А мне не страшно

      —… Кендита, Шугарита и Беллипоп продолжали веселиться, доедая последние украденные сладости, принесенные в пещеру, и угорали над Той, которая якобы не смогла им помешать совершить такое святотатство. Конечно же, они Её не боялись. Просто пещера была очень темной, сырой, жуткой — особенно где-то там, в её глубине, куда не проникал никакой свет и где наверняка кто-то таился — поэтому они сгрудились у костра, чтобы почувствовать себя в безопасности, и пытались смеяться и дальше. Периодически поглядывая в глубину. А полночь приближалась. В темных сводах пещеры, под гул сгибаемых от ветра ветвей, эхо собственных копыт и потрескивание угасающего костра, три пони незаметно для себя начали клевать носом. Кендита даже не успела доесть последний леденец, как её головка упала на сложенные копыта сестры-близняшки, которая тоже вскоре заснула. Беллипоп, заметив, что её старшие сёстры спят, и сама заметила, как вдруг ей стало сонно, но что-то мешало ей заснуть. Вот и последний уголёк потускнел, а луна спряталась за тучи (прям как сейчас, посмотрите-ка) — теперь пещера погрузилась в беспросветный мрак. Беллипоп вздрогнула и посмотрела по сторонам. Она едва могла разглядеть сестёр, но была очень рада, что они лежат сейчас рядом с ней, однако, неспособная больше разбавить свои мысли о Ней их весёлыми шутками, она устремляла свой взгляд вглубь пещеры. Снаружи ветер завывал всё сильнее, принося частичку холода в пещеру, но маленькая пони знала, что дрожит она вовсе не от этого. Пони спали мирно и дышали громко и размеренно, но Беллипоп знала, что слышит она не только их дыхание. Пони не знала одного, но догадывалась: в пещере их было не трое. Кое-кто ещё проснулся.       Вдруг стало ещё темнее. По какой причине, пони не знала, но храбрости от этого у ней не прибавилось. Она сильнее прижалась к Шугарите. В это же время, беззвучно переставляя длинные и тонкие копыта, Кое-кто прокрадывался прямо к их маленьким ножкам. Беллипоп почувствовала это в мгновение до того, как закричала Кендита. Услышав её крик, Белли соскочила с места как ошпаренная и сломя голову понеслась к выходу из пещеры. Она и не думала останавливаться, даже когда услышала крик Шугариты о помощи. О, Селестия, что же они натворили! Думала она. Но их крики внезапно угасли, и пони всё же остановилась у самого выхода из пещеры. Тяжело вздыхая, она вглядывалась во мрак, но ничего не видела. А потом, не успела она ничего сообразить, как вдруг что-то…       Юный жеребец в пушистом костюме яка резко подскочил к маленьким поняшкам в разношёрстных костюмах.       — Схватило и унесло её вглубь пещеры!       И тут все маленькие пони, окружавшие жеребца, разом соскочили со своих мест и с криками и слезами разбежались в разные стороны. Одна кобылка в короне фараона даже упала в обморок, а другой малец в картонных доспехах от страха не мог сдвинуться с места и поэтому просто сидел и уливался слезами, не в силах успокоиться. К малышам на помощь поспешили две проходивших мимо пони.       — Ай! Ба, да за что?!       Жеребец-як закрылся копытами от очередного подзатыльника из неоткуда взявшейся пожилой пони в розовом купальном костюме в горошек.       — А ты сам не понимаешь, дурья башка?! Смотри, чаво устроил! — негодовала Бабуля, притянув его своей клюкой за ухо к своей морде и показав на малышню, до сих пор носившуюся по улицам с криками. Какие-то пони жаловались своим родителям, какие-то хватали прохожих за копыта и хвосты, умоляя их спасти. Другие где-то попрятались.       Одна маленькая пони укрывалась под скамейкой в парке в паре кварталов от бабули и жеребца. Всё её тело до сих пор пробирала дрожь, а мордочку закрывали два чёрненьких крылышка её новенького чёрненького костюмчика. Вдруг кто-то слегка пихнул её сзади. Пони мигом выскочила из укрытия.       — Ааа! Отвали! — крикнула она, отбежав от скамейки, и вглядываясь в то место, которое только что покинула.       Но в темноте под скамейкой никого не было, зато за скамейкой чернокрылая пони увидела выглядывающую из кустов ошарашенную мордочку кобылки, макушку которой украшали два свисающих бурых ушка.       — Т-ты чего орёшь? — негромко произнесла она, всё ещё пуча сверкающие в свете уличного фонаря глаза, как сова. Пони в чёрном присела от изумления.       — А-а… А… А ты чего тут прячешься?! — наконец вознегодовала она, придя в себя. — Сидит, понимаете ли, в кустах! Испугалась, что ли?       Пони с плюшевыми ушками уже тоже очухалась и недовольно нахмурились.       — Э! Чего это я испугалась? Тебя, что ли?       Такая ответочка снова ввела пони летучую мышку в ступор, но вдруг до неё дошел смысл сказанного.       — А что, этот мой костюм и правда может испугать любого в кромешной темноте, — не без гордости объявила маленькая пони. Она шагнула назад, подальше от света фонаря, встала в угрожающую позу и оскалилась. Морда с бурыми ушками, прищурившись, взглянула на чёрненький костюм повнимательнее.       — А ты что, типа летучая мышь? — просто сказала она.       Пони летучая мышка ухмыльнулась: эта кобылка с каждой минутой нравилась ей всё больше и больше.       — О, я не просто летучая мышь, я ещё и вампир, который выпьет все твои соки!       С этими словами она прыгнула в кусты, и две пони кубарем покатились по траве. Они пихались и махались копытами, пока Пони летучая мышка не упала на соперницу сверху, прижав к земле. Она довольно зарычала, снова оскалив фальшивые клычки.       — Я победила!       Вторая пони в ответ с неожиданной лёгкостью скинула её с себя передними копытами.       — Размечталась! Знаешь, какой у меня брат сильный, так вот я его уже десять раз одолела. Так что ты меня не победишь!       Пони с бурыми ушками продемонстрировала свои невообразимые мускулы на передних ногах.       — Ага! Ври больше! — вскочила на ноги чернокрылая поняшка. Ей тоже захотелось чем-нибудь похвастать, — зато я летать умею быстрее всех!       Она вспорхнула и прогарцевала в воздухе вокруг ушастой поняшки, с недовольством смотревшей на неё.       — А я вообще летать не умею, так что это нечестно, — обиделась ушастая пони, однако не растерялась. — зато на земле ты наверняка очень даже небыстрая, только в воздухе и летаешь, а я знаешь, как быстро бегаю!       Самодовольная мордочка пони летучей мышки тут же приняла сосредоточенное выражение. Да как она смеет?!       В итоге обе пони неслись во всю прыть по улицам городка, устроив себе забег с препятствиями в виде прохожих, тележек, палаток, ящиков с яблоками и так далее. А препятствий было предостаточно, ведь это была Ночь Кошмаров — ни одна маленькая пони не позволит себе провести Ночь Кошмаров дома, когда улицы города украшены всякими паучками, паутинками, летучими мышками, заставлены всякими прилавками с праздничными приколюхами и палатками с конкурсами, когда можно играть в веселые игры и шуметь, выпрашивать много конфеток, кушать много конфеток и даже попробовать напугать какую-нибудь Бабулю и при этом всём не получить по башке от родителей. А вот от Бабули можно, если не успеешь сбежать.       Под возмущенные крики пони, в числе которых был и визгливый крик Бабули, потяревшей свою клюку, кобылки выбежали за пределы городка и оказались на опушке вечнозелёного леса у статуи Той Самой Пони.