Проблема и её решение

      — Арс? — зовет Антон застывшего на месте Арсения.       Тот, до этого зажмурившийся, резко распахивает глаза, и смотрит ими на стоящего напротив Антона.       — Да? — отвечает тот нахмурив брови.       — Всё в порядке? — спрашивает младший, с подозрением посмотрев на брюнета.       — Ага, — не очень уверенно говорит Арсений.       — Ты уверен? — уточняет ещё раз шатен.       — Да, да, — витая где-то в своих мыслях, подтверждает старший.       Антон, решив больше не докапываться, молча продолжает свой путь, и Арсений следует за ним.       Вообще, всю дорогу до супермаркета брюнет вёл себя странно. Они договорились встретиться с ним сразу после работы, чтобы пойти закупиться продуктами в их совместную квартиру.       Да, они уже пять месяцев живут вместе, и у них, на удивление, не было ещё никаких разладов. Их совместное проживание проходило просто потрясающе, они практически не ссорились (разве что по пустякам), старались ничего не скрывать друг от друга, обсуждать проблему сразу, а не оставлять на потом, короче, жили, грубо говоря, душа в душу.       Вы зададитесь вопросом: как такое возможно? Наверное у них это получалось, просто потому что они по-настоящему любили друг друга — вот и вся истина.       Но сегодня в их взаимоотношениях явно что-то поменялось. И точно не в хорошую сторону. Когда они встретились у фонтана сразу после работы, пол часа назад, Арсений вёл себя очень странно. Сначала он забыл обнять Антона, хотя они делают это при каждой встрече. Потом он только с третьего раза услышал вопрос Антона о том, как прошёл его день.       Ответил тот на него опять же не особо внятно, но шатен не стал заострять на этом внимание, так как подумал, что тот просто мыслями всё ещё на работе. И всё бы ничего, но брюнет вёл себя странно всю дорогу до этого супермаркета. Очень мало разговаривал, хотя обычно его не остановить, не интересовался что было у Антона на работе и вообще вёл себя максимально непривычно.       — Арс, будешь мороженое? Тут твоё любимое, — задаёт вопрос младший, когда они подходят к морозильникам с различной продукцией.       Арсений снова игнорирует вопрос, и Антон начинает уже всерьёз волноваться, ведь такого ещё никогда не было. Шатен, медленно подойдя к брюнету, кладёт руку на его плечо.       Вздрогнув, тот переводит расфокусированый взгляд на Антона.       — Эй, ты чего? — спрашивает младший обеспокоеным голосом.       Брюнет думает, стоит ли опять соврать, либо сказать правду. Если сказать правду, то Антон возможно посмеётся с него, обшутит эту ситуацию и поможет ее решить. Правда неизвестно, сможет ли он после этого общаться с Арсением и смотреть на него так, как раньше. Но вот если он сейчас соврёт насчёт своего состояния, тогда может случится неизбежное, и уже точно Антон не сможет общаться с ним как раньше.       У него в голове происходит борьба мыслей, за которой проходит несколько минут. Подумав, брюнет принимает решение выбрать меньшее из зол.       — Я… — решение-то он принял, но вот, как озвучить его, придумать не успел. — Я соврал, я не в порядке, — решает начать с простого тот.       — Что такое? Блин, надо было раньше сказать. Тебе плохо? Устал сильно? Что-то болит?       — Нет, нет, ничего не болит. Так-то всё в порядке, просто… — перебивает он череду вопросов Антона, потому что ситуация понемногу усложняется. Он глубоко вдыхает, медленно выдыхает и выговаривает на одном дыхании: — Я просто хочу в туалет.       Такая ситуация случается с Арсением в первый раз. Всё дело в том, что он не ходит в туалет в общественных местах. У него то ли комплекс какой, то ли что-то еще, но он прям категорически не может ходить в туалет в месте, где в любой момент может войти кто-либо.       Даже если присутствуют кабинки, ему всё равно стыдно это делать. Но обычно, когда он начинает хотеть в туалет, он сразу же собирается домой. Будь то в магазине, торговом центре, парке, либо где-то еще.       На работе это немного проблематично, но, так как график работы у него хороший — всего пять часов в день, — он всегда успевает добраться до дома, чтобы сходить в туалет.       По крайней мере, так было всегда, до сегодняшнего дня.       Молчание Антона затягивается на целую минуту. Он смотрит на Арса недоумевающе, пока что-то там думает у себя в голове.       — И всё..?— с удивлением в голосе спрашивает тот. Арсений лишь молча кивает. — Но почему ты не сходил на работе?       Арсений думает, стоит ли сейчас объяснять всю ситуацию. Быстро решает, что Антон всё же имеет право знать, и будь что будет. Видимо, нужда сходить в туалет прибавила немало смелости. Он начинает говорить немного громче шёпота:       — Я не могу ходить в туалет в общественных местах. Никогда не ходил. Это началось ещё в школе. Не помню почему, но я всегда ждал прихода домой, чтобы пописать. В колледже, когда пары шли по 6 часов, это стало проблематично, и я думал, что справлюсь с собой и смогу уже пописать в общественном месте. Но нет, тут я просто нашёл другой выход: целый день в колледже не пить ни глотка воды. И, как ты понимаешь, проблема эта никуда не ушла и сама не решилась. Поэтому я до сих пор не могу… ходить в туалет в общественных местах, — скомканно заканчивает он и отворачивается, потому что боится сейчас смотреть на Антона. Боится увидеть в его глазах осуждение.       Но Антон и не планировал даже взглядом осуждать Арса. Он лишь не понимает, почему тот не рассказал ему об этом раньше. Думает, что сам сглупил, раз не заметил такой проблемы. И думает, что с сегодняшнего дня им надо больше разговаривать.       Антон медленно подходит к Арсению сзади, оглядывается, незаметно целует его в шею и говорит шёпотом почти на ухо:       — Всё в порядке, Арс. Я тебя не осуждаю. Думаю сейчас не самое подходящее время всё выяснять, но дома сегодня вечером мы обязательно это обговорим. А пока нам как-то всё же придётся решить проблему.       Только вот Антон вообще не предполагает, как это сделать. Вызвать такси и поехать домой — не вариант. Потому что сейчас как раз час пик, и пробок по Москве будет просто пиздец.       В общественных местах Арсений не ходит в туалет, поэтому в каком-нибудь ближайшем переулке справить нужду тоже не вариант. Пока Антон весь плавает в раздумьях, Арсений поворачивается к нему лицом и, так чтобы никто не увидел, берет его за руку.       — Спасибо, Антон, — он всё ещё не смотрит ему в глаза, но переживает уже заметно меньше. — Только как это сделать? Я не… — он не успевает договорить, потому что его неожиданно громко перебивает Антон:       — Точно! Я знаю! — вскрикивает шатен, но резко замолкает вспомнив, что вокруг них куча людей. — Я думаю, — продолжает он уже тише. — Что можно пойти в туалет в этом ТЦ и…       — Но я же сказал что не могу я так, — не дослушав, обрывает его брюнет.       — Да погоди ты. Я говорю, что можно пойти в этот туалет, и я постою внутри и поддержу дверь, чтобы никто не зашёл, — договаривает свою идею Антон и внимательно смотрит на реакцию Арсения.       Тот внимательным взглядом рассматривает младшего и от неожиданного спазма резко сводит ноги. Антон смотрит на него обеспокоено, и тут до него доходит.       — Подожди, ты же сможешь при мне, ну… это… — недоговаривает он от несвойственного прилива смущения. Но Арсений понимает его и так.       — Я… — нахмурившись и закрыв глаза от очередного спазма, говорит брюнет. — Я не знаю, — решает честно признаться он.       — Блин. — вот теперь у Антона не осталось ни одного варианта.       А Арсению становится всё сложнее сдерживаться, и, чуть согнувшись и поняв, что ещё немного и придётся решать проблему другого характера, он всё же решается на предложение Антона:       — Ладно, давай попробуем.       Вмиг собравшись, младший хватает Арсения за руку — плевать что о них подумают, — и быстрым шагом направляется в сторону туалетов.       Брюнету уже очень сложно терпеть, но он старается взять себя в руки. Осталось же совсем немного, глупо будет облажаться за шаг до финиша. За одну минуту они добираются до двери, которая ведёт в мужской туалет. На несколько секунд они останавливаются, чтобы отдышаться. После Антон, продолжая держать Арсения за руку, заводит их в сам туалет.       На стене напротив находится несколько писсуаров, а справа от них одна небольшая раковина. Кабинок здесь нет. Это сначала пугает, но он вспоминает, что Антон сейчас рядом с ним, и что он поможет ему. От этого становится спокойнее.       Антон тем временем отпускает его руку и смотрит по сторонам. Увидев возле раковины швабру, которую, по всей видимости, оставила уборщица, младший быстрым шагом подходит туда, берет её в руки и несёт к двери. Арсений на всё это действо может только смотреть удивлённо. От этого он даже забыл, что ему вообще-то всё ещё нужно пописать.       Антон, просунув швабру под ручку так, что бы невозможно было открыть её с другой стороны, с важным видом поворачивается к Арсению. Тот только охуевше пялится на него, но в душе он, конечно, восхищён. Остаётся только надеяться, что Антон увидел это восхищение.       — Ну что, будем просто так стоять? Или тебе уже перехотелось от моих потрясающих идей? — со смешинкой в голосе задаёт вопрос Антон.       — Да… всмысле нет.., то есть… — неожиданно засмущавшись, путается Арсений. К сожалению или к счастью, как раз в этот момент нужда напоминает о себе сильным спазмом, от которого брюнета складывает практически пополам, освобождая от внятного ответа.       — Давай, я отвернулся, — немного обеспокоеным голосом говорит Антон, поворачиваясь к двери.       Арсений, придерживая рукой живот, медленно направляется к писсуарам. В один момент ему даже показалось, что он уже не дойдёт ни до чего, но нет, ему повезло.       Подойдя почти вплотную к писсуару, он дрожащей от напряжения рукой растегивает молнию и пуговицу на джинсах, приспускает их сразу вместе с трусами, и, готовый уже наконец освободить бедный мочевой пузырь, расслабляется.       В напряженой тишине проходит минута, после чего Арсений начинает снова нервничать. Антон пока также просто молчит, но Арсений уверен, что и он уже переживает. Попытавшись выдавить из себя хоть что-то, хотя бы каплю, простояв так ещё около минуты и потерпев поражение, брюнет решает надеть штаны обратно. Но, не успев за них даже ухватиться, он спиной ощущает теплоту чужого тела.       Пока Арсений от неожиданности замирает, Антон кладёт руки на его плечи и начинает медленно гладить. После он ведёт ладонями по чужой спине, переходит на грудь и аккуратно спускается к животу.       Арсений, который хотел было возмутиться, мигом проглатывает все слова, стоит Антону с нажимом погладить мочевой пузырь. Шатен начинает медленно его масировать, при этом что-то шепча на ухо. Арсений, который от этих незамысловатых ласк напрягся было, расслабляется снова, как только Антон нежно целует его в шею.       Младший, продолжая отвлекать поцелуями и шёпотом брюнета, всё сильнее массирует его живот в районе мочевого пузыря.       Простояв так около двух минут, брюнет полностью отдаёт себя в руки Антона, закрывает глаза и откидывает голову на его плечо. Открывает он их лишь через несколько мгновений, когда слышит характерный журчащий звук. Он даже не пытается вырваться из рук Антона. В любом случае сейчас это пользы не принесёт.       Арсений уже успевает испугаться того, что он сейчас всё забрызгает, ведь руки продолжают висеть вдоль тела, но опускает взгляд вниз и видит, как рука Антона нежно придерживает его член и направляет струю ровно в писсуар.       Так как жидкости в Арсении достаточно много, писает он довольно долго. Антон так ничего и не говорит, лишь продолжает мягко поглаживать его по животу и целовать в шею.       Когда Арсений заканчивает, Антон стряхивает с его члена последние капли, отпускает его и отходит назад.       Брюнет окончательно приходит в себя, подтягивает штаны с трусами и, поправив футболку, поворачивается к застывшему Антону. У того взъерошены волосы, блестят глаза и бегает взгляд. И все эти признаки подозрительно похожи на… возбуждение.       Чтоб точно в этом убедиться, Арсений опускает взгляд вниз, на ширинку Антона. И никаких сомнений в том, что тот возбужден, не остаётся.       Антон, проследив за взглядом Арсения, тоже смотрит вниз.       — Ээ, — хочет было начать оправдываться он, увидев смесь сомнения и удивления в глазах Арса. Но он не знает, что здесь можно сказать, поэтому просто молчит.       — Спасибо. — прерывает неловкое молчание брюнет. Антон смотрит на него недоуменно, и тот поясняет. — За то, что помог и… За всё спасибо, короче.       Антон только кивает, сосредоточившись на уже другой насущной проблеме. Он возбудился. Это факт. Но отчего в такой ситуации вообще можно возбудиться?       Он не успевает далеко уплыть в своих мыслях, когда, как гром среди ясного неба, звучит неожиданно громко в тишине туалета голос Арсения:       — Да уж, теперь нам точно есть о чем поговорить дома сегодня вечером. И, видимо, не только сегодня.       Антону даже не дают ответить, ведь сразу после слов брюнета в дверь туалета раздаётся громкий стук, а по ту сторону слышатся разные голоса вперемешку с матом и настойчивые попытки открыть дверь.