Ты боишься своих чувств, ты боишься саму себя

Парень тоже сидел не двигаясь и улыбаясь. Он наклонился ближе к фиолетовой, заставляя ее немного нервничать, от чего индектор залился предательскими лиловыми полосками румянца. Глаза Демонтажника словно анализировали бунтарку, от чего простыня неловкости словно накрыла ее и заставляла Узи отодвинуться дальше, по мере приближения её друга — Узи, по поводу моего признания... —тихо прошептал он... Ах да, признание.... Они же планировали встречу только ради разговора об этом... Признание в любви Демонтажника к роботяге, получается признание охотника в любви к жертве..какая ирония. В истории ещё не было подобного, судя по учебникам, которые с самого детства так знакомы, следовательно сожерданию книги называют "история". Следуя из названия можно додуматься о чём идёт речь. Почему это изменилось и почему эта тяжёлая ноша выбора легла именно на плечи одинокой маленькой роботяшки, которая мирно жила и у нее хватало забот и без этого? Почему не кому-нибудь другому например... Видимо, за все ее грехи.. Или это не ноша, а наоборот, вознаграждение? Награда представленная беловолосым пареньком с самой красивой улыбкой на всей Медь-9, с самым чистым сердцем и душой?... Выбор. Выбор между связанной судьбой с самым добрым и миловидным Дроном-убийцей, и продолжением своей скучной жизни с отцом, если его можно так назвать и друзьями, которых нет, даже Тэда она уже отпугнула от себя... Девушка резко встала и ее взгляд заметался по комнате, чтобы быстро придумать тему, во имя избежания этого разговора, ну или если не избежать, то хотя бы оттянуть на какое-то время, за которое она успеет подумать.. Узи: —Я..Я пойду воды попью. Подождёшь? Парень нервно усмехнулся, понимая, что его подруга пытается сбежать от этой темы... Цыкнув, он строил обиженное лицо и сложил руки на груди, смотря снизу вверх на подругу, которая прямо сейчас себе места не находит от его пристального взгляда и давления. —Ты издеваешься?.....Эм..да, подожду. Иди. — закатывая пиксельные жёлтые глаза, быстро пробубнил Эн. Он понимал, что держать и пытаться давить на фиолетовоглазую безсмыслено, да и она некуда не денется, этот разговор состоится. Сколько бы она от него не бегала, он все равно в конечном итоге загонит ее в угол, ну, образно конечно... Фиолетовая проктически выбежала из комнаты, тихо захлопывая за собой дверь, пока Демонтажник не успел остановить ее или задать еще больше вопросов. Молча посамодовольничая за свой удачный побег из комнаты, фиолетовая на веселе спускалась по ступенькам, чуть ли не прыгая с них, хотя, казалось бы, чему тут радоваться..? Быстро спустившись по лестнице, она, уже нормальным шагом, направилась на кухню, пытаясь идти как можно тише, чтобы не разбудить отца, который, скорее всего сейчас спит после долгой нидели в ночную смену. Даже если у нее отношения с отцом не очень-то и хорошие, но заботу никто не отменял, скоре...уважение, нежели заботу о его самочувствии, ведь, деньги, по сути, которые он зарабатывает, уходят ей, частично, но все равно уходят. Темнота ее совсем не волновала, но все равно боясь что какой-нибудь дверной косяк случайно окажется перед ней в громешной поглощающей все мгле, Узи выставила одну руку вперёд, пытаясь нащупать что-либо впереди себя и сориентироваться в пространстве, идя по коридору квартиры в сторону кухни. Она не торопилась блуждать по дому, даже наоборот, пыталась помедлить и потянуть время. Дойдя до места, а именно до комнаты, что называлась кухней, она протянула руку, щёлкнув выключателем и набрала стакан воды. Всматриваясь в содержимое стакана и видя свое отражение в прозрачной жидкости, подросток вздохнула и поставила стакан на стол, уверенно направляясь обратно в комнату. —Я не слабачка.—прошептала себе под нос фиолетовая. Она собрала волю в кулак и решила, что больше не будет мяться как маленькая девочка и бегать от своих проблем. Дрон-убийца остался сидеть на полу в комнате своей подруги, нервно перебирая пальцами. Почему она пытается избежать разговора о признании — остаётся под вопросом. Если она сама проявила инициативу и поцеловала его, после их причудливого "танца" в небе над пушистыми облаками, значит ли это, что она тоже что-то исытавает к нему? Или и вправду, как она сказала, поддалась моменту..? Через несколько минут дверь комнаты немного приоткрылась и в неё медленно зашла девушка с фиолетовыми растрепаными после сна волосами, тихо закрывая за собой дверь. Она не торопилась подходить к другу и оставалась стоять там, прислонившись к двери и смотря в пол, разглядывая узоры на пурпурном круглом коврике возле кровати. Да, секунду назад она была полна интузиазма поговорить с другом, но сейчас.... Демонтажник понял, что подходить к нему она не собирается, и будет вести себя как ребенок, чтобы попытаться выпутаться из этой ситуации и притворится, что этого разговора, да и вообще всей темы с признаниями, не было. Почему нельзя просто признать это...почему нельзя просто рассказать ему о своих чувствах...? Парень встал, операясь на колени и несколько секунд разочарованно смотрел на бунтарку, патаясь уловить зрительный контакт с ней, но она, кажется, вообще не шевелилась и глаза на друга поднимать не при каких обстоятельствах не собиралась. Демонтажник подошёл к ней, положив руки на её плечи и смотря на нее решительно. Хоть взор фиолетовой и был направлен куда-то в угол, краем глаза она видела серьезность выражения лица её друга... Крепко сжав губы, она ждала, пока тот скажет что-либо, а потом будь что будет. Опять та же неловкость, тот же судорожный взгляд, до ужаса мрачная тишина.... —Узи, нам нужно поговорить. Сейчас. — вздохнув, тихо сказал парень, от чего девушка вздрогнула. Сдавшись, она подняла на него взгляд и тоже настроилась довольно серьезно. Сейчас или никогда. Кивнув, роботяга отошла от друга и села на кровать, поджав под себя ноги и обняв подушку. Тот смекнул, что, похоже, его подруга не такая уж и расстеряная по жизни, какой он ее считал, ну чтож, это ему даже на руку. Подойдя к ней, Демонтажник тоже сел на кровать, рядом, ожидая, что она что-то скажет первой, прежде чем позволит ему прервать молчание. И да, он был прав. Немного разжав губы, фиолетовая приоткрыла рот, явно пытаясь что-то сказать или выдать хоть звук, но нет. Словно, что-то ей мешало или она просто не находила слов, чтобы как-то развязать разговор. Парень несколько раз моргнул, думая, что она всё-таки что-то скажет или, хотя бы попытается. Мда, молчать вечно это невозможно, если она не решается, то он поможет ей. Эн: —Ну, ты же понимаешь, что... —Я боюсь. —перебила его девушка, наконец найдя в себе силы на такие простые слова и не показывать себя слабачкой перед тем, перед кем хотела бы в последнюю очередь. Парень опешил и не поверил своим слуховым сенсорам. Это точно она сказала..? Бесстрашная, гордая и самовлюбленная бунтарка, которая не боится никого....стоп. Никого? Только если кого-то точно такого же как она, но такие вообще существуют? ..Значит...она боится...себя? Странная мысля, даже можно сказать наиглупейшая, но ее описание не помешало ей на секунду проскочить в голове у Демонтажника. —Чо ты сказала?... —быстро выпалил парень, даже толком не осознавая, что спросил у подруги. Прикусив нижнюю губу, подросток сжала подушку, которая находилась у нее в руках и сглотнула, настраиваясь на очень...ОЧЕНЬ, долгий разговор, который, может быть, в конечном итоге приведет их к чему-то, а может и нет... —Я боюсь. Как бы тупо это не звучало, но да, я боюсь. Ох...ты, вероятно, даже не понимаешь чего.... —подожив руку на дисплей, подумала в слух фиолетовая, что немного разрядило обстановку. —Узь...а ты можешь рассказать мне, чего ты боишься..? —наклонив набок голову, тихо спросил парень, даже не думая, что причиной ее страха может быть он сам, этого просто не могло быть по его мнению. Сформулировав как можно правильнее, Узи потерла шею, нервно хихикая, что приводило Демонтажника в ещё большее непонимание от ее настроения... Би-полярка? Нет, просто волнуется. Сменив лицо на более обеспокоенное, подросток продолжила, уже не боясь смотреть в глаза другу. —Я боюсь своих чувств к тебе. Что блять...— первое что пришло в голову беловолосого. Это что-то наподобие глупой отмазки или это отказ такой? Продолжив смотреть на девушку с каменным лицом, он ждал разъяснения ее же слов, потому что сейчас ему вообще ничего не понятно. Смекнув мимику Эна, фиолетовая придвинулась немного к нему, уже спеша оправдаться. Жестикулирую руками, она пыталась объясней все как можно быстрей, чтобы тот не надумал лишнего. —Послушай... Я боюсь своих чувств, я боюсь ещё сильней привязаться к тебе. Меня пугает, что если я испытываю к тебе не просто симпатию, то это может все изменить. Мне страшно думать о том что если у нас что-то и получиться, ты все равно когда-то расстроишься из-за меня или ещё хуже, разочаруется во мне и у тебя просто не останется выбора, кроме как порвать со мной... Я странная, бунтуюший подросток, которую все считают чёкнутой, даже родной отец, я много косячу и вытворяю всякую дичь... Поэтому я боюсь, что в конечном итоге эти чувства обернуться против меня и я пожалею, что когда-то рассказа тебе о них...и ещё..—роботяга быстро говорила без умолку, пытаясь сказать как можно быстрее, чтобы уже "отстреляться" и поставить все точки на ты, но, неуспев сказать ещё хоть слово, ее прервали. Парень обнал е за плечи, крепко прижимая к себе и поглаживая ее голову, поправляя растрепаашиеся пряди фиолетовых волос. —Эй, замолчи. Ты сейчас взорвешься от переизбытка мыслей. —со смешком, прошептал Демонтажник на ухо подруги, от чего та немного покраснела, пытаясь вырваться из, так называемого "плена", но тот лишь сжимал ее крепче. Узи: —Чего? Взорвусь? Что ты несёшь? Нахмурившись, она попыталась оттолкнуть парня от себя, но попытка оказалась тщетной. Фиолетовая нахмурилась, это уже слишком. Эн поставил ее в неловкое положение, она почти что выставила себя дурой, а тот лишь посмеялся над ней. Эн: —Успакойся, ладно? Я понял. —продолжая обнимать бунтарку, демонтажник улыбался, понимая ее чувства. Она всё-таки любит его, просто боится... Да, боится саму себя, как он и думал. Ведь, чувства — это часть человека, боясь их, получается, что боишься часть себя, ведь так? И почему эта мысли казалась ему глупой? Зная фиолетовую, можно было догадаться что самые обсурдные идеи могут быть толковыми, так как она вообще не предсказуемая и понять ее женский подростковый мозг может один лишь Робо-бог, даже она сама прямо сейчас не в силах разобраться в себе... —Прекрати смеяться, или я тебе втащу. —раздраденно и угрожаюзе пробормотала девушка, чтобы припугнуть Эна, на что тот лишь издал ещё один смешок. Вздохнув, он начал успокаивающе поглаживать роботягу по спине. —Хорошо, хоть в чем-то мы разобрались. Теперь, поговорим о твоём страхе. —парень отпустил её, немного отодвигаясь и делая серьезное лицо. —Почему ты боишься? Если даже у тебя и есть парочка не очень хороших качеств, это не значит, что я разочаруюсь в тебе или расстанусь с тобой. Положительных качеств в тебе НАМНОГО больше, посто ты их не видишь. Ты привыкла жить в своем маленьком мире, где нельзя никому доверять, но ты не одинока. —он снова улыбнулся, заглядывая в глаза фиолетовой, которая сейчас находится в полном ступоре, снова утопая в своих мыслях. Посмеиваясь над реакцией Узи, парень немного приблизился к ее лицу, чтобы, так сказать, "привести ее в чувство". Да, план сработал, она приподняла брови, пытаясь понять, что, собственно Демонтажник делает, пока ее щеки заливаются глупой предательской фиолетовой штукой, которая заполосила все ее лицо. В очередной раз усмехнувшись, он продолжил. —Если не веришь, я покажу тебе, а точнее, расскажу. Например, твоя храбрость. В первую нашу встречу ты не побоялась выйти из бункера, хотя знала, что тебя могут убить в любую секунду. Ещё, твой талант к рисованию. То граффити, которое я видел было потрясающие и в точности до деталей передало внешность твоего друга. И ещё много чего, но мне придется перечислять до утра. Множество талантов, харизма, а красота...Вот, твоя внешность например. Ты мило прикусываешь губу, когда волнуешься; мило сводишь брови, когда злишься; мило материшься и бьешь меня миленткими маленькими кулачками, когда я тебя сильно раздражаю; мило поправляешь волосы со лба; а твой румянец, показывающий твои истинные эмоции, который постоянно разливается по твоим щечкам, подобным чистейшему горному льду, но только теплому....—Заткнись. —резко прервала мысли парня фиолетовая, полностью расскрасневшись и уже не в силах слушать его слова, иначе она и вправду взорвется от волнения, ну или умрет от остановки ядра, ведь сейчас его бешеный ритм, наверное, привышает нормы раз в 5, не меньше.... Девушка аж рот приоткрыла от столь бурной речи Демонтажника, который уже и забыл, о чем они говорили. Он лишь летал в облаках, смотря в потолок и глупо улыбаясь, прислоняя руку к своей щеке и думая...думая о ней. Ухмыльнувшись, парень наклонился к роботяшке. —А что не так? Эти слова слишком смущают тебя? Но это же правда, я могу продолжить, если ты...—Нет! —выкрикнула Узи, резко вздрагивая. Она уже поняла, какого мнения о ней Демонтажник, ещё больше комплиментов в её адрес она точно не выдержит.... С губ беловолосого снова сорвался смешок, реакция Узи казалась ему очень забавной и опять же до боли в животе, милой. Девушка отвернулась, закрывая лицо одной рукой, но скрыть румянец как таковой она совсем не смогла. Парень взял фиолетовую за руку, а вторую ладонь положил ей на подбородок, заставляя ее посматреть ему в глаза. У нее и в мыслях не было сопротивляться или противится нежным холодным ладоням, поэтому, сжав губы, она взглянула в янтарно-жёлтые глаза, в надежде усмерить свое пылающее лицо и не думать больше не о чем таком, от чего краска на её индекаторе только продолжала расти. Эн: —Послушай...ты мне правда очень-очень нравишься, я обещаю тебе, что сколько бы лет на этой маленькой гнусной планетке мы не прожили, сколько бы раз ты не огорчала меня, я никогда, повторяю, никогда не разочаруюсь в тебе... Я очень хочу быть с тобой, целовать каждый дюйм твоего маленького раскрасневшегося личика, обнимать, когда тебе грусно или холодно, и ещё много чего... прошу, дай мне хотя бы шанс... А ведь и вправду...почему она так боится? Она же этого очень хочет, но почему то ее что-то останавливает... Это всего лишь маленькое испытание, через которое проходят многие, конечно, не каждый проходит это "испытание" с демонтажником, но чем он отличается от остальных? Она бы даже сказала, что он намного лучше всех роботяг и Демонтажников, которых фиолетовая знает. Он добрее, милее и в сотню раз симпотичние всех остальных. Вот именно. Вот что ее останавливает. Она думает, что недойстойна такого совершенного существа как Эн... Он достоин большего... Но как она не может понять, что ему не нужен никто другой..? По выражению лица роботяги, парень примерно понимал, о чем она раздумывает. Он снова обнял ее за плечи, выводя тем самым из ступора. —Ты слишком много думаешь. —усмехнувшись, вымолвил тот, но девушка, кажется, вообще не могла понять ход его мышления, да и вообще его слова, как будто он говорил на каком-то другом языке, чуждом ей... —А? —Не думай о плохом, ладно? Я хочу чтобы ты знала, ты самая лучшая во всем и ты самая лучшая из всех. Не скрывай свои эмоции, просто отдайся моменту и плыви по течению, я клянусь, что для меня ты всегда будешь самой лучшей... Девушка припоняла брови, громко вдохнув воздух. Что это значит, "отдаться моменту и плыть по течению"...? Глупая фразочка из какого-нибудь малобюджетного сериала или же слова от чистого сердца? Почему в этих самым сериалах, аниме, мангах, все так просто? Просто признаваться, просто делать предложение руки и сердца, просто жить вместе с любимым человеком, но почему в её жизни это нифига не просто? Хотя, почему ей кажется это сложным? Сказать 3 слова, а потом жить и создавать новые счастливые воспоминания с тем, кого она любит даже больше себя, что тут такого невообразимо трудного? Отдаться моменту и плыть по течению... Тоесть, жить как в последний раз и не задумываться о будущем и не обращая внимания на дальнейшие последствия своих действий...? Хах, дельный совет.... Может, демонтажник дело говорит, и ей стоит прислушаться... Улыбнувшись, подросток подняла взгляд на сидящего перед ней и крепко, но нежно держащего ее за плечи своими большими холодными руками. Она осознала наконец, что постоянно загоняется в себе и бегать от проблем до конца своей мелкой жизни не стоит, иначе, зачем вообще жить и какой в этом смысл, если не попробуешь всего? Под "всем" она подразумевала такой сладкий и желанный плод, который не переступает за рамки приятного и простого, под названием "любовь". С облегчение вздохнув, она ответно обняла парня, побуждая его улыбку становится ещё шире, показывая маленькие острые клычки, одну из особенностей демонтажников... Такая милая и в то же время опасная особенность... Посматрев на него ещё несколько секунд, роботяга уткнулась лицом в металлическую грудь, прижимая ее к себе. Да, это именно то, что ей не хватало с самого детства, после смерти ее матери. Объятий. Хоть и не очень теплых, но искренних и нежных, заставляющих каждый атом ее тела содрагаться, а ядро стучать от счастья и, в некотором роде страха, что это приятное ощущение чужого, но в тоже время такого родного тела, может так резко оборваться, даже не успев начаться и подарить ей все тепло и весь холод, всю любовь и внимание, которые принадлежат только ей и никому другому. Немного остранившись, фиолетовая краснеюще и пытаясь неотводить от смущения взгляд, улыбнулась и прошептала, тихо, но достаточно громко чтобы тот, кто заслуживает этих слов, услышал. —Эн....люблю тебя... Она сказала это... И почему ей казалось это таким сложным? Всё-таки эти сериальчики и другие произведения связанные с романтикой и не такие глупые, как ей казалось. Оказывается, это и в самом деле довольно легко сказать, было намного сложнее настроиться и решится...но когда она в этом призналась, все же изменится, правда? Если потребуется, она готова сказать это хоть сотни раз, лишь бы Эн сдержал свое обещание и никогда не бросил ее, не осуществил ее худшие опасения в реальность. Она и так сильно мучалась и мучала его, пока наконец не нашла в себе мужество сказать эти нещасные 3 слова "я люблю тебя"... Вроде так легко, но одновременно так сложно... Парень и без того уже понял это, но наконец услышав эти долгожданные слова от того, от кого хотел, смог с облегчением вздохнуть, ведь безумно гордился за нее, потому что она переборола свой такой странный, но в то же время серьезный страх самой себя. Он поцеловал ее в макушку, поглаживая одной рукой все ещё растрепаные после сна фиолетовые волосы, которые так приятно пахли чем-то сладким. —Я знаю... Я тоже люблю тебя... -низким и нежным голосом прошептал Эн, ясно давая понять все свои намерения, от чего роботяга крепче сжала его одежду в своих руках, пытаясь продлить этот момент объятий на как можно больший срок, может, даже навечно, даже если это невозможно. У него получилось. Получилось убедить Узи перестать боятся саму себя и наконец признать это... Что им суждено быть вместе, суждено быть одним целым, помогая друг другу во всем, разделяя радость и грусть в те или иные моменты, а самое главное, поддерживать и дарить каждую секунду внимания друг другу, даже когда сами того не понимают... беловолосый сверху вниз смотрел на девушку. — Узи, мы же.... —Да, мы теперь встречается. -оборвала его фиолетовая, поддерживая зрительный контакт, чтобы тот понимал всю серьезность и искренность ее слов. Она осознала что только что выпалила... Оба как по щелчку пальцев покрылись густым румянцем, не ожидая такиж резких слов от роботяги, да, это то, что хотел спросить желтоглазый у нее, но это точно она? Несколько минут назад она пыталась как можно сильнее скрыть свои чувства, так почему она сейчас так легко говорит настолько смушающе-приятные для них обоих слова..? Повторно вздохнув с облегчением, Демонтажник перестал широко улыбаться, так как у него созрел ещё один вопрос, который не так предсказуем как первый и он даже не представляет, как отреагирует на него Узи. Он хотел поцеловать ее. Ещё раз прикоснутся к этим мягким и манящим своим словно стеклянным блеском губам, ещё раз почувствовать этот вкус, который так не забываем, но в то же время мимолетен, словно его и никогда не было. Как бы только помягче произнести, чтобы не звучало как просьба, ну и не принуждение... —Знаешь, раз уж мы теперь пара, я бы хотел...я... Можно мне....твои... -Эн оторвал взор от губ роботяги, нервно посмеиваясь, вглядывался куда-то в угол комнаты, чтобы избежать взгляда фиолетовой. Видя растерянное из-за неловкости лицо желтоглазого, бунтарка прозрела. Она осознала, чего прямо сейчас желает парень, отводя стыдливый взгляд, одновременно покрываясь жёлтым румянцем, пытаясь вымолвить это чёртово предложение. Она с лёгкой улыбкой тоже опустила фиолетовые глаза, попутно зарумянивая сенсорные щеки. Это не в первый раз, но почему это в сотню раз сложнее, чем тогда...? —Можно. -робко пробормотала девушка, снова переводя взгляд на лицо Эна, и немного наклоняясь к нему, чтобы тот не так сильно волновался, так как ее мысли тоже заполнены раздумьями о этом окрыляющем чувстве, возникающем при поцелуе с ним, с её Эном. Пару секунд они оба всматривались друг другу в глаза, заливаясь краской, не осмеливаясь сделать первый шаг. Первой не выдержала Узи, взяв Демонтажника двумя руками за щеки, наклоняя его к себе. Но после такого довольно смелого жеста, подключился и тот, обвивая свои руки и укладывая на талии девушки. Немного прикрыв глаза и наклонив к друг другу головы, их губы сомкнулись, в таком же нежном поцелуе, что и когда-то пару дней назад. Но этот казался им более умелым и страстным, даря то самое желанное ощущение, которое ещё не испытывал никто из них. Проскальзывая языков в рот роботяги, он наклонялся сильнее, от чего та немного испугалась, но быстро осознав ситуацию, ответила тем же, встречаясь языком с беловолосым и немного приставая, операясь на железный торс парня, чтобы быть как можно ближе. Несмотря на нехватку воздуха они продолжали, прижимаясь телами и обхватывая руками все, только чтобы стать еще хоть на дюйм ближе и хоть на секунду продлить этот момент. В причудливом танце языков, был целый букет эмоций, который переполнял их обоих, не давая отстраниться даже на миг. Наконец немного отстранившись, они тяжело дышали, пытаясь восстановить нехватку воздуха, но улыбались, понимая, что этот момент запомнится им на долго и будет повторятся ещё очень много раз. Когда дыхание стало не таким учащенным и тяжёлым, Узи решила зайти, так сказать, на второй тайм, снова прижимая к Демонтажнику губами, что застало его в расплох. На секунду расстерявшись, он ответил ей, повторяя прошлый поцелуй, но этот был ничуть не хуже прошлого и ни одна эмоция не исчезла, все лишь наростало. Было бы у кого-нибудь из них всего одно желание, оба бы загадали продлить это на вечно, этот момент, когда они становятся одним целым, мечтая расплавится в объятиях, чтобы полностью отдаться и приножлежать друг другу. Да, возможно, Узи придется сказать завтра отцу о её пассии, и, возможно, он будет даже против, но какое ей дело? Даже если он что-то и скажет, противоречащее ее хотелкам жить с Демонтажником, любить его и отдаваться ему, она все равно его не послушает, отец он там или ещё кто. Главное, она сама этого хочет, сама его любит и если бы ее мать была бы жива, то обязательно бы благословила их, сказав что-то романтичное и банальное по типу "любовь не знает границ". Даже не смотря на род Эна, она знает, что он единственный, кто смог побороть грубый характер эмо-бунтарки, единственный, кто смог подарить радость, которую она ещё никогда не испытывала, единственный, кто смог разбудить в ней столько новых, ещё ранее не чуждых эмоций, и наконец единственный, кто смог помочь ей не боятся своих чувств и не бояться саму себя.