Солнышко со сложной жизнью.

На следующее утро, Антон проснулся от боли по всему телу. Но не узнав где он находиться, сразу же подскочил, от чего потом же пожалел. Шастун сидя на кровати, осмотрелся. Он увидел большую кровать посередине комнаты, с правой стороны от неё было окно с бежевыми занавесками, светло-серый ковёр. Около кровати стояли маленькие тумбочки, на которых стояли светильники. А с левой стороны стоял большой шкаф, а так же, он увидел перед собою дверь, но выйти не решился. Антон чтобы хоть чуть-чуть понять, где он находится, подошёл к окну. Пока он рассматривал вид из окна, не заметил ещё одно присутствие в комнате. — Привет, уже проснулся? — в полне логичный вопрос задал Арсений, спокойным и мягким голосом, чтобы не вспугнуть. — Вы кто? — Антон неосознанно начал двигаться назад, а Арсений же наоборот, подходил всё ближе к мальчику, — Н-не подх-ходите. — Тише, не подхожу, — Арсений и вправду остановился, — Не бойся, я не сделаю больно, просто давай поговорим? — увидев в ответ отрицательное качание головой, — Хорошо, тогда пошли покажу, где ванная, умойся, и приходи на кухню. — Арсений хотел коснуться руки Антона, но тот сразу же отдёрнул её, что для него показалось довольно странным. Попов показал ванную комнату зеленоглазому. Ушёл что-то кашеварить на кухню. Спустя минут пять, Антон заходит на кухню. — Привет, проходи, садись кушать, — Антону ничего не оставалось делать, кроме того как сесть, — Давай для начала познакомимся, Я — Арсений, — он протянул Антону руку для рукопожатия. — Антон Шастун, — ели слышным голосом сказал младший, но так и не решился протянуть руку в ответ. — Хорошо, Антош, ты кушай, — сказал грлубоглазый, когда увидел, что мальчик так и не прикоснулся к еде. Антон посмотрел в эти светло-голубые глаза, и почему-то хотелось ему довериться. Он неуверенно, но всё же взял вилку и начал есть. — Молодец, солнце, сколько тебе лет? — Арсений подсел поближе, чтобы взять эти маленькие ручки, но Антон отдёрнул их. — Мне шесть, — Шастун увидел, что старший снова хочет дотронуться до него, — Не надо меня трогать. — Солнце, почему ты так боишься прикосновений? — но Антон упорно молчал, — Понятно, где ты живёшь? Родители ведь волноваться будут. — Не будут, их нет, они погибли, — у Антона потекли слёзы, он закрыл лицо ручками. — Тише, прелесть моя, не плачь, — Арсений всеми силами успокаивал ребёнка, ведь понимал, что обнять его не получится. Через минут пять Шаст успокоился, — Прости, я не хотел тебя задеть. — Ничего, я уже привык, — Арсений был в шоке. Это до какого состояния нужно довести человека, чтобы он сказал, что уже привык? — Я больше не хочу кушать, — на все уговорки, хотя бы ещё чуть-чуть поесть, Антон отказывался. Они зашли в комнату, и Антон лёг на кровать, потихоньку начал засыпать. Арсений ещё немного посидел с младшим и ушёл к себе в кабинет, надо было всё обдумать. Нечего лучше, чем позвонить своему лучшему другу — Серёже, он не нашёл.