After the Fall

      Хозяин заведения поставил на стол большую миску горячего томатного супа и хлеб. Еда выглядела не слишком аппетитно, но после столь долгого отсутствия теплой пищи Ген был готов на все, чтобы тоже поесть. Поэтому для него стало неожиданностью, когда Рури и Хром предложили разделить с ним трапезу.       — Тут хватит нам всем. — заверила Рури, — Кроме того, было бы не вежливо не поделиться, раз уж ты пригласил нас за свой стол.       — Но это вы заплатили. Мы не можем расплатиться с тобой. По крайней мере, я не могу. У меня вообще нет денег. — Ген посмотрел на Сенку       — Ну, у меня есть… — Сенку потянулся за своей сумкой.       — Нет! Нет, не беспокойся. Это не так уж важно. Пожалуйста, мы все проголодались, давайте просто поедим. — сказала Рури и отломила каждому по кусочку хлеба.       Какое-то время они просто ели в уютной тишине, дождь снаружи барабанил в окно. Вспышка на горизонте на долю секунды осветила пейзаж. Затем до них донесся громкий раскат грома.       — Я так рад, что мы внутри. — вздохнул Хром, и Ген не мог не согласиться с ним.       — Ах да, Ген, ты же пытался что-то спросить. — внезапно поняла Рури.       На мгновение в голове стало пусто. Да, он что-то спросил, но только чтобы завязать разговор. Хотя он все еще хотел знать ответ. — Да, мне просто интересно, что привело вас сюда. Вы были довольно шумными… у стойки… Ты упоминала свою сестру, верно?       Рури кивнула, в то время как щеки Хрома покраснели от смущения. — Да, извини за это… — пробормотал он, — Но, да, мы ищем младшую сестру Рури, которая также была моей подругой детства.       — Вы разделились или…? — Ген краем глаза взглянул на Сенку. В зависимости от того, в какое русло зайдет разговор, тема может оказаться Сенку близка.       — Нет. Она довольно боевая. Так что, я знаю, что она в порядке. Кохаку не может…       Хром остановил Рури, положив свою руку поверх ее. — Она пытается сказать, что мы не разделились, когда начался весь этот ад. Если можно так сказать…       Сенку насмешливо хмыкнул: — Хороший способ все это обозначить. — уголок рта Хрома дернулся в легкой ухмылке.       — Можно я начну с самого начала? — Хром вопросительно посмотрел на Рури. Она вздрогнула.       — Мы не торопимся. — улыбнулась Рури, переводя взгляд на окно, за которой бушевала буря.       — Верно. Итак… В тот день, когда все началось…       — Ты имеешь в виду, когда появились первые серьезные признаки сдвига магнитных полюсов или когда произошло первое сильное землятресение? — перебил Сенку.       — Сенку! Ты прерываешь рассказ! Какая вообще разница? — ныл Ген.       — Ты шутишь, да? Конечно же есть разница! Это полностью определяет время, когда все произошло! — ответил Сенку.       — Чувак, ты тоже думаешь, что это сдвиг магнитных полюсов? — Хром повернулся к Сенку лицом.       — Очевидно. Это ясно как день. Любой может сложить два и два. — Сенку закатил глаза.       — Я это тоже понял. — согласился Хром.       Ген вздохнул, откинувшись на спинку кресла. Это было просто замечательно. Каковы были шансы, что они наткнутся на кого-то, кто подольет масло в огонь и позволит Сенку болтать о своих научных экспериментах сколько угодно? По крайней мере, его новый слушатель, похоже, понимал, о чем он говорит. Рури прочистила горло, и это, похоже, вернуло двух ученых к разговору.       — Да… — Хром кашлянул, — Итак, в день, когда произошло самое первое сильное землетрясение, Рури была на приеме у врача в Токио. — Ген взглянул на Рури, которая уловила его беспокойство.       — Ничего серьезного или опасного для жизни. — поспешила успокоить она. — Это был обычный осмотр, так как у меня всегда были проблемы с легкими. Обычная астма.       Хром кивнул и продолжил: — После этого мы должны были навестить Кохаку, сестру Рури, которая недавно переехала из-за учебы. Но ты уже знаешь, чем это закончилось. Прошлась волна землетрясений, все средства связи отказали. Не было никакой возможности узнать, что происходит или что нам делать дальше, да и сейчас то же самое. Весь город уничтожен… — Хром вздрогнул и покачал головой. — Мы попали в поток беженцев, пробивавшихся вглубь города. Какое-то время мы жили в одном из лагерей, которые правительство создало в спешке, но ситуация становилась все хуже. Мы были не единственными, кто уезжал. Большинству людей уже надоело то, как с нами обращались. Начались большие драки из-за еды и чистой воды... Это было не самое лучшее место...       — Мы решили, что можем уйти и попытаться вернуться домой, а по пути мы могли бы попытаться найти Кохаку. Последние недели мы пытались найти дорогу к ней, — продолжила Рури за Хрома. — Но ты, наверное, можешь себе представить, как было трудно без работающих навигационных систем. Мы окончательно потерялись, пока...       — …мы нашли карту! — вклинился Хром.       Сенку вздрогнул: — У вас есть карта?       Хром кивнул, а Рури полезла в сумочку и достала потрепанную, но практически целую карту: — На ней есть весь остров Сикоку и половина Хонсю. Она не очень подробная, но это лучше, чем ничего. — она протянула сложенный лист бумаги Сенку.       — Значит, вы пытаетесь найти ее там, где она была в начале этого кошмара. Почему вы так уверены, что все еще найдете ее? Что она еще не ушла? — задался вопросом Ген.       Рури заерзала на сиденье: — Ну, мы не знаем. Мы просто надеемся... — Ген понял и не стал продолжать. Они не знали, им просто необходимо надеяться. Им нужно было что-то, ради чего они могли бы двигаться дальше. — И вот мы здесь. Без работающего транспортного средства и вынуждены идти дальше пешком. — вздохнула она.       — Ну, сегодня тебе повезло. — Сенку поднял взгляд от карты, ухмыляясь. — Ты просто случайно наткнулась на двух парней с двумя электровелосипедами. И у этих электровелосипедов есть багажник.       — И ты просто отдашь второй нам? Просто так? — скептически спросил Хром.       Сенку покачал головой: — Конечно, нет. Мы просто одолжим его вам на время.       — Но разве вы никуда не собираетесь поехать? Не слишком ли это хлопотно? — спросила Рури.       — К сожалению, нет. Я с побережья, поэтому в ближайшее время не собираюсь возвращаться домой, а второй из нас не помнит, откуда он. - пожал плечами Сенку.       — О, ну, это легко исправить. Он из Токио. - бесстрастно сообщила Рури.       — Я? — спросил Ген.       — Да, по крайней мере, так ты сказал в интервью.       Это было интересно, подумал Ген. И как-то тревожно. Кто-то знал о нем больше, чем он сам? Что ж, он мог бы воспользоваться этим. — Что еще ты знаешь обо мне? — вопрос, похоже, застал ее врасплох, и какое-то время она пыталась вспомнить, что-то.       — Ну, тебе двадцать два года...       — Ха! Значит, я старше тебя! — Ген бросил на Сенку вызывающий взгляд.       Тот лишь пожал плечами и хмыкнул: — Это было очевидно.       — Что!? Я кажусь тебе старым? — Ген вскрикнул и поднес руки к лицу.       — Возможно. — ухмыльнулся Сенку.       Рури хихикнула с них: — О, у меня есть это. — она достала из сумки помятый журнал. На обложке была знакомая фотография его идеальной версии. Черные волосы, светлая кожа, голубые глаза. Рури подвинула журнал к нему на стол, но прежде чем Ген успел дотянуться до него, Сенку выхватил его.       — Не надо. — сказал он, глядя Гену прямо в глаза. — Неужели ты думаешь, что ему понравится читать обо всех этих слухах и сплетнях? — обратил он строгий взгляд на Рури.       Она поднесла руку ко рту, расширив глаза: — О нет! Я не подумала. Мне очень жаль. - пролепетала она.       Ген растерянно следил за этой словесной перепалкой. Сплетни? О нем? Что он натворил? — О чем ты? Неужели все так плохо? — Сенку и Рури посмотрели друг на друга.       — Ну, меня это не убедило. Я никогда не верила этому. — сказала Рури.       Сенку закатил глаза: — Тебе не нужно об этом думать, это просто глупые слухи.       Теперь он только разжег его любопытство. Его тон был бесстрастным, но почему-то он еще больше хотел, чтобы Ген не увидел того, что было на страницах этого журнала. Ген уставился на него, нахмурив брови.       — Да, так, что насчет карты… — Хром прервал неловкое молчание между Сенку и Геном, и Сенку, не упуская ни секунды, перешел к разговору о положении звезд, изменении магнитных полей и прочем, что Ген не мог понять. Он оторвал взгляд от двух парней по другую сторону стола и встретился глазами с Рури. Она смущенно улыбнулась ему.       — Хочешь, я заплету тебя? - спросила она, держа в руке расческу.       Можно прожить долго, если правильно мыть и расчесывать волосы. Ощущение того, как расческа плавно скользит по его волосам, не застревая в спутанных и грязных волосах, было невероятно приятным. Рури смахнула со скамейки кучку грязи с засохшей кровью и крошечными осколками стекла.       Ген рассматривал свое отражение в окне. Это было не совсем зеркало, но когда на улице было темно, оно вполне могло сойти за зеркало. Его волосы отросли, во всяком случае, по сравнению с фотографией на обложке журнала, но это было не единственное отличие. Он заметил это раньше. Конечно, заметил. Его волосы практически свисали на лицо, и, несмотря на кровь, было довольно легко заметить, что они не черные. Половина его волос была белой, как будто он решил, что хочет перекраситься, но на полпути пожалел об этом.       Рури проделала отличную работу. Ну, его волосы, конечно, все еще были грязными, но теперь, он, наконец, не выглядел как пугало. Маленькая косичка обвила его голову, оставив челку свободной. Скоро ему нужно будет найти способ укоротить волосы, если он хотел сохранить челку.       — Не могу гарантировать, что коса будет держаться долго, но, во всяком случае, сейчас смотрится хорошо. — сказала Рури и прикрепила последнюю заколку, которую, похоже, достала из сумки, как фокусник достает кролика из шляпы.       — Спасибо. — улыбнулся Ген. И он правда был благодарен. В этом хаосе было очень трудно чувствовать себя красивым, но Рури только что смогла поднять его самооценку на одну толику. — Теперь твоя очередь.       — Ты умеешь заплетать волосы?       — Думаю, да. — засмеялся Ген, позволяя своей мышечной памяти овладеть им, когда он поднес руки к ее шелковистым волосам. И они погрузились в легкую беседу, в ходе которой Ген узнал, что Рури была прекрасным рассказчиком легенд. Это был талант, который, к сожалению, затерялся в потоке современных развлечений, но теперь у нее был шанс наконец-то блеснуть в своей сфере.       Они расположились на скамейках для ночлега.       В его глазах заплясали разноцветные огоньки. Они кружили друг вокруг друга в бесконечной темноте.       Они образовывали фигуры,       Деревья,       Холмы,       Земли холодных ночей.

_______

На далеком севере люди однажды рассказали легенду

об огненной лисице,

которая своим огненным хвостом взметает в небо кристаллы снега.

И, царапая деревья своим мехом, поджигает небо.

Эти огни называются

лисьими огнями

'revontulet'

И тот, кто поймает это огненное создание

освободится от смертных забот и хлопот человека.

Ибо получит всю славу и богатство земли.

И лиса наступила на нить его мечты.

Она спросила, приняв облик человека:

— Кто ты?

И кто я?

__________

      Ген сидел на холодном бетонном блоке с теплой чашкой размокшей лапши в руках. Он наблюдал за тем, как очередь в пункт раздачи еды растет по мере дефицита продуктов. Яркие неоновые лампы, освещавшие сцену, были единственными источниками света. Ближайшая работница-волонтер выглядела не намного лучше тех, кого обслуживала. Ее глаза смотрели, но не видели. Ее улыбка всегда присутствовала, но не достигала ее глаз.       Холодный зимний ветер пронесся мимо Гена, и он поплотнее укутался в тонкое одеяло.       Мать с детьми устроилась у стены, достаточно близко, чтобы Ген мог слышать постоянное хныканье детей.       — Холодно.       — Я хочу есть, мама.       — Где папа?       Шершавый край чашки впился в руку Гена, когда он крепче сжал тарелку. Он встал. Все равно не голоден.       Улыбки детей, когда он вытаскивал цветы из-за ушей и заставлял их снова исчезать, было достаточно, чтобы он снова вспомнил о смысле жизни.       Мать поблагодарила его.       — Тебе повезло, что тебе не о ком заботиться. — сказала она, и что-то промелькнуло в ее глазах. Усталость? Зависть? Сожаление о том, что она сказала?       Из-за кома в горле Гену было очень трудно подобрать какие-то связные слова. — Да?       Это означало и то, что о нем никто не позаботится.       Он не считал проходящие дни.       Небо было серым, ноги давно онемели. Как долго он сидел здесь, прислонившись к стене здания на улице? Он потерял одеяло, которое ему дали, когда он только прибыл в лагерь беженцев. Где-то на задворках сознания он понимал, что это не очень хорошо.       Новое землетрясение принесло еще больше хаоса в и без того недовольное общество людей. Многие погибли. Он не погиб. Ему почти хотелось посмеяться над жестокостью судьбы.       Из-за еды начались драки.       Он покинул это место.       Этот город был не лучше.       Он моргнул, и кто-то посмотрел на него сверху вниз. Пожилой мужчина, или, возможно, тот, кто испортил себе внешность алкоголем и наркотиками. Мужчина сказал несколько слов тому, с кем пришел, а затем присел рядом с Геном.       Грубые руки схватили его за плечи и потянули вверх.       — Пойдем, сынок. Я знаю место, где тебя ждут. — сказал он.       Руки обхватили Гена, удерживая его на шатающихся ногах. И он решил пойти с ними. Не потому, что у него был выбор. Нет. Он шел, потому что не смог бы подняться без посторонней помощи, даже если бы захотел, не говоря уже о том, чтобы куда-то идти. Так что это был единственный вариант остаться в живых.       — Асагири Ген? Ты Асагири Ген?       Он кивнул.       В глазах мужчины мелькнуло что-то неприятное.       — Так, парень. Здесь есть правила.       Перед ним поставили миску с рисом.       — Если ты не угодишь, тебя не накормят.       В комнате было полно сигаретного дыма и пахло потом и сексом.       Судя по всему, это был бар.       — Как ты думаешь, ты сможешь угодить здешней публике?       У Гена возникло ощущение, что ему не предложили альтернативного варианта. Его разум был затуманен. Миска с рисом пахла очень вкусно.       — Мне не нужно делать ничего, что бы мне не понравилось, верно?       Тишина была нервирующей.       — Нет, не нужно.       Слова показались жестким, когда они сорвались с губ мужчины.       — Кроме того, у тебя уже есть опыт в этом.       — Опыт в чем?       — Спать с людьми, конечно.