Найди выход

Громкая музыка ворвалась в комнату, не давая ребятам прийти в себя после рассказа Димы. Слова песни врезались в головы участников, прорезая их насквозь. — Меня полностью нет, абсолютно всерьез. Ситуация help, ситуация sos... — пронеслось по комнате. Жертвы этого страшного квеста переглянулись между собой, не понимая, к чему всё идёт. — Это что? — тихо спрашивает Стас, переминаясь с ноги на ногу. Из-за стресса, пережитого буквально несколько минут назад, он уже быстрее справлялся со ступором, поэтому в этот раз слова дались ему легче, но в них всё ещё слышались нотки отчаяния. Он не уйдёт отсюда живым до конца. — Где-то я слышала эту музыку, — прошептала Оксана, — это песня одной группы группы, но я не понимаю, что происходит, — мотала головой девушка, пытаясь вернуться в реальность. Мир слёз и печали. — Я себя не пойму, ты откуда взялась. Почему, почему на тебя повелась... — продолжала играть музыка всё на той же громкости. Антону хотелось закрыть руки ушами, но желание понять что вообще происходит, почему здесь играет именно эта музыка и за что он сюда попал, не давали ему сделать этого, заставляя продолжать вслушиваться в песню. — О нет, — сказал Сергей, зная слова данного музыкального воспроизведения, готовясь к следующей строке, — я думаю, сейчас выключат свет! — уже крикнул тот, заставляя ребят подумать, но голос в комнате продолжал петь, не давая им возможности сосредоточиться. — Выключается свет, — закончил голос, сразу же выключаясь. Перегнувшись, уставшие от этого дня люди поняли, к чему идёт дело, понимая, что Матвиенко был прав. Тут же, как по команде, со всей комнаты резко убирается свет, оставляя участников в полной темноте. Они, в свою очередь, прижались друг к другу, как малые дети, ожидавшие, что сейчас из-под кровати вылезет монстр, коим так часто пугали в детстве. Но ничего не происходило. Понимая смысл этой комнаты, Арсений наконец подаёт голос: — Всё, что говорят в песне, становится реальностью, — от этих слов он и сам впадает в небольшую панику, ведь спеть можно буквально что угодно, а это приведёт их к очень близкой смерти. — Ты прав, — грустно проговорил Серёжа. Шастун повернулся на его голос, пытаясь понять в какой стороне находится мужчина. Глаза ещё не привыкли к темноте, поэтому ориентироваться было очень сложно, превращая всех в кротов. — Вопрос только, когда нам снова включат свет. Тут же раздаётся звук механизма. Антон, вращая головой, в жалкой попытке понять, откуда может поступить угроза, думает о том, что их ждёт на этот раз. Осознав, что звук раздаётся повсюду, он ещё ближе подходит к ребятам, но уже через пару секунд их всех ослепляет яркий свет. Поморгав, парень снова может видеть, поэтому решил спросить; — Кто-нибудь понял сколько это длилось? — непонимание в голосе выдавало его по горло. Было понятно, что он устал и уже не находит в себе сил пугаться этому. Энергии почти не осталось, а впереди ещё наверняка куча испытаний. — Примерно 3 минуты, — сказал Дима, находя глазами юношу. В глазах застыли капли слёз, не вырываясь наружу, что означает трезвость Позова после небольшого срыва из-за воспоминаний и смерти Ирины. — Тогда у нас, скорее всего, мало времени, — сказала Оксана, уже идя к барной стойке, намереваясь найти подсказку, дабы побыстрее выйти из этой комнаты. Остальные ребята подтянулись к ней, обходя стол со всех сторон, чтобы всем было видно поиски девушки. Покопавшись на полках, она отошла от них, фыркнув. По её лицу было понятно, что ничего она не нашла, но она всё же решила прояснить: — Там ничего нет. Точнее, там есть пустые бокалы, пустая упаковка со льдом и всякие барменские штуки, — помахала руками Оксана, немного дополняя информацию о содержимом на полках. — Ничего такого, что бы выбивалось из всей картины тоже нету? — поинтересовался Попов в надежде пройти комнату с той же идеей, которая была в прошлой. Но, увидев отрицательное помахивание головой девушки, немного опустил плечи, придя в раздумье. — Антон, — позвал он парня, — что думаешь? Есть идеи, как нам отсюда выбраться? «Мог и у всех спросить, я будто знаю», — грустно подумал Шастун, но, неопределенно качнув головой, принялся осматривать комнату ещё немного. «Так Антон, анализируй. Стол, явно ничего пока не дающий, — обойдя предмет мыслей, он продолжил размышление, — без изъян, идеальный. Значит, нужно отпустить ту комнату, — в голове сразу же прозвучал крик Кузнецовой, но парень попытался выбить его из себя. Хотя бы не время. — Что насчёт плит? Все разные, никакой закономерности, — обойдя и плиты тоже, пришёл к умозаключению Шастун. Посмотрев на углы комнаты, он всё же находит одно отличие, — внизу этого угла между плитками есть небольшой горб. — Это же...» — Смотрите! — крикнул тот, обращая на себя всё внимание, указывая на плиту. — На той плите есть небольшая ручка, она сливается с общим цветом пола, — договорил парень, уже хотев подбежать к ней. Но тут снова раздался звук отовсюду: — Отведёт на фильм, разрешит попкорн. Включит на весь мир наш магнитофон... — начал голос, сразу же беря всё внимание на себя. — Я знаю эту песню, — выдохнула Оксана, уже готовясь к следующей строке. — В танце кружится без конца, — после этих слов в комнате на секунду воцарилась тишина. Но уже после этого все плиты резко начали сиять будто лампы, меняя свою расцветку. Дёрнувшись, Антон уже чуть не падал, подбегая к заветной ручке. За них спешили остальные ребята. Все немного задержались из-за ослепительно ярких плит и резко сменяющихся цветов вокруг. В итоге Шастун первым прибегает к ручке, сразу же беря её, готовясь открыть. Но, вспомнив несчастный опыт прошлой комнаты, немного отодвигается в сторону, наконец открыв дверь. — Снова код, — мученически выдохнул Антон, отходя от устройства, дабы другие тоже убедились в этом. Теперь вместо плитки на полу красовалось отверстие с чёрными, как ночь, дверьми, устройством для введения кода и запиской. — У них какой-то фетиш на эти коды? — устало выговорил Попов, садясь на корточки, чтобы взять записку и заодно лучше рассмотреть устройство. Взяв карточку, он немного повертел ту в руках прежде чем прочитать её содержимое. — Только предмет для убийства может спасти умирающего. Точно, как и вещь для спасения может привести к гибели, — закончил чтиво Арсений, поворачивая голову в сторону столпившихся вокруг него ребят, рассматривающих записку. Его голубые глаза пробежались по головам остальным, прежде чем снова обратить своё внимание на слова записки. — Странно это всё, — бубнит Сергей, быстро пройдясь по тексту, проверяя, не пропустил ли чего брюнет. — Какая-то путаница. Как предмет для смерти может кого-то спасти? Или наоборот? — не унимался мужчина, смотря то на Стаса, то на Оксану, Арсения и Антона. — Лезвие ножа, — выдохнула Оксана. Повернувшись в её сторону, Шастун не сдержал вырвавшегося оха. Девушка стояла, смотря в пустоту. Она будто была не с нами, явно пребывая в своём мире, но она всё же слушала речь ребят, и даже дала ответ. В её голосе была нотка отстранённости, но всё же, голос был уверенным. «Она точно знает о чём говорит», — пронеслось в голове юноши, смотря на такую уставшую девушку. — Расскажешь? — предложил Дима, подходя к Фроловой, хватая её за плечо в дружеском жесте. Та немного дёрнулась, возвращаясь к ребятам, смотря в глаза Позова ещё пару секунд. Будто обдумывая дальнейшее развитие событий, она всё же вдохнула, кивнув, набираясь сил для начала истории. — Пару лет назад, когда я ещё не работала, а только закончила университет, — заговорила девушка, немного заикаясь в страхе перед чем-то. Антон прекрасно понимал это чувство, ведь и сам неоднократно терял речь из-за переполняющих его эмоций, вызванных воспоминаниями. — Я любила слушать музыку. Обожала, — дополнила та, кивая, давая понять всю серьёзность и значимость этих слов в дальнейшем рассказе. — Слушала её буквально каждую минуту. Когда ела, отдыхала, шла в туалет. Всегда. У меня не было друзей в то время, — немного поникла девушка, но быстро пришла в себя, — но моему поехавшей крыше это не мешало быть меломанкой. Когда я спала, я не слушала музыку, мои последние нормальные извилины всё же осознавали весь сюр ситуации и пытались отгородить меня от песен хоть во сне, — после этих слов Оксана немного приостановилась, ещё раз обдумывая все действия. — Но однажды, как обычно слушая музыку весь день, я забыла выключить её перед сном. Это была ошибка, — тут же она началась заикаться на каждом слове, поэтому Дима успокаивающие поглаживал её по спине в попытке привести её в чувства. — Спасибо, — обратилась та к мужчине, улыбнувшись из последних сил. — Я слушала одну музыку на повторе. Ужасная мелодия, грустная, жуть просто. И всё же, я её слушала, говорю же, крыша поехала. И вот, засыпая, я, конечно же, не переставила на другую музыку, что и привело к следующему, — собравшись с силами она, наконец, проложила рассказ. — Не знаю как это произошло, врачи говорили, что я лунатила во сне. Видимо, я обезумела окончательно, потеряв контроль над собой. Встав, я во сне прошла на кухню, взяла нож, и... — тут она немного прочистила горло, — и попыталась вскрыть себе вены, — руки затряслись, но она продолжила. — Самое ужасное то, что я это делала как в строках той самой песни, будто она контролировала меня, будто Веном. Очнувшись от боли, я сразу же ужаснулась, да и представьте, что вы проснулись, а вокруг лужа крови, ещё и вашей. Я сразу же перебинтовала руки, вызывала скорую и так далее. Мне сказали, что мне нереально повезло, так как у ножа, которое я взяла, было тупое лезвие, так что я была буквально на волоске от смерти, — последние слова дались ей легче. Видимо, худшее из её воспоминаний осталось позади. — После этого я не слушала музыку, очевидно, но загадка... Тут точно говорится про лезвие ножа, я уверена. Оглянув ребят, которые до этого внимательно слушали Оксану с сочувствующими взглядами, девушка пустила одинокую слезу, но дальше ситуация не зашла. Обдумав сказанное Фроловой, Антон сказал: — Я думаю, ты права. Сочувствую из-за той ситуации, правда. Но сейчас нам нужно как можно быстрее выбираться отсюда, хорошо? — увидев подтверждающий кивок со стороны девушки, он уже обернулся ко всем. — Нож может убить человека, но, как в случае Оксаны, может быть тупым для этого, спасая ей жизнь. И наоборот, нож может быть слишком тупым, когда хочется, не знаю, порвать верёвку, например? — последние он уже спрашивал, ища поддержку в лице других участников комнаты. — Да, я тоже так считаю, — улыбнулся Арсений, подходя к Шастуну, — значит, нужно искать нож? — предположил тот, смотря на Антона. Их личные дискуссии уже пришли в привычку даже для окружающих, поэтому они просто молча наблюдали за этим. — Ага, — кивнул парень, — тогда разделяемся. Наша цель это найти нож или что-то, чем можно порезаться. Давайте, — хлопнул тот в ладоши, наконец, оборачиваясь и замечая то, как уже не светятся плиты. — Давайте быстрее только, мы не знаем, сколько осталось времени до следующей песни. Все в комнате, как и в прошлой, сразу же принялись за поиски лезвий. Все спешили, дабы быстрее выбраться из этого злополучного квеста и хоть пару минут отдышаться от всего произошедшего с ними в этой чёртовой смертельной игре. За столом рылись Оксана с Димой, в надежде, что в каком-то бокале может прятаться что-то, что поможет для выхода из комнаты. Стас с Сергеем искали среди плит, внимательно рассматривая всё промежутки между ними. Они договорились искать здесь, так как, возможно, между плитами завалялся нож или ещё что-нибудь. Они рассматривали всё как модно быстрее и внимательнее, переговариваясь между собой, но о чём именно Антон слушать не мог. Тот с Арсением были заняты поиском лезвия в стенах, возле стола, в самом столе, и так далее, в общем, они искали любую трещину, где мог бы пролезть нож. Уже спустя пару минут в комнате снова заиграла мелодия, заставляя всех по рефлексу обернуться, хотя они и знали, что это бесполезно, ведь ни камер, ни ещё чего-то, что может говорить о присутствии организаторов, в этой комнате не было. Переглянувшись с Поповым, Шастун принялся слушать голос: — Да, я знаю, мне нельзя тебя любить. Понимаю, но я не могу забыть твои руки... — начал голос, чем заставил всех ещё быстрее приняться за работу. Никто не знает, где остановиться желание организатора квеста и что будет с ними после этих слов. Спеша, Антон пытался найти ещё трещины, лишь бы выбраться отсюда, помочь себе, другим участникам, Арсению. Мысль о спасении придавала ему сил, и он надеялся, что все их старания пройдут не зря. Голос же продолжил: — Под одеждой горячо, не увидимся ещё... — пелось в песне, пока ребята с каждым новым словом всё сильнее переживали за свои жизни, — две недели, счёт пошёл, — голос остановился. Но началось ещё кое-что. Где-то сработал механизм, вращались петли, бились друг о друга детали прибора и в итоге, все плитки резко загорелись ослепительно белым, как зимним утром, снег. Стас с Серёжей, до этого искавшие в них лезвие, на секунду ослепли. Они закрыли глаза, пытаясь снова приобрести зрение, и уже через пару секунд всё же начали осматривать изменения, как и остальные ребята. — Это таймер, — хрипло крикнул Арсений, вспоминая, что произошло после окончания прошлого, — плитки выключаются поочерёдно через секунду. — Ты прав, тогда нужно быстрее искать выход, — крикнул Шастун, снова обернувшись к стене. — У нас есть минута, — крикнула с другой стороны комнаты Оксана, успевшая посчитать все плиты. Засуетившись, все снова приступили к поискам. «Ну же, пожалуйста», — про себя умолял Антон, ощупывая стены. — Арсений? — прошептал Шастун, остановившись у стены. Дождавшись, пока тот подбежит к парню, он продолжил. — Здесь трещина, в ней что-то есть! — вымученно улыбнулся Антон, чем заставил Попова тоже искренне улыбнуться. Позвав ребят, они вытащили предмет, который так долго искали. Это было лезвие канцелярского ножа. — Антон, ты нашёл, — кричала Оксана, уже подбежав к парням, осматривая их предмет спасения, — тут что-то написано? — повертев в руках лезвие, Шастун нашёл на обратной стороне небольшие вмятины, что превращались в цифры. — Да! Тут написаны цифры пять, два и один. Пять, два и один! — повторил тот, уже подбегая к двери. Краем глаза тот отметил про себя, что им осталось примерно 20 секунд. Подбежав, он тут же начал вводить код. Пальцы дрожали, не слушались, но в итоге Антону удалось набрать нужные цифры, чем заставил экран загореться зелёным. Приближаясь, ребятам открылась следующая картина: чёрные двери начали разъезжаться в стороны, давая проход вниз по лестнице. Обернувшись назад, парень понял, что они ничего не потеряли, поэтому сразу же принялся спускаться вниз первым, дабы успеть по окончанию таймера всех вывести из этой комнаты. За ним полез Арсений, бежавший сразу за Шастуном, и оказавшийся ближе к выходу после Антона. Они пытались спешить, так как времени почти не осталось, но все они хотели жить, поэтому парни сразу же спускались вниз, давая проход остальным. За ними полезла Оксана, который уступили Дима, Стас и Серёжа, а та, в свою очередь имея хрупкое телосложение, быстро протиснулась в отверстие, догоняя ребят снизу. Далее пошёл Матвиенко, находясь ближе. Они пытались экономить время как могли, спускались как можно скорее. «Лишь бы они выжили», — про себя проговаривает Антон как мантру, всё глубже опускаясь по туннелю. Сразу же полез и Позов, стараясь поспешить, чтобы быстрее дать путь для Стаса. Он сразу же полез вниз, перебирая руками и ногами. Настала очередь Стаса. Он уже нагнулся, дабы пролезть вниз. Но произошло то, что заставило всех людей в туннеле тут же поднять головы вверх, с полными страха глазами. Наверху раздался писк таймера. Их время истекло. Стас не успел. Он опоздал. За звуком таймера раздался такой же, полный ужаса, как у Иры, крик Шеминова. Он кричал, пытаясь выжить. Он не хотел умирать, он хочет жить. Столько жизненный целей он не исполнил, так много не повидал. Он просто не успел. Его настигла смерть в этой чёртовой игре, в которую он пришёл с мыслью просто забрать деньги, он не знал, что теперь он больше никогда не будет дышать, не будет видеть, не будет жить. Он умер. Через пару секунд этого ужасного крика его мучения прекратились. Стоявшие на лестнице в шоке, ребята ещё не могли не то, что плакать, у них просто все мысли выбились из головы. Будто их души уже покинули тело, но оно продолжало функционировать. Буквально на рефлексах Антон снова смог передвигаться дальше по лестнице, пребывая в апатии. А потом он почувствовал землю. И тут его понесло. Он сразу же упал на колени, пытаясь отдышаться. Знал, что если ему не помочь, то начнётся паника, снова. Он никогда не испытывал столько боли за один день, а ведь это только начало. «Как нам выжить?», — этот вопрос уже давно засел в его голове, но он так и не смог найти ответа. Не признавал, что ответом является слово «никак», не хотел, не верил. Он был уверен, что здесь есть выход, но каждый крик агонии ребят, которые даже не успели толком сплотиться за этот короткий промежуток времени, только выбивали из-под него землю. Сразу за Антоном приземлился и Арсений, так же пребывая в шоке, не понимая, что делать дальше. За ними вышли и остальные ребята, не способные на большее, чем просто присесть на пол. Их больше не волновал квест, желание жить просто покинуло их. Сейчас им нужен перерыв, чтобы снова встать на землю и продолжить этот смертельно-опасный путь к, скорее всего, ещё одной смерти невинного человека. Тем временем Шастуну становилось только хуже. В районе груди заболело сердце, готовое выпрыгнуть из его горла в любую секунду. Голова после музыки раскалывалась, а добивала её эта паническая атака, нарастающая с каждый еле выполненным вдохом парня. Руки дрожат, а Антону становилось только хуже и хуже. Слёзы начали выступать в уголках глаз парня, готовясь вот вот выбраться наружу. Сердце бешено стучит, он чувствует это, даже не проверяя пульс. Он уже думал о том, что сейчас на него просто забьют ребята, пребывавшие в состоянии, при котором они не могут даже позаботиться о себе, что уж там говорить про Антона, борющегося с панической атакой. Готовый прощаться с этой невыносимой жизнью, его вдруг хватают за плечо. Замыленным взглядом Шастун наконец фокусируется на человеке, не забывшим про его проблемы и пытающийся помочь парню. Этим человеком был Арсений. Тот, сразу подумав о припадках Антона, сразу же оглянулся в его сторону, а найдя его в этом плачевном состоянии, сразу же ринулся к нему на помощь, забивая на ту боль, которая пришла из-за крика Стаса. Пытаясь не думать о нём, брюнет сразу же присел возле Антона, хватая того за плечо, а второй рукой обнимая юношу, заставляя шатена обратить на себя внимание, сфокусировать взгляд, всё, что было в его силах, чтобы помочь парню. А тому, от помощи нового знакомого, стало гораздо легче, боль, конечно же, не ушла, а просто на время откатилась назад, но даже это уже дало шанс Антону на его выживание. — Спасибо, — еле прохрипел он, хватая руку Арсения, как бы держась за него, будто тот был спасательным кругом, брошенным для утопающего парня, чтобы спасти. И он спас. Действительно, Шастун сразу почувствовал волну облегчения после помощи товарища. — Посиди, тебе нужно отдохнуть, шепнул Арсений, решивший про себя ещё немного посидеть возле парня, чтобы в случае нового припадка сражу же помочь ему. Он не потеряет его. Слабо кивнув, Антон всё же последовал совету брюнета, присаживаясь на пол, чтобы перевести дух. Вместе с Поповым они смогли остановить магическую атаку, не давая ей пути для захвата парня полностью. Улыбнувшись мыслям о том, что у него появился такой знакомый, как Арсений, готовый прийти на помощь даже в такой ситуации, на измученном за сегодня лице юноши отразилась слабая улыбка. Пролежав так пару минут, пытаясь не думать ни о чём, он наконец поднимается с пола в попытке осмотреться. Другие ребята уже тоже приходили в себя. Оксана потрясла головой, смахивая воспоминания смерти их нового знакомого. Арсений тяжело дышал: на него навалились сразу несколько проблем, но он помог человеку, что дало ему толчок для жизни. Он решил, что постарается жить как можно дольше, хотя бы ради Антона. Дима, как и Оксана, наконец отпустили ситуацию хотя бы для того, чтобы он смог снова мыслить трезво и оценивать ситуацию такой, какая она есть. Оплакать товарища он сможет чуть позже. Один только Серёжа всё ещё лежал на земле, оплакивая товарища. Они только подружились, поэтому неудивительно, что он будет скучать по нему. Матвиенко осознавал, что нужно отпустить на время эту ситуацию из-за новой смертельной опасности, но его тело не слушалось, а руки били по стене. Кожа на костяшках пальцев уже поранилась, из-за чего на их месте выступала кровь, а слёзы предательски катились по щекам, падая на пол, создавая лужу. Наконец, когда слёзы закончились, а руки устали, он смог поднять голову, закрыв глаза на несколько мгновений. А после, обдумав что-то своё, встаёт с места, отряхиваясь от душераздирающих мыслей. Его глаза были красными, но это была меньшая из проблем. Сейчас им предстояло пройти очередную смертельную комнату, наверняка сложнее прошлой, будто издеваясь над ребятами, с самого начала давая понять, насколько этот квест будет сложно, возможно, даже невозможно пройти. Оглянувшись, Антон решил проанализировать комнату, дабы потом легче в ней ориентироваться. Немного удивившись, он понял, что они в поезде. И правда, парень был в вагоне пустого поезда. Единственное, что не был похоже на обычный вагон для перевозки вещей, было отсутствие самих вещей. Было всего пара чемоданов, коробок, несколько сумок, мешков и так далее. В общем, здесь находились любые предметы для хранения вещей. В углу был даже сейф, что больше всего обращало на себя внимание Антона: он был явно новым, металлическим, но, как в других квест-комнатах, для его открытия нужно было не вводить код, а прокручивать ручку до тех пор, пока нужна комбинация вращений не будет достигнута. По мнению парня, такие квесты было открыть сложнее всего, ведь для обычного кода нужны только цифры, а здесь есть куча способов открытия заветного сейфа. Немного преуныв из-за сложившейся ситуации, он решил ещё раз пробежаться глазами по вагону, но, не найдя ничего интересно, в итоге вернулся к ребятам, стоявшим возле него, тоже с интересом рассматривающим новую комнату. — Скорее всего, выход в сейфе, как вы считаете? — поинтересовался Шастун, ближе подойдя к остальным. — Да, наверное, так и есть, — согласилась Оксана, переводя взгляд на шатена. Осмотрев участников, та выдохнула, наверное, вспомнив Ирину и Стаса, но далее продолжила размышления по поводу возможного выхода. — Дорогие игроки нашего квеста, — как всегда из ниоткуда раздался голос организатора, — поздравляем вас с успешным прохождением музыкальной комнаты, — после этих слов возникла пауза, будто ребята сейчас должны прыгать от радости из-за смерти товарища. — Ваша следующая комната — вагон поезда, который движется к тупику. Успейте найти выход за 30 минут. Ваше время начинается сейчас. Удачи, — холодно попрощался работник квеста, отключая звук, но тут же раздался новый: это звук ненавистного всеми таймера начал свой отсчёт. — Значит, у нас осталось 30 минут? — спрашивает Позов, скорее у себя, а затем замечает кое-что. — Смотрите! Там выпал бинокль, — указал пальцем в правую сторону тот. Антон, быстро среагировав на это, пошёл по направлению, заданным пальцем Димы. На верёвке в углу вагона из потолка выпал бинокль. Не понимающий его смысла здесь, в вагоне без окон, Антон всё же подносит его к глазам, охнув от открывшейся для него картинки. Сняв его, чтобы перепроверить, не попал ли он в другое помещение, а затем одев, удостоверившись, что находится в том же вагоне, он поворачивается к ребятам, снимая «очки». — В нём видео, будто мы движемся на поезде и я смотрю в окно. Там пустыня, а вдалеке огромная скала, — описал увиденное Антон, делясь этим с оставшимися участниками. — Можно посмотреть? — спрашивает Серёжа, протягивая руку в просьбе. Юноша без сомнений передаёт бинокль Матвиенко, а тот, смотря в него, тоже открывает рот от неожиданности, поворачивая голову к остальным. — Да, всё так, как описывал Антон, — сняв его, он повесил бинокль на верёвку, оставив того висеть в воздухе. — Наверное, он для того, чтобы мы отслеживали сколько времени осталось до аварии, — сказал Арсений, переводя взгляд с Антона на Сергея. — Итак, нам нужно выбраться через сейф, как я понимаю. — Да, — согласился Шастун, — осталось только понять, как. Тут же все сразу срываются с места с целью обыска вагона для дальнейшей подсказки. «Лишь бы успеть», — грустно думает Антон.