Как же это все-таки смешно, скажи?

Теплый летний вечер. Еле видимые звездочки мерцают на небе, то и дело закрываемые пролетающими мимо облаками, которые в блуждающих лучах давно зашедшего солнца кажется чуть более светлыми, чем темно-темно-бордово-пепельное небо, окрашенное так из-за обилия еще не погаснувших оранжевых фонарей города. Прохладный свежий ветерок, несущий аромат, будто где-то только-только прошел дождь, хотя, вполне возможно, что и прошел, но где-то вдалеке, а небесный странник бережно принес его свежие отголоски. Озеро, словно черная пелена, на которую по своей неосторожности художник в порыве страсти взмахом кисточки брызгами оставил поблескивающие точки, иногда танцующие от медленного падения лепестка отцветшего дерева, словно сгорбившись наклонившегося над гладью. Много таких было деревьев. Карл и Леон задумчиво сидели на высоком, по пояс, каменном заборе, ограждавшем территорию парка-рощи от раскинувшегося озера. Ветер то гулко пролетал меж резных деревянных стен беседок, расположенных поодаль, то баловался локонами хамелеона, заодно задувая под капюшон его любимой толстовки. Парню немного хотелось спать. Он, в попытке отбросить накатывавшуюся из ниоткуда тяжесть век, перевел взгляд на Карла, сидевшего рядом. Глаза того непривычно слабо светили, взгляд его был направлен куда-то в сторону стока чернильно-черного озерца. - О чем задумался? - задумчиво протянул Леон, сразу зевнув после своего вопроса. Собеседник немного помедлил, словно переваривая сказанное, а, может, просто отрываясь от старых мыслей, а затем, так же не уводя взгляд из все той же точки, лаконично ответил: 
- Глупости… Вздор. - Затем как-то слабо улыбнулся и продолжил: - Тебе не будет интересно. - Ты как будто специально так сказал! - сказал парень, наверняка улыбнувшийся бы при этих словах, будь время чуть более раннее. - Рассказывай, а то я сейчас засну тут… - Может лучше домой тогда? - Рассказывай! - сказал хамелеон, немного перенеся вес с точки сидения на руки, поставленные сзади. - Ну, ничего интересного. Меня просто вот что огорчает: какая же все-таки несправедливая штука эта жизнь. Вот хочется взять, уйти с головой, например, в… программирование, изучить искусственный интеллект, равный человеку, а может и превосходящий его. А представляешь какого это, создавая его, общаться и пытаться понять, в какой момент он будет более человечный, чем человек? А, например, как его заставить осознать свое существование? Разницы же между его строением и головой человека нет! Но нет, он все равно упрямо не осознает своих действий, думает, отвечает, но не рассуждает, не понимает! Это словно игра в бога, создать что-то живое, сделать живым неживое… Карл перевел глаза вверх на белые огоньки. - Или вот, например, только не смейся! - он расплылся в слабой улыбке, - магия. Что есть магия? Переписывание пространства, времени, изменение элементарных параметров мироздания… Люди ж давно хотели научиться влиять на мир, и до сих пор идут в этом направлении… Наука уже столького достигла, уже, вроде как, известно чуть ли не вплоть до планковской величины из чего состоит мир… Хотя наверняка они еще будут десяток, нет, сотню раз перекраивать то, что сейчас известно, как прошлые десятилетия, столетия… Ой, я отвлекся, - усмехнулся он и продолжил излагать мысли вслух даже не глядя на своего слушателя. - Так вот, что если взять, бросить все и пойти, например, изучить квантовую физику, базон хиггса - флуктуацию в поле хиггса… Он ведь отвечает за массу. Что, если мы откроем способ влиять на это поле, изменять массу частиц? Это же будет даже что-то более мощное, чем магия, с ней можно будет напридумывать столько «магий», сколько людям и не снилось… - Карл опустил глаза на берег озера. - Бред, скажи? А порой просто хочется резко взять и изучить все, вступить в авангард ученого мира и заняться этой невероятной темой… Представляешь, одним щелчком перекраивать саму материю, изменяя массу частиц, можно было бы переделывать одни частицы в другие, а это же буквально алхимия! Нигредо, альбедо, цитринитес, рубедо… Изменять заряд, силу взаимодействия… Буквально можно будет заставить вспыхнуть воздух, материализовать искры, собрать капли воды в нем и управлять голубым потоком… Черпать силу из других измерений… Та же теория струн предполагает существование 10-11 измерений… Интересно, а можно ли так и гравитацией управлять? Геолог ненадолго замолчал, а затем, подумав, продолжил: - А порой накатывает желание создать какой-то шедевр, воплотить образ, возникший в твоем сознании. Первое, что приходит на ум - написать, описать словами… Написать роман, описать в нем человечество в какой-нибудь фантастический перелом истории. Или наоборот написать миниатюру, которая буквально должна будет с лету врезаться в память, в душу… И каждый раз, когда придумываешь что-то казалось бы невероятно заманчивое, продумываешь в деталях и хочешь написать, то осознаешь, что некоторое банально не передать словами в таком объеме, в котором хотелось бы, так же ярко и динамично. Баталии, переживания, ярчайшие образы… Хочется нарисовать… Однако, рисуя ты уже не можешь вложить столь же много смысла, определенного смысла, как мог бы вложить а текст… Наверное, анимация, графика являются все-таки наиболее практичным инструментом, хотя и там есть свои загвоздки, например там не получится так же элегантно передать мысли героя, как это можно в книге. А потом задумываешься, «я ведь просто представил небольшую идею, зарисовку, ну или в крайнем случае сюжетец, так сколько ж мне придется потратить на это времени и сил, для того, чтобы его воплотить в жизнь…», а если и получается, то смотришь, и кажется: чего-то не хватает, то-то не так… И, порой, просто бросаешь задумку, радуясь хотя бы тому, что она тебя позабавила. Или та же медицина, одна из древнейших наук… А уже сейчас она позволяет из куска плоти вырастить живое существо, играться с геномом как вздумается… Да, хочется научиться сразу всему, ведь все это так интересно, все хочется попробовать… Но самое ироничное то, что при всех своих достижениях в той же, например, медицине люди не способны хоть сколько-то значительно продлить собственную жизнь. Обучиться в университете, чтобы получить хоть какие-то знания в нужном направлении, я уже молчу о научном авангарде, - четыре года, а то и шесть лет. Хотя все куда интереснее… Двадцать пять - двадцать семь лет человек проводит во сне, шесть лет уходит на прием пищи, два с половиной года на уход за собой четырнадцать чистых лет на работу и учебу… И то, из расчета восемь часов работы или учебы в день на сорок лет… девять лет на общение и досуг… А в среднем живут по семьдесят два-74 года… Остается около пятнадцать лет, причем это будет либо раннее-ранее детство, либо уже старость… Грустненько как-то, особо ничем и не позанимаешься, хотя так хочется всего невероятного мира сего и сразу… - рассказчик хихикнул. - Ох, ужас!!! Вот это я заговорился… Карл быстро перевел свои огоньки, горевшие теплым желтым светом, на своего возлюбленного и тут же приглушил свет, ведь заметил, что тот, упершись в дерево спиной, заснул под тираду компаньона. Геолог тихо разразился смехом. а затем, все так же глядя на хамелеона прибавил: - И как же все-таки все это нелепо… Все эти грандиозные желания, которые очевидно почти неосуществимы, столь гнетущие диссонансы жизни кажутся такой глупостью, обида оттого, что нельзя просто участвовать в этом всем сразу пропадает, и становится так спокойно и счастливо просто оттого, что мы с тобой так сидим, что ты рядом… Карл тоже откинулся назад, как сидел Леон до того, как уснул, вглядываясь в мерцающие звезды, а в голове у него всплыла еще одна грандиозная неосуществимая мечта, однако мысли о ней были резко прерваны из-за нескольких упавших с неба капель. Тихий мелкий летний дождь дошел и до этих двух. Геолог вновь усмехнулся: - Как же это все-таки смешно, скажи?