В заточении

Поздним вечером Валерий приехал к своему офису. А всё потому, что произошла какая-то ошибка, и потребовалось его личное присутствие. Мужчина был крайне раздражен из-за сложившейся ситуации, ведь у него и так хватало проблем в жизни. И главной проблемой являлся его 24-летний сын, Ваня. В 20 лет он признался отцу в любви, чем крайне его шокировал. Лер сразу ответил ему отказом, пытаясь уложить в голове, что родной сын питает к нему чувства. На тот момент казалось, что парень отнёсся с пониманием и смирением к отказу, но это было совершенно не так. Уже спустя месяц Чёрный стал ухаживать за мужчиной. По мелочам: спрашивал о самочувствии, предлагал подвезти, готовил чай или кофе, открывал перед ним дверь, пропуская вперёд, звал в рестораны или ещё куда-нибудь, дабы провести время вместе, и так далее. Валерий вообще не воспринимал это за ухаживания. Он радовался, что сын вдруг стал таким понимающим и заботливым. Никаких ссор, никаких притензий. Так продлилось целых два года. Пока Ваня не подарил Леру букет цветов. В этот момент мужчина резко вспомнил о признании сына и решил уточнить, нет ли какого-то подтекста у подарка. — Вань, букеты ведь дарят возлюбленным... Чаще всего... И, в основном, девушкам... — сказал Лер, не спеша принять букет. — Чаще всего, но не всегда, — ответил Ваня. — Но, да, я дарю тебе букет как любимому человеку. Именно это и боялся услышать Валерий. — Прости, но я его не приму... Я уже говорил, что твои чувства невзаимны... И вообще, испытывать такое к родному отцу неправильно. Пожалуйста, сходи к психологу. Хочешь, я тебя запишу? Ваня помрачнел. — То есть, ухаживания ты 2 года принимал, а теперь выёбываешься? — Ухаживания?.. Какие... Это были ухаживания?! — Вроде того. Я пытался быть как можно более мягким и ненавязчивым, чтобы не напугать тебя. Но когда-то же надо переходить на новую ступень. Я и так растянул это на два года. Валерий был крайне растерян. И немного зол. Как он мог принимать ухаживания, если даже не знал о них?! — Ваня... Давай проясним... Я не принимал твоих ухаживаний. Я вообще не знал, что это... Они. Я думал, у нас просто наконец наладились отношения. — Ты сейчас это серьёзно? — Да, серьёзно! Если бы ты сказал, что это именно ухаживания, я бы попросил тебя прекратить! Вань, я уже говорил это два года назад, и повторю снова. Я люблю тебя исключительно как своего сына. Это точка. Чёрный немного помолчал, сжимая в руке букет. — ...Пап, ты как хочешь. Но я тебя завоюю. — Пожалуйста, прекрати это... — Ты будешь моим, — парень развернулся и стал уходить. Букет он пихнул в руки проходящей мимо девушки. Что с этим делать, Валерий не знал. Ухаживать Ваня стал ещё активнее, и теперь хотя бы раз в неделю что-нибудь дарил. Наручные часы, галстуки, одеколон, запонки. На худой конец, букеты. Мужчина не хотел принимать подарки, но после того, как Чёрный кинул в мусорку галстук за 15 тысяч, ужаснулся и поменял своё решение. Однако, он сразу предупредил парня, что это ничего не значит, ему просто жалко вещи. Так прошло полтора года. Ваня совсем разошёлся, стал дарить букеты чуть ли не каждый день. Это очень утомляло Лера. Всё заходило слишком далеко, а на работе он ловил на себе косые взгляды, когда в очередной раз курьер вручал ему букет. Валерий пытался и спокойно поговорить, и кричал, и даже выбрасывал букеты на глазах сына (а выкинуть что-то, на что были потрачены деньги для него высшего рода кощунство) – бестолку. И однажды, когда Ваня в очередной раз принёс столь красивые, но столь ненавистные Леру цветы, терпение мужчины лопнуло. — Всё. Хватит, — Валерий схватил цветы и бросил в урну. — Я пытался с тобой говорить! Я искал другие решения! Видит Бог, искал! Но с меня хватит! Ваня... — ему пришлось собраться с силами, чтобы продолжить говорить. — Исчезни из моей жизни. Не пиши, не звони, не приходи, ничего не дари. Просто оставь меня в покое! Я тебя вырастил, я дал тебе всё, что мог дать! А теперь пришло время нашим путям разойтись. Я устал, Ванечка... — Ни за что на свете я не исчезну из твоей жизни... — тихо ответил Чёрный. — Тогда исчезну я. Как только появится возможность, исчезну. — Я не позволю... Лер видел, как больно Ване, и от этого было больно ему. Но терпеть он больше не мог. — Ничего ты не сможешь сделать. Ванечка... Есть и третий вариант... Просто прекрати всё это, забудь о чувствах, посети психолога... Давай снова будем общаться, как отец и сын... — Ты не понимаешь, о чем говоришь... Я люблю тебя! Я не могу игнорировать это! Каждый раз, когда я вижу тебя, у меня сердце разрывается от чувств! — Тогда... — Лер сглотнул комок в горле. — Тогда варианта всего два... Если тебе так сложно меня видеть, когда чувства невзаимны... Кто-то из нас должен исчезнуть... — Ни за что! — Я всё сказал, — мужчина с болью отвернулся и направился к своей машине. Чёрный запоздало кинулся за ним. — Стой! Не делай это! Ты будешь жалеть! — его голос был пронизан отчаянием. — Не пиши мне, не звони, не ищи встреч. Я все равно не отвечу или пройду мимо. Будешь настаивать на общении – исчезну, — Валерий сел в машину и сразу завёл её. Ваня беспомощно ударил кулаком по двери автомобиля и отошёл. Лер уехал. Конечно, парень не послушал отца. Он оставлял десятки сообщений, звонил, поджидал возле офиса. Валерий как мог игнорировал его, подготавливая всё для своего "исчезновения". Однажды Ваня подкараулил мужчину пьяный, схватил и стал пытаться поцеловать. Хорошо, что он был настолько пьян, что оттолкнуть его не составило труда. С грузом на сердце Лер тут же ушёл. Но месяц назад Чёрный вдруг пропал. Ему как раз исполнилось 24, и это был первый день рождения, когда отец его не поздравил. После этого он резко перестал преследовать Валерия. Это одновременно и радовало, и тревожило. Радовали тишина и покой, а также то, что с Ваней всё было в порядке. Он поддерживал общение с младшим братом, а тот рассказывал обо всём отцу. А тревожила, естественно, такая резкая перемена. Что-то было не так, был какой-то подвох. А может, и не был. Может, Чёрный наконец смирился и сдался? Как бы то ни было, мужчина даже без присутствия Вани в своей жизни продолжал думать о нём и беспокоиться. Хотелось, очень хотелось, конечно, помириться и забыть всё как страшный сон. Выйдя из машины и направившись к офису, Валерий сразу замедлился и остановился, заметив, что внутри здания темно. Во-первых, у поста охраны всегда должен гореть свет, а во-вторых, если его вызвали, весь офис должен был на ушах стоять. Неужто кто-то подшутить решил?! Лер раздраженно нахмурился и достал телефон, дабы позвонить кому-нибудь и узнать, в чём дело. В этот момент боковым зрением он заметил движение справа и посмотрел туда. В свете фонарей к нему шёл Ваня. Стоп. Это что, он это устроил? — Ваня? Это всё твои проделки? Чёрный не ответил. С холодным спокойствием он достал пистолет и выстрелил отцу в плечо. Валерий даже не сразу осознал, что произошло. Острая боль появилась, только когда он посмотрел на плечо и увидел рваную дырку в одежде и расплывающуюся кровь. Когда Лер снова посмотрел на сына, тот выстрелил ещё два раза – в ноги. Мужчина рухнул на землю и почувствовал, как от него ускользает сознание. Парень неторопливо подошёл к нему, холодно смотря. — Я тебя предупреждал. Я говорил, что ты будешь моим. "Но ведь если я умру, я уже не смогу принадлежать ни тебе, ни кому-либо другому..." – это было последнее, о чем подумал Лер, прежде чем провалился по тьму.