Лунный свет

- Дааа, неплохо мы сегодня проучили этих наглецов, – довольно протянул Серизава Камо, снимая голубое хаори и поправляя красные, местами уже поседевшие, волосы. - Верно, господин Серизава, – противно улыбаясь поддакивал ему черноволосый худой самурай по имени Нишики Ниими. Остальные же самураи из отряда Рошигуми не разделяли радости Серизавы и Нишики. Разгром лавки несчастного, ни в чём не повинного продавца – не то, чем стоит гордиться истинному самураю. - После такого насыщенного дня было бы неплохо посетить Шимабару. Давненько мы туда не являлись! – кровожадно улыбнулся Камо, с ухмылкой посмотрев на сидящих рядом с ним Кондо и Хидзикату. - Отличная мысль, Серизава-сан! – подскочил от радости Нишики. – По-моему, сейчас самое время наведаться в «Лунный свет». - Почему именно туда? – предчувствуя нечто нехорошее спросил Исами Кондо. - Я слышал, что недавно там стала работать одна очень необычная гейша. - Но это ведь не значит, что и сегодня она тоже там будет, – задумчиво проговорил Хидзиката. - Будет-будет, – усмехнулся Ниими. – Хозяйка «Лунного света» – Юко Оониси – по совместительству заведует одним из местных окия, так что в чайном доме работают только её девочки. А та необычная гейша живёт как раз в окия, принадлежащем Юко. Какая девушка не мечтала хоть раз побыть на месте гейши? Ну разве что та, которая уже этой гейшей является, и понимает, что такая жизнь – это не только банкеты, приёмы, мужчины, подарки и красивые кимоно, но бесконечный труд, уроки, тренировки и различные испытания. Для кого-то таким испытанием оказывались танцы, для кого-то игра на инструменте, умение составлять икебаны или же вести увлекательную беседу. Для несчастной русской девушки, злою волей судьбы, оказавшейся насильно втянутой во всю эту японскую жизнь, главным испытанием стал обряд мизуажа, а также шибко зазнавшиеся японские мужчины. С самого утра все в окия и чайном доме буквально стояли на ушах. Конечно, такое случалось почти каждое утро, но сегодняшний день был особенным. - Сегодня ты должна особенно хорошо выглядеть! – лепетала японка, помогая девушке уложить светлые волосы в красивую причёску. - Почему именно сегодня? У вас опять какой-то банкет или праздник? - Нет, сегодня ты встретишься с доктором и преподнесёшь ему пирожное-экубо. Это будет означать, что он станет претендентом на твоё мизуаге. - Да чёрта с два я позволю японцу к себе прикасаться! – вскрикнула девушка, чем изрядно напугала свою подругу. - Ну послушай, милая, мы, конечно, назвали тебя гейшей, хоть ты ей и не являешься пока по сути, но больше так продолжаться не может. На твою девственность, разумеется, много других было претендентов, но ты ведь их всех распугала. Скажи ещё спасибо, что хотя бы доктор Такахаси тебя всё ещё… - Да плевать! Я не лягу под японского выродка, ясно?! - В таком случае, – в комнату вошла пожилая дама с трубкой в руках, и строгим голосом заявила. – можешь забыть о жизни гейши. Я тебя не отпущу, а проститутку из тебя могу легко сделать. И тогда ты ляжешь не под одного японца, а под всех и каждого, на кого я укажу. Вечер этого же дня в чайной «Лунный свет» выдался не менее оживлённым, нежели утро. От количества гостей залы просто ломились! Однако самураям всё же удалось уместиться в одной из зал. Милая гейша в розовом кимоно, что совсем недавно освободилась, тут же побежала обслуживать гостей, при этом едва не сбив с ног свою знакомую. - Эй, Йоко, осторожней! – возмутилась иностранка. - Ой, прости, пожалуйста. – виновато улыбнулась Йоко, практически тут же воспрянув духом. – Ой! А пойдём со мной! Поможешь! – японка схватила девушку и потащил за собой. – Там Рошигуми пришли, слава у них не добрая, а ты мне их очаровать поможешь. - А где же эта причудливая гейша? Я хочу её увидеть! – уже весьма весёлым от выпитого саке тоном заявил Серизава. - Скоро будет господин. Они готовятся. – спокойно, покуривая трубку, ответила хозяйка, временно обслуживающая гостей. - К чему? - К этому. В комнате разом потухли фонари и открылись окна, впуская в помещение лунный свет. Зазвучала музыка. На небольшом участке комнаты, выступающем в роли сцены, появилась гейша в красивом чёрном кимоно с золотыми стрекозами и серебряной луной на нём. Лицо закрывали красивые веера с изображением луны, но за ними уже можно было разглядеть пшеничные волосы, аккуратно собранные в высокий пучок. Раздался резкий аккорд, и девушка открыла лицо, захлопнув веера. Бледное аристократическое лицо, алые пышные губы, – по сути мало чем отличающаяся гейша, если не считать волос. Круговые плавные движения девушка мудро чередовала с резким раскрытием, закрытием и подбрасыванием вееров, благодаря чему получался очень необычный контрастный танец. Когда музыка стихла, девушка замерла, прикрыв лицо веером. В комнате вновь зажгли свет, оставив приоткрытыми окна. Необычная гейша осторожно подошла к мужчинам, взяв кувшинчик с саке. - Неплохо, неплохо, – скучающе проговорил Серизава. – А почему у неё глаза вечно закрыты? Она что, слепая? Едва самурай это произнёс, как девушка тут же широко раскрыла глаза, и посмотрела на него своим колким взглядом холодных синих глаз. Красные тени ярко контрастировали с глазами, из-за чего последние становились ещё сочнее, словно цвета индиго. Поначалу всё проходило относительно спокойно: самураи пили, ели и смеялись, ведя непринуждённые беседы с привычной для них японкой. Но Волки Мибу на то и были известны дурными приключениями в Шимабаре… - Хм, а мне вот интер…те…ресно, – заплетающимся языком проговорил Камо, обращаясь к иностранке, что присела рядом с ним с целью подлить саке. Остальные самураи сразу же насторожились. – у тебя действительно такие большие сиськи или тебе просто так пояс завязали? Давай это проверим! Пьяный самурай уже было потянулся к груди девушки, но та резко схватила его руку и на русском языке злобно прошипела. - Не смей, отродье… - Ооо! Так она не немая! – радостно воскликнул мужчина, уже позабыв о груди девушки. Но зато не забыли остальные присутствующие, хоть некоторые из них уже тоже были изрядно пьяны. Во избежание конфликта японская гейша попыталась увести разговор в другое русло, пока её русская коллега направилась наливать саке другому гостю, тем не менее Серизава, быстренько осушив чашку, вновь вернулся к оставленной им теме. Вот только действия его были уже намного жёстче. Схватив свою японскую собеседницу, мужчина начал прилюдно её раздевать. Но всё же далеко зайти Серизаве не дал острый, прекрасно заточенный и начищенный самим Хадзимэ Сайто, клинок катаны возле его горла. - Продолжишь, и я распорю тебе глотку по самое брюхо, – на чистом японском языке сказала гейша с пшеничными волосами. Никто из самураев сразу и не сообразил, что произошло, кроме истинного обладателя меча, но казалось, что даже и тому нет дела до происходящего. На какое-то время Сайто словно выпал из материального мира, засмотревшись на девушку, что так изящно и грациозно сжимала в своих нежных руках его меч. - Хадзимэ, мать твою! Отбери у этой чокнутой меч, или я её прикончу! – раздался крик Окиты. Когда раскрасневшийся самурай вернулся с небес на землю, то перед ним предстала картина: Исами Кондо и Тошизо Хидзиката пытались удержать разъярённого Серизаву Камо, что как бешенная собака на привязи кидался на девушку; Харада Саносуке, Хэйсуке Тодо и Нагакура Шинпачи пытались успокоить напуганных гейшу с хозяйкой; Окита смотрел то на командира, то на девушку и не знал, как лучше поступить; и только иностранная гейша стояла спокойная с гордо поднятой головой, смотря в глаза наглому самураю. Наконец Соджи принял решение ликвидировать угрозу в лице иностранки. Он уже сделал разящий выпад, а гейша приготовилась отражать удар, но тем не менее встретиться мечам в схватке не было суждено. Придя наконец в себя, Хадзимэ подхватил девушку за талию, и развернул, словно кружа в танце, прижав её тем самым к себе и закрыв от всех остальных. Накрыв своей ладонью её руки, самурай прошептал, прижимая иностранку ещё сильнее к себе. - Отдай, пожалуйста, меч. Тебя не тронут. Широкая и сильная ладонь японца была на столько горячей, что казалось могла прожечь ткань кимоно. От этого успокаивающего чувства девушка на мгновение ослабила хватку, позволив самураю забрать у неё меч. Убрав катану в ножны, Сайто взглянул на иностранку: тёмно-синие глаза были спрятаны за пушистыми ресницами, а вот краснота щёк проступала даже через белила. На следующий день, сразу же после патруля, Сайто вновь направился в Шимабару. Первым делом самурай посетил чайную «Лунный свет», в которой рошигуми провели вчерашний вечер. Однако там ему сообщили, что хозяйка в данный момент находится в окия, и объяснили, как до него добраться. Приблизившись к дому гейш, Хадзимэ попросил прислугу передать хозяйке, что он хочет увидеться с ней, и только получив приглашение, переступил порог дома. - Надеюсь, Ваш визит не связан со вчерашним инцидентом? – спросила Юко, наполняя свою трубку табаком. - Никак нет, госпожа Юко. Я пришёл сюда, чтобы просить о встрече с той иностранной гейшей. - Ох, боюсь, что сейчас это невозможно. Она готовится к мизуажу. Брови самурая быстро взметнулись вверх. - Но разве она уже не…? - Не всё так просто, господин Сайто, – перебила мужчину хозяйка. – Эта девушка очень…упёртая и упрямая. Она принципиально не подпускает к себе никого из японцев. Торги за неё идут уже давно, и начиналось всё более, чем хорошо. Однако одному из мужчин эта девчонка сломала руку, когда тот попытался её потрогать, и после этого у нас появилось много проблем с продажей её девственности. Из-за этого нам пришлось временно выдавать её за гейшу. Хорошо ещё, что доктор Такахаси согласился, и даже заплатил за неё сумму весьма неплохую, но…если честно, то едва ли он с ней управится. Я была удивлена, когда вчера она так успокоилась в Ваших руках. Обычно она очень боевая. - Какую сумму заплатил за неё доктор? Женщина взяла небольшой лист бумаги и написала цену девственности девушки. Взглянув на надпись, Сайто поморщился. - Не много. Где я могу найти этого доктора? Пообщавшись ещё какое-то время с хозяйкой, Хадзимэ отправился навестить доктора. Всю дорогу он думал о девушке и её бесстрашии, с которым она бросилась на самого Серизаву, что известен своей жестокостью и беспощадностью. К счастью для Сайто очередь к доктору Такахаси Акихиро была небольшая. Подождав несколько минут, мужчина зашёл в комнату, в которой принимал врач. - Добрый день. На что жалуетесь? – Акихиро уже было протянул руки к самураю, чтобы осмотреть его, но тот отстранился. - Я пришёл к Вам по деловому вопросу, господин Такахаси. - Вот как? И какому же? - Мне известно, что сегодня у Вас назначена, скажем так, встреча с одной очень необычной гейшей. Это так? - Допустим, – насторожился доктор. - Уступите её мне. - Прошу прощения? – опешил японец, не ожидая подобной просьбы. - Уступите мне девушку. - Но…помилуйте, как Вы себе это представляете? - Я заплачу Вам за неё ту сумму, которую Вы заплатили окия, и даже больше. - Хмм…– поняв, что намерения у самурая более, чем серьёзные, доктор захотел согласиться, но что-то его смутило. – позвольте узнать, почему Вы так хотите заполучить её? И почему же не участвовали тогда в торгах? - Я познакомился с этой девушкой совсем недавно. А хочу заполучить…потому что… – вообще-то Сайто и сам не до конца понимал свои намерения. Но доктор уже высказал свою точку зрения. - Понимаю, Вы влюбились в неё. Она действительно очень хороша собой: приятные формы, пышная грудь, какой может похвастаться не каждая японка, такие чувственные пухлые губы…Японский самурай и русская гейша, – рассмеялся Акихиро. – Как в анекдоте! - Вы сказали русская? - Да, люди, которые привезли её, сказали, что она русская. Я услышал случайно, когда осматривал её. - Понятно. Ну так что, Вы согласны? - Хм…Что ж, жалко будет, конечно, терять столько необычный нежный бутон, окружённый стальными шипами, из своей коллекции, но…если Вы готовы за неё заплатить ещё больше, чем я, то почему бы и нет. В итоге доктор всё же согласился на предложение самурая и отдал ему своё право на девственность девушки.