Свет улыбки

– Майки, если мы сейчас будем вместе, то ты можешь не ждать от меня того тепла и внимания, что ты заслуживаешь. Я буду занята ближайший месяц или два. Я предпочитаю больше не допускать поспешных решений. – глаза мои забегали и выглядело всё так, будто я просто ищу отговорку. Но мне правда сейчас будет не до отношений, ведь всё самое страшное только впереди. – Мию, я не требую от тебя того, что ты не можешь или того чего ты не хочешь. Мне просто хватит того что я буду знать что ты моя. От его слов в груди что-то ёкнуло. И вправду.. нам будет так даже возможно легче…? Да и если не станем встречаться сейчас, всё равно этот нахал будет вести себя так, будто мы уже вместе. Так что ситуация безвыходная. – Ладно.. пожалуй ты прав. – юноша стоял передо мной и смотрел на меня глазами, полными любви и баловства, а на лице играла хитрая, словно лисья ухмылка. – Мы вместе? – сказал Манджиро, сократив расстояние между нами, а я в свою очередь положительно кивнула головой. Мне не ловко от его напора, но против я не была. Он подошёл ближе и остановился в пяти сантиметрах от меня. Наклонился ко мне и, высунув одну руку из кармана, показал пальцем на свою щёку с довольным видом. Я цокнула и закатила глаза. Действовать и не собиралась. Слишком жирно для него. Но парень оставался в таком положении и процедил шепотом. – Не отстану.. – Ну Майки! – я прикрикнула на парня за его детское и нахальное поведение. Но, столкнувшись с полным игнором поняла «он не отстанет» Я залилась алой краской и быстро, почти что робко, чмокнула его щёку, а после приняла исходное положение: оперлась спиной к изгороди, которая не даст упасть с высоты более 4 этажей. Манджиро же, с самодовольной мордой, показательно и комично задрал голову, будто бы с гордостью. Майки дурачился. Это и было в его стиле. Но… Я не могу перестать удивляться этому человеку. Он всеми силами пытается отвлечь меня, не показывая то, что самому настолько больно… скоро должны убить Эмму. Я это предотвращу. Обещаю. В груди что-то пугливо сжалось. Я не могу отрицать того, что боюсь. Я взглянула на Манджиро. В полусумраке, луна еле-еле освещала миловидные черты его лица, а ветер растрепал ему все волосы, от чего они легко развивались маленькими прядями, щекоча его лицо. Он смотрел в даль, туда, где в центре Токио кипит жизнь. Фары от машин слепят прохожих, вывески вальяжно сверкают, зазывая посетителей, а до этого места, доносится лишь слабый, еле слышный гул машин. Кроме этого, нас обволакивала густым, обильным слоем тишина. И дураку понятно, что он думал о сестре. А чего скрывать.. я тоже думала о ней. Она как никак моя подруга. И вообще Эмма хороший человек. – Миюки.. – позвал меня парень. От его тона в горле встал ком… он говорил это дрожащим голосом… А трепетно отозвалась. – Да, Манджи..? –посмотрев в его темные как смоль глаза, я отвела взгляд туда, куда смотрел он. – Если нужна будет помощь, в том что ты задумала… я помогу без всяких объяснений. Можешь мне не говорить что это такое и тому подобное. Просто… пожалуйста, спаси Эмму. – в груди закололо… это очень больно слышать. Человек так сильно отчаялся, что готов был на совершенно любые условия. – Конечно. Я всё это понимаю, Манджи. Ты только не переживай, мне так будет спокойнее, а тебе лучше. Всё по красоте сделаем! – Я подошла ближе к парню с боку и положила ладонь ему на плечо, подбадривая. Он улыбнулся одним уголком губ. Что ж. Надо идти домой. Хочу ещё поговорить с братом на счёт всей этой ситуации с Эммой и просто сказать что я его люблю. Ведь я очень редко так говорю и не хочу это осознавать, но жопой я чую… есть такая доля вероятности, что придётся пожертвовать собой ради жизни Эммы. Но это не точно. Я постараюсь всё сделать красиво. – Майки. Пора бы идти, как думаешь? – он молча кивнул головой, и взяв меня за руку направился к выходу с крыши. Сано взял меня за руку так, будто бы искал поддержки или сильную сторону в моём лице. Оно и понятно, у него не было мамы. Лишь Шиничиро и дедушка. Шиничиро погиб, а дедушка не даст той ласки и заботы. Майки хочет быть сильным, но ему тоже нужна какая-никакая разгрузка. А так как мы долго не общались, у него видимо много каких эмоций накопилось за всё это время. Ему просто хотелось хоть с кем-то побыть маленьким ребенком, которого защищают. Он ведь сам ещё ребенок. Но Майки некогда быть ребенком: он лидер опасной группировки. Самый сильный в Токио. Он должен соответствовать статусу. Это конечно же всё бредни, которые навязало общество. Надо будет как-нибудь провести с ним время. Пожалеть его. Ему это надо. Он напряжён и очень апатичен в данное время. Мы дошли молча, изредка перекидываясь парочкой слов. Стоя спиной к собственному дому, я смотрела прямо в глаза Майки, которые также смотрели в мои. Я встала на цыпочки, дабы приблизиться к уху парня и прошептала ему. – Как всё закончиться, как только все будут спасены, я стану твоей. – и обняла его, почувствовав как меня обнимают с ещё большей силой. Глаза Майки расширились. Я почувствовала как он затаил дыхание и как у него стало чаще биться сердце. Мы отстранились друг от друга. Я смотрела на человека, глаза которого были наполнены тревогой и надеждой. А ещё глаза, полные любви. Не став дожидаться его слов, я просто развернулась и торопливо побежала домой. Парень ещё какое-то время смотрел мне в след, а как только я открыла входную дверь, то услышала рёв мотора байка. На кухне горел свет. Время было десять часов тридцать пять минут, так что навряд-ли брат сейчас спал. Сняв обувь я прошла на кухню, где сидел такемичи. – Чего делаешь? – спросила я, проходя дальше. – Бегаю. – шутливо сказал тот, поднимая кружку чая. Я тихо фыркнув села к нему. Я собиралась с мыслями, чтобы рассказать Такемичи об Эмме. – Слушай… – я глубоко вздохнула, сложив руки на столе в замочек. – Мию, не пугай. – парень посмотрел на меня, с плохим предчувствием в груди. – Хитоши помнишь? – Тот неизвестный который помогает тебе? – Да. Я встретила его сегодня. Он сказал.. – сглотнув ком в горле, я продолжила дрожащим голосом. – Кисаки продумал план, где они с Ханмой убивают Эмму. Э-это случиться совсем скоро… – с глаз полились горячие слезы, что обжигали щёку. – ЧТО?! Но.. – мой дорогой брат замер. Глаза его не сдвигались с места. Он будто бы смотрел в пустоту. Но я знала, что он просто думает. – Такемичи, – сказала я, вытерев слёзы с лица. – мы не дадим ей умереть. Всё будет хорошо. – и улыбнулась через силу. – Мию, мы справимся.. – Мичи положил свою ладонь мне на голову. Пока что в комнате царила мёртвая тишина. Чай, заваренный братом, уже остыл, а мои щёки, по которым некогда текли слезы, стянуло неприятной пленкой. Мне хотелось выговориться брату. Но я понимала, что надо выдержать паузу, так как ему надо привыкнуть к мысли о том что и Эммы тоже не станет. И вот я заговорила. – Такемичи… – он «мыкнул», глянув на меня вопросительно… Да уж.. Глаза у него на мокром месте, но он так пытается это не показать.. – Я хотела сказать прости. Понимаю сейчас звучит глупо, но… весь этот путь как я узнала о будущем, я пыталась всё нести на себе, позабыв что у меня есть ты. Почти никак не контактировала с тобой.. мне стыдно. Можно сказать я не доверяла. Думала «справлюсь только я», извини меня, брат… – говорила это прерывисто, делала паузы на глубокие вдохи, дабы не дать волю слезам. Развела руки для объятий. Мичи принял приглашение и обнял меня. Это будет последний раз за долгое, предстоящее время, когда я смогу выплакаться кому-то в плечо. Такемичи похлопывал рукой по спине, пока я тихо хныкала ему в плечо. Я ощущаю всё сразу: облегчение, печаль и надежду. Через какое-то время мы отстранились друг от друга. Я так хотела спать, что уже сваливалась с ног. – Спокойной ночи, Такемичи. Даа… давненько я не была так близка с братом. Не была так честна. Я рада, что всё так получилось. Он выслушал меня и.. и ничего не говорил в ответ, а лишь смотрел понимающими глазами, что было лучше любых слов для меня сейчас. Я ему благодарна.       Встав из-за стола, я направилась в свою комнату. Сил не хватило даже на душ. Не знаю в какой момент меня так резко зарубило спать, но я не против сейчас отключиться на часов так 8-9.

***

Прошло несколько дней. В эти дни я ничего особенного не заметила, ни с кем не встретилась, кроме как с братом в одном то доме. Брат рассказал всё то, что я ему сказала Чифую и Баджи. Я не присутствовала у них в диалоге потому, что была в своей комнате и сладко спала. Они не стали меня будить. Сегодня ничем не примечательный день. На часах около одного часа дня, солнце всё никак не хотело выглядывать из-за своих туч-защитников. Я решила прийти в дом Сано, чтобы спросить об Изане. Наверняка они что-то, да знают. А на счёт реакции Майки я не беспокоюсь больше, ведь он понимает: ему пока нельзя знать о кое-каком плане. – Ало, Эмма? – Приве-е-ет, Мию! – будто острием ножа по сердцу, прозвучал звонкий и жизнерадостный голос Эммы. А ведь малейшая ошибка, и её голос навечно останется холодной тишиной. Встряхнув головой и поняв что долго молчу, я продолжила. – Слушай, дело такое есть. Можно я приду? Посидим, и ты может, если знаешь расскажешь об одном человеке.. – очень не уверенно сказав это всё, я почесала затылок. Я дура. Разговаривать умеешь, Миюки? – А-а-а.. ну хорошо… а что за человек то? – Изана Курокава. – А.. странно. Ну ладненько! Хорошо. – хоть и через телефон, но я чувствовала как она улыбается. Сейчас мне сложно сдержать эмоции, просто поговорив с Эммой по телефону. А как тогда чувствует себя Майки?.. тихо ужаснувшись, я завершила диалог, сказав когда прийду. Быстро собралась. Завела байк. Поехала.