Лот под номером 13 - продано

Чимин слепо рыщет рукой по подушке в поиске мобильного, что трезвонит на всю квартиру. Достав его из-под подушки, всё так же с закрытыми глазами выключает будильник и снова закутывается в одеяло, продолжая сопеть. — Уже пора вставать? — хриплый голос раздаётся над ухом, а крепкие руки нежно обнимают за талию. Чимин улыбается сквозь сон, кладёт свои ладони на руки альфы и гладит их. — Уже пора, да, — произносит Чимин. Юнги прижимается ещё теснее, зарываясь в шею омеги, чем вызывает тихий смешок. — Пора вставать, Юнги-хён. — Ещё пару минут, — произносит Юнги и крепче прижимает младшего к себе, невесомо поцеловав его в румяную щёчку. — Господин Мин, — говорит Чимин, — я жду Вас на кухне через пятнадцать минут! — он вырывается из объятий, всё ещё смущаясь. Юнги разочарованно стонет, нехотя выпуская его из рук, и смотрит, как тот быстро вскакивает и убегает в ванную, не скрывая широкой улыбки. После того самого утра на кухне, альфа не в силах был уйти от Чимина. Он отменил все дела и предложил провести день вместе дома его накормили прекрасным ужином, они много разговаривали до позднего вечера, и Чимин предложил остаться на ночь. Альфа сначала отказывался: совсем не хотелось смущать, но омега оказался настойчивее. Юнги был рад, что его тоже не хотели отпускать. Спали они вместе, но дальше скромных поцелуев не заходили. Оба понимали, что спешить не стоит, хоть и уверены друг в друге, являются истинными, но всё-таки слишком рано. Юнги давно не спал так спокойно и сладко, как сегодня на этой старенькой скрипучей кровати. Его не волновало ничего, кроме тёплых и скромных объятий. Сейчас он, действительно, чувствует себя счастливым. Лежит и улыбается во весь рот, глядя в потолок. Любовь творит необъяснимое чувство, но именно оно придаёт сил и настроения, поэтому, встав с кровати, направляется в душ, по пути отвечая на звонок помощника, сообщая, что его сегодня не будет на работе и предупреждает, чтобы его не дёргали. Сейчас хочется проводить время только со своей истинной любовью, с его маленьким, хрупким и невероятно милым омегой. Чимин заходит на кухню, сразу распахивая шторы, пропуская солнечный свет. Настроение превосходное: хочется петь и танцевать. Он убирает опавшие листочки с цветов, которые до сих пор стоят, меняет воду и принюхивается. Отец ему говорил, что, если цветы долго стоят и продолжают цвести, это значит, что они подарены от всего сердца и души. От этих воспоминаний сердце омеги сжимается, и хочется хохотать или начать кружиться и петь, как принцессе из мультфильма, чтобы налетело много разных птичек, которые бы ему подпевали. Сегодня он ночевал с Юнги. От этих мыслей тело начинает дрожать. Сначала он сильно смущался и боялся даже предлагать такое, но был не в силах отпустить альфу. Совсем не хотелось расставаться. Господин Мин был взрослым и мудрым человеком, благородным альфой, как тот самый принц из сказки. Чимин уверен, что тот никогда бы не навредил ему и уж точно не стал бы требовать чего-то большего, чем невинные объятия и поцелуи. Чимин разворачивает букет, направляя его к солнышку, и начинает готовить завтрак. Хочется кормить своего альфу, заботиться о нём. Заварив кофе, ставит чашки на стол и делает омлет с грибами, надеясь, что Юнги такое ест. Выкладывает на тарелку большой кусок, украшает зеленью, достаёт кетчуп и рисует небольшое сердечко по серединке омлета. Рядом кладёт две сосиски, а сбоку помидорку, нарезанную дольками. Поставив тарелки на стол, он думает, что можно ещё добавить, и вспоминает о моти. Положив их на маленькое блюдо, ставит на середину стола и садится на стул, дожидаясь альфу. Юнги не заставляет себя ждать, заходит на кухню и сразу улыбается, увидев накрытый стол и Чимина, который сидел за ним, ожидая. Он присаживается за стол. — Когда ты всё успел? — удивляется Юнги, рассматривая завтрак. Он замечает неровное маленькое сердечко на омлете, и ему хочется запищать как маленькой девочке. — Надеюсь, ты кушаешь такое… — смущённо говорит Чимин. Юнги берёт на вилку кусочек омлета и кладёт в рот. Омега наблюдает, кусает губы, ожидая реакции на его блюдо. — Это очень вкусно, Чимин, — продолжает есть. — Правда? — радостно спрашивает. — Я так давно не ел домашней еды. Ты замечательно готовишь, Чимин-и. Омега улыбается, кивает и так же начинает есть, желая приятного аппетита. Завтрак проходит в уютной обстановке: они тихо разговаривают, строя планы на сегодняшний день. — Я хочу познакомить тебя с родителями, — неожиданно произносит омега. Юнги отпивает кофе, ставит чашку на стол и кивает. — Конечно, — тепло улыбается, — когда ты хочешь поехать? — Ну может… Прямо сейчас? Если, конечно, у тебя нет работы и тебе не нуж… — Малыш, — альфа берёт руки омеги в свои. — Поехали сейчас. Чимин смущается ласкового прозвища, но ему до покалывания пальчиков приятно такое слышать. Хочется называть Юнги так же ласково, но вдруг это не понравится альфе. Он ещё не уверен, что сможет побороть себя и своё смущение. Закончив завтрак, альфа собирает посуду и начинает её мыть. Чимин удивлённо охает и пытается отобрать её, но тот лишь целует его в нос и, поблагодарив за вкусную еду, отправляет собираться. Через полчаса они оба собранные выходят на улицу. Сегодня Юнги сам отвезёт их. Посадив омегу на пассажирское сидение, обходит машину, садится и выворачивает на дорогу. — Нам нужно заехать за цветами, — мягко говорит Юнги, бросая взгляд на Чимина. Омега кивает и улыбается, смотрит в окно, наблюдая за просыпающимся городом. На небе собираются тучи. Возможно, сегодня будет дождь. Чимин любит дождь. Есть в нём что-то романтичное, но всё-таки он надеется, что стихия не застанет их. Купив цветы, они доезжают до городского кладбища довольно быстро. Сегодня будни. Все работают, поэтому пробок в этом направлении нет. Выходя из машины, Чимин начинает волноваться: давно уже не был на их могиле. Он надеется, что не расплачется сегодня. Прохладный ветер обдувает и взъерошивает светлые волосы, забирается под одежду, заставляя тело съёживается. — Наверное, нужно было взять что-то тёплое, — оборачивается на альфу. Тот снимает свою ветровку и накидывает на плечи омеги. — Юнги-я, не нужно. Ты же замёрзнешь, — начинает снимать вещь, но Юнги обнимает за плечи, надевая её полностью. Альфа щёлкает омегу по носику и улыбается. — Не переживай об этом, пошли, — взяв его за руку, они идут ко входу. Долго ходить не приходится. Зайдя в ворота, они поворачивают направо и останавливаются у небольшой могилы. Вокруг было много цветов. Некоторые уже давно завяли. — Привет, пап! — говорит Чимин. Он подходит к мраморной плитке и присаживается на корточки, стирая пыль с таблички. — Я сегодня пришёл не один, — несмело поднимает взгляд на альфу. Юнги присаживается рядом, держа в руках букет красных роз. Это были любимые цветы папы Чимина. — Здравствуйте, — говорит Юнги и кладёт цветы рядом на землю. — Это Юнги… Он мой альфа… — тихо говорит омега, явно смущаясь. — Ваш сын в надёжных руках. Я обещаю, что никогда не причиню ему боль, — он берёт руку омеги в ладонь и сжимает её, нежно поглаживая большим пальцем. — Мне кажется, они слышат нас, — говорит омега и стирает подступившие слёзы. — Конечно слышат. Посидев ещё немного, Чимин убирает все завядшие цветы, немного прибирается вокруг. На душе становится спокойно. Он уверен, что, если бы его родители были живы, Юнги очень бы им понравился. Потому что папа всегда желал ему найти свою истинную судьбу. Тот, кто будет защищать, заботиться и любить. — Нам пора, я очень люблю вас! — говорит Чимин. — Я обещаю прийти ещё раз. Попрощавшись, они выходят, закрывая за собой ворота, и садятся в машину. Небо полностью затягивают темные тучи, и дождь стремительно опускается, разбиваясь о землю.

***

— Чем хочешь сегодня заняться? — спрашивает Юнги, помогая снять ветровку омеге. — На улице такой дождь, я даже не знаю… — Чимин разувается, ровно ставит свои ботинки к обуви Юнги. Альфа усмехается по-доброму: ему безумно нравится, что Чимин чистоплотный, хозяйственный, отлично готовит и является самым милым и заботливым человеком. Сердце вдруг пропускает удар так громко, что, кажется, оглушает. Юнги подходит к парню, обнимает со спины и прижимает к себе. Чимин ойкает и поворачивает голову, улыбаясь. — Ты чего? — робко интересуется. Его тело трепещет от чувств, что бушуют внутри маленьким ураганом. Слишком много он чувствует к этому альфе. К замечательному, самому доброму и невероятно красивому господину Мин Юнги. Чимина поражает его доброта. Ему всегда казалось, что богатые люди — это злые люди. Те, кто не воспринимают совершенно обычных и тех, кто никогда не жил богато. Юнги совсем другой: не брезгует, понимает и поддерживает. Ему не важно, насколько ты богат и что у тебя есть в материальном плане. Он ценит душу, то, что внутри. Это безумно радует Чимина. Он благодарит небеса за такой подарок судьбы. Чимин разворачивается в его руках и обнимает за шею. Смотрит в глаза напротив и видит там звёзды. Такие яркие, что хочется смотреть на них, не переставая. Юнги прижимает тело младшего плотнее и приподнимает его. Омега улыбается. Ему до жути стеснительно, но он продолжает смотреть в глаза. — Поверить не могу, что ты мой… — шепчет Юнги и целует в уголок губ. От этих слов и голоса у омеги бегут мурашки по спине. Как же ему нравится это. Он готов расплакаться от нежности, которую ему дарит его альфа. — Поцелуй меня… — просит Чимин. И Юнги прижимается к пухлым губам, нежно целуя. Они не спешат. Юнги ласкает его губы, одаривает невесомыми поцелуями. Не углубляет, а словно пытается распробовать на вкус. Чимин прикрывает глаза и теряется в ощущениях, почти улетая в космос, отдаёт себя полностью. Они целуются, наслаждаясь моментом. В воздухе витает их смешанный запах, окутывает их и пробирается в легкие, наполняя. Это сводит с ума. Голова начинает кружиться. Чимин отрывается от любимых губ и улыбается. — Ответь… — говорит он. — А? — Юнги продолжает целовать лицо младшего. — Тебе звонят, Юнги-я. — Чёрт, — ругается альфа и достаёт телефон, одной рукой всё ещё прижимая Чимина к себе. — Слушаю. Я же просил. Ну значит отмените! — Меня не волнует. Он закатывает глаза, и Чимин хихикает. Юнги смотрит на него, улыбается и чмокает в губы. — Понял, — сбрасывает звонок и убирает телефон в карман. — По работе? — спрашивает Чимин и играется с пуговицей на рубашке альфы. — Да, ничего не могут без меня. — Конечно, ты же главный. Езжай на работу, если что-то срочное. — Не хочу на работу, хочу с тобой, — Юнги крепко обнимает Чимина и утыкается ему в шею, водя носом и вдыхая вкусный запах, который успокаивает. — Работа важна, — с ноткой грусти говорит Чимин, — поэтому ты должен съездить, решить дела. А я пока приготовлю что-нибудь. Юнги дует губы и Чимин начинает смеяться. «Как ребенок», — думает про себя и умиляется. — Ладно, ты меня уговорил. Я быстро, хорошо? Туда и обратно. Чимин кивает, и его снова затягивают в сладкий поцелуй.

***

Юнги уехал на работу. Чимин решает, приготовить им на ужин свинину с рисом и домашний кимчи по рецепту отца. Он узнал, что альфа обожает кимчи, поэтому должен приготовить это блюдо обязательно. Бросает взгляд на часы, замечая, что прошло уже около двух часов. Но ему не хочется писать или звонить Юнги. Если тот сам молчит, значит у него дела. Отвлекать омега не будет. Но только он отложил телефон, как на него приходит сообщение. От: Юнги-я Чимин-и, прости, я задержусь. Совещание важное Кому: Юнги-я Ничего страшного, хён. Работай От: Юнги-я Прости, малыш, я обещаю: не больше часа Кому: Юнги-я Хорошо Чимин кусает губу и улыбается, глядя в экран. Откладывает телефон и решает, что сегодня хочет устроить не просто ужин, а романтический. У него есть час, поэтому он быстро собирается, выбегает в магазин у дома, чтобы купить шары, свечи и новые красивые тарелочки. В животе всё стягивает приятным узлом, когда, вернувшись домой с покупками, он начинает разбирать их. Зажигает свечи, расставляет их в комнате, закрывает шторы, чтобы создать более интимную обстановку. Выдвигает маленький столик на середину, кидает возле него подушки, чтобы сесть на них. Омега надувает красные шарики и решает просто оставить их на полу. На телефон вновь приходит сообщение. От: Юнги-я Буду через 15 минут Чимин откидывает телефон, вскакивает с кровати, совсем забыв ответить, и убегает в ванную. Встаёт под душ, быстро омывает тело, после переодевается в чистую одежду. Надевает чёрную блузку с неглубоким вырезом и такие же чёрные брюки. Волосы не трогает, лишь расчёсывает, и решает надеть серьги, которые ему подарил альфа на их первом свидании. Он стоит перед зеркалом и улыбается, почти хихикает. Ему так нравится наряжаться для Юнги, готовить для него и устраивать сюрпризы, которые, он уверен, альфе никогда не делали. Чимин сильно волнуется, но старается успокоиться и провести этот вечер хорошо, полностью посвятив себя своему возлюбленному. Открыв входную дверь, выключает свет и уходит в комнату. Садится на кровать и с замиранием сердца ждёт Юнги. Альфа не заставляет себя ждать. Спустя пару минут входная дверь хлопает, Чимин слышит, как альфа разувается и тихо зовёт его, но омега молчит. Юнги заходит в квартиру, удивляясь открытой двери, хмурит брови и, раздеваясь, думает, что Чимин устал его ждать, поэтому, возможно, уснул. Он зовёт омегу, но никто не отвечает. Проходит дальше, тихо открывает дверь в спальню и замирает. В комнате горят свечи, расставленные везде: на комоде, на окне и на столике, что стоит посередине комнаты. На полу лежат шарики, а на кровати сбоку сидит Чимин и смотрит на него. — Чимин… — удивляется альфа и продолжает рассматривать комнату. — Юнги-я… — он подходит к альфе и смущённо улыбается. — Я приготовил ужин… Романтический. Альфа почти умирает. Рассматривает Чимина, сходя с ума от его красоты, гуляет взглядом по лицу, замечает его подарок в ушах, что красиво переливается. Опускает взгляд ниже и почти охает, когда замечает наряд. Его омега не только божественно красив, но ещё и невыносимо сексуален. Юнги сглатывает и возвращает свой взгляд на взволнованное от долгого молчания лицо. — Тебе не нравится? Извини, я хоте… Юнги резко обхватывает ладонями лицо омеги и впивается в его губы. Чимин ойкает от неожиданности, а после отвечает на поцелуй. — Мой маленький ангел… — шепчет Юнги. — Что же ты со мной делаешь?.. — большими пальцами гладит мягкие щёчки омеги. — Мне очень нравится. Ты такой красивый, Чимин… — почти воет альфа и целует в губы. Омега расплывается в улыбке и хихикает, когда его целуют за ушком. — Я захотел сделать тебе сюрприз. — У тебя получилось, — улыбается Юнги и не может оторваться от сладких губ, продолжая их чмокать. Чимин моментально краснеет, но старается держать себя в руках. — Иди мой руки, и мы будем ужинать. Альфа кивает, чмокает ещё раз в пухлые губы и слышит хихиканье. Он моет руки, ополаскивает лицо и радуется, что помылся утром. Выйдя из ванны, берёт букет белых пионов, который купил для омеги, когда ехал с работы. Он хотел так извиниться за задержку и позвать на свидание, но его мальчик опередил его, чему альфа приятно удивлён. Это даже смущает в какой-то мере, ведь раньше такого никто не делал для него. Вернувшись в комнату, он замечает, как Чимин сидит на подушке у стола и смотрит в телефон. — Малыш, — шепчет и наклоняется к омеге. Чимин поднимает голову и натыкается на огромный букет. — Юнги-я… — улыбается и принимает букет. — Какой большой, — восхищается младший, обнимает его, прижимая к себе, и принюхивается. — Спасибо большое! Они такие красивые! — Ты красивее любого цветка, Чимин-и, — говорит альфа и помогает подняться омеге. Чимин хихикает и еле удерживает букет. Его почти не видно за ним. — У меня даже нет такой вазы, Юнги-я! Куда мне их поставить? Юнги приносит из ванны ведро с водой и ставит у комода. — В самый раз. — Спасибо большое, — смущённо говорит Чимин и чмокает альфу в щёку. — Давай ужинать, всё остыло. Они присаживаются на подушки напротив друг друга и приступают к ужину. Альфа почти проглатывает язык и снова осыпает комплиментами готовку Чимина, тот хихикает и смущается. Они беседуют о работе Юнги. Омега расспрашивает, как прошло совещание и в целом о работе. — Я ещё купил вина… — начинает Чимин и достает из-под стола бутылку. — Но я совсем не разбираюсь в нём, мне посоветовали, — протягивает бутылку Юнги. — Ты не против? — Совсем нет, — говорит Юнги и читает этикетку. — Хорошее вино. Открыв бутылку, наполняет фужеры, тоже, кстати, новые. Они шли в комплекте с тарелками и столовыми приборами. — Ты не против музыки? — интересуется младший. Юнги поднимает на него взгляд, сразу вспоминая их первое свидание, когда от волнения не знал, что предложить, и начал именно с этого вопроса. Он усмехается. — Ты давно не был на свидании? — весело спрашивает. Чимин хихикает, встаёт с подушки. — Я сейчас, — не отвечая на вопрос, убегает из комнаты. Юнги нервно оглядывается, долив вино, убирает бутылку, протирает вспотевшие руки о джинсы и лезет в карман. Достаёт маленькую коробочку бордового цвета, внутри которой лежит небольшое кольцо из белого золота с маленькими камнями в середине. Он достаёт его и, слыша шаги к комнате, округляет глаза, быстро кидает его в бокал с вином и засовывает коробочку обратно в карман, не попадая с первого раза, и тихо материться. — Вот, я включу колонку, — говорит Чимин, подключая её в розетку и к телефону. Включает негромко музыку и присаживается обратно. Юнги кивает и широко улыбается. Чимин впервые видит такую широкую улыбку и, не выдержав, так же широко улыбается в ответ. — Ты чего? — берёт бокал с вином. Юнги чувствует, как его горло сжимает, и он не может сказать ни слова, лишь улыбается и нервно бегает глазами по лицу омеги. Берёт бокал с вином, стараясь унять дрожь в руках. Он помнит те слова на кухне, точнее то предложение… flashback — Так Вы всё ещё хотите перейти на ты, господин Мин? — Я всё ещё хочу перейти на «же на ты», Пак Чимин. — Я согласен… end flashback Оно эхом отзывается у него в голове. Возможно, Чимин не воспринял те слова всерьёз, а ответил так, потому что был на эмоциях. А сейчас Юнги хочет сделать настоящее предложение, и от того ему кажется, что сердце сейчас остановится или дыхание прервётся. Это оказалось волнительнее, чем можно было себе представить. Он не будет готов принять отказ, хотя такая мысль не особо проскальзывала. Он чувствует любовь Чимина, но не может быть таким уверенным. — Выпьем, — резче, чем ожидалось, произносит альфа и выпивает бокал почти залпом. Чимин удивлённо приоткрывает рот, наблюдая, как альфа выпивает до дна, и, пожав плечами, отпивает своё вино. Прикрывает глаза, но тут же их распахивает, начинает сильно кашлять, проливая вино на стол. Юнги пугается, подлетает к Чимину и начинает тихонько хлопать по спине. — Боже мой, ты в порядке? — Хочется себя убить. Вот же дурак банальный. Чимин наклоняет голову и продолжает кашлять, прикрывая рот рукой. А после резко замолкает. — Юнги-я… — тихо говорит и поднимает голову, смотрит в испуганные глаза альфы. Он раскрывает свою ладошку, в которой лежит кольцо, и хлопает ресничками. — Это… Я… То есть Вы… Ты… — Чимин-и, — перебивает его Юнги. — Выходи за меня замуж. Чимин продолжает поражённо смотреть, переводя взгляд то на альфу, то на свою ладошку с кольцом. Громко охает и прикрывает другой рукой рот. Его дыхание становится тяжёлым, и он заламывает брови, зажмуривается и начинает мотать головой в разные стороны. Юнги пугается, почти не дышит, наблюдая за эмоциями младшего. Смотрит и пытается понять. — Чим… — но его прерывает громкий всхлип омеги. Юнги дрожащими руками гладит хрупкие плечи, старается успокоить. — Прости меня… Боже, — добавляет тише и опускает голову. Чувствует, как грудь сжимает страхом. Чимин резко поднимает своё заплаканное лицо. У него красные глаза, он хлопает слипшимися ресничками и шмыгает носом. Смотрит в беспокойный взгляд напротив и кивает. Юнги так же смотрит и машинально кивает в ответ. — Юнги-я… — Да? — Да… — тихо говорит Чимин и начинает улыбаться, но слёзы продолжают стекать по щекам. — Да? — переспрашивает Юнги. — Я выйду за тебя… — тихо говорит. — Да, Юнги… — Чимин вдруг начинает смеяться. — Я выйду! Я выйду за тебя! — он кидается на альфу и обнимает. Его сразу же обнимают в ответ и крепко прижимают к себе. — Мы поженимся? — Маленький мой… — шепчет Юнги и начинает зацеловывать лицо омеги. — Да. Чимин смеётся и точно так же покрывает поцелуями лицо альфы. — У нас будет дом? — Да, да, родной мой… — И большая собака? — спрашивает Чимин и широко улыбается. — Будет, всё будет. Всё, что ты захочешь… Они начинают целоваться на этот раз смелее. Их поцелуй не похож на предыдущие, они углубляют его и оба тихо стонут, когда их языки соприкасаются. Чимин теснее прижимается, гладит затылок альфы руками и целует нежно, но глубоко. Эмоции берут верх. Юнги разрывает поцелуй, начинает целовать щёки и снова губы. Ладонями обхватывает лицо Чимина и шепчет: — Ты меня напугал… Чимин улыбается, целует в уголок губ и так же гладит своими ладошками чужое лицо. — Прости… Юнги берёт его руку и надевает кольцо на безымянный палец. — Юнги-я, не на эту руку, — хихикает омега. — Чёрт… — тихо бормочет и надевает кольцо на другую руку. — Палец же этот? — уточняет он, поднимая свой взгляд и натягивает улыбку. От волнения она выглядит слишком забавной, и Чимин, широко улыбнувшись, кивает. — Оно очень красивое, — шепчет омега. Юнги целует его в руку и снова обнимает, облегчённо выдыхая. Его удивила реакция младшего. Он растерялся и не знал, что делать. Такому профану в отношениях и вовсе это чувство не знакомо. Но все сомнения разбились о его мечту. Ту мечту, что сбывается прямо у него на глазах благодаря одному человеку. Его любимому Чимину. Они сидят на полу в объятиях друг друга и слегка покачиваются, всё теснее прижимаясь. Юнги нежно гладит спину омеги и слышит довольное мурлыканье на ухо. Чимин мурлычет для него? Юнги сейчас в лужу превратиться. Он крепко обхватывает его, вытягивает ноги, упираясь спиной в кровать, и сажает себе на бёдра. От такой близости Чимин словно начинает задыхаться, но ему не хочется отстраняться, наоборот — хочет быть ещё ближе. Альфа зарывается в шею, опаляя её жарким дыханием, целует и слышит тихий стон, когда на пробу проводит языком. По спине Чимина бегут мурашки, и он, прикрывая глаза, наслаждается нежной лаской, сам прижимается ближе и несмело опускает голову ниже, так же утыкаясь в шею. Втягивает аромат Юнги и чувствует, как тело альфы вздрагивает. Чимин продолжает исследовать шею альфы, коротко целует и совсем теряет голову от запаха, который вбивается в ноздри, попадая в лёгкие, и наполняет каждую клеточку, заставляя голову кружиться. Он начинает тихо урчать, выцеловывая шею, и сжимает волосы в кулаке. — Любимый… — шепчет. Юнги, отрывается от шеи и улыбается, услышав такое обращение к себе. Он прижимается щекой к щеке Чимина и трётся о неё, показывая всю свою любовь и ласку. — Хочу быть твоим навсегда… — говорит Чимин и смотрит в глаза. Между ними пробегает искра, словно молнией ударяет в голову, и они без слов понимают друг друга. Юнги приближается к губам и затягивает в глубокий, чувственный поцелуй. Чимин с охотой отвечает, целует нежно, слегка кусая губы. Альфа рыкает на него и сжимает в руках тонкую талию, продолжает целовать. Они шумно дышат, углубляя поцелуй, что становится крепче и быстрее. Юнги осторожно пробирается рукой под блузку на спине и гладит нежную кожу, умирая внутри от трепета, что растекается по венам и заставляет быть смелее. Чимин, не отрываясь от вкусных губ, расстёгивает рубашку, гладит крепкую грудь и слышит глубокий вздох. — Я хочу быть твоим… — шепчет Чимин. — Ты и так мой, весь мой… Всегда был моим, — отвечает Юнги и целует шею. Чимин откидывает голову, давая больше пространства для обжигающих поцелуев. Он кусает губы, когда чувствует язык альфы, который спускается ниже и задевает его возбужденные бусинки сосков. От такой близости голова становится пустой, перед глазами плывёт, а в теле приятно колет возбуждение. Чимин тихо стонет, выгибаясь в сильных руках. Они ласкают тела друг друга, нежно гладят руками и избавляются от одежды. Смущение уходит на второй план. Сейчас им совершенно не хочется тратить на это время, они нужны друг другу. Такое необходимое сейчас чувство стать единым целым. — Пошли на кровать, малыш, — шепчет Юнги. Чимин кивает, словно под гипнозом, облизывает свои губы и поднимается. — Какой же ты невероятный, — Юнги аккуратно кладёт его на кровать, целует в губы и ложится меж разведённых ног, упираясь своим возбуждением, и тихо стонет, продолжая дарить с ума сводящие поцелуи. Чимин выгибается, приоткрыв рот, и тихо дышит, закатывает глаза от наслаждения и позволяет делать с собой всё, что альфа хочет. Юнги целует грудь, обводит языком соски и слышит стоны, от которых тугим узлом что-то скручивается внутри, опускаясь ещё ниже. Он привстаёт на коленях и аккуратно стягивает боксеры, смотря в глаза омеги. В полумраке комнаты, в мерцании свечей он выглядит ещё божественнее. Это невыносимо терпеть, Юнги больше не может. Он хочет его всего, и сам хочет без остатка ему принадлежать. Чимин покрывается румянцем, когда Юнги берёт его ногу и начинает целовать от щиколотки. Вздрагивает, но не прикрывается. Ему нравится быть таким открытым для своего мужчины. Только для него. Юнги целует гладкие ножки, рукой гладит внутреннюю часть бёдер и покрывает мокрыми поцелуями лобок. Чимин хнычет, кусает свои губы и дуреет от ласк. Громко стонет, когда чувствует горячий рот на своём возбуждённом члене. — Боже… — выдыхает омега и сжимает в кулаках простынь. Юнги целует влажную головку и погружает член в рот, медленно двигает головой и играется языком. Чимин сгибает ноги в коленях и стонет, теряя себя полностью. — Юнги-я… — хнычет омега. Альфа выпускает член изо рта, проводит языком по яичкам и, раздвинув упругие половинки, целует сжимающуюся дырочку. Чимин охает и кусает губы, приподнимая бедра. Ему трудно открыть глаза: смущение накрывает с головой. Но он не в силах остановить альфу, ему не хочется этого совсем. Юнги лижет дырочку, целует её и слегка засасывает кожу, слизывает смазку омеги, наслаждаясь сладостью, и утробно стонет, почти зарываясь в ягодицы, проникает языком глубже и толкается внутрь. Постель под Чимином уже сырая, бёдра неприятно липнут, но это не мешает ему наслаждаться ласками, что дарит его альфа. — Сладкий… — рычит Юнги и отрывается с громким чмоком. Вставляет один палец, тот проходит гладко благодаря природной смазке омеги. Чимин стонет, откидывает голову, позволяя увидеть свою соблазнительную шею. Юнги следит за ним, облизывается, и у него сводит зубы — как же ему хочется укусить своего малыша. Поставить метку, чтобы все знали, кому он принадлежит. От чувства собственности дыхание становится тяжелее, возбуждение отдаёт болью, но он не торопится, не причинит боли. Вставив ещё палец, он начинает раздвигать мягкие стенки, проталкивает глубоко и давит вверх. Чимин стонет, пытается насадиться глубже, но сильные руки альфы придерживают его. — Хочу… — шепчет омега. Юнги приподнимается и, вставляя третий палец, начинает двигать ими чуть быстрее, накрывая пухлые губы. Целовать Чимина — неземное удовольствие. Его губы как сахарная вата. Альфа уверен, что мог бы целовать их вечно. — Юнги, — стонет Чимин. — Пожалуйста. Я больше не могу, — хнычет. — Тш-ш, маленький мой, — хрипит Юнги. Он и сам уже больше не может. Вытащив пальцы, альфа собирает смазку омеги и обмазывает свой изнывающий орган. Приставляет его к дырочке, но Чимин резко приподнимается. — Можно я… — он укладывает Юнги на спину. Тот удивленно хлопает глазами, но не сопротивляется. Ложится на спину, не отводя взгляд. Чимин упирается руками в грудь альфе и присаживается на его бёдра, опускается и начинает целовать шею, плавно опускаясь до груди. — Ох… Чимин-и… — Юнги прикрывает глаза и кладёт руки на талию младшего. Чимин приподнимается, обхватывает твёрдый член и медленно насаживается, делая глубокий вдох. — Ох, чёрт… — ругается альфа. Омега садится полностью и протяжно стонет, начинает медленно раскачиваться и не знает, куда деть свои руки. Юнги переплетает их пальцы и облизывает сухие губы. — Не торопись, милый… Чимин смотрит на него и кивает, приподнимает бёдра и опускается до конца. — Ты такой большой, Юнги-я… — шепчет, и Юнги точно видит в его глазах, помимо небывалой нежности, озорные огоньки. Его малыш раскрепостился — это сильно бьёт по возбуждению. Альфа почти рычит и стискивает зубы, когда Чимин увереннее начинает двигаться на члене. — Мой малыш, мой хороший… — глухо стонет Юнги, чувствуя желанную узость и жар от бархатных стеночек. И от этих ощущений по всему телу проходит сладкая дрожь. — Господин Мин… — хнычет Чимин, откидывая голову, и насаживается быстрее. Юнги, чуть приподнявшись, наблюдает за омегой, не отводит взгляда от красивого лица. Чимин хмурит брови и постоянно облизывает свои губки. — Боже, малыш… Какой же ты красивый, — восхищается, не в силах сдержать себя. — М-м-м… Хён… — шепчет омега, работая своими бедрами уже увереннее. Член альфы свободно скользит, позволяя насаживаться ещё глубже. И Чимин ускоряется, чем вырывает из Юнги рычание и стоны. Но, спустя пару минут, омега замедляется: ноги с непривычки сводит. Юнги не выдерживает, переворачивает их, толкается на всю длину, сразу начиная двигаться. — Юнги-я! — кричит Чимин и вцепляется в его плечи. Мечется по кровати, выгибая спину, и подвиливает бёдрами, обхватывая ногами поясницу альфы, продолжая стонать. — Ты хочешь быть моим омегой навсегда? — хрипит Юнги и не останавливается. Продолжает входить, то ускоряясь, то замедляя темп. — Да… — стонет Чимин. — Я хочу быть твоим, — на его глазах выступают слёзы, и он не перестаёт стонать, чувствуя, как при каждом толчке член внутри задевает простату. — Я скоро — задыхается омега и царапает плечи альфы. Прижимает его ногами ещё ближе, почти не позволяя выйти. Юнги толкается глубоко и на секунду замирает внутри, чтобы сделать новый толчок. Он лижет место над ключицей и чувствует язык омеги на своей шее. Их темп становится быстрее, и они оба стонут, когда одновременно кончают и кусают друг друга. Чимин откидывается на подушки, ничего не видя вокруг. Тяжело дышит и чувствует, как альфа рычит и наполняет его изнутри. Юнги чувствует, как тугой узел внизу живота развязывается, меняясь невероятным наслаждением, которое растекается по всему телу, отчего перед глазами мелькают яркие вспышки. Он в последний раз толкается в расслабленное тело младшего и выходит, не давая образоваться узлу. Валится рядом, сразу же притягивает к себе разомлевшего Чимина, целует того в макушку. Они лежат в тишине и приходят в себя. Юнги переворачивается на бок и рассматривает лицо омеги. — Как ты? — беспокойно спрашивает и убирает влажные волосы со лба. Опускает взгляд на метку, из которой сочится кровь, и сразу же ощущает слабую боль на своей шее. У него тоже метка. — Это было прекрасно, — шепчет Чимин и смотрит в глаза. Юнги чувствует, как его затягивает в эти омуты, наполненные любовью и нежностью. Грудь почти разрывается от переизбытка чувств. Он прижимает омегу к себе ещё ближе и целует. — Я тебя люблю, — шепчет Чимин и кладёт свою голову на грудь альфы. — Я тоже люблю тебя. Очень, люблю, мой ангел, — отвечает Юнги и прикрывает глаза, чувствуя наконец-то долгожданное спокойствие и необъятную радость. Юнги знает, что, пока у него есть его драгоценный малыш, он будет самым счастливым человеком в мире.

***

~спустя 3 года~

— Мама, я Вас понял… — говорит Чимин сидя за столом, поедая любимые моти, и разговаривает по телефону. — Конечно, я всё передам. И я Вас! До свидания, — отключает звонок и улыбается. — Тебе передают привет. Спрашивают, как ты себя чувствуешь, — омега откусывает пирожок и ойкает. — Ты делаешь папочке больно, — кладёт руку на свой круглый живот и нежно гладит. Через полгода после предложения Чимин и Юнги сыграли свадьбу. Она была не шумной и шикарной, а спокойной и в кругу семьи. Родители альфы приняли Чимина с радостью и полюбили как своего родного сына. Проявляли заботу и искреннюю любовь, отчего омега сначала боялся и много переживал по этому поводу, а после понял, что родители Юнги такие же простые, добрые и замечательные люди. Он полюбил их всем сердцем. Чимин забеременел в один из гонов Юнги. После мама альфы почти переехала к ним жить, чтобы помогать и заботиться, пока Мин работает. Это устраивало всех. Они живут в небольшом доме подальше от города, завели собаку, как мечтал Чимин, по вечерам наслаждаются тишиной возле небольшого озера. Альфа укутывает его в плед и кормит любимыми пирожками, до одного ужасного дня, когда Чимин покрылся пятнами. Из-за беременности у него пошла аллергия на любимую сладость. Это был удар, потому что по законам подлости в такой радостный, но нелёгкий период ему хотелось именно моти. С бананом и шоколадом. Альфа строго настрого запрещал их есть, и Чимин слушался. Но иногда капризы было не удержать, и вот сейчас, пока Юнги ушёл в магазин, он достал заначку этих самых моти и наслаждался. Ребёнок внутри возмущался, пиная своего непослушного родителя, но Чимин не мог с собой ничего поделать, он терпел, плакал, но ел. — Успокойся, мой маленький, это последний кусочек, я обещаю тебе… — гладит живот омега и снова ойкает. Вздрагивает, когда слышит хлопок входной двери и панически округляет глаза. — Ой, мамочки… Пришёл твой отец, сейчас будет ругаться… Чимин аккуратно и медленно вылезает из-за стола, хватает последний пирожок и засовывает его полностью в рот, скидывает со стола упаковку и неуклюже убегает в спальню, сворачивая в угол, и прячется за шкафом, прижимаясь к стене и тяжело дышит. Юнги заходит в дом, снимает обувь и раздевается. К нему сразу бежит пёс, весело виляя хвостом, и лает. Встречает хозяина. — Привет-привет, — сюсюкает Юнги, гладит собачку за ушком. — Ну а где наши любимые малыши? Он поднимается наверх, пёс бежит следом. — Малыши мои, я дома! — зовёт и заходит в гостиную. Там работает телевизор, стол немного отодвинут. Юнги проходит в комнату и замечает на полу упаковку от пирожков. Поднимает её и закатывает глаза. — Вот же засранец маленький, — по-доброму отзывается. — Чимин! — громко зовёт. — А ну иди сюда! Юнги выходит из комнаты и прислушивается, где мог затаиться его муж. — Снова спрятался. Он заходит в спальню, поворачивается к шкафу и широко улыбается, когда видит, как из-за угла выпирает животик его мужа. «Спрятался», — усмехается, тихо подходит и заглядывает в угол. Чимин стоит с закрытыми глазами и медленно жуёт. Его руки лежат на животе. — Ну и как это понимать? — спрашивает Юнги. Омега перестаёт жевать и широко распахивает глаза. — Ой… — бубнит он, проглатывая пирожок. — Чимин, — альфа складывает руки на груди и серьёзно смотрит. — Ругаться нельзя, я беременный! — говорит Чимин и пытается убежать, но альфа ловит его. Чимин дует губы, его глаза становятся ещё больше, а брови заламываются. — Не смей… — предупреждает альфа. Омега вытягивает нижнюю губу и хлопает ресничками, не отводя прямого взгляда. — Вот же… — сдаётся альфа. — Ты такой маленький манипулятор. Чимин улыбается, прижимается к альфе, на сколько позволяет животик, и хихикает. Юнги обнимает его, целует в пухлую щёчку и гладит бока, которые стали больше и мягче. — Я больше не буду. Но они такие вкусные… — Я сейчас позвоню маме, она приедет и обыщет дом, — угрожает Юнги, достаёт телефон и отходит от омеги, слыша возмущение: — Не-е-е-т… Смеётся, когда Чимин, кряхтя, пытается забрать у него телефон и неуклюже наваливается на него и тоже начинает хихикать. Собачка в их ногах громко лает, когда слышит, как хозяева смеются. Альфа убирает телефон и снова обнимает мужа. — Родной, не кушай их больше, ладно? Малышу не нравится, — гладит животик и чувствует пинок. — Хорошо, больше не буду, — обещает Чимин. — Ты же у меня хороший и послушный мальчик, да? Чимин не успевает ответить, как их оглушает радостный лай Хвостика (так зовут их собаку), и они начинаются смеяться. — Ты тоже наш послушный мальчик, — альфа поднимает собачку и сразу жмурится, когда та начинает активно лизать его лицо. — А скоро будет ещё один послушный человечек, — говорит Чимин. — Мы ждём тебя, малыш, — Юнги наклоняется к животику и целует его. — Очень ждём. Спустя пару месяцев на свет появится здоровенький омежка и на одну драгоценность в доме станет больше.