Одним летом

— Дилюк?.. Кэйа узнал в тёмной фигуре пропавшего брата и сразу повеселел. Но на лице Дилюка не дрогнул ни один мускул. Лишь взгляд стал ещё грознее. — Решил бросить меня и остаться невинным, да? Скинуть всю вину на мошенников? — рявкнул магнат. Такой реакции Кэйа никак не ожидал. Светящиеся лицо офицера погасло. — Что ты такое говоришь? На лице Дилюка выступили слезы. Он знал, что это показывает его слабость, беспомощность, но он не смог ничего поделать. Слез было не видно под толщей дождевой воды на лице. Он всхлипнул. — Я верил тебе, любил, считал самым близким человеком, — он вытер слезы, — а ты решил кинуть меня в незнакомом городе, в грозу, чтобы я промок до костей и сдох? Раздался грохот, Дилюк вздрогнул и напуганными глазами посмотрел в сторону откуда доносился звук. Перед этой бушующей грозой он выглядел совсем крохотным. Он стал ещё крохотнее, когда к телу прилипла одежда, а ко лбу мокрая чёлка. Он шмыгнул носом и снова не смог сдержать слез. — Я… — Кэйа не знал, что говорить, — Дилюк, я поступил ужасно, поверил им, оставил тебя с незнакомым человеком, — он посмотрел в сторону, —меня нельзя оправдать. — Да ладно? Раз нельзя оправдать, попробуй хотя бы объяснить! — прошипел Дилюк. Кэйа вздохнул от нарастающего чувства вины. Он старался лучше подбирать слова, чтобы совсем не довести Дилюка до истерики. Хотя… Наверное, это и была истерика. Кэйа посмотрел в землю. С его волос тут же начала капать вода. Он заговорил дрожащим голосом. — Я не знаю, почему я доверился этому уроду, но он хотел мне показать лучшие рестораны в городе, а я., — он сделал паузу, — я хотел посидеть в этих ресторанах с тобой. А этот накаченный придурок оставил тебя одного в парке. Дилюка не особо тронули слова брата и он загорелся злостью. — Это тебя не оправдывает! Завтра же я уезжаю в Мондштадт, а ты отдыхай, наслаждайся жизнью, — он глубоко вдохнул и проговорил на одном дыхании, чуть слышно и закрыв глаза, чтобы опять не расплакаться, — как ты и хотел, без меня. Ведь ты этого добивался, когда бросил меня одного. Дилюк вытер слезы рукавом и зашагал в ту сторону, откуда пришёл Кэйа. Альберих смотрел ему грустными глазами вслед. Фигура уже начала пропадать из поля зрения. Только сейчас Кэйа осознал, что хочет сделать его брат. Он хочет уехать от него, в Мондштадт. Офицер меньше всего на свете желал снова поссориться с младшим братом, поэтому побежал за Дилюком, что есть силы. Его ноги шлепали с силой по лужам, но ему было на них все равно. Нужно остановить Дилюка. На эмоциях он и с собой покончить может… Добежав, Кэйа притянул брата за плечо и заключил в объятия. — Прости меня. Я знаю, что очень виноват перед тобой… И тогда, когда я рассказал тебе свой секрет, я тоже был очень виноват, — Кэйа заплакал, — я ходячая проблема, знаю. Когда я тебя искал, я все думал как ты, не ударила ли в тебя молния, не замёрз ли ты, не испугался чего… Можешь называть меня как хочешь: предателем, неженкой, идиотом. Я все равно тебя очень люблю. Дилюк впал в оцепенение. Ему не хватило сил обнять Кэйю в ответ, он лишь удивлённо хлопал глазами. Стоял он так недолго. Перевариварив, все то, что сказал Кэйа, Дилюк обнял его в ответ и закрыл глаза. — Дурак ты, — он засмеялся. Кэйа ещё сильнее притянул брата. — Я не хочу потерять тебя, как Крепуса. Дилюк уткнулся носом в плечо Кэйи. Обнимались они долго. Вдруг, Кэйа почувствовал, что Дилюк опустил руки и навалился всем весом на его тело. Уснул. Стоя. Как такое может быть? Намучался, бедный. Альберих взял брата на руки и медленным шагом поплелся к отелю.