You have to pay for trust.

Проходит слишком спокойный месяц, дверь в доме Василисы открывается ударившись о стену мощным ударом, женщина давится чаем, встречая входящего в кухню Хлопова, которого трясет от ярости. - Мне нужно к Ане!- не просит, требует, женщина вздергивает брови оценивая потрепанный, усталый вид футболиста. Под глазами залегли тени, словно он давно не спал нормально, бледное слегка осунувшееся лицо, дрожь словно в лихорадке:- Чего такое, Левушка? Шатен нервно разминает шею и переводит взгляд на дверной проем в котором появляется усталый Петр с буквально висящей на нем Златой и кажется мгновенно пожар охватывающий его успокаивается. - Натаров?- Хлопов переводит взгляд на Злату, которая выглядит до противного бодрой, здороваясь с ним, по сравнению с бледным как снег Стратилатом.- Ты Аню давно видел? - Давно не было, у нее там какие-то свои дела с лесными тварями.- отзывается брюнет и Лева задумчиво осматривает эту парочку задумчиво, мрачно хмурит брови, переводит взгляд на Василису, которая встрепенувшись произносит:- Точно, совсем забыла...Ее раньше вечера не будет... - Пошли пивка попьем, знаю у тебя сегодня ночь луны, но до вечера то ты свободен.- Хлопов не спрашивает, Натаров не сопротивляется, хватая друга за руку он тянет брюнета за собой, замечая как тот с усилием вырывается из рук блондинки, на шее которой в открытом топе заметен уж очень знакомый Льву след от жала. -Поговорим?- вместо пивнушки они идут в квартиру купленную Львом, но обжитую Натаровым, он ставит на стол по бутылке пенного, от которого Стратилат отказывается и Хлопов пожав плечами подвигает вторую бутылку себе, ставя на столик два больших бокала. - О чем?- интересуется Петр, а Хлопов достает нож из заднего кармана и раньше чем вялый брюнет успевает дернуться режет запястье, подставляя руку над высоким бокалом наполняя его алым нектаром. - Что ты делаешь?- алые, голодные глаза направленные на порез, попытка резко встать обрывается, второй рукой с силой надавившей на плечо усаживая обратно.- Сиди смирно! Совсем как трупак стал, надо тебя накормить, а то ты ночью кого-нибудь досуха выпьешь и потом будешь себя жрать живьем. - Это...- Лева смотрит на текущую с раны кровь безразлично, делится силой текущей венах, Петру сказать нечего в очередной раз, завистливым восхищением перед аурой силы, которая от друга распространяется вокруг.- Спасибо, Лёв. Стакан наполняется медленно, однако сколько брюнет не просит остановится, пока он не наполняется до краев, шатен не останавливается после вынув из кармана бинт он слишком профессионально используя руку и зубы обматывает порез.- Пей давай, потом поговорим что у Вас с этой ведьмой происходит? Хлопов открывает бутылку и наливает пенящийся напиток пока Стратилат рядом выпускает жала приникая к еще горячей живой крови глотая жадными глотками содрогающегося отростка. - Не забирает никто, я от своей жажды твоими стараниями вылечился.- отпив свой напиток, Лев слегка морщится, отворачиваясь в сторону не желая смущать все еще неловко относящегося к подобному Натарова, разглядывая фотографию в рамке, где запечатлены они с Игорем, улыбчивые на фоне красной площади. У Льва квартира с видом на это место теперь, раньше мечтой казалось, теперь скучная обыденность где вечно масса туристов и слишком шумно порой, даже ночью. Сюрпающий звук намекает на то, что Петр рядом допил все, собирая капли, пока Хлопов едва поджимает губы морщась о боли, стягивая бинт ощущая как ткань тревожит рану.- Спасибо, Лёв. - Не за что, я благодаря тебе дышу еще так то...- Натаров морщиться от воспоминаний, которые вновь словно пережил недавно в ужасном пионерском лагере "Буревестник".- Ты от темы не уходи, давай рассказывай, что у Вас за беда со Златой? - Да нет у нас беды, просто я с ума кажется схожу.- брюнет смотрит на то как на белом бинте проступает алый след от так и не остановившейся крови из пореза, отвлекаясь от мысли о ее невероятном вкусе оседающим удовольствием на языке, услышав:- Странно, что ты только это заметил, я еще с "Буревестника" понял что ты отбитый. Парни ухмыляются друг другу и Хлопов делает глоток пива, облизывая губы он произносит слегка недовольно:- У тебя в холодильнике мышь повесилась, совсем дом забросил? - Я у Василисы жил последний месяц, Злата без магии уязвима и мало ли кто напасть может.- этот подавленный вид, Лёве это не нравится, хотя причину метаморфоз он понять не способен. "Что могло случится за месяц? Почему от блеска жизни и чувства в глазах Натарова осталась одна серая усталость? Откуда этот предсмертный вид? Кажется вот-вот к Серпу прямым рейсом отправится." - Расскажи мне.- требует Хлопов и делает глоток пива и морщясь, когда крепкий напиток обжигает горло.- Все расскажи, Натаров с начала. Петра как прорывает, он сжимаясь от напряжения произносит:- Лев, я хочу Злату убить...Понимаешь...Она меня раздражает, каждый своим касанием, звуком голоса... Хлопов не смотря на эту паузу не реагирует, продолжая слушать брюнета напротив, смотрит неотрывно за тем как иногда заостряются зверино черты лица Натарова. Как он не сдерживает алые глаза с прожилками выделяющихся синих вен продолжая говорить о чужом\родном в ведьме. - Смотрю глазами, вижу Злату...Но не чувствую ее тепло живое, как раньше...Могильная плита и вязкая трясина...Неужто бездна в ней такую реакцию во мне вызывает?- и Лев снова молчит, ждет пока Натаров выговориться, вот такой полубезумный порыкивающий нетерпением и раздражением, сдерживаемой яростью. - Я у нее в глазах больше ничего не вижу, а там раньше всегда только я отражался Лёв! Это успокаивало зверя внутри...Я все время голодный, чувствую себя таким уставшим и если раньше она мне силу давала, как лекарство подкрепляя...То теперь словно жизнь тянет...- он говорит противореча себе, обвиняет то себя то ведьму, тут же грызет себя произнося:-"Она же меня вылечила...Столько раз помогала, а я ей зла желаю...Слабак! Это все тьма, бездна в ней...Да не могла же она так изменится." Хлопов бутылку допивает залпом, открывает вторую поводя плечами, ощущая как подсыхает коркой кровь в бинте к ране каждое движение дискомфорт вызывает. - У нее в груди плита могильная, холодная и проклятая...Словно не оживил я ее тогда в "Буревестнике", может я все еще там на поляне, а Лёв? Все это иллюзия...Я застрял в ней.-Хлопов хмурится, тяжелым взглядом смотрит на брюнета, а после с размаху здоровой рукой бьет брюнета четко в нос разбивая его в кровь. - Хлопов?- Натаров подскакивает хватаясь за лицо, а шатен поднимает на него взгляд, произнося слишком спокойно:- Больно? Ты ведь как-то сказал:-"Если тебе больно, значит ты жив!"- он поглаживает пальцами покрасневшие костяшки и чуть сморщившись еле слышно произносит:- Как по камню ударил, морда Стратилачья. Регенерация работает медленнее чем обычно, но кровь останавливается быстро и тихий хруст возвращает переносицу на место одним движением:- Мог бы просто напомнить, зачем бить то? - Полезно для здоровья бывает, дурь из головы выбить.- Хлопов на соседний стул указывает и Натаров садится на место, слегка напряженный, думая о том какой бы наверное Хлопов был хороший стратилат, у него таких проблем бы явно не возникло, как у самого Петра раз за разом в его жизни.- Ни в каком ты "Буревестнике" не заперт, а дело явно не в тебе судя по твоим рассказам...Явно беда больше заключена в Злате...Не видел я в прошлый раз, чтобы она на тебя так вещалась...Это ты ее обычно касался. - Мы только за руки...-начинает Натаров, но шатен одергивает его громким смешком, насмешливо с сочащейся иронией произнося:- Конечно, ты сам то не замечаешь..Это походу уже привычным тебе было.- замечая недоумение на лице брюнета, Хлопов снисходит до пояснений сделав глоток пива:- Мы когда в кафе сидели, ты ее то руки касался, то бедра и на спинку стула ее руку все время закидывал плеча касаясь...Как одержимый...А вот она это просто принимала не отстраняясь...А тут виснет на руках...отпускать не хочет. -У нее просто проблемы с браслетами, Василиса сказала тьма рвется..Вот она и плачет, срывается криками, да липнет ко мне поддержку ища.- поясняет Натаров со слов старшей ведьмы, а Хлопов одергивает насмешкой в очередной раз трезвости ударом по туманному сознанию:- Ага, девка что потрошила свою родню в одиночку без единой слезинки...Теперь рыдает из-за браслетиков...Злата со слов Анны вроде нормально на них реагировала, сама приняла...Да и девчонкой она мне не глупой показалась. Прекрати уже оправдывать очевидное. Ты на вид болен...Вам эту связь разрывать надо...Если что снова образуете, сможете ведь если захотите. Петр замолкает, вытирает подсохшую кровь рукавом своей кофты и разглядывая разводы на ткани произносит:- Не могу, я нужен ей...Она сама не справится...Я обещал, что помогу ей, чтобы не случилось. - В этом всегда была твоя проблема...Что со мной в лагере...Что с другими по твоей длинной, полной проблем жизни.- Лева с ним с того лагеря, все вместе прошли каждую беду и каждую трагедию и смерть длинной цепочкой за Натаровым. - Нужно было тогда, натравить на тебя тушек, сломать домик, да укусить чтобы не лез к Серпу, пусть бы жил тварь! Может мы бы с тобой после и не встретились, но судьба твоя иной стала бы...Счастливой, человеческой.- алкоголь из бутылок перекочевавший в тело Хлопова дает о себе знать, его плечи опускаются словно под грузом, а во взгляде читается усталость.- Мне все равно в аду гореть, за то что я тем доктором на водяном трамвойчике сделал. Петр покрывается мурашками, когда на твоих глазах Хлопов гранитная стена ломается-это пугает сильнее, чем все проиходящее. - Знаешь, мне до сих пор кошмары снятся...Кровь, застрявшее между зубов человеческое мясо, вкусное настолько, что я ни разу больше в жизни подобного не пробовал. Крик и жалкие попытки бороться с нами, что медленно все более вялые становятся сходя на нет, под хруст ломающихся костей. - Ты не по своей воле это делал...-кажется они теперь меняются местами, теперь уже Петр успокаивает льва, что опускает взгляд на свои руки, кажется все еще видя на них кровь:- Знаешь, я в "Буревестнике" важное кое-что наконец понял. - И что же?- это отвлекает порядком "навеселе" находящегося Хлопова, который хмурит брови фокусируя взгляд на брюнете. - Что ничего у меня без тебя не вышло бы...Меня либо Бекля, либо Максим бы укусил..Они верно служили Серпу.- произносит Петр и опускает руку на плечо друга, слегка сдавливая пальцы улыбается едва вздернув уголки губ.- Ты мне помогал и защищал, а я...Лицо тебя водой святой обжог. И кажется этот момент они вдвоем помнят слишком ярко, кто-то болью, кто-то мучением совести до сих под живущим под грудной клеткой от болезненного вида пиявца:-"Я же тебе ничего даже не сделал...Ну и кто из нас монстр?" И Хлопов замолкает, ищет оправдание чтобы этот виноватый взгляд больше никогда не видеть и решает произнести то, на что в двенадцать лет сил не хватало:- Я тебя любил, ты знаешь? Ты Натаров, тогда таким одиноким был с этими грустными глазами полными боли потери, хотелось тебя от всего мира защищать. - Догадывался, Злата в лагере когда были подтвердила....И ты оберегал, до самого конца Лёв. Чувства прошлого больше не давят уходя, чистая дружба без тайн, Натаров Хлоповым очень дорожит, кажется все человеческое в нем на Игоре и Льве держится еще. А раньше, там еще и Злата ниточной была...Но от нее теперь только Зверь беснуется в холоде мертвом замерзая живьем. Петр Хлопова обнимает долго, согревается кажется от мертвой стужи в живых теплых объятиях друга, вероятно сбрасывая на человеческие пусть и крепкие плечи неподъемный груз. - Прости меня Лёва, все тебе со мной нянчиться вместе с Игорем приходится.- произносит он, надломленно, словно зверь в нем мучается ослаблено в предсмертии и шатен поджимает губы, когда алкоголь в крови словно теряет силу.- Еще раз в морду дать, удар ты держать научился мой и жизни научишься...Не все сразу, Петь. Вечер подступает сумерками, в дверь заходит Игорь обнаруживая Петра и Льва в одной большой кровати, в объятиях друг друга спящих, умиротворенных таких. Давно уже не чувствуя от своего Стратилата такого покоя безбрежного. Тают льды в груди Натарова, Лев больше кошмаров в его руках не видит, не чувствует как Стратилат медленно съедает ужасающие воспоминания оставляя лишь туманные отголоски. Лечит друга сила, тянет к нему как и к Игорю в поисках поддержки в тяжелые времена неподъемного для парня бремени и всех в квартире собирает, кормиться здесь решая. Натаров в прошлое полнолуние спокойным был, никому не помешает, а если и шуметь будет, то тут на два этажа вниз лишь "тушки" живут, по приказу ни жалоб ни звонков не будет. Бывший вожатый опускается у края кровати, ощущая как Натаров ерзает и руку спускает, пальцами касаясь плеча, словно притянуть хочет ближе, отдаляясь от терзающих его сущность непонятных ему чувств. "Как все сложно стало...А когда легче то было?"- думает Игорь, слыша мирное биение сердца Хлопова, то как ворочается темный зверь внутри Петра довольный окружением в котором ему комфортно. Впервые мирный, не мечется в желании рвать плоть определенной ведьмы. "Что-то не так...Чувства его иными были, а потом как обрубило все...Случилось что-то похоже...Вот только с кем? С блондинкой той или все же с Петром? Как обычно куда-то влип..." Наверное -это впервые, когда Хлопов присутствует при кормлении Натарова, который до этого искрами из глаз сыпал отрицая даже возможность подобную. Сидит мирно в кресле, смотрит на огромного монстра без страха с нечитаемым взглядом, да иногда отвлекается на одного из пиявцев, что оказывается фанатом его футбольной команды и его в целом, отвечая как обычно, сдержанно хорошо поставленным командным голосом. Игорь наверное солидарен с Петром, из Льва Стратилат бы вышел более путевый, он в детства командовать привык, чего стоит как он своими "тушками" в той игре управлял двенадцатилетний...Ни одной ошибки, ни одного неверного движения. - Неа, я в меню не вхожу и если что морду тебе и Стратилатом разобью.- произносит Хлопов, улавливая алый, все еще не смотря на пиявцев голодный взгляд Натарова:- Мне нахрен сдалось на новый ошейник садиться Петька. Темный неожиданно улыбается клыкастой улыбкой и шатен тоже не удерживается от усмешки, чуть хмурясь, когда последнюю пиявицу не смотря на уговоры Игоря, Натаров отпускать от себя не хочет, а белокурая девица и не думает вырываться с готовностью подставляя шею. -Э! В Серпа решил пойти?- пощечина болезненная для психики прилетает резким тоном Хлопова, перед глазами ужасный пищеблок, смерть Дениса и мертвые призраки сотен детей, что погубил этот садист.- Можешь же если хочешь... Девушка заметно недовольно смотрит на присутствующего здесь человека, что посмел прервать кормление ее бога, но сказать что либо боится, опасаясь прогневать Темного, даже не представляя как близка была к смерти ведь у Петра перед глазами Злата в руках. Холодная, мертвая Злата-раздражающая его сейчас, а в полнолуние животное сильнее, инстинкты голые. - Я тебя когда-нибудь обратно в пиявца обращу...-произносит Стратилат в шутку и Хлопов с громким смешком в ответ произносит насмешливо:- Так я сердце себе снова запущу и ты травить меня устанешь...Я ж каждый раз оживать снова буду...Да плюс если ты думаешь что я слушаться тебя буду, дико ошибаешься...Тут же пешим туром интимного маршрута пошлю. Натаров в свою человеческую суть переходит посмеиваясь, благодарит собравшихся и прощается до следующей луны, уставший и все еще кажется не утоливший свой голод. - Слышь, Натаров...-брюнет переводит взгляд на шатена и кивает даже не раздумывая услышав:- Ты тут пока отдохни, я передам Злате и Василисе, что ты пока после луны отдыхаешь...А мне Аню навестить надо.. И Петр действительно словно смертельно уставший почти сразу засыпает, а Хлопов поднимается отходя от постели друга, хмурит брови глядя на Игоря и кивком головы за собой зовет, они покидают квартиру. - Дай ключи от машины и следи за ним, что-то мне его вид все больше не нравится...Я к Анне быстро....Если Злата сюда хоть каким-нибудь чудом доберется, не подпускай его к нему. Понял?- бывший вожатый лишь кивает передавая в руки шатена ключи.