CrazyHouse

17 November 2013 Золотистый свет настольной лампы вырывал из темноты часть обветшалой палаты. Штукатурка лениво сползала с бурых кирпичей, источая мягкий аромат гипса. Запах таблеток витал в застоявшемся и пропитанном пылью воздухе. Окна давно не отворявшие миру здешние покои, сделали воздух непригодным для дыхания, но теперь они были распахнуты настежь и в помещения филигранно влетал членистоногий концерт с раскатистым уханием сов. На самом горизонте, у кресла, где тусклый свет встречался с тьмой, отблёскивали, в лучах лампы, полупрозрачные очки. Они принадлежали женщине, средних лет, чей белоснежный халат ярко вырисовывался из пелены мрака. Под очками, в засасывающей мгле проступали границы округлого лица и тёмного, сливавшего с тьмой, пучка собранных волос. В руке судорожно качался записной блокнот, в котором, водимая смуглыми, коренастыми пальцами, ручка остановилась у выведенном синими чернилами - Дороти Коннел, палата №6. Отложив ручку, открыв дело пациентки, женщина подняла глаза и, поправив очки, осадила взором девушку, словно труп, прикованную к некогда белоснежной, но теперь грязной и вонючей кровати. Её тело было свободно от пут и прочих фиксаторов которых пришлось потратить на одного, самого буйного пациента в больнице. Но врачи доверяли Дороти как безопасной и очень слабой пациентке. Помимо грязи, коричневый цвет в самом деле описывал её наружность: пара кофейных косичек зажатых под спиной, пара шоколадных глаз удручённо прилипших к потолку и целая россыпь веснушек покрывшая розовую, но блестящую от грязи, кожу и её курносый шнобель. Зелёная футболка в сочетании с джинсовым сарафаном и не снятыми кроссовками, венчала образ девушки, чья жизнь скатилась с рельс так рано, всего в пятнадцать лет. Врач первым прервал диалог безмолвия с тьмой и начал свой. — Добрый вечер, мисс Коннел — Её пухлые губы растрясли ночную тишину. Пациентка едва начала издавать голос, хотя ни в мимике ни в измученном взгляде она не изменилась. — И вам добрый, миссис Кормак... — Вялый голос словно вылез из мира мертвецов. Поглядывая на пациентку, она почиркала в блокноте, после чего вернулась к разговору. — Как вы себя чувствуете ? Девушка утомлённо вздохнула. — Устала сильно... Кормак многозначительно хмыкнула. — Вам стало лучше после вчерашнего ? Пациентка издала неразборчивое мычание. — Вы приняли тем вечером лекарства, вам стало лучше после этого ? Дороти вновь вздохнула, но на этот раз с нотками облегчения, что порадовало Кормак. — Они меня покинули, хвала богам — Она схватилась руками за лицо, нарушив позу которую она держала несколько часов — Я даже не помню сколько дней или недель прошло, пока этот кошмар терзал меня. Это в некотором роде порадовало врача и его слова стали теплее. — Рада что вам стало лучше. Когда худенькие руки отстали от лица Дороти, та наконец-то повернула голову, уставившись на Кормак тёплым, как растопленный шоколад, взглядом. Врач не особенно обращал на это внимание, делая лишь пометки в блокноте. Когда женщина отстала от своих записей и вновь установила зрительный контакт с пациенткой, та поняла навязчивость своего взгляда и отвернула своё побагровевшее от смущения лицо, от врача Накрутив себе неловкость ситуации, Дороти опередила предполагаемые неудобные вопросы врача и стала охотнее рассказывать о себе. Хотя сбивчивый тон невольно выдавал её волнение. — Спасибо вам, большое. Они не давали мне никакой спокойной жизни, из-за них мой сон не имел никакого смысла и моё утро всегда было более уставшим чем вечер. Спасибо что избавили меня от них, хотя и я и вы отдаёте отчёт в том что это не навечно, я рада хоть небольшой передышке. Я не знаю как хорошо или плохо буду вести себя, но... Если они вернутся, вы поможете мне ? Врач хладнокровно вскинула головой, блеснув очками в полумраке позднего вечера. — Поможем, если вы будете пить все лекарства которые вам дают. Дороти утвердительно закивала. Кормак задумчиво кивнула, поддержав её разговор. — Вот и прекрасно. Если ты будешь регулярно пить свои лекарства, то сможешь исцелиться, а то будешь как Бриана. Дороти надыбила брови, скрестив руки на груди. Хотя Кормак буквально не говорила ничего оскорбительного, контекст был ей ясен. — Простите если задела, но жизнь будет преподносить ещё много оскорблений — Словно холодным ножом полоснула Кормак. Шатенка замолчала, пристально таращась в отстающую от стены штукатурку. — Вы примете душ ? — Вновь прервал врач неловкую паузу. — С утра, сейчас я не смогу встать — Вяло ответила Дороти. — Хорошо, спокойной ночи мисс Коннел. Когда врач собрал свои вещи и собралась удалиться из комнаты, она услышала вялое и выводимое из последних сил — И вам, Несси... Шагая по мрачным коридорам изрезанным голубыми лучами тусклых люминесцентных ламп, врач прокручивала список пациентов которых ей нужно было обойти за сегодня. Следующим именем, после Дороти, в списке значилось - Уилан Грин, палата №19 С больничного участка раздались шорохи, шаги тут-же остановились, подставив женщину под серебристый свет лившийся с уличного окна. Вместе с этим, врач заметил что шум стал громче, она подступилась к окну, вглядевшись в полутьму простиравшуюся за ним. На участке огороженном решётчатым забором и едва освещаемом единственным прожектором, шатался худенький подросток в бордовом свитере и что-то сжимавший в руке. Кормак вздохнула — Опять... Она распахнула окно и раздался крик, рассёкший воздух до самого парня. — Уилан. Марш в свою палату! Парень опешил и зашевелив обросшей головой, взглянул на окно из которого его позвали. Кормак повторила свои слова, наконец-то возымевшие влияние на пациента и тот, засунув руку в карман джинсов, поплёлся к дверям. Врач закрыла окно и с довольным лицом пошла к палате пациента, цокающими шагами отчеканивая плитку. Где-то раздался скрип дверных петель и заиграл стук громоздких ботинок, нашедший свой конец в палате Уилана. Этот парень несмотря на свою глупость, был на удивление безопасным, для других, и послушным парнем. Спустя минуту целенаправленной ходьбы, врач дошёл до распахнутой двери от которой высовывалось в коридор, яркое и режущее глаз полотно света. — Блять, он сам как не ослепнет — Раздражённо процедила Кормак, прежде чем, прикрывая глаза ладонью, она вошла в кабинет. — Добрый вечер, миссис Кормак — Раздался юношеский голос принадлежавший лицу которое врач не мог разглядеть. — Добрый-добрый, убавь свет — Приказала врач, выискивая на ощупь кресло. В ответ раздались виноватые заискивания Уилана. — Ох, извините, постоянно забываюсь и теряю связь с реальностью, хе-хе... Когда свет перестал быть болезненным, рука брюнетки отстала от глаз и сквозь размытую пелену, врач заметил нечто сидевшее на кровати. Когда рука наконец нащупала кресло, врач присел на него и сняв очки, стал протирать глаза. Когда окуляры вновь оказались на месте, размытое пятно на диване превратилось в юношу лет шестнадцати-семнадцати. Под каштановой гривой, отдающей лёгкой рыжиной, уместилось бледное лицо усыпанное веснушками и две болотные трясины, бесцеремонно уставившиеся на врача. — Вам разве не известно о комендантском часе ? Столь длинное и сложное слово озадачило парня, его брови вопросительно вздыбились. — Комада... Кормак вздохнула. — После десяти не выходить из палаты ? — Ну хотел лечь, но мой телефон засёк ещё один осколок Счастья... — Правила едины для всех... — Ну извини-ите — Взгрустнув, ответил рыжик, виновато поникший головой. Кормак сделала пару записей в блокноте, после чего вернулась к разговору. — Ну и как вы себя чувствуете ? — Сухо поинтересовалась Кормак. — Зашибись... — Спасибо за развёрнутый ответ... — Женщина задумалась и вспомнила что этот пациент появился здесь относительно недавно . — Кхм... Вас здесь что нибудь устраивает ? Рыжика озарило солнце искренней улыбки. — Абсолютно всё, хотя я здесь всего три месяца. Но мне здесь понравилось всё и я сумел найти общий язык со всеми. Мне уже кажется что я не хочу возвращаться к своему отчиму. — Ну не стоит делать столь поспешных выводов, в любых родственниках надо искать плюсы. Уилан обиженно фыркнул. — Бросьте. Даже в Рубиновом Храме легче осколки душ найти легче, чем плюсы в отчиме. Очевидно не понявшая аналогии из игр захвативших его рассудок, Кормак напряжно помассировала себе переносицу, думая о чём-то. — Он может быть с тобой строг, ибо плохо знает о твоей болезни и боится за остальную семью. Парень надул губы, задумчиво глядя в окно. — Простите что начал эту тему, давай переведём на что нибудь другое... Кормак которой, ради приличия, стоило отсидеть с каждым пациентом хотя бы пять минут, согласилась. — И что вы предлагаете ? — Сегодня мы нашли новый осколок для эманации Счастья, это было трудно, но мы справились на ура, рассказать ? Кормак, поняв что он опять взялся за своё, вздохнула и взглянув на наручные часы притворно ужаснулась. — Ой-ёй-ёй, мне ещё других обойти надо — Выстрелила она, спешно покинув кабинет. Уилан взгрустнул, отчего казалось даже его рыжина потухла. — Ох, окей... Острое нежелание в очередной раз слушать многочасовые россказни Уилана о своей игре и стремление быстрее закончить рабочий день, быстро привели Кормак к двери следующего пациента. Глаза врача бегавшие по списку, вычленили из полумрачной пелены имя - Лилибет Хиггинс, палата №2 Брюнетка аккуратно постучалась, но лишь завывание ветра за окном и скрип балок на крыше ответствовали ей. Женщина прислонилась к занавешенному окошку и услышала мягкое детское сопение. Решив не нарушать детский сон, да и осознавая относительную безопасность этого пациента, по крайней мере пока она спит, она отстала от двери и тихими шагами удалилась. Кормак вздохнула и собрала силы в кулак чтобы отправиться к следующему пациенту. Ведь грядет череда наиболее трудных молодых людей с которыми мало кто мог совладать. Все пациенты так или иначе доставляли ей проблем, в психиатрии без этого не обойтись, но поведение некоторых порой настолько выбешивало врачей что они задумывались о государственной отмене запрета на принудительную эвтаназию. Врач решила начать с малого и отметила в своём блокноте Колина Бойла. Она постучалась в дверь его палаты и вновь нет ответа, кроме неясного шипения телевизора. Ритмичные стуки вновь нарушили покой обитателя и он даже показал свой голос, определённо юношеский, но хриплый и заунывный. — Кто бы там ни был, просто входите, без всякого шума, он меня раздражает... Брюнетка аккуратно отворила дверь и вошла в комнату. По сравнению с предыдущими двумя, здесь царил сущий беспорядок. Одежда разбросана по полу, пыль заволокла собою мебель и сделала неясным их изначальный цвет. Казалось что это обиталище покойников, но никак не живых и здоровых людей. Источник колючего шипения, мерцал в самом углу, скалясь белоснежными зубами телевизионных помех. Напротив него, в кресле, восседал парень, несколько постарше Уилана. Тусклое мерцание отражалось в остекляневшей аспидности зеркал отсутствующей души и неловкой хваткой вытягивало, из объятий морока, копну не то темно-русых, не то тёмных волос. Кормак окинула взором его одежду представлявшую из себя белую футболку, каковой она была изначально, но теперь сделавшуюся грязной и усеянной жёлто-коричневыми пятнами и темно-синие, насквозь пропахшие, шорты. — Добрый день — С явным оттенком пренебрежения, произнесла Кормак. Колин утвердительно промычал. Врач взглянул на трясущийся в помехах экран, затем перевел взор на пациента. — Телевизор смотрите ? Сероглазый повторил свою безмолвную реплику, даже не глядя на собеседницу. — А-агась — Протянула Кормак, записывая что-то в блокнот. — Как себя чувствуете ? — Никак... — Вы ели сегодня ? Вопрос заставил Колина испустить уставший вздох. — Зачем мне еда ? — С раздражением ответил он вопросом на вопрос. — Я не спрашиваю зачем она вам, вопрос был - Ели вы ? В ответ на сделавшийся строгим тон врача, Колин тоже стал грубее. — Ел бы, если бы мне нужна была еда, но я не ем, ибо мёртв уже три матьевых года, сколько раз вам можно повторять! Слушая слова пациента, Кормак ухмыльнулась. — Знаете, если бы вы правда выблевали свои лёгкие, вы бы не смогли так кричать — С издёвкой произнесла она. Парень вздохнул, подперев лицо рукой. — Оставьте меня в покое... — Конечно-конечно — Заискивающе ответил врач. Врач закивал головой и осторожными шагами подступился к парню. Из-за частого голодания, этот парень был рассеян и медлителен, потому не успел заметить и вовремя отреагировать, когда Кормак набросилась на него с пропитанной тряпкой. — Жив ? — Она похлопала по щеке потерявшего сознание Колина и расстегнув свой дипломат, достала инструмент для внутривенного питания. — А говорила им покормить Колина. Думают попрактикуют немного и съебутся, а труп потом как обычно на меня, блять, повесят. Ох и получат же эти студенты... Мысленно отчитав младших коллег за их небрежность и забывчивость, Кормак закончила неприятное дело и закрыв палату, перешла к следующему пункту. Бело-синие коридоры вновь встречали врача обходившего больницу. Устало бредя под сиянием небесно-голубых лучей, Кормак вновь направлялась в сторону женского крыла. Пение ночных насекомых замылило её уши, тем не менее уловившие шум доносившийся из женского крыла, куда она и направлялась. Вместе с шумом, донёсся и вихор голосов, среди которых она узнал своих коллег и пациентку которую ей надо было навестить - Бриану. Врач поторопился, шаги ускорились и стали громче чеканить плитку. После каждого метра пройдённого Кормак, шум становился громче и в это же время крепче впивался в уши врача. — Успокойся! — Раздалось женское восклицание. — Отстаньте! — Ответил второй голос принадлежавший девочке-подростку. За ним последовал хлёсткий удар чем-то тупым, прилетевшим в стену. Кормак даже ясно слышала как штукатурка рассыпалась по полу. Крики и удары становились всё громче, до тех пор пока над головой Кормак не пролетела швабра. Женщина рефлекторно отдёрнулась и опасливо оглянулась. В мрачных закутках коридора, шевелились пять силуэтов, среди них один был высок и мускулист, другой был самым раскованным и агрессивным, остальные три, мелкие и хрупкие, кое как плелись вокруг да около. — Миссис Кормак... — Донёсся спокойный мужской бас. — Вы как раз вовремя — Беспокойно залепетал женский взрослый голос — Помогите нам её задержать! — Ванесса, не слушай их — Громче всех, воскликнула девушка, та кто дёргалась и брыкалась — Они ебанулись на всю голову! — Уж чья бы корова мычала, а твоя молчала — Пробормотал парень. Кормак смерила ситуацию уставшим взглядом и спокойно подойдя к укутанным завесой ночи людям, огрела тяжелым кулаком по голове девушки, моментально отправив её в нокаут. — Аккуратней миссис Кормак! — Испуганно воскликнула одна из работниц персонала. — И хули мистер Гиган сразу не догадался ? — Съязвил голос принадлежавший молодому парню. Здоровяк флегматично вздохнул. — Я боялся за её целость... — Ты думаешь о них больше чем они о нас — Досадливо фыркнул паренёк — Безалаберные люди. Давно пора принудительную эвтаназию в стране ввести. Глав-врач обвёла взглядом ситуацию. — Лафлин, Гиган, несите пациентку в её палату — Раскомандовалась Кормак, после чего она с ухмылкой добавила — Затем самые инициативные останется караулить её всю ночь. Заметив как сквозь сумерки на него ложился взгляд глав-врача, Лафлин буркнул. — Э-э-э. Я прошлой ночью Конора дежурил... — Возмутился он. Кормак ухмыльнулась. — А в этот раз Бриану, возрадуйся разнообразию своей жизни. Парень фыркнул, пока Гиган, закинувший Бриану на плечо, похлопал коллегу по спине и уже тянул за собой. Ванесса обвела взглядом оставшиеся два силуэта принадлежавшие девушкам. — Бреннан и О'Райли — Она передала им бумаги и блокнот — Навестите Конора. Бреннан невнятно промычала, выдавая что-то вроде растерянности, в это же время О'Райли робко закивала. — Конечно миссис Кормак, всё будет сделано — Неуверенно пролепетала Райли. — Спасибо девочки, я рада что на вас можно положиться — Прозевав, устало протянула Ванесса — Декабрьские вечера такие утомительные, быстро в сон клонят. Бреннан положительно промычала грубоватым почти подростковым голосом. В то-же время О'Райли нашла свои пять центов которые и вставила в разговор. — Ох и правда, с четырёх часов чувство как будто ночь на дворе. У меня даже цветы целиком распускаться не успеют. Пора освещение искусственное покупать. — В прошлом году же была фитолампа, куда делась ? — Полюбопытствовала Кормак. О'Райли неловко хихикнула, почёсывая затылок. — Сломалась... в чулане хотела молоток достать и как с лестницы навернулась, так там половина склада в непригодное состояние пришло... хех... — А-а... помню тот случай, ты ещё три недели с затёкшим глазом ходила... — Да неприятное было чувство... — Я типа пойду... — Произнесла Бреннан, чьи шаги стали отдалятся от них. — Хорошего вечера — Помахала ей О'Райли. — Хорошего... — Скупо попрощалась Кормак. Два средневозрастных врача ещё некоторое время провели в беседах на разные темы, после чего устало разошлись. На этом все неприятные инциденты того вечера закончились...