Когда цветы заговорят

***

      Наконец-то пришло время обеда. Живот Арса уже кажется прилип к позвоночнику. Последнее, что в нём было — это несчастный бутерброд с маслом и кружка чёрного чая. Арсений успел до обеда сделать довольно много дел: обработать своё колено, заклеить пластырем рану, при этом вспоминая разные ругательства, которые знал, а также разложить свои вещи аккуратно в стопочку на своей полке, застелить кровать в не очень приятное на ощупь постельное белье и конечно же познакомиться с ребятами. Парень переоделся в чистые узкие джинсы с дырами на коленях, снова проклиная всё на свете пока их натягивал, и в однотонную белую футболку.       Арсений с Валерой ждал остальных. Он сидел на своей кровати наблюдая за Егором. Крид отлично сложенный, можно подумать, что тот не вылезает из зала сутками, таская железяки или же не слезая с разных тренажеров, а возможно и всё вместе. Нет, Арсений не худой, да и тоже неплохо сложен, благодаря утренней зарядки и бега на пару километров, но тем не менее…       Лучи солнца падали на светлые пряди и теперь они казались золотыми. Голубые глаза отливали добротой, кстати у Арсения такие же, только чуть темнее на тон. Всю эту красоту завершала красивая улыбка. Получив в ответ взгляд в свою сторону, от неожиданности Арсений подскочил со своей кровати.       — Давайте, шевелитесь уже!       — Сейчас пойдем, Арс. Чего нервничаешь? — Егор стягивает свою футболку, надевая другую. Арсений заставил себя отвернуться и не пялиться.       «Вот зачем это было сейчас? Арсений, ты что, перегрелся? Да, наверное так и есть. По факту Крид конечно красивый, любой бы это отметил.» — из мыслей его вывел голос Серёжи.       — Арс прав, я уже устал вас ждать, шевелите булками. Вон, девчонки уже вышли все. — смотря в окно, где действительно девочки выходили из своего домика, со скучающим видом заключил Серый.       — Антон, погнали!       — Да догонит. Идём уже, а то уши вянут.       — И жрать уже хочется.       — Тебе бы только и пожрать.       Со стороны коридора донеслись голоса и чей-то слишком громкий смех. Такой неприятный, что режет по ушам. Арсений посмотрел в ту сторону, не обращая внимания на Денчика — тот чем-то гремел в своей тумбочке у кровати.       — Всё, я готов! — оповестил присутствующих Егор. Арсений моргнул, выходя из оцепенения.

***

      В столовой как обычно шумно и пахнет едой. Да, тот самый запах, который наверняка у каждого сейчас всплыл в памяти. Его никогда не возможно забыть. Осмотрев помещение с многочисленными длинными столами и такими же длинными скамейками, Арсений заприметил стол, что стоял у окна. Там восседали девочки и остальная часть парней с отряда. Две скамьи были свободны, значит предназначены для них. Оксана уже увлечённо что-то обсуждала с каким-то парнем и не сразу заметила, когда к столу подошли её друзья, перед этим взяв свои порции борща и картошки с котлетами, и конечно же компот из сухофруктов. Те самые убитые фрукты, высушенные и забытые на года три, сейчас даже не плавали в стакане, а зверски были утоплены. У Арсения даже чуть пропадает аппетит смотря на граненный стакан.       — Ой, мальчики, а я вас не заметила. — Оксана наконец-то из своего дальнего угла обратила внимание на друзей, перекрикивая всех за столом, и вновь отвернулась, дальше переговариваясь с тем же парнишкой. Арсений оторвался от своего обеда, кивнув ей в ответ. Справа от руки рядом с Арсением сидел Серёжа. Тот о чём-то спорил с Денчиком. Слева Валера шептался с Егором, и как будто бы Арсений остался один с этим "мертвым" компотом. Как так вышло, он сам не понимает.       Закончив с обедом, Арсений взял со стола свою грязную посуду. К компоту он так и не притронулся. Выйдя из-за стола, чтобы отнести посуду на мойку, парень сделал шага два перед тем, как с ним поравнялись.       — Смотрю, ты не очень рад здесь быть. — Арсений повернул голову и увидел девушку, которая была ниже его на две головы. Тёмные длинные волосы были распущены и заменяли своеобразный "кокон". Девушка была из его отряда — Арсений точно это помнит. Она мило улыбалась, держа в руках точно такую же посуду.       — А я смотрю, ты очень наблюдательна. — Арсений пытается улыбнуться и повышает скорость своего шага. Девушка от чего-то смеется.       — Меня Алина зовут, мы с тобой в одном отряде.       «Точно, а я и не знал.» — Арсений, даже фыркнул. — «Пожалуйста, избавьте меня от этого.»       — Так, как тебя зовут?       Парень закатывает глаза. — Арсений. — бросает уже через плечо, ускоряя ещё больше шаг.       «Только не это…» — Арсений вообще не понял как это произошло и откуда взялся опять этот Шастун. По всей столовой разнесся звук бьющегося стекла и удара о плитку железной ложки. Бедные убитые фрукты теперь лежали вперемешку с блестящими стёклышками. Тишина стояла минуты две точно. Все мигом уставились на причину раздражительного звука.       — Бляяя... — вырвалось у Арса одновременно с Шастуном.       — Ты что, не видишь куда прёшь? — от злости кулаки сами сжались. Арсений зло уставился прямо в зелёные, как утренняя трава после росы, глаза напротив, задрав голову.       Шастун сделал шаг, склонив голову и подойдя ближе. — Я то вижу: у тебя проблемы со зрением, уже не в первый раз врезаешься в меня. Может тебе к врачу сходить, выпишут тебе окуляры? М?       — Как же ты уже бесишь меня, высокий, как столб, а толку нет. — Арсений также сделал шаг вперед.       — Знаешь что... — Антон цепляется своими пальцами за мою футболку на груди.       — Руки убери. — хватаю его за руку в попытке скинуть её с себя.       — Ещё чего.       — Разошлись!!! — этот голос ни с чем не спутать. Мы с Шастуном отскакиваем друг от друга, тяжело дыша от злости. — Вы мне в дороге покою не давали, а тут так вообще почти драку устроили. А прошло-то всего лишь пару часов. — Татьяна смотрела то на одного, то на другого.       — Значит так, завтра же вы в списке первых для общественных работ. Сейчас за тряпками, щеткой и чтобы дружно всё убрали. Я слежу за вами. — вожатая развернулась, уходя к своему столу.       — Это всё из-за тебя, придурок. — шёпотом говорю Шастуну и обхожу его стороной.       «Как же я здесь всё ненавижу. За что мне всё это?»       Спросив у поварихи на кухне, где взять необходимый инвентарь, я направился в подсобку. Найдя нужную дверь, я открыл её и тут же меня нагло пихнули в тёмное помещение. От неожиданности не смог даже закричать. Из-за того, что ни хрена не видно, я всё сбил на своём пути — несколько ведер рассыпались по полу, издавая сильный грохот. Деревянные ручки то ли швабр, то ли лопат, "посыпались" на мою голову и наглеца. Одна больно ударяет по груди. Руки схватили меня за плечи, тем самым развернув и впечатав в стену, которая оказалась за моей спиной. Выставляю свои руки вперёд, утыкаясь ладонями в твёрдую грудь и пытаюсь оттолкнуть. Шастун, мать его, кто же ещё может быть!       — Шастун, ты охренел. Чего творишь? Выпусти меня, немедленно!       — Нет, сначала ты извинишься, а потом, так уж и быть, выпущу. — на моих плечах хватка усиливается.       — За что? За то, что ты дибил? Это не мне нужно извиняться, а тебе.       — Значит так?       — Так!       — Не извинишься?       — Ни за что!       — Хорошо. — с моих плеч исчезают горячие ладони. Что произошло после, я не сразу сообразил.       По ту сторону двери что-то щелкнуло. Моргнув, и чуть придя в себя, я кинулся к двери, толкая её. Не поддаётся… Она не поддается. Бью кулаком.       — Шастун, открой!! — в ответ тишина. Чёрт, только не это, пожалуйста. Я же ужасно боюсь замкнутого пространства. Бью ногой сильнее — бесполезно.       — Нет, нет, нет. Только не это. Шастун, твою мать, открой! Сука! — бью снова по двери ногой, а после кулаком.       «Так, не паниковать. Телефон, мне нужен телефон.»— дрожащими руками ощупываю карманы джинс. Вот он. Достаю гаджет из переднего кармана, тот приветливо озаряется светом. — «Матвиенко, нужно позвонить ему.»       Проходит пару гудков, прежде чем друг берёт трубку.       — Серый, быстрее приди ко мне и открой дверь. Я в подсобке на кухне.       — Арс, ты как там оказался?       — Серый, не сейчас, давай быстрее. Я не могу уже дышать.       — Не паникуй, я сейчас, подожди всего одну минутку. — вопреки своим словам, в голосе Серёжи слышится лёгкая паника.

***

      — И он закрыл меня, и ушёл.       — Пиздец. — прокомментировал ситуацию Валера.       От переполняющих меня эмоций, я просто не смог сказать и слова пока с Серегой мы не дошли до своего домика. В комнате была тишина: каждый думал о своём.       — Я сейчас пойду и сломаю шею этому Шастуну. — Серёжа делает жест руками, будто ломает эту самую шею.       — Стой, не нужно ничего никому ломать. Предлагаю отомстить ему сегодня же. — все повернули заинтересовано головы в сторону Денчика.

***

      Арсений решил не переодеваться — только сменил футболку на легкое чёрное худи с нарисованной обезьянкой. К вечеру похолодало, и хоть они будут сидеть у костра, вероятность замерзнуть была. В этот раз никто не задерживался, и все дружно пошли на выход. По дороге к друзьям присоединилась Оксана, повиснув у них на плечах. Та щебетала о том, какой сегодня был прекрасный день и какие хорошие девочки у них отряде. Ещё состоялся рассказ о том, как они заплели друг другу волосы в красивые колоски, украсив красивыми разноцветными ленточками.       Вдоль дорожки стояли несколько фонарей, освещая серый камень. В центре территории виднелось пламя от яркого костра, вокруг него находились скамейки вырезанные из бревен. Некоторые отряды уже были там. Честно, сейчас всё выглядело очень даже красиво. Через час окончательно стемнеет.       Расположившись недалеко от огня, ребята ждали пока все отряды соберутся, а также ожидали и директора. Само собрание было скучным: вся эта чушь про новые знакомства и незабываемое время и бла, бла, бла. Арсений всё пропустил мимо ушей.       После длинной и скучной речи, директор дал разрешение на вечерние посиделки. Заиграла гитара. Ну, как заиграла — её "оживил" темноволосый парень из другого отряда. Все дружно подхватили песню, узнав мелодию.

Холодный ветер с дождем усилился стократно

Все говорит об одном, что нет пути обратно

Что ты не мой лопушок, а я не твой Андрейка

Что у любви у нашей села батарейка

О-оу-и-я-и-е батарейка.