На краю бездны

      Поттер давно не испытывал такого страха за чужую жизнь. На самом деле зрелище было ужасным: девочка, совсем малышка, висела в воздухе, ухватившись руками за горло, на которое был в несколько слоёв намотан полосатый шарф в чёрно-оранжевых цветах. Один конец шарфа зацепился за ветку дерева и не позволял ребёнку освободиться от смертельных пут. Шёл сильный дождь и, скорее всего, из-за этого рядом с девочкой никого не оказалось, все студенты убежали в замок. Ещё несколько секунд назад малышка издавала звуки и вдруг замолкла.       Гарри, а вместе с ним и Кормак, который тоже очень испугался, тут же вооружились палочками.       Поттер, утопая ногами в свежей грязи, так как дождь только усилился, прямо на бегу прокричал:       - Диффиндо! - шея малышки тут же освободилась от удушающего шарфа и, как только это произошло, она тут же стала падать вниз.       - Арресто моменту! - буквально заорал Маклагген, опередив Поттера, и замедлил тем самым падение ребёнка. Кормак сделал её приземление практически безболезненным.       Девочка, на вид ей было не больше одиннадцати, лежала неподвижно на мокрой земле, а беспощадный дождь продолжал поливать её хрупкую фигурку, одетую в школьную форму. Глаза малышки были закрыты, что не на шутку напугало подскочивших к ней Гарри и Кормака.       Поттер незамедлительно стал осматривать ребёнка, он сделал несколько взмахов палочкой, шепча про себя различные заклинания: уроки оказания первой помощи Гарри никогда не пропускал и все необходимые манипуляции провёл в необходимой последовательности. Была опасность удушения, поэтому он заставил воздух активнее циркулировать в лёгких, заставляя организм выйти из режима экономии энергии, чтобы ни в коем случае не пострадал мозг. Кровь также стала быстрее бежать по венам девочки, чтобы сердце не замедляло свой темп.       Наконец, пришло время проверить пульс, нужно было убедиться, что все старания Поттера были не напрасны. Если бы Гарри незамедлительно понёс ребёнка в Больничное крыло, то драгоценное время было бы потеряно, а так шанс ещё был. Пока Поттер нащупывал пальцами вену на шее у ребёнка, его сердце само чуть не остановилось, настолько он переживал.       Кормак присел рядом с Поттером и внимательно следил за его действиями, ожидая окончательного вердикта, на нём тоже лица не было. Стать свидетелем такого несчастья он точно не ожидал.       - Ну же, не томи! - не выдержал Кормак. - Она жива?       Гарри молчал. Он был серьёзен, как никогда, капли дождя стекали по его лицу, словно крупные слёзы. Погода будто бы отражала всё то, что сейчас творилось на душе у Поттера.

***

      Милисента стояла возле школьного кабинета и очень нервничала, она оглядывалась по сторонам в ожидании кого-то. Её темный наряд почти сливался с серыми стенами, шум дождя едва заглушал биение сердца. Но вот из-за угла показалась чья-то фигура. Этот кто-то был маленького роста, щуплого телосложения, но он двигался довольно быстро, практически бежал, а когда поравнялся с Булстроуд, то без труда можно было определить, что это Бенджамин, тот самый помощник Хагрида, которого Поттер не так давно заподозрил в шпионаже. На этот раз его одежда была ему впору, так он выглядел ещё моложе, чем был на самом деле. Свит кивком головы поприветствовал Булстроуд.       - Я надеюсь, тебя никто не видел? - послышался голос Милисенты.       - Нет, я был очень осторожен, пробрался в замок с чёрного входа. Все думают, что я в домике лесника, - поспешил ответить парень, немного запыхавшись.       - Отлично. У тебя всё получилось?       - Думаю, да. Очень буду надеяться на это. И скоро мы получим хорошие новости.       - Отлично! Будь внимательным, тебя ни в чём не должны заподозрить. Если попадёшься, всё отрицай, выкручивайся, как хочешь, но не сознавайся. Иначе, нам не достичь своей цели. Теперь замок для нас стал небезопасен, - Милисента оглянулась, а потом ещё добавила: - Наше дело нужно довести до конца, оно очень опасное. Ты готов к этому?       - Готов! - даже не раздумывая, ответил Бенджамин, гордо задрав голову кверху.       - О следующей встрече договоримся заранее, как только дождёмся... Ну, ты сам знаешь, чего, - Булстроуд перевела дыхание, так как очень волновалась. - И ещё, в замке нам встречаться с тобой небезопасно. В следующий раз подыщем для этого другое место. Мало ли что.       - Хорошо. Буду ждать сообщения от тебя, - полушёпотом произнес Бенджамин. - Ты тоже будь осторожна. До встречи! - Свит попятился назад и быстрым шагом пошёл по длинному коридору.

***

      На школьном дворе обстановка была не из простых, вместе с непогодой бушевали чувства и у двух авроров, которые склонились сейчас над ребёнком. Не обнаружив пульс у малышки, Гарри дрожащими руками стал делать ей непрямой массаж сердца, пытаясь вдохнуть в её маленькое тельце жизнь. Кормак стоял на коленях рядом с ними весь бледный, он был в растерянности и не знал, чем может помочь. От целительства Маклагген был очень далёк, потому не придумал ничего лучше и отправился за помощью. Он быстро сорвался с места и побежал в Больничное крыло.

***

      Кормак вбежал в замок и со всех ног бросился на второй этаж, именно там находилась святая святых мадам Помфри. Маклагген пытался протиснуться между студентами, которые вальяжно прогуливались по лестнице, ни о чём не подозревая. Кормак, ругаясь про себя, преодолевал метр за метром, лавируя между живыми препятствиями. Наконец, он добрался до полуоткрытой двери и вошёл внутрь. Лазарет, на удивление, был пуст, все койки до единой свободны, здесь царила идеальная чистота.       - Мадам Помфри, вы здесь? - в пустой комнате громко раздался голос Маклаггена, но ответа не последовало.       - Мадам Помфри! - не терял надежду Кормак, он как можно скорее хотел увидеть здесь хозяйку стерильных владений.       Кормак немного растерялся, быстро соображая, что же ему теперь делать. Потом он догадался, что в соседнем помещении располагается комната колдомедика и, возможно, мадам прилегла отдохнуть. Всё-таки возраст немолодой уже. Маклагген быстрым шагом прошёл весь лазарет до самого конца, от его шагов в пустой комнате с высокими потолками раздавалось громкое эхо. К такой стерильности он вовсе не привык, чистота здесь была просто звенящей. Его непосредственная работа была связана с грязью, как в прямом смысле этого слова, так и в переносном, то есть на эмоциональном уровне.       Кормак на секунду застыл перед дверью. Предварительно постучав, он быстро отворил её со словами:       - Мадам Помфри, прошу прощения... - на этом его слова оборвались, так как в комнате хозяйки не оказалось. - Да что за напасть такая? - в сердцах выкрикнул Кормак и что есть силы понёсся обратно, на ходу соображая, где же может носить эту светилу колдомедицины. И тут Маклагген вспомнил, что сейчас время ужина и, скорее всего, все сейчас находятся в Большом зале, трапезничают.       - Эх, как я сразу об этом не догадался! - стал сокрушаться Кормак, возвращаясь обратно на первый этаж. - Разойдитесь, разойдитесь! - уже кричал во весь голос Маклагген ученикам, которые встречались у него на пути, от напряжения он уже был сам не свой.       Едва вбежав в Большой зал, Кормак хотел позвать Поппи прямо с порога, но вовремя одумался, так не хотел привлекать к себе внимание и придавать эту ситуацию огласке заранее. Через полминуты он был уже у стола, где ужинали все преподаватели, в том числе и мадам Помфри. На его удачу она сидела с краю в своём белом головном уборе и длинном фартуке, одетом поверх тёмно-коричневого платья.       - Скорее пойдёмте со мной. Срочно нужна ваша помощь! - Кормак прошептал на ухо пожилой ведьме, которая без разговоров поднялась со своего места и последовала вслед за аврором.       Гермиона, которая тоже присутствовала на трапезе, сразу заподозрила неладное, когда заметила, как Кормак уводит из зала мадам Помфри. Она тут же взяла в руки свою мантию, которая висела на спинке стула, и накинула её на своё тёмно-синее приталенное платье. Сразу после этого Грейнджер поспешила выйти из зала. Внутри у неё стало не по себе, какое-то жгучее предчувствие не давало сделать ей спокойный вздох. Каблучки её туфелек звонко стучали по каменному полу в попытках догнать Маклаггена. Уже у самых дверей она окликнула его:       - Кормак! Постой! Объясни. Что произошло? Зачем тебе понадобилась мадам Помфри?       Маклагген остановился, а колдомедик молниеносно вылетела на улицу, видимо, она уже знала, куда ей нужно было идти. А вот Кормак остановился и стоял молча, пока Грейнджер не поравнялась с ним.       - Ну же, что ты молчишь? Я сейчас с ума сойду! Говори!       Маклагген словно язык проглотил, он понятия не имел, как преподнести эту новость директору школы. К тому же Кормак не знал наверняка, удалось Поттеру реанимировать ребёнка или нет. Он сам пришёл в ужас, представив на секунду, что малышку не спасли.       - Да скажи уже что-нибудь! - не унималась Грейнджер, пытаясь выудить из Кормака хоть слово. Она принялась трясти его за плечи, приводя таким образом в чувства, а у самой от неизвестности всё внутри просто переворачивалось.       - Там девочка на школьном дворе, - наконец к Маклаггену вернулся дар речи. - Мы с Поттером шли и увидели, как она висит на шарфе, который зацепился за дерево.       - Нет! Неужели! - буквально взвизгнула Грейнджер, прикрыв рот рукой и при этом широко открыв глаза. Она даже думать не хотела, что в её школе вновь произошло несчастье. Ей на мгновение стало не по себе, голова пошла кругом, и она едва удержалась на ногах, изо всех сил стараясь не упасть в обморок. Страх перед неизвестностью буквально сковал всё её тело, пережить такое ещё раз она была уже не в силах.       Видя, что у Грейнджер эта новость вызвала такую реакцию, кстати, вполне ожидаемую, он тут же пояснил:       - Ещё ничего неизвестно. Надеюсь, мы с Гарри успели вовремя. Когда я уходил за помощью, он пытался реанимировать ребёнка.       Услышав это, Гермиона, не теряя ни минуты, выскочила из школы в поисках пострадавшей. Кормак побежал следом за ней. Его самого трясло, как осиновый листок, ведь он действительно не знал, чем там дело закончилось, и закончилось ли оно...       Когда Маклагген оказался на школьном дворе, он быстро поравнялся с Грейнджер, которая внезапно остановилась, увидев, как мадам Помфри стоит, сложа руки на груди, а Поттер, обняв тело маленькой девочки, рыдает над ним.