Ты ᴧюбиɯь ʍᴇня?

      Денки снился невероятно приятный сон. Он оказался в пустом бескрайнем поле, вокруг лишь мягкая щекочущая ноги трава и свежий ветерок.       Какое-то время он бегал и радовался, что наконец свободен, а потом понял, что тут слишком…одиноко. И после этого он проснулся. Один на просторной кровати. «Неужели он уже ушёл?» — проскользнуло в голове подростка и он лениво поднялся.       Первое, что бросилось в глаза — открытая в комнату дверь. «Что-то не так…» — тут же подумал он и на цыпочках, почти бесшумно прокрался к проему. Но как только он собрался выглянуть из комнаты, перед ним появился Шинсо с кружкой горячего чая.       Каминари мгновенно отскочил. — Доброе утро, — добродушно поприветствовал его похититель, любуясь новым красным ошейником на шее Денки, подтверждающим его собственничество. — Доброе, — тот отошёл от него на пару шагов и скованно улыбнулся. — Ты выспался? — Хитоши поставил чай на тумбочку и сел на край кровати, приглашая туда и Каминари. — Мгм, — согласно промычал он в ответ и подсел к Шинсо. — А сколько уже время? — Около десяти утра, — не отводя взгляда с подростка, сказал Хитоши. — Понятно, — Денки взял кружку и отглотнул немного. В комнате повисла тишина. Угнетающая тишина. «Какой-то странный сегодня день. Будто что-то не так как обычно, что-то отличается,» — задумался подросток. — Я сегодня уйду пораньше, — внезапно сказал Шинсо. — И вернусь возможно чуть-чуть позже. Но ты даже не заметишь! — Какие-то срочные дела? — Каминари повернул к нему голову, как в глазах на мгновение появились звездочки. — К сожалению, да. Но в качестве извинения могу купить тебе чего-нибудь вкусного. Ты что-то хочешь? — Хитоши провел пальцами по щекам своего возлюбленного и незаметно взял из его рук чашку, все еще наполовину заполненную. — Думаю, мороженое бы…не повредило… — мутно ответил Денки и отключился. — Хорошо, — Шинсо поставил кружку и удобнее уложил парня на кровати, напоследок тепло поцеловав его в губы.       После чего он ушёл по своим неотложным делам, с полным доверием оставляя дверь в комнату открытой.

***

      Каминари почувствовал неприятную тяжесть почти во всем теле. Мышцы были так сильно напряжены, что казалось будто это все его тело покрывала одна большая судорога. «Что…вообще произошло?» — Денки приоткрыл глаза.       Он лежал на кровати так, будто утром он даже не вставал. Будто то было лишь сном. Но…вон та чашка. Дверь по-прежнему открыта. Ему это не приснилось.              «Он…он подсыпал мне что-то!» — вдруг осознал Каминари и резко встал с кровати. Что, очевидно было плохой идеей. У него тут же закружилась голова и тело с трудом стояло на ногах. «Черт. Ненавижу его!» — разозлился Каминари, стараясь привести себя в чувства. — «Мне нужно умыться.»       Выйдя из комнаты, Денки направился в ванную. Казалось, что он уже лет сто вот так не ходил по своему дому. Удивительно, разве нет?              Хитоши дома всё ещё не было. Значит, можно наконец свободно разгуливать по всем комнатам и…возможно все-таки сбежать? Покинув ванную, он осмотрел остальные комнаты на наличие…чего-то странного или запрещенного. Однако, на кухне не было ничего такого. Единственное, что там выделялось — изобилие всяких продуктов. Раньше он никогда не видел так много разнообразной еды. «Что ж…это неплохо,» — Каминари немного успокоился. Хотя все еще был зол на Хитоши.       В зале он заметил аккуратно сложенные вещи Шинсо на краю дивана и там же лежала большая толстая тетрадь с ручкой.       Хотя больше его манил телевизор. А также возможность узнать день недели, время и новости. Он включил новостной канал: суббота, около десяти вечера. Он снова проспал весь день! Денки ухмыльнулся сам себе, а после заметил, что показывают ведущие новостей. В городе во всю расследовали жестокие убийства.       Те девчонки, его задиры и большая часть его одноклассников. Их тела были сильно изуродованы, а найдены и вовсе не то в лесах, не то в канализации. Но самым последним их открытием стал труп женщины, личность которой не была опознана из-за сожженного в кислоте лица. Хотя Денки прекрасно смог ее узнать. Ведь только его мама носила эту кофту с теми странными туфлями.       Хоть подсознательно Каминари и понимал, что она давно мертва. Признавать этот факт он не хотел. Только сейчас он действительно понял — ему нужно действовать. Ему нужно срочно бежать. И плевать, что все будут говорить. Хитоши опасен для его близких!       «Сначала надо попробовать выйти через парадную дверь, а уже потом придумывать план Б,» — решил Денки, как его внимание все же привлекла та тетрадь.       На первых страницах были размещены фото Денки и некоторые пометки по типу «Любит сладкое», «Не любит быть в долгу», «Самостоятельный», а также красным фломастером выделены некоторые участки тела. Предположительно, эрогенные зоны.       На следующей странице фото его семьи. Что самое страшное, половина из них уже была перечеркнута. Далее фото класса. Там еще хуже, из живых остались только шесть человек.       И последнее фото — фото его бывшего. На строчках была написана история их отношений, как она начиналась, как весело они проводили время и…как прошел их первый раз.       На следующих страницах был написан непонятный компьютерный код и сборище цифр. Что действительно подтверждало его компьютерное происхождение.       Каминари подскочил с дивана, накинул куртку, но не успел дернуть ручку, как дверь распахнулась, и он столкнулся с Хитоши.       Пару секунд оба стояли в непонимании происходящего, пока лицо убийцы не приняло выражение яростной злости. Он откинул пакет с книгами и мороженым, схватив Денки за воротник. — Почему ты здесь?! Почему вышел?! Ты хотел сбежать? Хотел бросить меня?! — агрессивно кричал он. — Нет, я… — Денки был одновременно напуган и зол. Шинсо должен был спасти его от одиночества. Для этого он купил ту игру, для этого он его создал, а в итоге получил себе очередного «задиру». — Я…я верил тебе! А ты вечно запираешь и усыпляешь меня! Разве я не заслуживаю доверия?! — Я делаю всё, чтобы тебе было хорошо! — Хитоши стянул с него куртку и оттолкнул к дивану, нервозно сжимая кулаки и скаля зубы. — Я стараюсь только ради тебя. — Да, ты должен был защитить меня, сделать счастливым, но ты… Ты просто запер меня здесь и используешь как игрушку для битья! — уверенно крикнул ему Денки, поимая, что прав сейчас именно он. — Ты такой же, как мои одноклассники, как остальные люди. И ничем от них не отлич…       Шинсо больше не в силах сдерживаться ударил его по лицу кулаком и схватил за волосы, забросив его на диван.       Глаза Каминари перекрывали звездочки, а из носа кажется потекла кровь. Возможно, он все-таки переоценил свои силы. Или вовсе не принял во внимание их отсутствие. Неужели он все-таки доверял Шинсо в тот момент? — Если тебе кажется, что я поступал плохо, то сейчас я докажу, что могу быть еще хуже, — Хитоши снял с себя галстук и перевязал руки Денки, закрепляя за подлокотник дивана. — Ш-Шинсо…что ты… — Каминари с трудом открыл глаза. От болезненных ощущений невольно подступали слезы.       Хитоши сел на него сверху и задрал его футболку к кистям рук, тут же переходя к поцелую. Денки старался смыкать губы, но сильная боль не позволяла напрягать мышцы лица. Он мог лишь беспомощно барахтаться и недовольно мычать.       Шинсо провел дорожку поцелуев до пупка, после чего стянул с него трусы. — Шинсо, не надо, пожалуйста, я…я не хотел тебя обидеть, только, давай б-без этого, — умолял Каминари, чье тело вспомнило то первое болезненное ощущение.       Однако, тот ничего не отвечал. Приподняв его за бедра, он приставил головку к паху и медленно ввел его внутрь. Денки сморщился от подступившей режущей боли. «Слишком узко,» — понял Хитоши, но все же ничего не предпринял, продолжая вставлять глубже. — Шинсо, стой, пожалуйста… — из глаз блондина потекли слезы, тело невольно задрожало. Он попытался отстраниться, но его ноги крепко обхватывали чужие руки.       Хитоши резко толкнулся, получив в ответ сдержанный всхлип. Денки сжал зубы и повернул голову вбок. Заметив кровь в паховой области, злость и раздражения мучителя поутихли. Он понял, что переборщил.       Вытащив член, он натянул на себя штаны и удобнее лег на грудь Каминари, устало вздохнув. Он вслушивался в бешенное сердцебиение и тихие всхлипы блондина. На лице засияла легкая довольная улыбка. Теперь это точно его Денки. И он никогда от него не уйдет.

***

      Так прошло ещё несколько дней. Денки больше не покидал своей комнаты, оживлённо ожидая возвращения Шинсо. В отсутствие похитителя, Каминари занимал своё свободное время прочтением книг, разрисовывая их пустые станицы.       Каждый день он уходил в час дня и возвращался в десять вечера. Он никогда не задерживался и никогда не приходил раньше. Куда именно он так часто уходил — было неизвестно, но предполагалось, что на работу, ведь все хотелки Каминари он учитывал и покупал ему все, что тот пожелает.       Подросток даже привык к такому и уже думал о том, что когда-то ему возможно позволят телефон или компьютер и его жизнь заиграет более яркими красками, а пока что ему было достаточно того, что Хитоши реже его избивал и не насиловал.       Всё-таки, его настроение — настроение Денки.       Им даже удалось отмахнуться от полиции, сказав, что теперь он учится на домашнем обучении из-за опасности быть убитым. Ведь Шинсо предусмотрел даже это и давно договорился с директором школы.       Все бы и дальше шло также стабильно и прекрасно, пока одним утром к ним не постучались полицейские. Неужели опять?       Шинсо разбудил Каминари рано утром, сняв с него ошейник и вынужденно надев водолазку, дабы скрыть следы побоев. Подросток был напуган, решив, что возможно успел в чем-то провиниться. — Прости, что так рано, нужно чтобы ты снова поговорил с полицией, — убийца поднял его с кровати и перенес ко входной двери, а сам встал за нее, подготовив свой нож на случай…некоторых несостыковок плана.       Денки открыл дверь и улыбнулся. — Добрый день! — радостно поприветствовал он двух копов. — Вы что-то хотели? — Здравствуйте, младший сержант Сэро Ханта, сэр. Недавно до нас дошло печальные сведения, касательные вашей семьи. Я должен доложить вам, что… — парень замялся. — Кхм… Давайте пройдем внут… — Нет! — напугано крикнул Каминари, тут же сменив голос на более мягкий. — У…у меня сильный беспорядок. Так что говорите тут, не хочу…опозориться.       Полицейский подметил потрепанный уставший вид подростка, а также неподходящую погоде одежду. — У вас все в порядке? — поинтересовался он. — М? А…да. Все нормально. Я просто в последнее время совсем не сплю. Сплошная учеба! — отшутился Каминари. — Если вам нужна помощь, можете… — Все хорошо, не переживайте, — настоял Денки, невольно метнув взгляд за дверь.       В небольшой щели между дверью и стеной краем глаза Сэро заметил руку. Он не редко такое встречал, сразу догадался что к чему. — В таком случае, хотел бы принести соболезнования, но пару дней назад ваша мать была обнаружена мертвой в заброшенной канализации. А также отец, дядя и ваша бабушка считаются пропавшими без вести. Вы можете находиться в опасности, поэтому на случай нападения вам выдается персональная кнопка «быстрого реагирования.» Не теряйте ее и всегда держите при себе, пока убийца не будет пойман. — Х-хорошо, спасибо, — Каминари аккуратно взял небольшое устройство с кнопкой и вежливо попрощался с полицейскими, возвращаясь в дом.       Спасительную кнопку он сразу отдал Шинсо. — Молодец, — Хитоши потрепал его по голове и примкнул к губам, ласково проникая в рот языком и уже привычно окутывая чужой язык.       Каминари послушно и отчасти даже с желанием отвечал на его поцелуй, каждый раз боясь, что это зайдет дальше.       Шинсо как обычно углубил поцелуй, приобнимая его за талию, а второй рукой поддерживая за затылок. И хоть, он дал слово, что без согласия к нему не притронется, Каминари внутренне все равно боялся, что это повторится. — Я сегодня уйду пораньше, есть некоторые дела, — Шинсо чмокнул денки в лоб и крепко обнял, тихо прошептав около уха: Люблю тебя.       А после отвел Каминари в комнату, также оставляя дверь открытой. Это вызывало неприятное дежавю.       Он снова остался один наедине со своими мыслями. Честно говоря, его мысли причиняли ему больший вред, чем Шинсо и он предпочитал проводить время с ним, а не с собой. Так было спокойнее.       «Он убил всю мою семью, чтобы у меня не было спасения. Ведь теперь мне не к кому идти. У меня никого кроме него нет. Да я никому и не нужен был до этого, кроме мамы,» — только блондин сел за раздумия, как в дверь настойчиво постучали. — «Это Шинсо? Зачем он стучит? Он хочет меня проверить?» — Это младший сержант полиции, откройте, пожалуйста дверь, — послышалось за входной дверью.       «Не похоже на голос Шинсо, но… что если это он?» — рисковать подростку не хотелось — Я хочу вам помочь, откройте дверь скорее, иначе я вломлюсь к вам в дом, — прокричал Сэро.       Каминари привел себя в порядок и снова открыл дверь. «Я просто снова поговорю с ним и все,» — решил подросток и открыл дверь копу. На этот раз он был один.       Сэро тут же влетел в дом, заперев за собой дверь. — Я знаю, что вас насильно удерживают здесь. Я видел того человека. Скажите, это он убийца? Он убил вашу семью? Что вы знаете? — напористо задавал вопросы Сэро.       Все ожидания Денки рухнули, тело окутал страх. Этот мудак сейчас их двоих в могилу сведет. Шинсо же еще мог быть рядом! — Я не понимаю о чем вы, — запаниковал Денки. — Я хочу помочь вам, но мы должны действовать быстро, — Сэро схватил Денки за плечи. — Я вытащу тебя отсюда, я тебя не брошу, доверья мне, пожалуйста. — Он заглянул в его глаза. Денки очень хотел ему верить.       Но страх быть пойманным и вновь получить наказание было сильнее. — Он…он может узнать обо всём, — прошептал Каминари на ухо полицейскому. — Я об этом позабочусь, но ты должен будешь помочь мне, — вполголоса сказал Сэро.       Денки кивнул и быстро, но тихо сбегал за той самой тетрадкой, содержащей все улики. Только она могла их спасти. — Будьте аккуратнее, — встревоженно произнес подросток. — Я за тобой вернусь, когда мы его поймаем! — Сэро улыбнулся и уверенно показал большой палец вверх.       Но Каминари больше одолевала тревожность и чувство вины. Будто он поступает неправильно. «Шинсо ведь…он любит меня. И это из-за меня он стал таким…это я сделал его убийцей…это моя вина?» — засомневался подросток, но полицейского останавливать не стал.       Еще сохранившийся в нем трезвый рассудок подсказывал — жить так, как он живет — ненормально.