Где живёт Бог?

      "Добро пожаловать домой," - мысленно проговорил себе юноша, выходивший из современного автобуса, сильно контрастирующего с районом, куда он приехал. Это была конечная остановка, самая дальняя от центра разросшегося, словно грибница, города. Парень поправил сумку на перекошенном плече и ненадолго разогнул сутулую спину, хрустнув несколькими позвонками. Бледный, одетый в одежду явно на несколько размеров больше, чтобы скрыть своё истощение, он медленно, шаркая тонкими длинными ногами, пошёл по разбитому от времени тротуару.       Погода стояла прекрасная, как и тогда, когда он наконец-то смог сбежать от матери. Солнце, разгоняя все мелкие шустрые облачка вокруг себя, ласкало юношу своими тёплыми желанными лучами, вызывая приятное чувство ностальгии по уже давно забытому детству, теперь уже больше напоминавшему ему сон. Парень вспомнил, как играл во дворе с отцом и вместе с ним рисовал различных монстров, представляя, что является самым великим героем на свете, но это продлилось недолго. Небольшое пушистое облако набежало на солнце, накрыв ненадолго остановившегося юношу тенью, почти такой же, как и погрязший в долгах и зависимости от алкоголя отец. Парень вздохнул, выравнивая свое дыхание и отгоняя неприятные воспоминания. Всё, это осталось позади.       Он уже давно вырос и даже смог потихоньку освоиться в чуждом для него мире доброжелательных людей. Юноша прекрасно помнил, как абсолютно голый бежал по залитым солнцам улочкам, прячась за каждым деревом, чтобы мама его не увидела; как нашел в мусорном баке старые тряпки, ставшие ему подобием одежды, и как всё же добрался до другого города, почти помирая от голода, жажды и укусов насекомых. Ему повезло с новыми родителями и со школой, однако старые душевные раны с каждым годом давали о себе знать все сильнее и сильнее, вырываясь кошмарами по ночам, сопровождаемыми истошными криками. Парень должен был прекратить это сегодня раз и навсегда, иначе всё так и продолжится.       Вот, юноша, влекомый мыслями, уже добрался до того самого небольшого одиноко стоящего старого дома на холме. Судя по состоянию здания, внутри никто не жил. Мама уже давно покинула это место, переехав в более для неё подходящее. Возможно, когда-нибудь, юноша непременно навестит ее, но смелости для столь отчаянного шага ему пока ещё не хватало. Он подошел ближе и прикоснулся рукой к стене, на которой медленно колыхалась от ветра полуотклеенная бумажка с объявлением о пропаже мальчика лет пяти, лысого и абсолютно голого, которого так и не нашли, посчитав уже мёртвым.       А он стоит тут, совершенно живой и почти здоровый, радостный от того, что его всё-таки не нашли в то время. Парень достал из камана небольшой ключ и вставил в замочную скважину. Осталось дело лишь за малым - толкнуть старую скрипучую дверь и войти внутрь. Юноша судорожно втянул в лёгкие побольше воздуха, сжав свои тонкие руки в кулаки. Сейчас ему было крайне жизненно необходимо собраться с силами для следующего шага.       И вот, послышался протяжный, давящий на уши скрип, а в нос дохнуло затхлым запахом плесени, пыли и ветхости. Парень закашлялся, прикрыв рукавом нос, но всё же сделал несколько неуверенных шагов внутрь злополучного дома. Юноша медленно открыл глаза, будто бы опасаясь, что мама снова вылетит на него с кухонным ножом, однако внутри царила умиротворяющая тишина, прерываемая лишь поскрипыванием половиц. Он стал медленно ходит из комнаты в комнату, остановившись лишь около злополучного уже разбитого вандалами телевизора и полки со стоявшими церковными книгами. Сердце парня сжалось от боли. Он согнулся напополам, будто сухая веточка, схватившись рукой за середину грудной клетки. Юноша стал жадно, словно выброшенная на берег рыба, хватать ртом воздух, пытаясь успокоиться от наплыва не самых приятных воспоминаний. К глазам подкатили предательские слёзы, вырвавшиеся несколькими капельками на покрытый пылью ковер.       Юноша, пересиливая себя, разогнулся, устремив замутненный взгляд на полку, где стояла та самая библия, которой он когда-то давно так мечтал забить до смерти собственную мать. Он протянул свою руку. Сейчас ему вполне хватало роста, чтобы достать злополучную книгу и забрать себе. Непременно, если переживёт ночь в этом доме, он приедет к маме с весьма приятным подарочком.       Осталось лишь последнее место, которое осталось без его внимания. Юноша осторожно спустился в подвал через тот самый люк, что в детстве. Правда из-за габаритов он еле протиснулся, но все же не смог упустить возможности сделать так, как это было тогда. Парень вытащил из сумки карманный фонарик, чтобы осветить подвал, забитый всякого рода хламом, совершенно не изменившийся со временем. Он обвел единственным лучиком света пространство, пока не остановился на старом массивном сундуке, наполненном игрушками. Юноша на полусогнутых дрожащих ногах подошел к нему, ощущая фантомное удушение, будто бы до сих пор сидит внутри и трясется от страха.       Несколько шагов и вот, упав на колени, парень, давясь от нахлынувших потоком слёз, схватился за крышку сундука и потянул вверх. А дальше. Яркая вспышка, окрасившая всё пространство вокруг в белый цвет и...свежий воздух, шелест листвы, смешанный с щебетанием птиц и охами незнакомцев. Юноша, сначала зажмурившийся от столь внезапной вспышки, резко подскочил от удивления, врезавшись в какого-то человека. - Эй! Ты еще кто, заморыш? - Раздался над головой чей-то строгий и требовательный голос. Юноша, не решаясь взглянуть на незнакомца, опустил голову ниже, отводя глаза в сторону. - Я, - он испуганно сглотнул, - Исаак. Исаак Мориа.