже не знал, что ответить. Может прямо так ей и сказать? «Знаешь, дорогая, да, мне нравится Альфа. Но он даже не в курсе об этом. Я тебе до гроба буду благодарен за сына и твою моральную поддержку. Но ты в последнее время стала такой сукой, что я уже не выдерживаю» Вместо этого, он только тяжело вздохнул. – Я сказал тебе правду. Ты хочешь поссориться? – Я просто хочу знать, почему его митенки у тебя в рюкзаке? – требовала бета, не унимаясь. – Это моё с ним личное дело, – огрызнулся Влад, забирая ткань из её рук. – Твоё с ним дело!? А если ты его завтра в дом приведёшь, то что, Лёва будет называть его папой!? – начала снова кричать женщина, которая уже осознавала правду, но отказывалась её принимать. – Не вмешивай сюда моего сына, – зарычал Альфа, в мгновение ока оказываясь рядом с ней. – Попробуй только сотворить какую-то хуйню, и тебе ад раем покажется в сравнении с тем, что я могу сделать, – мрачно пообещал Влад. Их давнее обещание не шаманить друг над другом уже давно потеряло свою силу, особенно учитывая тот факт, что они не раз делали друг другу подлянки разного рода. – Я завтра же уезжаю к маме! Если захочешь увидеть сына, то позвонишь мне, – проревела в ответ бета, но больше ничего не сказала, только хлопнула дверью. Где-то в квартире хлопнула дверь гостевой комнаты - значит, она сегодня будет спать там. Чудесно. Череватый же остался стоять на месте, совсем не понимая, что ему делать дальше.