Сквозь пространство и время

      — Будь осторожна, Юстиниана. — подняв руку ладонью вверх, Моракс материализовал черный камень, после чего вложил его в руку девушки.       Сжав пальцами крупный холодный камень, который был настолько черен, что солнечный свет растворялся в нем, не сумев просветить полупрозрачный минерал, Юстина довольно улыбнулась.       — Все будет нормально, Чжун Ли. Я полагаюсь на свою очень хорошую удачу. — сказав это, девушка резанула камнем по воздуху, из-за чего в пространстве образовался черный разрыв, напоминающий невозможно густой дым.       Переглянувшись с мужчиной, будто бы спрашивая у него, все ли верно, она не совсем уверенно шагнула вперед.       Кудрявая чернота незаметно окутала ее тело, не давая совершенно никаких новых ощущений. Оказавшись во тьме, Юстина закрыла глаза от внезапно появившегося света, после чего ноги наконец оказались на поверхности. Кожу тут же обожгло холодом. В новом воздухе витал едкий кислый запах химии вперемешку с чем-то омерзительно сладким и едва ли уловимыми нотками мяты.       Медленно открыв глаза, Юстина сразу же узнала широкую спину в белом грязном халате и голубовато-белые волосы. Доктор стоял в нескольких метрах от нее в каком-то подвальном помещении, освещаемом лишь хирургической лампой над ним самим.       Стоило ей пошевелиться, как мужчина перестал работать и неторопливо развернулся, прекрасно понимая, что гостья никуда не денется.       — Я ждал тебя чуть позже, Госпожа Фелиция-Юстиниана. — он быстрым движением вытер кровавые руки о свой халат, покрытый коричневыми пятнами старой крови. — Прошу простить за беспорядок и отвратительное гостеприимство, — мужчина стянул мокрые перчатки с широких ладоней и отправил их прямо на то, что только что резалось им, — однако это не твоя комната. Пройдем, — Дотторе растянул крупные губы и, не касаясь девушки, приобнял ее, чтобы она последовала четко за ним.       Она не просила у него противоядие для Шисо, поскольку с самого начала знала, что для его получения одной только ее Доктору будет мало. Молча следуя за мужчиной, Юстина рассматривала темные грязные коридоры, в которые, кажется, никто не горел желанием спускаться кроме самого псевдохирурга.       — Сюда. — он остановился напротив относительно чистой серой двери, пропустив Юстину вперед, стоило только двери открыться.       Внутри было абсолютно чисто, а посреди комнаты стояла странного вида кушетка с ремнями, в то время как сама она была прикреплена к полу цепями.       Не успела она и развернуться к нему, как Дотторе со всей силы размаха воткнул в ее шею шприц, другой рукой схватив за плечо. Вещество, введенное через иглу, обжигающей болью распространялось под кожей. Из глаз невольно выступили слезы, а боль стала еще сильнее, стоило Дотторе грубо вытащить толстую иглу.       Зажав ладонью место укола, которое уже не чувствовало ее руку, Юстина сразу же получила толчок в спину, после чего приземлилась на холодный мрамор, разбив одно колено.       — Подождешь меня здесь, куколка. — подняв длинным пальцем ее подбородок, Дотторе одарил Юстину улыбкой, после чего резко оттолкнул им чужую голову.       Уже почти что ничего не видя и не слыша, девушка стала ложиться на пол, будто бы собиралась спать.                     

***

                    Особо яркий закат минувшего дня окончательно догорел, оставив после себя красно-рыжее зарево на горизонте. Чуть выше него уже начали поблескивать цветные звезды, частично укрытые серо-желтыми облаками.       — Ох, наконец-то… — прошептал Дилюк, когда повозка остановилась возле ворот. — Гаспаль, передохни, потом займешься вещами. — он махнул извозчику и устало направился в дом, держа в руке одну небольшую коробку, украшенную изумрудно-зеленым бантом с золотыми переливами.       — Господин Дилюк! Вы вернулись. — стоило ему только открыть дверь, как главная горничная приветственно улыбнулась и помогла снять верхнюю одежду.       — Аделинда, положи это пока куда-нибудь. — он протянул девушке коробку. — Все в норме?       — Госпожа Юстиниана отправилась в Ли Юэ к подруге буквально полчаса назад.       — Что? — светлое лицо тут же стало недовольным.       — Все произошло в тайне, но под ответственность Господина Кэйи. Он ждет Вас в кабинете.       Быстро оставив горничную позади, мужчина направился в свой кабинет, где за столом вальяжно восседал капитан кавалерии.       Распахнув дверь, хозяин Винокурни скрестил руки на груди:       — Ну и?       — И тебе привет. — кивнул мужчина, поднявшись из-за стола и обойдя его.       — Ты дал ей свой камень?       — Как видишь, нет. — Кэйа достал камень и потряс им. — Полагаю, она смогла раздобыть его самостоятельно.       — Ты же знаешь, что ей нельзя одной покидать это место.       — А ты бы пошел с ней к Фатуи?       — Что ты сказал?       — То и сказал. Она ушла туда, куда собиралась.       — Так ты знал! — схватив мужчину за широкий ворот рубахи, Дилюк со всей силы дернул его. — Что произошло?       — Я пришел, когда она уже собиралась уходить. К слову, она все же хотела дождаться тебя, но время поджимало.       — И ты не остановил ее! — он толкнул рыцаря, из-за чего тот упал спиной на письменный стол, после чего со всей силы ударил кулаком по бронзовому лицу, затем еще, и еще.       — Она часть пророчества, Дилюк. У нее не получилось бы жить в этом мире и вечно избегать своей судьбы. — претерпевая боль и игнорируя кровь, не останавливался Кэйа. — У нее есть план, поэтому она обязательно вернется, слышишь?! — перехватив чужой кулак, старался удерживать его мужчина трясущимися руками. — В ней есть гнозис, Дилюк. Точнее, может появиться. И как только она избавится от него, она станет не нужна им, поэтому сможет жить спокойно. К тому же, от этого зависит жизнь ее подруги. Неужели ты желал Юсте судьбы, в которой она, сидя взаперти, оплакивала бы подругу, которую могла спасти и обрести собственную свободу?       Мужчина опустил кулак и отпустил ворот чужой рубахи. Отойдя от Кэйи, Дилюк запустил кровавую руку в волосы и прошелся по кабинету в остервенении.       Поднявшись на локтях, капитан сплюнул кровь на себя же, после чего протер разбитые губы тыльной стороной ладони и с досадой посмотрел на нее.       — Что за план? — вдруг спросил Рангвиндр, обернувшись к брату.                     

***

                    Через некоторое непродолжительное время в гостиной вновь появился пространственный разрыв, из которого неторопливо вышел уже одетый как полагается Дотторе.       — Давно не виделись, Моракс. — он растянул губы в подобии улыбки. — Вот за это ты продал доверие своей дражайшей? — Доктор поднял в руке небольшой бутылек с ярко-рыжей жидкостью.       Тигнари и Бай Чжу переглянулись в недоумении, после чего с надеждой посмотрели на Архонта.       — Но знаешь, одной только девушки за этот шедевр медицины и алхимии будет мало. — мужчина опустил руку с противоядием и посмотрел через маску на Моракса. — Гнозис.       Дверь спальни распахнулась и в гостиной появилась еле живая Шисо с уже полностью почерневшей кожей лица. Взглянув на Чжун Ли и Дотторе с сосудом, она сразу же все поняла, однако вместо слов возмущения изо рта потекла черная кровь, заставив Шисо свернуться и опуститься на пол.       Глядя на это, Моракс без колебаний достал из груди золотистое Сердце Бога и передал его Второму Предвестнику.       — Я… убью… — прохрипела Шисо, злобно глядя на мужчину снизу вверх и игнорируя быстро подошедшего к ней лекаря.       — Что ж, теперь это действительно отличная сделка, божок. — усмехнулся Дотторе, взяв гнозис, после чего небрежно бросил мужчине бутылек. — Как-то слишком ты запустил ее. Неужели нравилось наблюдать за тем, как у нее медленно варятся внутренности, а? — Доктор низко засмеялся, вновь воспользовавшись черным камнем телепортации.       Открыв бутылек, Чжун Ли приблизился к сидящей на коленях Шисо и, грубо взяв ее за нижнюю часть лица, силой открыл рот и заставил выпить половину содержимого сосуда.       Упираясь в знак протеста и ненавистно прожигая его взглядом, Шисо пыталась отвернуться и одновременно убрать чужую руку, однако сила бывшего Архонта оказалась чрезмерно огромной. Ей ничего не оставалось, кроме как сделать несколько глотков, чтобы избавиться от стоящей горькой жидкости в горле.       — Вот и все. — Моракс закрыл бутылек.       Закашлявшись, она подняла глаза на Чжун Ли:       — Ты отдал ей камень?       — Да.       — Я же просила тебя!       — Ты умерла бы через несколько часов.       — Да насрать! Ты предал данное мне обещание, ты — Бог контрактов!       — Мы не заключали контракт с тобой.       — Так значит… — усмехнулась девушка, обнажив кроваво-черные зубы. — Ну и мразь ты конечно.       — Шисо… — пытался сгладить ситуацию Бай Чжу, все еще сидевший рядом с ней на одном колене.       — Если ты хоть раз приблизишься ко мне или к Ариане я своими руками выпотрошу тебя, понял? — противоядие начало давать результат, из-за чего чернота на коже стала медленно бледнеть, а потому Шисо нашла в себе силы подняться. Схватив Моракса за ворот рубашки, она в упор посмотрела в его лицо. — Ненавижу тебя, предатель. — девушка отпустила его и прошла мимо. — Все же за столько лет человечность погибает в любом.