Часть 3
7 июня 2023 г., 15:41
Рей сбежала от размеренного расписания своей жизни. Её растили по графику одни опекуны и передавали следующим. Никаких ужасов, о которых пишут в газетах о приемных семьях, с девушкой не случалось. Она окончила школу, проходных баллов хватило чтобы поступить в ВУЗ, не слишком престижный, но дающий образование позволяющее получить ходовую профессию. Способности Рей позволяли ей продолжить и дальше образование, чтобы заняться преподавательской деятельностью по специализации. Всё словно происходило само собой, не требуя от неё каких-либо особых усилий, просто необходимо было на каждом этапе находится в определенное время в нужном месте.
После получения диплома, где она в общей волне веселья, прятала свое недоумение происходящим, для Рей всё было обыденно, и не вызывало выплеска дополнительных эмоций, прямом и переносном смысле, её выбила из колеи сокурсница, наскочив на неё на электросамокате на парковой дорожке университета. Дело кончилось небольшими ушибами и извинениями, за то что сокурсники, прямо в парадных платьях, после фуршета с шампанским, устроили догоняшки с ветерком, и кого-то слегка занесло.
После этого столкновения Рей словно пробудилась, с удивлением и некоторой завистью разглядывая веселящихся сокурсников, и искренне недоумевая, что мешает ей самой радоваться жизни вместе со всеми. Они были словно картиной солнечного дня, на границе которого она стояла словно пасмурная туча. Но, ей было грех жаловаться, у неё даже появлялись кавалеры, некоторые даже делали предложения, она видите ли серьезная девушка, и годится в жены человеку готовому сделать серьезную карьеру.
Она, не могла себе дать отчёт в том, что её не устраивало, почему ей всё казалось каким-то ненастоящим, Рей даже начала думать, что может быть она какая-то социопатка, и вскоре начнет делать какую-нибудь дичь, чтобы почувствовать остроту ощущений. Она даже набрала вопрос тупой гадалке-боту в соцсетях: "Что нужно делать, чтобы изменить жизнь?" Телефон немного подзависнув выплюнул ответ: "Начните с того, что вернитесь домой другой дорогой, которой обычно не пользуетесь, затем отправьтесь путешествовать, куда не собирались."
Возвращаясь домой объездным путём, она увидела придорожный рекламный баннер, который призывал в ряды волонтёров восстановливать сгоревший от пожара лес. Мысль отправиться туда посетила её уже после того, как она почти доехала до дома, и припарковала машину у крыльца. Она решила, что после ужина пороется в интернете и найдёт контакты, этого движения, но искать не пришлось, среди кипы квитанции на оплату коммунальных услуг, она нашла листовку с контактами волонтёрского движения. Оплатив коммуналку, она снова решила сдать в аренду родительский дом, который слишком дорого стал обходиться, который вернули ей из оперативного управления, вместе с банковскими счетами, после окончания срока опеки над ней.
На следующий день, она, переодетая в спецодежду с нашивками волонтёрского движения, и вооруженная лопатой, сажала деревья. Пока в её мироощущении ничего особенно не изменилось, разве только почва, которую приходилось копать, приобрела реальную тяжесть, впрочем, через несколько дней в их бригаде добавилось больше мужчин, и теперь они копали ямки для посадки, а девушки сажали крошечные сосенки и засыпали корни.
Давало ли удовлетворение такая деятельность, Рей не могла ответить. Однако, вскоре поняла, что эта работа скорее отвлекает от происходящего вокруг, помимо посадок, и всё внимание сосредоточено на лунках, корнях, лопатах. Она начала заставлять себя распрямляться, осматривая окрестности и окружающих людей, которые как оказалось вели себя по-разному. Одни сосредоточенно копали не отвлекаясь и были несколько медлительны, другие искали малейшую причину, оставить лопаты и начать чесать языком, но делали всё молниеносно, но не всегда качественно. Иногда на просеке, которую они засаживали, на этой почве вспыхивали конфронтации. Медленные обвиняли быстрых, что они бездельничают, а быстрые парировали, тем что те, в свою очередь, слишком медлительны. Рей опять смотрела на всё это со стороны, и вскоре эти прения, ничего не меняя в мировоззрении, перестали её занимать.
Чтобы найти причину по которой она здесь находится, Рей посмотрела в другую сторону, её взгляд наткнулся на на рыжеволосого парня, сидящего ко всем спиной, погрузившись в созерцание горы, ярко проступающей сияющей снежной шапкой на фоне ясного неба. Рей припомнила, что он работал обычно на краю лесопосадки, и, потому нечасто попадал в поле зрения. Девушка отметила красоту открывшегося ей пейзажа и подумала, что возможно именно это и является незыблемой реальностью, которую она не ощущает.
Доработав до обеденного перерыва, Рей отправилась в палаточный павильон, где стояли раскладные столики, за которыми они располагались на обед. Взяв свой поднос, она, среди собравшихся, почему то не обнаружила того рыжеволосого парня, хотя все волонтеры собирались к одному и тому же времени, потому что раздача еды происходила примерно в течение получаса, а потом полевая кухня сворачивалась и уезжала.
Отобедав и прогулявшись для удовольствия, Рей вернулась на лесопосадки, и, к удивлению, увидела, что парень, как сидел, так и сидит уставившись на горы. Вечером, после работы, эта ситуация повторилась, его снова не было в столовой. Рей не могла понять, причину, по которой после тяжёлой физической работы на воздухе можно заставлять себя оставаться голодным. Может у него что-то произошло, решила она. Попыталась выяснить у всезнающего Финна возможную причину по которой парень не приходит кушать. Имя она узнала, а насчёт причины Финн высказался, что вероятно рыжий с большим-пребольшим прибабахом.
Рей не слушая дальше, подошла к раздатчикам и попросила, чтобы Армитажу Хаксу завернули ужин с собой, затем, подхватив пакет, с твердым намерением накормить голодающего, заспешила на границу посадок.
Рыжеволосый чудила нашёлся в том же месте, где и в прошлый раз, за тем же занятием. Рей полюбовались видом горы, которая в вечерние часы заиграла сизыми и лиловыми оттенками, даря теперь задумчивое настроение. С того момента они сидели по вечерам вдвоём, глядя на гору, поначалу ей даже приходилось разворачивать пакет, и давать контейнер с едой и столовые инструменты ему в руки, чтобы он начинал есть. Он без особого энтузиазма, съедал не больше половины и откладывал.
Рей не могла объяснить зачем она заботиться о нём, и почему её обрадовал тот факт, что внешне, после того как она стала ему приносить пайки, его состояние улучшилось. Вид парня стал не таким истощенным, исчезли белесые отметины на ногтях.
Стал ли он для неё настоящим, задавалась девушка вопросом, но тут же останавливая себя, напоминая себе, что не перекинулась с ним ни словом, кроме того раза, когда она впервые принесла его паёк, и она решила нарушить вполне комфортное молчание, царящее между ними.
Заданные Армитажу вопросы, породили ещё большие, несущие не вполне приятные открытия. Во-первых парень даже не помнил её имени, воспринимая её заботу как само собой разумеещееся, а во-вторых Рей впервые почувствовала себя уязвленной, тем что сама оказалась статисткой, и главная роль здесь принадлежала не ей. Но с другой стороны, разве он просил у нее чего-то? Просто ей неожиданно понравилось заботиться о ком-то, обрётшим в её глазах реальность. И что теперь с этим делать, оставить его сидеть на краю леса голодать? Или, остаться рядом с ним, и найти способ вывести его из этого необъяснимого состояния.
Армитаж сказал, что на горе живёт колдун, и даже попросил её туда отправиться, получив эту информацию Рей почувствовала проснувшийся азарт, и предвкушение раскрытия тайны. Она посмотрела информацию в интернете на Армитажа Хакса. Сведений о нём было не то чтобы много, но оставляли впечатление благополучия, но, последний талантливо написанный пост был опубликован почти три года назад. Неужели то что с ним случилось произошло так давно?
У всезнающего Финна она получила информацию о расположении горной избушки, он сообщил, что сейчас там действительно кто-то проживает, судя по дымку вьющемуся из трубы. Знакомые парапланеристы предоставили видеосъёмки горы и места где проходит узкая тропа. Надев на ноги горные ботинки, рано утром в один из выходных, Рей отправилась покорять вершины, по пути заглянув в палатку Армитажа, оставила кейс с едой, и, в коем-то веке, застала его спящим. Улыбнувшись умиротворяющей картине, она зашагала к горной тропе.
***
Кайло повесил занавеску, чтобы она не стеснялась переодеваться. Вот новость... Рей вдруг почувствовала, что действительно начала стесняться, причём даже за занавеской, и это она, которая без каких либо эмоций загорала на нудистском пляже. Какого... она подрядилась у него отрабатывать? Почувствовав смятение от того, что осознала, что даже запрос сформулировала не правильно, она металась между противоречивыми сожалениями. Зачем она просила его о привороте? Она хотела... А собственно чего она хотела? Теперь она чувствовала себя деревенской дурочкой, а из-за того что, под тяжестью тёмных насмешливых глаз, городила что попало, ей было ещё и страшно стыдно. Раньше ей не приходилось выпадать из зоны своего комфорта. Чувства обрели реальность, но о них ли она мечтала? Нужно было собраться и указать этому шаману его место, ещё нико не смел так нагло доминировать над ней. Теперь ей приходилось защищать свои чувства. Но, она же сама пришла к нему, оказавшись во власти искусного манипулятора. Рей ещё раз обвела взглядом дом, в котором она согласилась провести месяц. Витражное окошко, отбрасывало цветные блики на плетеные циновки на полу, в углу свешивались вполне опознаваемые травы зверобой, лаванда, мята, и, почему-то палки обыкновенной копчёной магазинной колбасы. Ах да, холодильника же тут нет, а дом шамана был ниже заснеженной области. За стеной заблеяла коза и всполошились куры в сетчатом загончике, за дверью послышались шаги, довольно лёгкие для такого высокого человека, дверь распахнулась и на пороге появился Кайло, ступив на цветную дорожку на полу, отбрасываемую витражным окошком, несущий в руке бидон. – Парного молочка хочешь? И не дожидаясь ответа, налил ей молока из бидона в керамическую кружку. Рей взяла кружку, пряча взгляд в глубине, сдобренной плавающими на поверхности желтоватыми сливками. В другое время, такой напиток в городе она бы сочла слишком жирным, но многочасовой подъём в гору, местами проходящий на узком уступе над пропастью, отнял много силы, и она с блаженством сначала пригубила, потом не отрываясь выпила молоко залпом. Подняв глаза, она заметила смешинки в глазах Сумрачного Шамана, такие же как лучики света раскрашенные витражами оконца. Спохватившись, и вспомнив о том, что Армитаж, оставшийся на просеке может быть голодает, она сообщила шаману: – Прости, но я наверное не смогу у тебя задержаться. – Почему же? – Дело в том, что тот парень, фото которого я показывала, может умереть с голода. – Ты что закрыла его где-то в бункере, чтобы он не сбежал? – насторожился он. – Нет, но он ходит в передвижную столовую только утром, и то не всегда, и если я не приношу ему еду ничего не ест. – Я понял, а когда вы ели в последний раз? – Когда я заглядывала в его палатку он ещё спал, я оставила контейнер с едой рядом с ним. – До, завтра значит не умрет. Завтра спустимся, идти на ночь глядя очень опасно. Рей обратила внимание на это спустимся, он собирается пойти вместе с ней, она снова не знала радоваться ей или начинать волноваться. – А от кого ты обо мне узнала? – услышала она вопрос. – От него. – Что, он сам попросил себя приворожить? – неизвестно чему развеселился Кайло. – Не просил, но он сидит так, а приворожённый он может будет ходить на обед со мной. Рей чувствовала, как Кайло смотрит на неё, как на неведому зверушку, сама понимая, что её слова звучат как бред умалишённой. Но, в ней снова поднялась волна неведомого ей ранее раздражения, ну почему она обязана оправдываться перед ним. – Ладно, не сердись, завтра спустимся и я осмотрю твоего возлюбленного, – в его голосе вновь проскользнула лёгкая ехидца. В душе Рей шевельнулось сомнение насчёт "возлюбленного", но что-то же она для этого парня должна была сделать.
