Beast in a beauty

Эррор явно делал со своей жизнью что-то не так. Он даже не понял, что из его движений и нервных тиков Креатио посчитала за согласие. Не осознал как именно он оказался на пороге двухэтажного дома, как получил разрешение войти. Но прямо сейчас, он сидит на чужой кровати и задыхается от паники, пока его телефон разрывается от сообщений и звонков товарищей. Даже если он возьмёт трубку, из пересохшего рта выйдет только удивлённое «Ааа…». Хлопнув себя по щеке, глючный постарался привести мысли в порядок. Так, он сейчас вгостях. Всё хорошо, он много раз бывал дома у друзей - парень ещё не настолько затворник. Но черт, это комната девушки! Те, кто говорят, что между комнатами мужчин и женщин нет разницы — полные идиоты. Экзитиум не раз был у Найтмера, и, стоит признать, совершенно идеальный порядок Инк напоминал о нем. Но всё-таки в этот раз было по-другому. Даже запах такой. Девчачий, что ли? Да, подросток определённо сходит с ума. Отдышавшись, Эррор позволил себе осмотреться. Стандартные обои, довольно хорошо сочетающиеся с полом. Тут и там висели картины, несколько грамот, но никаких фото. На одной из стен большая роспись в виде широкой розовой сакуры. Выглядит довольно реалистично, особенно учитывая стойкий аромат вишни в воздухе. Удивительно большая, для одной Инк, кровать, была идеально заправлена, и глюк, смутившись, даже поправил образовавшиеся под ним складки. Уж слишком ему стало жаль синие простыни. Шкаф с одеждой пугающие манил приоткрытой дверцей, показывая край какого-то платья, а его нижняя полка угрожающе светила упаковкой от колготок, заставляя парня смущённо отвести взгляд. Рабочий стол был, пожалуй, единственным, что выбивалось из идеального образа. Покосившаяся лампа, пережившая мезозой, какая-то экибана из сухих палок, обрезки бумаги и десятки пятен краски. Что сказать, предметом мебели явно активно пользуются. Эррор, не забыв поправить за собой одеяло, встал и подошёл к столу. Среди обрезков и кистей, испачканных цветными кляксами, он заметил несколько фотографий. На некоторых были его больные сообщники, вытворяющие всякий беспредел, а на других и он сам, бесстыдно светил то сигаретой, то бутылкой с горючим содержимым. Как, черт возьми, она сделала все эти фото? Чёрная магия, не иначе. — Вижу, ты уже освоился, — Инк вошла в комнату, заставив парня вздрогнуть. На небольшом подносе стояли две чашки и тарелка с печеньем. — Неправда… — нервно прошептал подросток, только через секунду осознав, что сглупил. — То есть правда, но… Креатио посмеялась и прошла в комнату, а прямо за ней, медленно и по-хозяйски, шагал главный страх мышей и сметаны. Вытянув лапки и зевнув, пушистый комок потянулся и подошёл к гостю. Сев напротив, шерстяной стал рассматривать человека. — Кот? — тихо, словно боясь спугнуть, спросил Эррор. — Кот, — поставив поднос на стол, девушка присела на уровень животного. — Как зовут? — Депутат, — подросток не сдержал смешка. — Товарищ, это Эррор, — чернильная указала рукой на стоявшего рядом, и кот посмотрел сперва на неё, а после на гостя. — Ты его не бойся. Это он тебя будет бояться. — Почему депутат-то? — Экзитиум уже с трудом сдерживал смех. — Говорит много. Но непонятно что, и всё не по делу. А ещё важный и на всех смотрит как на червей. Парень протянул коту палец, и тот, вытянув шею, ткнулся мокрым носом, и тут же отпрянул. Ткнулся ещё, и ещё, старательно обнюхивая руку. — Он не привык к запаху сигарет, — девушка села на кровать, смотря на двух зверей впереди. Наконец, кот фыркнул и потёрся щеками о протянутый палец. После мявкнул что-то на своём и поспешил запрыгнуть к Инк на простынь. Оказавшись у хозяйки, он поринялся чирикать и мрыкать, о чем-то рассказывая. — Пахнет странно, да? — животное мрявкнуло в ответ. — Ничего, он так-то безобидный. — кот мяукнул и скрылся под кроватью. — Депутат… — пробормотал Экзитиум, глядя как он чинно уходит, тряся бубенцами. — Тебя, кажется, приняли, — новенькая потянулась и уставилась на расписанную стену. — Знаешь… Мы с тобой похожи, — тихо сказала она и замолчала. Спустя пару секунд неловкой, как показалось подростку, тишины, Эррор хотел уже начать, не менее неловкий, разговор, как внезапный рок, что стоял как мелодия звонка, на всей громкости, заставил и его и Креатио подскочить. — Это Найтмер… — сам не поняв зачем, сказал парень, глядя в экран. — Ну так ответь, — чернильная встала и взяла со стола чашку. — И что мне ему сказать? Здравствуйте, я теперь дезертир? — Скажи, что возникли непредвиденные обстоятельства, вследствие которых ты был вынужден отстать от остальных, — Эррор поднял недоуменный взгляд. — Живот болит, а ты сейчас у себя дома, в ванной. Тяжело вздознув, глючный собрал всю волю в кулак и поднёс трубку к уху. — Мразина обоссаная! — злобно кричал главарь с другой стороны. — Мы тебя уже час ждём возле школы, где ты, блядь? Где ты, нахуй? Если ты через две секунды не выйдешь, я тебя… — Я… Дома… — на том конце секунду простояла тишина, а после громкое «Да ёб твою!» и минутная борьба с криками и матами. — Так, окей-с… — Киллер, видимо, отобравший телефон у Найта, говорил быстро и явно задыхался. — Завтра ты будешь рассказывать нам удивительную историю о том, как тебя приняли за корову и украли пришельцы, пока мы будем есть те 8 пачек чипсов, которые ты купишь нам в качестве извинений. А пока нам надо напоить кое-кого валерьянкой. Чао! Гудки резали слух не меньше хихиканья девушки напротив. — Не смейся. Это из-за тебя я попал. — Ты попал из-за того, что не умеешь быстро и чётко излагать свои мысли, — Инк поставила уже опустевшую чашку на стол и встала напротив Эррора, который уже успел почувствовать боль в ногах. — Ты не задумывался, почему Киллер так хорошо отмазывается от Найтмера? Потому что когда тот зол, он говорит быстро и коротко. И мысль, как пуля, летит чётко в лоб, — Экзитиум не понял, по какой причине прилетело в лоб ещё и ему. — Понимаешь? Со вспыльчивыми так и надо. — Ага, в следующий раз попробую, — отодвинув стул, глючный наконец позволил себе сесть и взять в руки чашку. В остывшем какао, как покосившиеся бумажные кораблики в ржавом ручье, плавали маленькие, размокшие зефирки. — Парни говорили, что ты сладкоежка. — А ты, как погляжу, ни одной детали не упускаешь? — На самом деле, у меня свой способ запоминать важные вещи. Но, по секрету, иногда, я могу забыть собственное имя. — Вау, не рано, для альцгеймера, бабуль? Креатио хихикнула, и подняла стоявший возле стола рюкзак, что-то внутри разыскивая. Парень вздохнул и сделал глоток. Сахарный песок странно хрустел на зубах. Дешёвое какао… — Зачем я здесь? — Креатио оторвалась от своего занятия и посмотрела на собеседника. — Ты у меня в гостях, — девушка достала камеру и поставила на стол. — Да, но зачем? — Разве это не то, что делают друзья? Ходят друг к другу в гости? — глаз Эррора дёрнулся в очередном тике. Он выходит из равновесия. Фыркув, подросток залпом опустошил кружку, оставив одну единственную убежавшую зефирку плавать на дне. Поставив её на место, парень пригладил волосы и нервно выдохнул. — Я забирал твои деньги, пару раз чуть не лишил тебя телефона, избивал тебя вместе с ребятами, и это однажды чуть не дошло до… Насилия. Но сейчас, ты, черт возьми, пригласила меня в гости и считаешь своим другом? — Ты не такой плохой, каким желаешь казаться, — Креатио поставила потрепаный рюкзак и сделала шаг ближе. Из-за положения глючного, она теперь была выше него. Внутренности связались очередной морской узел. Как тогда, в первый день… — Ты действительно можешь стать очень хорошим другом , если правильно тебя… Обучить . — Какую выгоду ты от этого получишь? — Инк в ответ только улыбнулась и взглянула на часы. — Да, пожалуй, в этот раз вышло не очень. Иди домой, а то отец скоро придёт. Давай встретимся завтра в парке, после школы? Возле фургона с мороженым. — А если я не хочу? Если я вообще не хочу с тобой дружить? — Инк резко схватилась за спинку стула, разворачивая Экзитиума лицом к столу. Перед глазами вновь оказались проклятые фотографии. — Боюсь, у тебя нет выбора. … — Я дома, — дом встретил парня лишь тишиной. Включив свет в прихожей, он услышал мяуканье со стороны кухни, и через секунду в коридор выбежала трёхцветная кошка. — Здравствуй, Ошибочка, — Экзитиум наклонился, проведя по мягкой шерстке. Поднявшись, подросток разулся и поднялся к себе в комнату. Дверь в мастерскую отца была закрыта, но из-под щели виделась жёлтая полоска света. Всё ясно. Зайдя в свою захламлённую берлогу, не забыв дать пару секунд кошке, чтобы та последовала за ним, он закрыл дверь и, отбросив рюкзак в сторону, повалился на кровать. — Это было пиздец как неловко… — то ли кошке, то ли самому себе прошептал глючный. Он так сильно разнервничался сегодня, что все мышцы, которые только есть на его лице, даже те, о которых он не знал, отплясывали сальсу в необычных комбинациях нервных тиков. Эта новенькая… Черт, да что с ней не так? Она должна его бояться. Ну, хотя бы, ненавидеть! А тут… «Дружить, давай дружить!» больная… Мысли сливались в непонятную кашу из рассуждений о девушке, злости на себя и кучи сценариев того, как он будет завтра извиняться перед ребятами. Внезапно, во входную дверь постучали, из-за чего и Экзитиум, и Ошибка одновременно подскочили. Но ещё одной причиной для испуга стал скрип двери отцовской мастерской и его шаги вниз по лестнице. Встав с кровати, парень подошёл к стене и прижался к ней ухом. Отец с кем-то перекинулся парой фраз и, закрыв замки, отправился на кухню. После небольшой паузы, родитель поднялся и Эррор поспешил сесть на кровать, сделав вид, что усердно вычесывает попавшую под руки кошку. К нему постучали. — Заходи, — выдал парень, не выпуская из рук животное. Экзитиум старший показался из-за дверного проёма. — Я заказал пиццы. Если хочешь, можешь спуститься и мы поедим, — что ж, какая никакая, а это семейная активность. Грех отказывать бате в редком желании побыть батей, так что подросток кивнул и последовал за ним на кухню, а за ними и животное, которое точно знало, что ему перепадёт кусочек. — Как школа? — под один из дежурных вопросов, начался их ужин втроем. — Номально. Информатичка уволилась, а химичка заболела. — Разве она не увольнялась в прошлом месяце? — Эта гидра уйдёт из школы только тогда, когда школьники в майнкрафт играть перестанут. То есть, никогда. — Ясно… Уроки сделал? — Нет… Ещё, — глючный протянул Ошибке кусок курицы, наконец обратив на неё внимание, когда та начала тянуться лапками к тарелке. — Нет ещё, или, может, нет, не собираюсь? — Может. — Да уж… В родительском чате как-то писали, что у вас новенькая, — кусок пиццы выпал из рук, и был тут же подхвачен шертяным комком. — Ты с ней общаешься? — Типа того… — прошептал подросток, вступая с животным в бой за упавшее. — Понравилась она тебе? — с ухмылкой спросил отец, наблюдая за крайне неоднозначной реакцией чада. — У тебя ведь скоро новая коллекция выходит, да? — откашлявшись и отняв таки у недовольной кошки еду, парень вернулся за стол. — Да, как видишь, работаю, не покладая рук. Когда ты такой популярный кукольных дел мастер, как я, каждая твоя девочка должна быть идеальна. Кстати об этом, мне, пожалуй, стоит вернуться к работе. — Удачи… — пробормотал Эррор, глядя в спину удаляющемуся отцу. Тяжело вздохнув, он быстро впихнул себе в рот ещё пару кусков, запил образовавшийся ком колой и, бросив в миску Ошибке пакет Китикета, поднялся к себе. Пнув портфель в сторону, потому что плохие парни не делают домашку, а списывают её на переменах, он сел за свой рабочий стол и, расслабившись, стал листать соц сети. На глаза попалась кровью и потом отвоёванная у отца заготовка кукольного тельца, которую парень все никак не решался начать расписывать. Почему бы и нет? Если он собирается продолжить дело отца, ему нужно больше практики, да? Да…