Израненные души

Из них никто сказать не может, Когда всё по накатанной пошло. В душе тоска безбожно гложет, Хоть времени достаточно прошло. Они живут не вместе словно — Каждый в себе давно погряз. От этого на сердце больно, Но жизнь такая, без прекрас. А все подобно сказке начиналось, Но очень уж такой реальной, что ли. Тогда ещё смеяться удавалось, Никто не задыхался там от боли. Мин встретил мужа года три назад Совсем по-глупому, что кажется забавным: Он подскользнулся на снегу, почти упав на зад И хорошо Юнги словил Чимина сзади. Смущаясь, Пак много очень извинялся, Горячий кофе в благодарность свой просил принять. А ночью он в объятиях извивался, Стараясь дрожь свою хоть как-нибудь унять. Все закрутилось у влюблённых очень быстро: Переезд Чимина к альфе, кольца, быт. И жили счастливо два программиста, Сейчас же каждый вдребезги разбит. Пара потеряла дорогое, И в том никто из них не виноват. И отстранились друг от друга эти двое, А горе ведь должно людей сближать. Юнги пришел с работы рано, В миг пакеты выпали из рук. Когда услышал крик из ванной И какой-то приглушенный звук. Он за жалкие секунды добежал, Увидел мужа в луже крови на полу. Плохие мысли он с трудом, но отогнал, Пока Чимин что-то шептал в бреду. А после много воплей, горьких слёз, Обоим стало вдруг на всё плевать. Перестали всё воспринимать всерьез, И будто сложно стало рядом им дышать. Уже месяц супруги играют в молчанку, Лишь иногда что-то там говорят. Казалось бы живут душой наизнанку, Но продолжают покорно страдать.                               _____ Мин тихонько в спальню заходит, Чимина ужинать нужно позвать. Тот в одеяле клубочком завернут, Тихо плача, боль пытаясь унять. Юнги выдыхает, подходит к кровати, Рядом ложится, обнимая «клубок». Давится воздухом очень некстати И начинает вести монолог: — Я должным образом не уделял тебе время, Да, погряз в своей боли и мыслях. Но ведь это наше общее бремя, Я просто запутался в гребаных числах. Прошло слишком много дней С тех пор, как мы всё потеряли. Ушло очень много ночей, Чтоб вернуть, то что так отгоняли. Ты теперь стал лучше спать, Тебе больше кошмары не снятся. А я нагло продолжаю врать, Будто он перестал мне являться. Я всё ещё помню снимок, Как в динамиках сердце билось. И тысячи твоих улыбок… А может мне это приснилось? Но ту боль невозможно забыть, Я зря потом от всех отвернулся. И я всё ещё способен любить, Прости, что так поздно вернулся. Обещаю, мы через это пройдем, Будем вместе двигаться дальше. Все мучения переживем… Понимаю, что не будет как раньше. Но верю я лишь только в одно: Когда-нибудь у нас появится кроха. Он тоже дуть будет губки смешно, И строить из себя недотрогу. Юнги сжимает Чимина покрепче, По щекам дорожками слёзы бегут. Лицом к нему омега ложится и шепчет: — Спасибо, родной. Тебя очень люблю. Парни в обнимку крепко спали, Пусть и остался нетронутым ужин. Зато они наконец осознали — Каждый друг другу всё-таки нужен.