Незнакомка

— Что мы имеем? Какой-то хмырь зазывает к себе красивых девушек, а потом… — Да. Все так. Раджаб, Кадир, Адиль и Джаффар сидели в кабинете, совмещая свои полученные знания за эту неделю. Было не так много информации, потому что вхожие в то заведение охранялись подобно президенту. Как только машина заезжала на территорию «предприятия», все ворота закрывались, оставляя за собой лишь железо и двух охранников, подкупить которых — почти невозможно. — Вот идиот! Это же надо! Я не верю своим ушам, — причитал Раджаб, ходя туда-сюда. — Теперь я понимаю, почему девушки гуляют только со взрослыми мужчинами вроде отцов или братьев. Им же попросту небезопасно находиться в таком обществе, где ты даже понять не сможешь, когда тебя украдут и заставят… — Достаточно, — прервал Адиль, скользнув взглядом на обеспокоенное лицо господина Кадира. Его лицо уже было белое, стоило ему только представить, что подобное может случиться и с Ясмин. Он смотрел просто вперёд себя, отказываясь принимать такую реальность. Адиль, заметив замешательство Кадира, и сам стал чувствовать озлобленность и озабоченность этим делом. — Мне нужно обсудить некоторые вопросы за закрытыми дверями. Будьте добры, пройдите в гостиную, сейчас подойдёт Латифа, чтобы приготовить вам напиток, что вы захотите. Кадир молча вышел, решив даже не пытаться попросить послушать. Он не хотел. На данный момент он был озабочен безопасностью дочери, поэтому сразу же последовал в сад. — Что мы делать будем? — сразу же начал Раджаб. — Сегодня ночью повторим заход. Поставим наши камеры рядом с ними, чтобы вычислить, кто въезжает и на каких машинах. Не думаю, что номера будут видны, но если что, сможем пробить по базе, кто въезжает, а дальше… — Адиль задумался, вглядываясь в затянутое тучами небо. — Ты будешь вызывать… Зейна? — испуганно, словно он прочитал мысли, на которые способен Адиль, присел на пуфик. — Да. Другого варианта у меня нет. Хочешь предложить что-то другое? — Конечно, нет. Я и за Амиру переживаю, и за Ясмин, если уж так. Они девушки видные, поэтому… Зейн — лучший вариант, — выдохнув, словно ему пришлось согласиться с горькой правдой, он встал, подойдя к другу. — Ты сам не свой? Как твоя роза? Ты мне так и не рассказал. — Особо времени не было, — плюхнулся на свободный диван, он запрокинул голов, закрыв глаза. Перед ним снова стояло ее лицо и эта улыбка, не выходящая из головы. Ее голос. А смех какой! Только бы и слушал его. Из-за событий в городе он даже не мог показать ей Сефер, что уж тут говорить про обычную прогулку. — Держу ее как принцессу в башне, боюсь, чтобы она даже выходила куда-то. — Ревнуешь? — оскалился Раджаб. Адиль лишь равнодушно глянул на него. — Переживаю. Этот психопат может быть где угодно. — Какое же она на тебя внимание оказала, я даже не ожидал, — плюхнувшись рядом, он продолжил: — Обычно сидишь в своих документах, даже не выйдешь на улицу пообщаться с девушками, а они, между прочим, очень к тебе тянутся! Амира мне сама говорила, что там чуть ли не очередь на смотрины к тебе. — Уже поздно устраивать смотрины, — улыбнулся Адиль каким-то своим мыслям, решив на этом замолчать. — Да ладно? Мой верблюд! Я не верю, дружище! — Пока рано радоваться. Она пока не согласилась на вторую встречу. Вечно отшучивается да засиживается за своими романами, — подойдя к столу, Адиль отпил уже остывший кофе, выходя на балкон. Его терзали сомнения, примет ли она снова от него приглашение или ночь, проведённая за разговорами, была лишь его вымыслом. «Напридумывал себе, что ты принц, а она твоя принцесса, а ей потом страдать, выкручиваться», — вертелось в голове, пока он смотрел вперёд себя. Как назло прямо сейчас, не замечая его, в саду одиноко сидела Ясмин, закинув ноги на качели. В руках книга, рядом — кофе, а пальчики медленно переворачивают страницы. «Так бы и смотрел на это». — Что она там читает? — высматривал Раджаб. — Какие-то сопли, наверное. — Раджаб, тебе не пора к своей жене? — раздраженно, бросив фразу куда-то в пустоту, но явно обращаясь к нему, Адиль сверкнул глазами, из-за чего друг моментально испарился. Лишь стоило ему повернуться, чтобы насладиться картиной прямо внизу его дома, девушки уже было не видно, а книга так и осталась качаться, сохранив только сладкий запах. Неожиданный стук. — Раджаб, если ты ещё раз… — не открываясь от пейзажа, он даже и не заметил, что это был вовсе не он. — Я могу войти? — донеслось уверенное, но такое нежное и желанное. Ясмин входила медленно, закрывая за собой дверь аккуратно, до щелчка, чтобы никто не помешал. Вглядываясь в удивлённое выражение лица Адиля, она осторожно присела на диван. — Госпожа Ясмин. Неожиданно вас тут видеть. Я переживал, что вы не примете мое приглашение на чашечку кофе. В секунду, когда Ясмин вошла в кабинет, пейзаж перестал его интересовать: самая красивая и нежная картина была прямо перед ним. Она была с лёгким макияжем и в милом платье персикового цвета. Фамильное драгоценное колье украшало шею, но ни один камень не мог сравниться с ее глазами, подведёнными слегка черным цветом. — Я и не приняла его, — улыбнулась она, присев немного, слегка на сантиметр ближе, но даже этого хватило, чтобы почувствовать ее сладковатый вишнёвый аромат, — решила просто вас навестить. — Почему отказали? — согласившись, он тоже двинулся чуть ближе, уже совершенно наплевав на нормы. Они были так далеко, но в то же время так близко, что не хватало воздуха. Будто все, что есть вокруг них, — закрытое помещение. — Слишком банально. Давайте что-то… интереснее. — Например? — Может, мне вас тогда на свидания приглашать, если вы не в состоянии придумать? Как же сильно кольнуло по самолюбию! Словно пощёчина, моментально прилетевшая, казалось бы, ни за что. Но Адиль в глубине души знал, что таким удивить Ясмин тяжело. — Вы же понимаете, что я могу предоставить вам любое свидание, только захотите его, — он не говорил. Он шептал, чтобы слышала лишь она. — Только скажите, что вы любите, и я подарю вам это. — Знаете теорию о языках любви? — также тихо, также близко и также волнительно отвечала она. — Предположу: внимание? — В точку. Ваши дорогостоящие подарки мне ни к чему, — обольстительно, словно дикая кошка, улыбнулась, медленно поднимаясь со своего места. — То, что я вам об этом говорю, уже что-то значит. Обычно мне неинтересно спустя две минуты после общения. Но с вами не так. Если я вам так понравилась, действуйте. Почва у вас есть. И она ушла, оставив за собой шлейф недосказанных слов.

***

— Он едет? — Да. Я звонил ему несколько минут назад. Сказал, в течение сорока минут будет. — Отлично. Адиль нервно сидел в гостиной, читая газету. В голове ничего не было от тех новостей, что он прочитал. В голове был лишь Зейн. Иногда там появлялась Ясмин, но Адиль всячески выгонял ее оттуда, ссылавшись на то, что сегодня ему некогда об этом думать. К сожалению, обстоятельства доставляют некоторые неудобства, поэтому приходится жертвовать. — Господин Адиль, Зейн приехал, — вошёл Джаффар, не скрывая своего волнения. Адиль поднялся, чтобы встретить гостя, но стоило ему только подойти к дверям, как пара глаз уже глядели на него. — Это так вы встречаете гостей, господин Адиль? — Господин Зейн, — сдержано, стараясь не показывать свою нервозность, они пожали руки. Зейн был опасным человеком, чьими услугами пользовались лишь в редких случаях. Никто не знал, чем он занимается, но каждый рассказывал, какой он кровожадный и ужасный, раз так скрывает свою деятельность. Адиль знал. Он знал его очень давно. — Не буду терять и мое, и ваше время. Перейду сразу к делу, — достав из папок фотографии, он разложил снимки, которые ему удалось снять. — На фотографиях изображён клуб «Енифун». В нем сидят зажиточные, — стрельнув глазами в него, он продолжил, — зажиточные бизнесмены нашего города. Я бы не стал вас вызывать по такому простому делу, но тут другое: раз в две недели девушки нашего города пропадают. Так уже было три раза. — Фу, как мерзко. Напали на слабых, — брезгливо взяв фотографии в руки, Зейн сморщился, смотря на полученные кадры. — Хотите, чтобы мы действовали как обычно? — «Мы»? Это уже не только один вы? — Господин Адиль, — подозвав к себе Латифу, он попросил двойной эспрессо, — я не мараю руки. Лишь выполняю поручения. Так сказать… документы оформляю. Изначально Адиль не верил ему, и по его лицу это читалось очень четко, поэтому Зейн лишь ждал дальнейшего указания. — Хорошо. Меня не особо волнует, кто выполнял прошлую работу, но за эту взяться нужно именно вам, это понятно? Неожиданно дверь распахнулась и в ней оказались господин Кадир с Ясмин. Адиль не ожидал увидеть её, ведь приглашал он только Кадира, но виду не подал, лишь строго смотрел, ожидая, когда же она поднимет глаза. Но как назло, она не обратила даже грамм своего внимания. — Позвольте представиться. Кадир Аль-Азиз и моя дочь Ясмин. — Приятно познакомиться. Меня зовут Зейн. Без фамилии. Просто… — задержав внимание на Ясмин, он ухмыльнулся, — Зейн. — Господин Адиль любезно пригласил нас встречу с вами, но я настолько боялся оставлять Ясмин одну, что взял ее с собой. Это не проблема? — Абсолютно нет, — воодушевившись на разговор, Зейн не открывал своего взгляда с Ясмин, рассматривая ее всю. От одного лишь этого вида кровь Адиля стыла, а глаза становились льдом. Не проронив ни слова, он смотрел в упор на Зейна. Впервые, когда его мысли были не о деле, а о девушке, что сидит прямо сейчас напротив него, опустив глаза в пол. Но стоило ему только подумать о ней, как его холодный взгляд встретился с нежным, но сдержанным взглядом Ясмин. Словно вода и огонь — она успокаивала его, а он, не хотев повиноваться, вспыхивал снова. — Вы пришли со мной разговаривать или любезничать с госпожой Ясмин, просто Зейн? — исковеркав обращение, он встал, подойдя к окну. Следовало успокоиться. — Вы знаете, что мне требуется от вас. Вы должны отчитываться о каждом своём шаге, а ночью… Завтра, к примеру… Мы заступим. — В вашем черном? — непонятно спросив, чтобы никто не стал додумывать, Зейн напрягся. — Забираете мою пищу, господин Адиль. — Я вам позволяю криминалить в моем городе только потому, — обернувшись, он встретился с вспыхивающим медленно Зейном, — что вы повинуетесь во всем мне, а также как-никак боретесь со злом. — Морально ли ваше решение? Я разбираюсь с плохими людьми, калечу их, но, как вы выразились, борюсь со злом. Неужели одна жизнь дороже второй? — Раз вы говорите о морали, — закатив глаза, Адиль медленно вскипал, продолжая и дальше наблюдать вседозволенность Зейна, — то следует ли мне прикрыть ваше предприятие? Зейн замолчал, улыбнувшись своим каким-то мыслям, а затем встал, направляясь к выходу. — Я вас понял, господин. Завтра на том же месте, мои люди с вами свяжутся. Не попрощавшись, он вылетел из кабинета, а за ним и Адиль, спешащий ополоснуться холодной водой.