Расплата за прошлое

В дверь постучали. Вошедший Кид сообщил, что прибыл маг Джазегамар, который хочет поговорить с принцессой Элиарой. – Скорее, впусти его! – почти крикнула принцесса, но маг уже сам решительно входил в комнату. Он сразу закрыл дверь и накинул прозрачный звуконепроницаемый купол на комнату. Элиара поняла, что речь пойдет о чем-то важном, раз маг хочет, чтобы его никто не услышал. – Что передал… Мак? – быстро спросила она. – Ничего. Я пришел сам от себя. – От себя? И ты смеешь приходить, когда тебя не звали? – тон принцессы стал ледяным. – Смею. Это важно и касается Мака. По каким-то причинам мой друг, а Мак мне друг с детства, видит в тебе совсем не ту, кто ты есть на самом деле. Это вполне в его духе – он всегда был слишком доверчивым. Его дурацкая привычка верить даже отъявленным негодяям никогда до добра не доводила! – Маг раздраженно дернулся и махнул рукой. – Но теперь довольно! Хватит с меня всех этих рассказов, что все слухи о тебе ложь, и о твоем нежном и ранимом сердце, которое только он один сумел разглядеть! Джас посмотрел ей в глаза с неприкрытой угрозой. – В отличие от него, я неплохо информирован о твоих поступках! Так случилось, что среди моих людей есть человек, которого ты пытала. Принцесса вопросительно подняла бровь. – Это Райд Гилберт, который раньше служил в тайной полиции. Элиара громко рассмеялась ему в лицо. – «Пытала» – слишком громкое слово для того разговора! – Да?.. – маг изобразил фальшивое удивление. – А выглядит так, будто действительно пытала. Он вытащил синий камень, на мгновение сверкнувший в лучах солнца – артефакт, на которые записывают воспоминания, произнес слово на магическом языке, и перед её взором предстала… она сама. В тот день Элиара была по своему обыкновению одета в вызывающее красное платье и увешана драгоценностями, которые на фоне мрачных стен её дворцовой темницы выглядели как некий гротеск или насмешка над всяким, кто сюда попал. В воспоминании она прохаживалась взад и вперёд, демонстрируя смотревшему на неё Райду некогда любимый ею браслет с огромными резными ногтями-кинжалами, надетыми на пальцы. – Если не скажешь, какие сведения ты слил Геферу, магу моего отца, разукрашу это симпатичное лицо так, что ни одна из восьми девушек даже не взглянет в твою сторону! Элиара поднесла золотой коготь к лицу Райда. Тот истерично заверещал. – Я всё скажу! Нет, пожалуйста, не надо. Не надо, пожалуйста. Нет! Принцесса увидела, как на лице её версии из воспоминания возникло презрительное и удовлетворенное выражение. «О, боги! Неужели меня раньше это так забавляло?» – она в ужасе прикрыла рот рукой, подавляя отвращение к себе прошлой. – Говори! – тем временем выкрикнула Элиара из воспоминания. Она вспомнила, что в тот момент хотела убрать руку от лица перепуганного пленника, но движение оказалось слишком резким, а Райд в последний момент неосторожно дернулся, и… острый коготь всё-таки прочертил линию на его лице. – О, нет! Она меня порезала! Это кровь… Как больно! Уууууууууу! – Райд выл так, что ему позавидовали бы все волки эранорского леса. Элиара из воспоминания вновь презрительно скривилась. – Да что ж ты дергаешься, как девица перед свадьбой! Перестань выть! Такие царапины не болят так сильно, как ты о них ноешь! Кид, залечи его рану, а то мы все тут оглохнем. Вытирая кровь с острого золотого когтя тонким белым платочком и лениво наблюдая за лекарскими действиями Кида, принцесса не задумывалась, какие впечатления могут произвести её слова и действия на важных для неё людей. Да и не было в тот момент в её жизни ни одного сколько-нибудь важного человека. Мать давно умерла, а всех остальных она действительно хотела непрестанно запугивать и шокировать своим поведением… что у неё прекрасно получалось. Зато теперь на лице наблюдающей за собой из воспоминания принцессы отразился настоящий ужас. Джас удовлетворенно хмыкнул и убрал камень с воспоминанием в карман. – Думаю, ты понимаешь, что как только я покажу эту милую сцену с кровавыми пытками Маку, с той самой минуты он не захочет тебя видеть больше ни-ко-гда. Он намеренно выделил последнее слово, произнеся его так, словно наслаждаясь мелодичным звучанием. Элиара побледнела. – Отдай его мне! – она сделала шаг к магу, который тут же отступил на шаг. – Сколько ты хочешь за это воспоминание? – Я хочу, – он сделал паузу, – чтобы Ваше высочество сейчас же покинуло это селение и не приближалось к моему другу больше ни-ког-да. Он снова произнес слово «никогда» нараспев. Элиара подумала, что его забавляет вся эта ситуация и он искренне наслаждается сейчас её слабостью, состоявшей в желании во что бы то ни стало выглядеть хорошей в глазах Мака. Наслаждается этим так же остро, как когда-то она наслаждалась видом раздавленного и униженного Райда, желавшего во что бы то ни стало сохранить репутацию. Вот ей и прилетело за все её дела… – Понимаешь, о чём я? Элиара кивнула. Да, она понимала. Понимала эти методы и этот язык. Она сама всю свою жизнь после смерти матери действовала именно такими методами и разговаривала с большинством людей на этом жестоком языке. Самую большую власть над человеком дают не деньги и не армии. Деньги, армии, даже верность – всё это можно приобрести, обменяв на некий универсальный эквивалент – чужие тайны. И лишь знание чужих тайн даёт настоящую истинную власть! Похоже, не только она одна оценила силу этого знания. Этот маг стал владельцем ее самого большого секрета и сейчас он использовал его в своих целях. Что ж тут непонятного… – Ты уберёшься отсюда сейчас же! – процедил сквозь зубы маг. Элиара снова кивнула и молча двинулась в сторону дорожной сумки, не обращая уже абсолютно никакого внимания на ухмыляющегося мага. Даже если она сейчас достанет из рукава свой кинжал и перережет горло этому ублюдку, который якобы заботится о благе своего друга, но на самом деле преследует какие-то свои цели… даже если она заставит его молчать посредством так приглянувшихся им обоим методов – с помощью шантажа и угроз… даже если она спрячет этого мага в застенках своей дворцовой темницы на-всег-да… и будет приходить каждый день и напоминать ему, что он тут на-всег-да… Даже если она сделает всё это, она никогда и никуда не сможет спрятать свою прошлую жизнь. На какое-то мгновение солнце ярко осветило её судьбу, подарив два сказочных дня, когда на неё смотрел восторженным взглядом тот, кто стал очень важен для неё… а потом судьба и провидение опять от неё отвернулись. Всё это произошло потому что самый важный для неё человек посчитал, что все слухи о ней – ложь, и был обманут собственными выводами… Когда-нибудь он всё равно узнает правду и придёт в ужас от мрака и тьмы её души. Когда-нибудь, но не сегодня! Если в её силах оттянуть этот момент, то она всё для этого сделает. И может, он и никогда не наступит. Пусть она будет жить вдали от него, но будет знать, что он запомнил только лучшее о ней.