Где живёт Бог?

      Сколько уже раз юноша падал обессилевшим тюком на землю? Исаак уже сбился со счета. Он снова пришёл в сознание в каком-то месте. Ученик вздохнул и открыл глаза. Однако, вместо уже привычного белоснежного потолка на него бетонной стеной обрушилась темнота. Юноша покачал головой, а потом судорожно протянул руки к глазам, чтобы убедиться в том, что он их и вправду открыл. С непривычки Исаак сначала несколько раз ткнул себя пальцами в нос и щёки, однако, сориентировавшись, медленно «пополз» пальцами вверх, пока не наткнулся на плотную марлевую повязку. Юноша чуть надавил и пискнул от тупой боли. Очевидно, что с глазами его что-то произошло. Ученик часто задышал от волнения, отчаянно ощупывая повязку в надежде найти ответ на эту догадку, но ничего кроме боли не ощущалось. Неужели его кто-то ослепил? Но зачем? Он же, наоборот, хотел защитить это мир, а не разрушить. Исаак медленно приподнялся, переходя в положение «сидя» и, вытянув руки вперед, стал ощупывать всё, что было в ближайшем доступе.       Юноша вспоминал, как много раз видел на улицах незрячих и подмечал их манеру взаимодействия с окружающим миром через осязание, запах и слух. И сейчас он пробовал применить эти знания, сосредоточившись на всех своих оставшихся чувствах. Исаак отчаянно пытался отодвинуть как можно дальше нарастающую панику, и подумать трезво, но беспокойные мысли, роящиеся пчелиным роем в голове, не давали ему этого сделать. Он все еще не мог поверить в то, что так жестоко с ним смогли поступить его новые добрые друзья. Однако, кроме них, больше никто не смог бы его искалечить. Чтобы не терзать себя и дальше противоречивыми подозрениями, Исаак решил самостоятельно встать и найти хоть кого-нибудь, кто бы смог ответить ему на столь насущный вопрос.       Но тут послышался щелчок ручки входной двери. Юноша замер. - Кто здесь? - Испуганный быстрым тоном спросил он, растерянно вертя головой по сторонам, словно бы пытаясь кого-нибудь увидеть. Может быть, ему повезет, и он обернется точно туда, откуда и пришёл посетитель. - Это я, - тихо ответила Юи. Девушка медленно приблизилась к Исааку и, преодолев внутреннее смущение, взяла его за холодную бледную, дрожащую от страха неизвестности, руку. Так она обозначила, что находится рядом. Ранее напряжённые плечи юноши расслабленно опустились, а на губах появилась лёгкая полуулыбка. - Хорошо. Что. Ты пришла, - отрывисто проговорил он. - Я принесла тебе поесть, - уже более воодушевленно произнесла Кусанаги, а потом, осмотрев юношу, добавила, - если хочешь, могу тебя покормить. - Нет, спасибо. Я не голоден, - покачал головой парень. Желудок его отозвался волной негодования на столь явную ложь. Исаак испугался, что Юи услышит это, и прикрыл живот рукой. Девушка звонко рассмеялась в ответ на эту нелепую ложь и не менее забавный, почти детский, жест. - Я понимаю, что тебе неудобно и неприятно, но стоит подкрепиться, чтобы были силы на выздоровление, - попыталась его подбодрить девушка. - Я по-настоящему ценю твою заботу, но сейчас правда не могу есть, - тихо покачал головой юноша. Он демонстративно отодвинулся в сторону, чтобы еще больше убедить девушку в серьёзности своих намерений. - Лучше скажи, кто со мной так поступил? Неужели мной завладела настолько агрессивная сущность, что вы решили ослепить меня? - С шумным выдохом спросил юноша. Ему очень тяжело далась эта фраза. Он боялся, что столь прямым вопросом спугнёт девушку, расстроит и тем самым разрушит и без того хрупкие доброжелательные отношения. Несмотря на все принесённые несчастья, Исаак всё еще считал Юи свои другом. Девушка опешила от такого вопроса и, по старой привычке, покачала головой из стороны в сторону. Она не сразу осознала, что одноклассник её больше не видит, осеклась и произнесла вслух. - Нет, нет. Мы бы никогда такого не сделали. Все здесь хотят тебе только добра. Тебя в лазарет принёс учитель Тот. Он сказал, что ты себя сам покалечил, а точнее то, что находилось внутри тебя, приказало это сделать. Учитель даже сам обработал твои раны, чтобы они не кровили так сильно. - Это правда? - Усомнился Исаак. - Конечно! Разве я могу тебе врать!? - Наивно воскликнула девушка. Юи сама удивилась насколько высоко и тонко прозвучал её голос сейчас. - Спасибо, - поблагодарил её Исаак, - за всё. А теперь можешь меня оставить ненадолго одного. -К-конечно, - кивнула, немного помедлив, девушка, - мне учитель говорил, что, возможно, ты захочешь этого. Исаак кивнул куда-то в пустоту. Он сейчас не знал, где в данный момент находится Юи, а ориентироваться по звуку ему пока было тяжело. Юноша вздохнул и крепко задумался. Неужели все эти добрые сущности, которым так отчаянно молилась мама, способны на столь жестокие деяния? Он ещё раз прикоснулся руками к забинтованным глазам в попытке окончательно убедиться в том, что это не сон. И как только чувствительные подушечки пальцев снова коснулись шершавой марли, Исаака обуяло противоречивое чувство, которое он испытывал уже много раз - гремучая смесь обиды и злости. Однако, в этот раз ощущения его отличались от обычных. Юноша не хотел больше плакать. Раньше, он искренне считал, что единственное зло в этом мире - люди, способные сотворить многие гадкие вещи. Они всегда издевались над ним, унижали, указывали пальцами и говорили, какое же Исаак ничтожество. Однако в этом учебном учреждении юноша увидел, что это не так, и единственное зло, что было в его жизни исходило из той книги, которую так сильно любила его мама. Может, они так же поработили её разум через злосчастный телевизор? Богатое воображение Исаака тут же нарисовало яркую картину серафима, полностью состоящего из серых и белых точек помех. Он, символизируя нерушимую Догму, окутал кольцом, опутал тернием светлый разум его некогда заботливой мамы, и рядом не было никого, кто мог бы ей помочь.       И как Исаак раньше не догадался, в чём кроется истина? Может быть, строгий Зевс специально ради этого открытия и переместил юношу в этот светлый, похожий на рай, мир? Ученик сжал руками край своей рубашки. Душу его потихоньку, подобно чернилам, начинало заполнять гадкое тёмное чувство предательства и одиночества. Оно проникало в разум и въедалось в его кожу, выливаясь кровавыми слезами из глаз. Исаака пронзило осознание ничтожности его жизни, бессмысленность поклонения нелепым идолам. Юноша встал и, шатаясь, пошёл вперед, выставив руки перед собой. Он хотел выйти, найти эту злосчастную Библию и уничтожить своими собственными руками, разорвать в клочья, чтобы она больше никогда не причиняла никому вреда. Исаак точно знал, что Бог в этой книге не живет. Надо только найти учителя, рассказать ему всё, попросить помощи. А если его не поймут, то самому вырвать книгу с кровью, разрушив всё на своём пути.       Исаак сделал нерешительный шаг вперед, врезавшись в шкаф с медикаментами. Он осторожно стал ощупывать все руками и аккуратно, придерживаясь найденного предмета мебели, пошёл к выходу. Юноша постоянно оглядывался, пытаясь найти среди бесконечного сгустка глухой темноты хоть одно светлое пятнышко, которое помогло бы ему выбраться из пустоты. Он не понимал сейчас, где даже находится верх и низ, словно бы зависнув посреди небытия. Это пугало его до самых чертиков, однако юноша не хотел останавливаться и продолжал идти дальше. Вот он споткнулся о собственную ногу и с грохотом упал, пребольно ударившись о какую-то тумбочку. Исаак потёр ушибленное место, которое, казалось, болело еще сильнее, чем обычно и с ненавистью ударил кулаком по полу. Эх, если бы он только умел летать, если бы только прозрел, то вмиг бы добрался до книги, а не полз бы, как какой-нибудь червяк. Возможно, мама была права, когда называла его демоном? Что если он и вправду такой и ему просто надо принять это как должное? Юноша представил, как за спиной у него появляются два кожистых крыла, разрывая белую тонкую кожу и ткань рубашки, а на голове вырастают массивные рога - непременный атрибут любого нечестивого, и горько усмехнулся.       По мнению юноши, сейчас, эта внешность как нельзя кстати отражает его изъеденный чернотой внутренний мир. Он стянул с глаз ненавистную, вымоченную в крови повязку и ахнул. Мир снова обрёл свои прежние краски. Неужели под самый конец пути Он решил явить своё чудо. Исаак поднялся, чтобы посмотреть на своё отражение в одном из зеркал и ахнул, увидев черную кожу, рога и перепончатые крылья. Юноша и вправду стал самым настоящим демоном. И то, что с ним произошло, оказалось не чудом, а следствием его выборов. Бог никогда не отвечал ему взаимностью и не слушал, так что глупо было и сейчас рассчитывать на его благословение. Исаак улыбнулся и, решив довести своё дело до конца, взмыл в воздух, чтобы как можно быстрее добраться до злосчастной книги.       Он ворвался, словно бурный поток пустынного ветра, в библиотеку, покружился там, словно вихрь, но учителя не обнаружил, посетил класс, кафетерий, а после стал залетать в каждую дверь. Ученики оставались на местах, только не было богов. Исаак скрипнул зубами и полетел во внутренний двор, в жалких попытках отыскать хоть кого-то и, как только долетел до большого дерева, завис в воздухе.       Демон опоздал. Посреди аккуратно постриженной травы уже горел высокий костер, обдавая своим опасным жаром всех присутствующих. Там были все, к кому так тепло относился Исаак. Они собрались вокруг, словно служители какой-то тайной секты, намерившиеся принести кого-то или чего-то в жертву. В руках Тота на несколько секунд мелькнула знакомая книга, практически тут же брошенная в ненасытное брюхо костра. Мгновенная догадка тут же осенила чёрное рогатое существо. Оно тенью стремглав бросилось прямо в полымя, намереваясь спасти хоть что-нибудь от горевшего писания. Ведь он должен сам, сам его уничтожить. Как же этого никто не понял!? Исаака пронзила невыносимая боль, от которой он разразился нечеловеческим криком. Она исходила изнутри и будто бы разрывала его на миллионы частей. Его тело, словно конструктор, стало мгновенное меняться и перестраиваться, меняя свою форму и телосложение, и через минуту снова, и снова, не задерживаясь на чём-то одном… - Эй! Так нечестно! Я не рассчитывал на та-акой финал! - Раздался недовольный голос Локи. Он резко ударил по столу и отбросил в сторону лист с описанием своего персонажа, которого он создавал в точности с самого совершенного существа на свете, с себя. - Но я ведь еще не закончил, - невольно пробурчал Исаак, собирая потерявшие свой порядок картонные элементы на карте. - Не может такого быть, чтобы человек постоянно менял свою внешность, он же не допплер какой, - продолжил спорить бог огня. - А вот и может, мы же сами придумываем нашу игру и наполняем её событиями. В данном случае, все наши выборы и проверки привели к такому финалу, - пожал плечами Исаак. - И что же это за существо такое получилось в конце? - Задумался Гадес. - Эдем, олицетворение райского сада. Сожжение книги привело к тому, что в душе главного героя образовалась дыра, через которую все святые скопом стали протискиваться в мир, вот его и внешность стала постоянно меняться. - Ух-ты! А это довольно интересно. Ты хорошо продумал, - всплеснул руками Бальдр. - Спасибо. Всё-таки это было моим единственным увлечением долгое время, и я рад, что оно вам понравилось. - Кстати, и в чём же именно заключён конец? - Спросил Тор. - В том, что главный герой осознал то, что неважно, каким именем называется Бог, он живет не в храмах и не в книгах, а в сердце того, кто с ним находится в гармонии, а не слепо верит в его благодать, - улыбнулся Исаак, - и на этом на сегодня всё. Мы наконец-то завершили этот опасный сюжет. - Интересно, а что было бы, если бы книгу не сожгли, или главному герою не поверили бы изначально? - Задумался Локи. - Не скажу, а то так будет неинтересно, - улыбнулся Исаак. Юноша начал собирать разложенные листы с изображениями различных мест в Миниатюрном саду, картонные фигурки, которые все они так старательно рисовали и мастерили, листы персонажей и кубики, заботливо предоставленные Гермесом. Только Локи стащил один, сказав, что хочет оставить его на память, как сувенир о столь приятном времяпрепровождении.       Все хором высказали своё желание продолжить игру с теми же персонажами, но уже с другим сюжетом. И разрабатывать историю вызвался сам Аполлон, обещав, что в его рассказе не будет ни одного несчастного конца.       Зевс же наблюдал за всем этим вместе с Тотом и радовался сообразительности и живому уму юноши. Не зря он решил его взять в этот мир, ведь через такую мелочь, как настольная игра, боги смогут немного лучше понять людей и научится лучше обдумывать свои поступки и решения, чтобы их истории не заканчивались так печально.