Охрана Поттера - это дело самого Поттера

      Яксли скучал. А скучал он, потому что Тёмный Лорд разбудил его в пять часов утра и отправил следить за Поттером. Будто слежка за мальчиком-который-всех-достал как-то поможет его ловли. Фига с два! Из-за какой-то тупой кровной защиты на него нельзя было напасть не только, пока он был дома, а даже на расстоянии менее километра от дома. А Поттер так далеко явно не ходил. Он больше любил лежать под окном и рыться в урнах. Странный тип.       Но даже если случится чудо, и доставший всех мальчик уйдёт дальше, чем на один километр, всё равно толку не будет. А всё потому что за Поттер следят орденовцы. Орденовцев правда, Яксли пока не видел, но Лорд уверял, что они есть. Наверное, поттеровскую мантию-невидимку стащили и сейчас ходят по городу. Везунчики, одним словом. Ну или Милорд наврал на счёт Ордена. Он может.       Есть тут орденовцы или нет, а Яксли всё равно было скучно. Не убить, не заимперить, не даже Круцио наложить нельзя. Видите ли, им, Пожирателям, не надо привлекать внимания общественности. Лорду, видимо, невдомёк, что Фадж заботу о неведение общественности полностью возложил на себя и своих приближённых, среди которых есть Персиваль Уизли. Кто бы мог подумать, что Уизли будет помогать самому Волан-де-Морту! Косвенно, конечно, но всё же… Неправильный какой-то Уизли получился, может недоразвитый?       Из размышлений о недоразвитом Уизли Яксли вывел чей-то весёлый молодой и явно очень наглый голос.       — Руки вверх!       Яксли тут же поднял руки (этот инстинкт выработался у него ещё в первой магической войне, когда он сражался с Грюмом), после чего обернулся. Стоящую сзади девушку он не знал, разве что пару раз видел в авротаре, но одно он понял: она из Ордена.       «Значит Лорд не наврал в этот раз, как-то необычно для него. Раньше он врал по пятьсот раз в день, а тут… Ну да ладно, зато теперь скучно не будет», — подумал Яксли, прежде чем опустить руки и вытащить палочку из кармана.       — Эй, полегче ты там, — немного недовольно сказала девушка, когда пожиратель нацелился ей прямо в сердце. — Что, тебя тоже командир заставил за Поттером следить? Скука, правда?       — Ага, — согласился Яксли, слегка опуская палочку. — На истории магии и то веселее.       — Ну не знаю, не знаю. В твоё время её вёл ещё человек, а вот мне достался уже призрак. Монотонный, скучный призрак, — поморщилась девушка. — И убери ты уже свою палочку. Всё равно сражаться смысла нет, да и магглов привлечь так можно, они же не тупые всё-таки. Хотя тот толстяк-кузен Гарри, Дадли, кажется, умственно равняется горилле. Да и внешне тоже. Я, кстати, Нимфадора Тонкс, но не смей называть меня по имени. А вот ты кто? Не Лестрейндж, надеюсь?       — Корбан Яксли, — холодно ответил маг, но палочку по просьбе Нимфадоры всё же убрал. — А к чему такая ненависть к Лестрейнджам?       — Так, семейные дела, — отмахнулась Тонкс. — Скука, одним словом. Кстати, где этот Поттер?       — Делся куда-то, — пожал плечами Яксли. — Да и зачем его тебе охранять? А главное: от кого? Я же здесь, а других Пожирателей поблизости нет, зуб даю.       — Знаешь, мне об этом Поттере рассказали всё, что он за четыре года в Хогвартсе сделал, а ведь это только известная часть его приключений, так что я не удивлюсь, если он сумел уже вляпаться в какую-то неприятность. Что насчёт Пожирателей, то я тебе верю. Кому вообще захочется целый день напролёт охранять одного мальчишку? Вот скажи: ты тут, потому что захотел или потому что тебя заставили?       — Потому что заставили, — честно ответил Яксли. — Лорд в пять часов разбудил.       — Вот! — воскликнула Нимфадора. — У меня тоже самое! Лежу я значит в пять часов утра с Римусом в кровати, жениться его на мне уговариваю, а тут врывается Грюм и давай орать, что я должна охранять Поттера. Я ему говорю, что охрана Поттера — это дело самого Поттера, а он и глазом не моргнул, хотя с таким глазом моргать, наверное, непросто. Короче, схватил он меня за руку, трансгрессировал сюда и смылся.       — Так трансгрессируй обратно, или ты не умеешь?       — Умею, — покачала головой Тонкс. — Вот только, если Грюм узнает, что я ушла, он мне голову оторвёт. В переносном значении, конечно.       — Зная Грюма, он может и в прямом, — заметил Яксли.       — Нет, я же всё-таки его союзник, а не враг. Это тебе он голову оторвать может, а на меня просто наорёт. А он, по правде, почти всегда орёт.       — Прямо как наш Милорд. Тот тоже постоянно орёт. Я всё гадаю, когда же он охрипнет и прекратит орать, а он всё никак не хрипнет.        — Может он зельем от хрипоты пользуется? — предположила Нимфадора.       — А такое вообще есть? — недоверчиво спросил Яксли. — Я никогда о таком не слышал.       — Да чёрт его знает, может есть, а может и нет. Кстати, пока Поттер мотается непонятно где, сходим в одно подпольное волшебное местечко, оно недалеко отсюда. Мне об нём Наземникус рассказал, а этот старик знает все скрытые места в магической Британии, да и в маггловской, наверно, тоже.       «Подпольное волшебное местечко?» — мысленно переспросил Яксли. — «Не нравится мне эта фраза, приду туда а там засада. Поймают, Фаджу метку покажут, и тогда от Азкабана, как в прошлый раз (я был под Империо, министр! Малфой подтвердит!), уже не отмажусь».       Видимо Тонкс догадалась, о чём думает её собеседник.       — Не бойся, засады там нет. И вообще, не ты ли жаловался на скуку? Не спорь, я слышала под мантией-невидимкой. В том месте скучно не будет, поверь.       «Значит они правда поттеровскую мантию стащили», — подумал Яксли, но вслух сказал. — Ладно пойдём, Нимфадора или как там тебя, но предупреждаю: я прекрасно колдую, и если ты попробуешь ударить из-за спины…       — Ударять из-за спины — это порок слизеринцев, — перебила Пожирателя Тонкс. — И не смей называть меня Нимфадорой! Я об этом уже говорила.       — Не помню.       — Это не оправдание.       — Это факт.       — Факт не является оправданием, — заметила Нимфадора. — Всё, пойдём уже. А то Поттер вернётся.       Словосочетание «Поттер вернётся» сильно подействовало на Яксли. Ему очень не хотелось наблюдать за Поттером в любом его проявлении. Спящий Потер, сидящий Поттер, лежащий Поттер, стоящий Поттер, тупивший Поттер, роющийся в урне Поттер — всё это вводило Яксли в огромную скуку. Поэтому он решил как можно быстрее слинять благородно уйти со своего поста в то самое подпольное волшебное местечко.       — Веди!       Подпольным волшебным местечком оказался обычный бар. Волшебники, больше походившие на бомжей, делали только две вещи: пили и веселились. Стоило Яксли и Тонкс войти в это заведение, как все взгляды устремились на них, но Яксли мог поспорить на всё своё состояние, что смотрели маги исключительно на Нимфадору. Та, впрочем, тоже прекрасно это осознавала, и в ответ на все взгляды демонстративно задрала голову и спросила:       — Девушек что-ли в жизни не видели?       — Нет, то есть да, — ответил молодой смуглый парень, сидевший ближе всех к Тонкс. — Пойдём потанцуем, а?       Нимфадора резко отвернулась и под жадными взглядами мужчин прошла к единственному свободному столику, маня за собой Яксли. Тот не спеша последовал за девушкой.       — Что желает это очаровательная красотка? — спросил подошедший бармен. — Огневиски, тыквенный сок, лёгкие закуски? А?       — Очаровательная красотка желает отведать немного огневиски, — отрезала Тонкс.       — Ясно, — сквозь зубы кивнул бармен и пошёл к своей стойке.       — Эй, ты ни про кого не забыл? — окликнула его Нимфадора, указывая на Яксли.       Бармен развернуться на сто восемьдесят градусов.       — А тебе что нужно? — недовольно спросил он у Корбана.       — Тоже огневиски, — ответил тот.       Когда бармен с ворчанием начал доставать из ящика обычные виски (которые успешно рекламировал, как огневиски), Тонкс нагло сказала к Яксли:       — Платишь ты.       — Может мне тебе ещё и станцевать? — саркастически осведомился Корбан.       — Танцуй, если хочешь, — пожала плечами Нимфадора. — А платишь ты, не то я вызову Грюма.       — Это шантаж? — сердито спросил Яксли.       — Да, — просто ответила Тонкс. — Но эй, разве Пожиратели Смерти не любят шантажи, а?       — Только в том случае, если шантажирует они, а не их.       — А как же известная пословица, любишь шантажировать, люби и когда тебя шантажируют?       — Впервые слышу такую пословицу, — признался Корбан.       — Твои проблемы, — пожала плечами Нимфадора.       За два бокала огневиски, даже не являющиеся таковыми на самом деле, хитрому бармену Яксли всё же заплатил.       — За победу Ордена над вами! — громко произнесла тост Нимфадора, поднося ко рту свой бокал.       — Не уж, лучше за победу Пожирателей над вами, — не согласился Яксли, делая первый глоток.       — Даже не надейся, блеклая пародия на Малфоя (у тебя волосы — и то не достаточно белые и длинные), даже не надейся, — фыркнула Нимфадора, выпивая из своего стакана.

***

      Очнулся Яксли с резкой болью в голове, тошнотой и чувством, что на его груди лежит что-то очень тяжёлое. С трудом открыв глаза, он увидел сильно размытое изображение Нимфадоры Тонкс, нагло спавшей с ним в обнимку на старой кровати в небольшой комнате, вероятно принадлежащей хозяину бара.       «Сколько же я вчера выпил?» — слабо подумал Пожиратель, пытаясь вспомнить события вчерашнего дня. Вчерашнего ли? Может сейчас всё ещё вторник, и Лорд не прибьёт его за пропажу на целый день? Корбан очень надеялся на это, но когда он на шатающих ногах встал с кровати, предварительно аккуратно переложив, к счастью, полностью одетую девушку, подошёл к небольшому окну и отодвинул занавеску, его мечты посыпались прахом — солнце медленно вставало на востоке. Рассвет, а значит было раннее утро.       — Больше я пить не буду, — пробормотал Корбан, обеими руками держась за подоконник, чтобы не упасть, боль в голове и тошнота решительно не хотела проходить. Надо сказать, такая ситуация случалась с ним не впервые. Однажды он здорово напился в каком-то маггловском баре, а очнулся на следующий день в каком-то захлом отеле, без кошелька и в окружении как минимум десяти полуголых маггловских девиц-блондинок. Но тогда шёл славный девяносто первый год, и Тёмный Лорд, способный четвертовать его за пропажу, в виде полудуха отдыхал в дремучих лесах Албании.       — Хм, где это мы? — раздался сонный голос проснувшейся Нимфадоры, но как только она заметила Яксли, её настроение тут же поднялось. — О, привет, блондинка. Надеюсь, мы с тобой вчера не переспали, ибо я всё же больше по хорошим ребятам, как Римус, а не по мудакам, как ты.       — Что вчера с нами было? — спросил Корбан, надеясь получить от девушки хоть какие-то оправдательные для Тёмного Лорда факты.       — Ну я выпила за победу Ордена, ты выпил за вашу победу, ну а дальше понеслось по кругу, пока у тебя деньги не закончились. А, пардон, деньги у тебя закончились, когда хозяин бара вызвал мракоборцев из-за того, что ты попытался спалить его запасы огневиски, целую сотню галлеонов им отдал, небось уже все магические газеты выдали статьи по типу: «Благородный Лорд Корбан Яксли устроил пьяный дебош. Что дальше? Голая вечеринка с Филиппом-не-та-дверь-Киркоровым?»       — Чëрт! — взвыл Яксли. Значит Лорд уже точно всё знает. Вот надо было ему соваться за этой Тонкс, ну понаблюдал бы за Поттером, получил бы похвалу от начальства, а завтра, то есть уже сегодня, вместо него страдал бы кто-нибудь другой, но нет же, попёрся на свою голову! Но вообще это Поттер виноват, больно уж скучный пацан, даже взбучку кузену не может нормально устроить. Всё-таки правильно говорила эта наглая девчушка — «Охрана Поттера — это дело самого Поттера».       — Ладно, ты можешь и дальше тут сидеть, а я пошла, — заявила Нимфадора, поднимаясь с кровати. В отличие от Яксли боли она не испытывала, и на ногах держалась крепко — всё-таки периодические походы по барам с Грюмом сделали своё дело. Он вообще многому её научил, помимо магии: пить, материться, поджигать машины с помощью бензина и спичек (думал, что это замаскированный Пожиратель Смерти), готовить кокаин (чисто теоретически, конечно!).       — Скатертью дорога, — пробормотал Корбан, когда девушка вышла из комнаты.       Но спустя несколько минут, даже не постучавшись, к Пожирателю, тщетно пытавшемуся придумать себе хорошее оправдание для Тёмного Лорда, вошёл толстый усатый человек. Представившись, Верноном Дурслем, магглом с каким-то там родственником волшебником и владельцем этого магического бара-отеля, о котором ни за что не должна узнать его жена, он вручил Яксли счёт.       — Бассейн, баня, сауна, молочные коктейли, шведский стол, съём комнаты на одну ночь — всё это нужно оплатить до двенадцати часов, — заявил он.       — Но я… — хотел было возразить Корбан, едва увидя список услуг и счёт за него, но потом вспомнил Нимфадору, так быстро убравшуюся прочь, и всё понял. — Грёбаные орденовцы! Эта девка, она просто использовала меня, чтобы бесплатно понежиться в ванне!       — Я глубоко соболезную вам и разделяю ваше горе, тем более я сам в каком-то роде пострадал от этих дикарей, однако это не освобождает вас от оплаты, — сказал Вернон. — И поторопитесь, моя жена может заподозрить, что я яшкаюсь с магами.        — О, я непременно потороплюсь, — пробормотал Яксли, вспоминая, КАК звали родственников надоедливого Поттера. Кажется, ему выпал отличный шанс загладить свою вину перед Лордом, и изворотливый Корбан не за что не собирался его упускать.       — Скажи, мистер Дурсль, — с хитрой улыбкой начал он. — Нет ли у вас надоедливого племянника, от которого вы так хотите избавиться?       — Племянник? — прищурился Дурсль. — Знаете, мистер Яксли, думаю мы с вами сможем найти общий язык (несмотря на то, что вы тоже из этих чудиков, все вы тут из этих чудиков, бррр).       «Что ж, судьба всё же ко мне благосклонна», — довольно подумал Яксли. Скоро он принесёт Поттера к Лорду, и это будет означать их победу (пускай Пожиратель Смерти так до конца и не понял, как от одного подростка может зависеть судьба всей Великобритании, но Лорду с его тягой к символизму, пророчествам и фильмам Марвел виднее) и тогда он заставит эту наглую девчонку Тонкс заплатить ему за всё. В буквальном смысле.       …Ну и естественно его план провалился.       «Дементоры, во всё виноваты эти грёбаные дементоры. Взялись из неоткуда, так ещё Лорд утверждает, что их не посылал», — чуть погодя отрывками думал Яксли, корчась под Круциатусом хозяина. — «Ну и Поттер, конечно, куда же без Поттера?»       А где-то на площади Гримо рассказывала своим коллегам о своей шутке над тупым Пожирателем Смерти Нимфадора Тонкс.