Второй шанс

Если бы кому-то пришлось пересчитать всех людей, которые так или иначе пострадали от Курокавы Пейдж, то вам бы это надоело примерно на пятьдесят восьмом человеке. Может, оно и к лучшему: составление списка из более чем ста человек — дело довольно муторное и долгое. Кайоши как-то раз пытался мысленно прикинуть, скольким людям Пейдж в своё время успела разбить сердце, и пришёл к выводу, что количество этих самых пострадавших его не волнует абсолютно. Волнует лишь то, что он сам находится на почётном первом месте этого списка. Не по хронологии, конечно, но по тяжести последствий. Кто-то смог забыть Пейдж сразу, кто-то — через неделю, кому-то потребовалось несколько месяцев на то, чтобы полностью оправиться от ее влияния. Кайоши потребовалось… Да нисколько ему не потребовалось, если честно. Потому что отпустить Пейдж он так и не смог. И не сможет уже, наверное. — Сано? Над головой раздаётся знакомый мальчишеский голос, и Кайоши приходится поднять лицо, чтобы взглянуть на его обладателя. Он и без того, разумеется, его узнал, но нужно ведь смерить наглого нарушителя спокойствия злобным взглядом, чтоб ему жизнь мёдом не казалась. Взгляд, впрочем, злобным не вышел. Скорее каким-то жалким, как у брошенного на улице маленького котёнка, который не знает, куда ему теперь идти, где найти маму и доживёт ли он вообще до рассвета. — Что ты тут делаешь? — Ганкэ, до этого враждебно хмурящийся, теперь смотрит на вечернего гостя с подозрением и каким-то едва заметным сочувствием — будто догадался, сволочь, что у него на душе творится. — Сижу. — Лаконично, но зато по делу. А о том, почему именно Сано сидит на ступеньках вооружённого одного из офисов Поднебесья под дождём в пол-одиннадцатого вечера, он рассказывать явно не намерен. Да и едва ли этому Какуче Ганкэ захочется слушать рассказ о его израненном сердце длиною в целую вечность. — Что ты задумал? — Теперь спокойное лицо становиться более хмурое. — Пришёл шантажировать теми знаниями, что у тебя есть? Или у тебя под толстовкой бомба и ты пришёл убить и нас, и себя? Что, Сано? — Я ничего не задумал, я просто сижу. Прекрати уже вопить. Кайоши усмехается, представляя физиономию Ганкэ в этот момент. Наверняка он выглядит как минимум обескураженным, наверняка забавно и немного по-детски хмурится, напрягая свой крошечный мозг и пытаясь найти в словах врага подвох. — Так холодно же. Чего ты тут сидишь, а не где-нибудь ещё? Кайоши только сейчас замечает, что на улице действительно уже давно не май-месяц, что ветер воет, срывая с деревьев пожелтевшие листья, что дождь не прекращал лить уже, наверное, часа два. Он невольно ёжится и сильнее задёргивает толстовку, мотнув головой, чтобы стряхнуть со лба капли воды. Рядом вновь раздаётся шуршание, и дождь почему-то прекращается. Кайоши хмурится, поднимая голову. Зонт. Этот дурак действительно стоит над ним с раскрытым зонтом. — Тебя убить сейчас или после того, как я найду арматуру? Они оба прекрасно знают, что Кайоши ничего сделать не сможет натренированной машине для грязных делишек. Какуче Ганкэ слишком силен для своих лет и легко может уложить парочку взрослых. Если бы у него был взрывной характер, то он реально стал бы безжалостным монстром. Но он спокоен, рассудительный, он даже сейчас совершенно не сердиться на Кайоши, а улыбается. Ганкэ присаживается рядом, всё ещё заботливо держа зонт над головой парня. Про себя он либо забыл, либо и вовсе никогда не думает. — Почему ты тут? Кайоши тяжело вздыхает и тут же заходится сильным кашлем, недовольно морщась. Вот же чёртов Какуче, он и мёртвого достанет. — Не твоего ума дело. — Моего. Ты всё-таки сидишь на пороге офиса, в котором я работаю. Ганкэ замолкает буквально на долю секунды, а после выдаёт тихое задумчивое «о» и озвучивает то, что Кайоши слышать бы совсем не хотелось: — Ты к Пейдж пришёл? Сука. …. — Значит, я всё-таки прав. — Это что, настолько очевидно? На несколько секунд повисает молчание, после чего Кайоши и Ганкэ в унисон выдыхают: — Да, настолько. Ситуация, может, даже самую малость комичная: в глупых ситкомах после подобных моментов смеются главные герои и какие-то люди за кадром. Сейчас же вообще не до смеха. Кайоши, по крайней мере, уж точно. — Так она здесь? — Мы ее с самого утра не видели. — Ганкэ безразлично пожимает плечами. — Пойдём. Тот вдруг поднимается с места, отряхивая мокрые штаны, и замирает, дожидаясь, когда Кайоши последует его примеру. Тот сидит, не шелохнувшись, и даже не поднимает на него взгляд. — Куда? — Увидишь. — Тогда точно не пойду. Не хватало ещё попасть в какую-нибудь ловушку. Кайоши знает, что Ганкэ первым не нападёт, но доверять ему всё равно не может и не хочет. — И будешь всю ночь под дождём тут мокнуть? — Ганкэ тихо цокает, а после слишком уж внезапно и нагло хватает его за руку, поднимая на ноги. — Эй! — Его прерывается звук машины, которая подъезжает к ним. Кайоши хочет материться, потому что если это кто-то из выше… Машина медленно к ним подъезжает и опускает стекло, показывая то, что за рулём сидит Хитоши. — Че такие кислые? — Он опускает оправу темных очков, демонстрируя огромные зелёные глаза. Кайоши вспоминает, что у Пейдж они точно такие же. — Где ты был? — Спрашивает уже холодно Ганкэ. — Наведывались к старому другу. — Где ещё двое? — Исуаши оставили на чистку. Он позорно проиграл в камень-ножницы-бумагу. А Мусаши отправили вперёд на встречу глав вместе нашего пострадавшего. — Что? — Удивился Какуче и хлопнул себя по лбу. — Из всех возможных вариантов, вы выбрали Мусаши? Он же как раз таки справился бы за минуты две с чисткой! — Ага, а потом бы ещё двоих вырубил. А Исуаши на встречи б нахуй послал всех сразу и его спалили б с поддельным бейджиком. — Хитоши тоже хмурится и выходит из машины с кейсом. — Мы должны быть хороши не только в своей сфере, поэтому поменялись. А это вообще кто? Хитоши смотрит недоверчиво на Кайоши, понимая, что вообще его ни разу не видел. Он вместе с братьями работал на дядю Изану и людей его возраста тут почти не был, не считая Ганкэ. — Поклонник Пейдж. — Легко отвечает Какуче, а Кайоши почти давиться воздухом. — О как. — Хитоши осматривает его, понимая, что хоть он и выглядит не очень людимо, что он может драться и что он очень смелый, либо тупой, но он явно не понимает в какой ситуации оказался, раз запал на Пейдж. — Прости, парень, ниче тебе не светит. — Да это и так понятно. — Закатывает глаза Кайоши. Хитоши смотрит на него, а потом переводит взгляд на Ганкэ. Тот пожимает плечами. — Хей, заработать хочешь? — Спрашивает неожиданно Хитоши. Кайоши смотрит на него исподлобья как-то с недоверием. — Работка есть одна, не трудная, но чем больше людей, тем проще и быстрее. — Меня не интересуют ваши грязные делишки. — Кайоши устало вздохнул, уже развернулся и планировал уйти, как до него доносится смешок Хитоши. — А лучше б интересовали. Это же в прямом смысле мир Пейдж, а котором она родилась и которому принадлежит до смерти. Сано остановился, сжимая кулаки. Кайоши и сам не знает, зачем согласился. Зачем сел в машину и поехал с ними. Зачем вместе с ещё двумя - Мусаши и Исуаши - отправился на этот банкет. Отказаться-то он может безо всякого зазрения совести, но что-то ещё удерживает его… Наверное, сама атмосфера обстановки. Роскошь дорогих многоэтажных зданий с панорамными окнами, отели с изысканным оформлением, закуски от лучших шеф-поваров со всего мира, хорошие напитки и постоянное обслуживание персонала высшего класса — это единственное, что нравится Кайоши сейчас. Он поднимается на лифте, окружённый акулами бизнеса. Все они разодеты в изящные костюмы от известных дизайнеров, носят на запястьях часы ювелирной работы, стоимость которых равна числу с шестью нулями; пахнут брендовыми одеколонами и, конечно же, успехом вперемешку с богатством. Кайоши определённо нравится подобный стиль, однако когда чего-то слишком много, это очень быстро надоедает. То ли дело Пейдж… Снова Кайоши думает о ней. Весь рой кружащихся мыслей вовсе не о встрече, а о Пейдж. Кайоши представляет ее нахальную улыбку, звонкий шумный смех, белокурые волосы, ярко-зеленые глаза, выпирающие мягкие скулы, подкачанное тело. Вся из себя такая красивая… Красивая, но до жути бессовестная. — Лицо сделай проще. — Что? — Кайоши смотрит на… Кажется, Исуаши? Да, потому что Хитоши все ещё в солнцезащитных очках, а Мусаши накаченее своих братьев. Значит этот близнец, с чёлкой до Китая, из под которой сверкают хищные зелёные глаза, Исуаши. Он хмыкает и пожимает плечами. — Ты так можешь привлечь внимание. Типа, своим кислым видом. А мы предпочитаем сливаться с толпой. — Не доставай его. — Хмуро произносит Ганкэ. Через какое-то время, когда подъёмник приезжает на самый верхний этаж, двери открываются с характерным звоном. Вся толпа, шоркая лакированными ботинками, выходит на красновато-бордовый бархатистый ковёр коридора, расстеленный на полу этажа. — Очень рады вас видеть в здравии, Кецу-сан. — Мусаши хочет обнять пожилого мужчину, но на него накидывается маленький ураган. — Ханда, паразит мелкий. Кайоши смотрит на пацанчика, который решил использовать его как щит и гаденько улыбается. И снова он замечает яркие зелёные глаза. Он не знал, что у Пейдж столько родственников. Ханда смеётся, а потом смотрит на Ганкэ. — О, ты тоже тут. — Привет. — Кивает ему юный Какуче, протягивая руку. Не меняя всё того же выражения лица, Ханда протягивает ему свою, но ладонь его не раскрыта для рукопожатия, а сложена в кулак. Быстро сориентировавшись, Ганкэ на ходу и свою руку превращает в кулак: они ими соприкасаются и делают движение, как взрыв после столкновения. Завершив обряд приветствия, Ханда одобрительно кивает. — Вот так-то лучше, чувак. — Говорит он, и голос его звучит устало панибратски. — А эти беспонтовые рукопожатия оставь для жопошников из интерната школы, из которого ты, как я слышал, сбежал недели две назад так быстро как и Пейдж, что сверкание твоих пяток могло бы сделать заикой слепого и глухонемого, пока они обделывали свои грязные делишки в банке для калек. — Здоров, мелкий. — Хмыкает Исуаши, растрепав волосы парнишки. Ханда теперь смотрит на Кайоши. — Познакомься. — Хитоши положил руку ему на плече. — Это Айку Ханда, сын владельцев этого мероприятия. — О, тёмные боги. — Цедит Ханда почти равнодушно, однако звучит он как будто несколько иронично. — Когда ты зовёшь бро моим батей, мне хочется снять с крюка свою шляпу и втоптать её своими тяжёлыми сапогами в землю, как какой-нибудь фигово прописанный ковбой из фигово написанного сюжета к совсем уж фигово снятому дешёвому вестерну, где мужики ходят в полуприседе, как будто в штаны отложили личинку, и вечно с руками возле пистолетов. На лице у Кайоши такое беспомощное недоумение, что погляди он на себя сейчас в зеркало, он бы сгорел со стыда. Впрочем, его спасает Хитоши: он выводит его из ступора, когда, полностью пропустив мимо ушей реплику Дейва, представляет его. — А это Кайоши Сано. Мусаши и Исуаши тут же переглядываются. Они смотрят на своего брата, а потом снова на Кайоши. Брови Ханды иронично задираются. — Запах элитаризма настолько силён, что слёзы из моих глаз вот-вот затопят этот грёбанный городишко. — Так, нечего место болтовни. — Ганкэ останавливает их и кивает в сторону группы людей. Среди которых стояла Пейдж. Она была одета скромно, но своей энергетикой всех привлекала. Когда она устремила взгляд на Кайоши, то парень понял, что он остался один. Девушка проморгалась, словно не веря в то, что видит. Она поспешила попрощаться и направилась к нему. — Что ты тут делаешь? Он так давно её не видел, тем более не слышал. Кайоши теряется. Боль от того, что он пережил из-за неё не уходит. Он принимает нахмуренное выражение лица, складывает руки в карманы и фыркает. — Работаю. — Кем, официантом? — Кривит губы в злой усмешке. Вот всегда она так. Кайоши предпочитает не отвечать и пытается отойти в сторону. — Стой, хорошо, я поняла, ты работаешь. Но все же кем и как? Кайоши игнорирует её и Пейдж теряется. Такое точно впервые происходит. Она только пытается дотронуться до его плеча, как её хватает Ханда. — Правила номер 22. — С умным видом сказал мальчик. — Не мешать работать коллегам на другом задании? — Пейдж смотрит на брата и опять на Кайоши, который все уходит и уходит. — Но почему… — Пейдж, милая принцесса. — Хитоши приобнял сестру и наклонился к ней. — Не привлекай внимание, иначе этому парню очень не поздоровиться. Пейдж аккуратно кивнула и взяла за руку Ханду, уходя немного в сторону. — Когда эти двое перестанут бегать друг от друга? Тебе не кажется, что нам надо немного вмешаться? — Спросил Мусаши, непонимающе глядя на то, как Кайоши и Пейдж, находясь в разных концах зала, кидают друг на друга взгляды. — Ай. — Махнул небрежно рукой Исуаши, побольше обмокая клубнику шоколадом из фонтана. Он посмотрел на кузину и усмехнулся, поедая сладость. — Даже забавно наблюдать за этими дебилами. — Ты кнш прав, но вот Хитоши так не думает. Ты посмотри, даже этого парня приволок сюда. — Оскалился Мусаши. Исуаши нахмурился. — Это третий дебил, за которым я наблюдаю. Нет, серьёзно. — Парень попытался найти в толпе своего второго брата. — Он решил, что самый умный что-ли?! — Ну судя по вступительным и то, что он очень изворотлив… — Заткнись. — Шикнул Исуаши, а потом успокоился, когда Мусаши отдал ему клубнику в ванили. — Суть в другом. Ты ж сам все понимаешь! Серьёзно, Сано? Да если дядя или тётя прознают, то нас отдадут на растерзание собакам! Это ещё хорошо, если отец не узнает. — Папа начал спокойней к ним относится. Все таки за стол переговоров с Шиничиро его посадили не зря, хоть и силком. — Мусаши напрягся немного. — Но ты прав. Сано - не те люди, с которыми надо общаться. Вся эта гребаная семейка чуть не погубила нашу. Что же тогда задумал Хитоши? — Тупой план, где он зайка герой спаситель. — Исуаши после этого толкнул брата в бок и указал на то, как Ганкэ уводит одного из комиссаров в другой зал. — Иди за ним, скорее всего этот старик с охраной там. Ганкэ сильный, но толпа на одного не варик. — Понял. Ханда смотрел на свою сестру и скучающе вздыхал. Если общество не с ней, то с тупыми людьми, которые только и будут делать, как пытаться ему угодить. Он этого и дома натерпится, с уже знакомыми слугами. Ханда был согласен с отцом, что нафиг они вообще нужны. Чужие люди в доме. Но Асами настояла. Очень сильно настояла… — А этот нулевый чел, тип, твой парень? — Один из тысячи ухажеров. — Легко отвечает Пейдж. — Хитоши передал, что нам пора сваливать из здания. Кецу отвлек их внимание на улице. Ханда поспешил ухватиться за руку сестры и они поспешили к запасной лестнице, спускаясь к черному входу. — Кайоши! — Пейдж видит на лестнице парня, который застыл и смотрит вниз. Он показывает им молчать, после чего они понимают, что внизу ещё охрана. — Тут есть окно, айда на крышу. — Почему? Их тут человека три, я смогу замочить. — Искренне не понимает проблемы парень. Ханда смотрит на него во все глаза. — В натуре можешь? Как тот самый чел из фильма, который говорит мало, но пафосные вещи и бьёт всех по ночам, бегая по тёмному городу в своём обтягивающем костюме? Кайоши зависает на какие-то секунды. Пейдж бьёт себя по голове и открывает окно, протаскивая туда брата. — Нет. Ты не будешь драться. Потому что они поднимут тревогу, тупица. — Бросает через плечо девушка, уже наполовину выйдя в окно. Кайши закатывает глаза, но лезет за ней. В голову ударяет холодный ночной ветер. Они шли по крыше как бывалые, а вот Сано плелся за ними. Ему интересно, а сколько раз Пейдж уже так сбегала, насколько велика между ними пропасть? — Хей. — Ганкэ машет им рукой около мусорных вёдер и Ханда спешит спрыгнуть к нему в руки. Потом он так же легко ловит Пейдж. — Ты тоже. — Не дождёшься. — Бросает Кайоши, а потом слышит, как за его спиной начинается суматоха. — Сука. Ганкэ все таки его ловит, как чёртову принцессу из старых мультиков. Стыдно. Ещё и Пейдж ржёт. — Платье не замарал? — Хихикает Курокава, когда они направляют дальше по тёмному переулку. Кайоши не отвечает, лишь закатывает глаза. — Хорошо поработали. — Сказал им Хитоши, когда они встретились через минут десять. — Отличный вечерок для бизнесменов. — Ты вор, Хитоши. — Сказала Пейдж и высунула язык. — Разве я не сказал тоже самое? Они уже почти дошли до нормальной дороги, когда сзади идущий Ханда, замыкающий колонну, не заорал: «МУСОРА!». У Кайоши сердце рухнуло в пятки. Опять они за ним припруться щас. Ганкэ потянул его за руку, а тот рванул следом за всеми в сторону высоких зарослей травы. За ними прямо сзади побежала Пейдж, в спешке успев ухватиться за Ханду. Мусаши и Хитоши побежали в другую сторону отвлекать внимание, сказав, что если их не будет, то пусть отдыхают без них. Вдруг Исуаши низким басом скомандовал: «Ложитесь!». Кайоши рухнул в траву следом за всеми, слегка ударившись грудной клеткой о твердую землю, а ртом поймав цветущий одуванчик, отплевываясь от его семян. — Тш. — Шепнула Пейдж, а все вокруг замерли. Они лежали, скрытые в траве, не издающие ни звука, лишь бы их не успели заметить. Ганкэ нахмурился, выглянул из-за травы, а затем поднялся с места, тихонько свистнув и скомандовав: «Бежим». Пейдж поймал за руку Кайоши, который мог потеряться в любое время и его могли поймать, а значит и их тоже. Исуаши побежал вперед на разведку, мало ли впереди была засада. Но все было в порядке. Он махнул рукой, и все рванули с большей скоростью, преодолевая расстояние до него и скрываясь в лесу. Кайоши оперся о ствол дерева, тяжело дыша от бега и прикрывая глаза. Он не привык настолько быстро бегать, да еще и долго. Цыкнув, Ханда сложил руки на груди. — Ну, это хуйня, короче, ребят. — Да ладно? — Съязвил Исуаши. — А мы думали курорт! Все приподнял голову, услышав шаги и мужские голоса. Это бежали Хитоши с Мусаши. Они подбежали к ним, нисколько не запыхавшись, только веселые, как обычно, и смеющиеся. — Ловко мы их отвели. — Сказал Хитоши, одаривая всех улыбкой. — Ебланы. — Закончил его мысль Мусаши. — Бля. — Пейдж прикусила губу. — Но ладно. Погнали тогда, раз уж все остальные тут. Родители панику поднимут, сто пудов. — Короче, блин, если в ментовке нас нет, то значит, что нормально все, — Впервые сказал хоть что-то Кайоши, почесав затылок, который болел от удара. — Ага, бате скажи это нашему. — Нахмурился Исуаши. Такеоми с них три шкуры спустит, особенно если ему придётся идти за ними в ментовку. Мало ему таких походов было во времена Харуче и Сенджу, так теперь и тройняшек не пойми где шляются и творят всякую хрень. Конечно, он ворчит для приличия, в конце концов он всегда спросит, что случилось, а потом поржет с них, говоря про то, какие они глупые. Самого то его ловили только два раза. Вот Джун если рассердиться, то все капзда. — И моему бро. — Фыркнул Ханда. — Давайте вы просто помолчите. — Вмешалась Пейдж, намекая, что в этой борьбе они проиграли. Все посмотрели на Ганкэ. Он тяжело вздохнул. — Потопали ко мне. — Ура! Русские пельмени. — Засмеялся Мусаши, а потом остановился и уставился на Кайоши. — Его тоже берём? Пейдж довольно резко развернулась на пятках к нему. Они уставились друг на друга. Лицо девушки ничего не говорило, оно было таким же, каким и всегда. — Сколько ты стащил? — Спрашивает она, а Кайоши фыркает, но достаёт из кармана флешку. — У чела в фиолетовом мне сказали, я и спёр. — О, у владельца заводов по производству саке. — Проговорил Ханда, цепляясь за его руку. Он всех осмотрел, а потом уставился на сестру, ткнув в Кайоши пальцем — Мне он нравиться. Берём. Кайоши подходит аккуратно к Пейдж и кладёт руку ей на плечо. — Слушай, я правда думаю, что это плохая идея. Девушка обернулась и скептически подняла бровь. — Сано, серьёзно, тебе нужно успокоиться. Ты ведёшь себя так, будто расчленят тебя там. — Скорее всего, так и будет. — Запротестовал негромко парень. Он схватил ее за рукав, когда она пыталась пойти дальше за всеми и потянул назад. — Ладно ещё как-то твои братья нормально отреагировали на меня, но не дай Бог мне придётся драться с… — Это просто дом Ганкэ, а не мой, где даже своих можно поубивать. А ты таскался ко мне с цветами и даже не умер! В чем проблема тогда сейчас? — Пейдж, твоя семья размером с мой класс! И они знают минимум двадцать способов, как убить меня! — Думаю, минимум тридцать. — Ещё лучше. — Закатила глаза парень и Пейдж потянула его за остальными, которые уже отошли на приличное расстояние. Когда они пришли на большой участок, Кайоши немного занервничал, но Ганкэ быстро пропихнул его вперёд. На пороге их встретила Диана. Она всегда была слишком красивой для их преступного мира. Кайоши уставился на женщину во все глаза, не припоминая, когда в последний раз видел такую необычную красотку. Ганкэ, наверное, больше на отца похож, потому что он выглядит неплохо, он красив, но как и все остальные. А вот его мать прям что-то. Пейдж только пихнула локтем его. — Что? — На старше потянуло? — Пытается пошутить девушка, хотя сама теребит кончики своих волос, иногда поглядывая на парня. Кайоши теперь неотрывно смотрит на неё. Да, Диана была по-своему красива, но все его сознание принадлежало Пейдж. Он не мог перестать думать о ней, а она так ещё и издевается над ним? Диана выследила взглядом Ганкэ и Пейдж, нашла и тройняшек с Хандой, а затем тихонько выдохнула. Усмехнулась, сложив руки на груди. — Ну че, лошары, потусили? — Тетя Ди — Возмущенно открыла рот Пейдж. — Че сразу лошары-то? — Так, а кто вы? — прыснула женщина. — Так попасться. Ладно хоть не поймали. Я б за вами не поехала, сидели бы в участке до утра. — Тебя бы с нами закрыли. — Произнёс спокойно Ганкэ. — За дебош в отделении, прям как дедушку однажды. — Ну я тебе. Валите отдыхайте давайте. Вам уже там выделили местечко. Выйдя на балкон, Кайоши только больше нахмурился, оставив позади себя храпящих тройняшек. Как только Ханда может спать? Ганкэ то хорошо, у него своя комната. Но почему-то он не в ней, а на балконе. — Что такое? — Спросил Какуче и посмотрел на подошедшего Сано. — Не спится. — Легко ответил парень. — Ясно. — Пожимает плечами Ганкэ и выдерживает небольшую паузу, перед тем как продолжить. — Как тебе? — Что ты имеешь ввиду? — Та вылазка сегодня. — А. — Кайоши потрепал свои волосы и задумался. — Интересно. Не обычно. — Мы живём так почти каждый день. — Говорит Ганкэ, ловя его взгляд. — Это наше прошлое, настоящее и будущее. Как думаешь, почему Хитоши взял тебя с нами? Кайоши не знал. Правда. Поэтому и пожал плечами. — Потому что он хотел показать тебе наш мир. А если точнее, то мир Пейдж. — Ганкэ видит, как тот напрягается. — Она не сможет жить по другому, как и любой другой из нас. — Мы из разных миров, да? — Хмурится Кайоши, понимая, что ему хотят сказать и закатывает глаза. — Я тебя понял, могу даже не пытаться. — Я не это хотел сказать. Кайоши с вопросом смотрит на него. Ганкэ вздыхает. — Послушай. Пейдж не сможет, да и не захочет жить в другом мире. А ты? Ты сможешь жить там, где мы с рождения? Кайоши удивляется. — Ты хочешь… — Если ты и правда хочешь её завоевать, то тебе надо опуститься до туда, где она. — Серьёзно проговорил Какуче. — И завоевать весь тот мир, где она живёт. — Ты Издеваешься? Все знают, что заправляют почти всей Японией Айку с Курокавами. — Родители Пейдж поднимались из низов. Они были брошенными тем миром и завоевали этот. — Ганкэ кладёт руку на его плече. — Короля Поднебесья победить трудно, если вообще возможно. Но ты можешь подобраться к его уровню. Построй свою империю. Ради Пейдж. Кайоши замолкает и, кажется, не дышит. Пойти по дорожке якудз? Он никогда об этом не думал, но в чем-то Какуче прав. Пейдж часть того мира. Она не может выбрать его - кого-то левого. Она ведь Курокава, наследница Поднебесья. Вторичный, нет, третьесортный ей не нужен. Но кто тогда ей нужен? Да и сможет ли он стать близким к её идеалу? Равный ей по статусу только Ханда, как наследник Айку. Значит, выбор будет из кого-то ниже. Мать Ханды вышла замуж за брата Королевы Поднебесья, тоже не высокого статуса, но он пользуется большим авторитетом среди группировок и организациями, даже иногда больше, чем жена. Да и Изана с Сенджу тоже не вельможи из богатых семей, а просто люди. Сам Кайоши может создать третью империю в якудзном мире Японии. Ради Пейдж.