Осень

А в городе осень, без сна.

Шерлок выбегает из квартиры так быстро, как только может, накинув на себя только пальто. И быстро об этом жалеет. Не пройдя даже полмили, Холмс замечает и начинающийся дождь, и затягивающееся тучами небо. На улицах Лондона практически нет людей, лишь изредка мелькают силуэты куда-то спешащих людей с черными зонтами. Куда можно спешить практически в два ночи? Шерлока это едва ли интересует. Мужчина без былого изящества поднимает воротник пальто, щурясь от бьющего в глаза ветра. Стоит только отойти в более тихое и спокойное место, как в голове моментально возникает причина его стремительного побега из дома. Мне не нужна твоя помощь! Мгновенно вспоминается и глаза, глядящие на него с непониманием, и это «но почему?..», пропитанное отчаянием, и его собственное понимание значения слов, после которого Шерлок спешно ретировался, оставив ничего не понимающего Джона дальше стоять в гостиной. Осознание ситуации приходит только сейчас. Холмс останавливается, понимая, что находится в каком-то парке. Примечает скамейку и решает присесть на неё, не обращая внимания на её сырость. Мужчина не понимает, в чём заключался вопрос его.. парня? Он же вправе его так называть? По мнению Шерлока всё было очевидно. Он не нуждался ни в чьей-либо помощи долгое время и вполне себе мог справиться один со своими проблемами. Так почему Джон выглядел таким удивленным? Это не было открытием, но было абсолютно ясно, что его задело заявление Шерлока. Холмс хотел было посмотреть время, но телефона не обнаружил. Слишком спешно ушел, не взяв с собой даже мобильник. Дождь становится сильнее с каждой минутой, и Шерлок даже подумал, не вернуться ли ему домой, но он не хотел видеть осуждение в глазах своего соседа.

Что ты меня бросишь, я знал.

Мужчина не понимает, сколько он просидел на скамейке, но его мысли точно не переставали подкидывать ему всё новые и новые сюжеты развития событий. Он точно бросит меня после этого. Никто ещё так долго не был добр со мной, терпение Джона не бесконечно. Но и оставалась последняя надежда, что его вновь простят, и всё будет как прежде. Дождь усиливается, и кудри Шерлока небрежно лежат на его голове, но сейчас это последнее, что его заботит. Он всё ещё не понимает реакцию Джона.

И я закрываю, глаза закрываю.

И до промокшего мужчины, наконец, доходит. Джон спрашивал не о то, почему ему не нужна помощь. Он не понимал, почему Холмс ему соврал. А правда ли это? Знаменитому Шерлоку Холмсу никогда не была нужна чья-то помощь. Ни от кого. Но Джон ведь не просто кто-то, верно? Шерлок хотел было встать и направиться обратно, но, не успев открыть глаза, почувствовал, что дождь прекратился. Это было резко, поэтому Шерлок, открыв глаза, совсем не ожидал увидеть перед собой мужчину, держащего над ним зонт. Джон нашёл его, пришёл за ним. Холмс не мог поднять взгляд, потому что боялся увидеть в них незнакомую отстранённость. Но, пересилив себя и подняв взор на Джона, Шерлок увидел в его бесконечно красивых глазах лишь неподдельное беспокойство, и ему стало стыдно. Он здесь из-за него.

Но все-таки будет весна.

Джон подаёт ему руку, и Шерлок, словно в трансе, поддаётся и следует за Ватсоном. Он не понимает, как они дошли до дома, не помнит как оказался в постели и стремительно заснул. Наутро Шерлок неспешно выходит из комнаты и с осторожностью ступает на кухню. Там он встречает уже проснувшегося Джона, который обернулся на созданный Шерлоком шум. —Доброе утро, — произносит Джон с мягкостью в голосе, — как ты себя чувствуешь? Черт знает, сколько ты пробыл под дождем. —Я в порядке, — тихо отвечает Шерлок, не поднимая взгляд, — мы можем поговорить? Джон медленно кивает и проходит на диван, садясь на него и подзывая Шерлока сесть рядом. —Я сначала не понимал, почему тебя столь удивило то, что я не нуждаюсь в помощи. Поразмышляв, я пришел к выводу, что ты подумал, что я вру. Но я не слишком просвещен в структуре человеческих чувств. Мне ведь правда не нужна помощь, но, видимо, в отношениях важно помогать друг другу. Для меня всё это ново, поэтому я хотел бы извиниться за свои слова, и я обещаю больше стараться, лишь бы тебе было комфортно со мной. — весь свой монолог Шерлок говорил тихо, стараясь придать мягкость голосу, но он иногда срывался, за что Холмс проклинал свои голосовые связки. —Я..не обижаюсь, Шерлок. По крайней мере, не в той степени, в которой мне хотелось бы. Ты важен мне, и твои слова, безусловно, задели меня, но какие отношения без ссор, не так ли? — Джон приподнял уголки губ. —То есть, я прощен? —Конечно, — произнес Джон, раскрывая руки для объятий, в которые Шерлок с удовольствием падает.