стрелки

      рабочая сумка летит на пол, лакированные туфли аккуратно ставят на полку для обуви, а пальто может повторить судьбу сумки, но лучше коко лучше повесит его сразу на вешалку, чем потом выслушает лекцию о том, какой у них бешеный беспорядок. а иногда так хотелось нанять домработницу и забить на всё это, но инуи всегда настаивал на том, что это лишь трата денег и настолько чужого человека он в дом не пустит, а коко просто не мог противостоять этим серьёзным глазам, но до смеху сморщенному носику и надутым губам. новая работа так утомляла, что иногда сил на уборку не хватало.        кто же знал, что работа с людьми настолько выжимает из себя все соки. в последние пару дней он чувствовал себя особенно утомленным. когда едешь домой, вместо сидящего рядом возлюбленного, который рассказывал, как прошёл день, было лишь тихое, ненавязчивое радио и две вязаные игрушки, которые когда-то подарил сейшу со словами: «—Это мы с тобой. Ты—мишка»       коко всегда вспоминал этот момент когда смотрел на игрушки. Эти по-детски светящиеся глаза и милая улыбка, что заставляло расплатиться в точно такой-же и по-привычке высунуть язык.       блондин садится на больничный. температура спадает уже несколько дней, а горло настолько болит, что голос хрипит, а заложенный нос заставляет дышать ртом. и всё-таки, спать зимой даже с приоткрытым окном —не стоит. у инуи, в отличие от хаджиме иммунитет более слабый, поэтому на него повлияло открытое окно, а на его парня—нет.       темноволосый раскладывал на кухонном столе пару лимонов, плитки шоколада, какао и пакетики кофе, пару упаковок ягод и фруктов. на удивление, сейшу до сих пор не вышел его встретить. может быть спит? —блять. —тихий, едва слышимый мат звучит из спальни. —«значит не спит»—усмехается про себя коконой и направляется в комнату, прихватив персики и плитку шоколада.       дверь открывает с помощью свободной руки и тихо, почти бесшумно ставит контейнер на столик. коко не совсем понимает, что именно инуи делает за столом, с зеркалом и. каким-то чёрным карандашом? рисует что-то? да на лице? зато подмечает, что он в наушниках, из-за которых явно ничего не слышит. и то, что парень сидит в толстовке. не в своей.       коко словно кот, практически на носочках подкрадывается к ничего не подозревающему сейшу и перед тем, как он снова возьмёт зеркало, кладёт руки на плечи и наклоняется, обжигая шею горячим дыханием. тот дёргается, роняет карандаш, а глаза становятся размером с пятирублевую монету. —коко, твою на лево! —инупи снимает наушники, поворачиваясь на стуле, —зачем так подкрадываться? —скрещивая руки на груди, блондин смотрит снизу вверх прямо в чёрные, словно воронье перо, глаза. —радуйся, что это, а не какой-нибудь маньячина, который залезл в наш дом, обокрал и решил избавиться от свидетелей. — коконой сокращает расстояние между ними и так же не отрываясь смотрит в чужие глаза, лукаво улыбаясь. съедает взглядом, чтобы услышать это заветное «ты прав». и он это слышит, усмехаясь, и целует в горячий лоб, —ты как? лоб горячий ещё. —температура держится, горло уже не так сильно болит. слабость немного. — на поцелуй хмурится, ведь говорил же «я болею и тебя заражу», но брюнету хоть в лоб, хоть по лбу. —а ты, кстати, чем тут занимаешься? — коко замечает, что глаза у инупи будто их кто-то сильно тер, а в уголках обоих глаз еле заметно, что размазано что-то чёрное. —да тут, хотел попробовать кое-что. —румянец, который был причиной температуры, становится немного, но заметно ярче. —стрелки? — кивок головой. — и как успехи? —хаджиме высовывает язык, уже зная ответ по тому, сколько на столе ватных дисков и палочек. —как видишь…—взглядом инупи пробегается по столу —не очень. —отчаянно вздыхает, думая, что попытка взглянуть на себя со стрелками, как у своего возлюбленного—провалена в пух и прах. —давай нарисую, —коко берёт в руки подводку, чистым ватным диском стирает оставшуюся от прошлых попыток подводку, взявшись за подбородок сейшу он его приподнимает, чтобы рисовать было удобнее и аккуратно, словно по линейке ведёт плавную линию, которую в конце заостряет. сейшу не реагирует, лишь ждёт когда ему нарисуют обе стрелки. ровно так же проводит по другому веку, делая идеально-симетричные стрелки. —закончил.       инуи берёт в руки зеркальце. сначала рассматривает своё отражение и так. необычно? он думал, что будет выглядеть как на коко, но на деле выглядит иначе? взгляд стал более выразительным, но у коко был будто другой эффект. и в любом случае, он битый час корячился над этими стрелками, пока коко справился за считанные минуты. —спасибо! —сейшу подсказывает со стула, обнимая своего парня за шею и целуя в щеку —не за что, — коко обнимает в ответ за талию и повторяет улыбку инупи, — пойдём, температуру померием, чая попьем. я соскучился — в ответ лишь весёлое «угу»