Послевкусие

Простынь прилипла к спине, от чего хотелось срочно её сменить или пойти в душ, но не было сил пошевелиться. В горле пересохло от долгих стонов, тело мелко потряхивало, неровные захлебывающиеся вдохи сменялись рваными выдохами. Тяжёлые темно-синие шторы отрезали комнату от внешнего мира, лишь тонкая, случайно оставленная с вечера, щель между ними, как ключ к внешней реальности, пропускала тонкую полоску уличного света. И эта полоса сейчас падала аккурат на середину широкой кровати, разделяя тяжело дышащие тела, дробя этот маленький мир на части. Драко уставился на бледно-желтую линию, ощущая в груди застарелую боль и горечь. Ему безумно захотелось уничтожить эту границу, прорваться сквозь неё и оказаться там, на другой стороне. Глухое раздражение и досада заставили его нахмурить светлые брови и прочертили между ними тонкую морщинку. Внезапно шторы сдвинулись, повинуясь взмаху руки, свет исчез. Темнота окутала мягким покрывалом, а вслед за ней вокруг него обернулось горячее тело. Гарри поцеловал мягко и нежно, совсем не так, как несколько минут назад. В этом поцелуе была не жажда, а насыщенное удовлетворение, восхитительно тягучее, словно расплавленная карамель. Драко потянулся к нему, обвил руками сильное тело, прижал крепче. Партнёр улыбнулся ему в губы, поцеловал подбородок, медленно провёл носом по щеке. Тёплое дыхание опалило скулу, вызывая ответный жар, разлившийся глубоко в животе. Поттер прошёлся поцелуями от полуприкрытых серых глаз по щеке, мочке уха, спустился к шее, к лихорадочно трепещущим под бледной кожей сосудам, вдыхая одуряющий запах малфоевского тела, чуть прикусил выпирающий острый кадык, потерся щекой о лёгкую щетину, как бы напоминая себе, что это тело под ним совсем не женское, а очень даже мужское. Слегка отстранился, снимая с плеч руки Драко и беря их в свои. Поцеловал каждый палец, прикусил внутреннюю сторону запястья на правой, провел губами до локтевой ямки, зарылся в неё носом и снова глубоко вдохнул. Потом принялся за левую руку. Млеющий от ласки Драко расплылся в одуряющем ощущении безграничного счастья. Каждое прикосновение проникало куда-то под кожу, отпечатываясь сказочными рунами, въедаясь в кости. Весь мир его сейчас заключался в этих мягких, слегка шершавых губах, скользящих по влажной коже, в теплом дыхании, будоражущем и невероятно пьянящем, в мерцающих зелёных глазах, согревающих таким взглядом, после которого не страшно даже умереть, уж он-то это знал абсолютно точно. Уложив зацелованные руки над головой Малфоя, слегка их удерживая своими, Поттер коротко поцеловал его в губы. И ещё раз. И ещё, всё углубляя поцелуй, разжигая в себе и партнёре притухшие угли бушевавшего недавно в них пожара. Ладони его прошлись от запястий к плечам, чуть придавливая и оставляя на нежной коже ощущение исчезающего вслед за ними жара. Дальше скользнули по твёрдой груди, чуть задержавшись у подмышек, сжали, с силой впиваясь пальцами, рёбра. Погладили напряжённый пресс, мягко прошлись по русалочьей линии. Одна стала медленно возвращаться по животу к груди, другая же нежно накрыла уже снова отвердевший член. Гарри сжал его, заглядывая в кажущиеся бездонными в этой темноте серые глаза, снова мутнеющие от желания. - Твой? - тихий шёпот одного. - Мой, - такой же тихий ответ. - Навсегда? - Навсегда...