《Not about... Angels》

Нить надежды на секунду появляется, замирая на какой-то миг – тонкая линия золота, что успевает блеснуть в его глазах, прежде чем вновь раствориться в пустоте, давящей со стороны. Казалось, даже стены начинают вести собственную жизнь, медленно, но верно они приближаются к охотнику, преследуя одну единственную цель – раздавить. Уничтожить окончательно, заставив потерять последний шанс, ведущий к спасению. Быть может несколько недель назад Эрондейл действительно бы сдался, поверив, что спасение ускользнуло из его рук, как птица, вырвавшаяся из клетки, надеясь найти своё счастье среди тысячи возможных вариантов. Но некоторым неповторимым птицам не нужно было куда-то лететь, ведь они всё это время находятся рядом с тем, кого любят, в мыслях, во снах и наяву. Явь имеет способность изменяться, точно также как и сны, чей исход напрямую зависит от того, кто его проецирует, находясь в объятиях Морфея. Каждый раз он превращается в доселе неизведанное, то, чего хочется коснуться губами и крепко прижать к своей груди, не отпуская даже на миг. Держать так, словно от этого зависит твоя жизнь; та маленькая часть, что продолжает верить в «долго и счастливо». ~~~ — Долго и счастливо, lumina mea, — проговаривает вполголоса, в то время как рука, всё это время сжимающая шариковую ручку, порхает по обратной стороне фотографии, что занимает в сердце отдельное место, прописывая заветные буквы, — именно оно ждёт нас в будущем, я до последнего вздоха буду верить лишь в это. Возможно, вера – единственное, что у меня осталось. Последнее слово, что успевает сорвать с её губ очередной вдох, побуждает нити прошлого сплестись воедино. Они обволакивают сердце прозрачной «бронёй», что становится одной из тысячи причин, ведущей к встрече. Встрече, которая не может не случиться, ведь любовь, данная свыше, всегда будет ловить невидимые знаки, следуя которым можно уловить цвет любимых глаз за тысячи километров. Эрондейл отбрасывает очередные размышления на второй план, проводя кончиками пальцев по фотографии, прежде чем наконец переключить своё внимание к маленькой сумке, которая уже около часа одиноко ютится на краю постели, ожидая своего мгновения. Этого мгновения хватает блондинке, чтобы провести глазами по помещению, оберегающему её покой, пока тонкие пальчики скользят по кожаной ручке, на которой сжимаются, поднимая над полом. — Я так не хотела покидать это место, видят Ангелы, но каждый день становится всё губительнее, разрушая душу на миллиарды осколков, часть которых останется на холодной постели, вечно хранящей наше счастье, — мимолётная усмешка трогает губы девушки, в то время как она произносит слова вслух, разговаривая с собой и с ним одновременно, — счастье, очертание которого практически стёрлись. Слова сопровождают каждый стук каблуков, что охотница с щемящей болью в сердце совершает, оставляя порог квартиры за спиной, вместе с ключами, звон которых эхом отдаётся в ушах, доводя до дрожи. Чем дальше она удаляется от места, ставшего домом, тем сильнее блондинку сковывает холод, что пробирается под ворот свитера, заставив Эрондейл на секунды остановиться. Быть может это некий знак, безмолвно кричащий об ошибке, которую она совершает? Но даже эта мысль, на первый взгляд здравая, не сможет развернуть её назад. Хотя путь всё-таки существует, единственный, простирающийся светом средь темноты, в которую погружается её жизнь. Всё глубже, словно невидимые руки утягивают за собой в пучину уныния. Но она непременно выбралась бы оттуда, мгновенно, если бы только слуха коснулись ноты любимого голоса. Именно их девушка слышит, замирая около дверей, что ведут к одному из аэропортов, который станет проводником в её путешествии в город Любви. — Совместного приключения не вышло, мой милый Джеймс. Произнесённая реплика выбивает из груди весь воздух, а горькая усмешка появляется на устах, заменив собой улыбку, которую охотница изо дня в день дарила каждому, на кого успевал упасть взгляд зелёных глаз. — Впереди лишь звёзды и путь домой, — кивнув собственным мыслям, Эрондейл ступает по трапу самолёта, что отрывается от земли, унося её в небеса, — только звёзды. ~~~