You beat me

Дни тянулись мучительно долго. Саша пребывала в плену уже почти четыре дня. Морис принес ей книги и девушка занималась хоть чем-то. Прошли почти сутки с тех пор, как Марк заходил к ней. Аня проболталась, что он ездил на встречу с ее отцом. Трусова еле сдержалась чтобы не заплакать. Уж больно она скучала по родителям и братьям, которые вообще не понимай куда пропала их сестра. За окном шел мелкий дождик, но при этом был сильный ветер, который шатал деревья с огромной скоростью. Трусова сидела на подоконнике с книгой в руках и читала, поглядывая в окно. Вид из этого дома был невероятным. Неожиданно для Саши дверь в комнату распахнулась и в нее влетел глава дома. Он с огромной силой закрыл дверь и схватил девушку за руку стягивая с подоконника. Парень грубо толкнул ее на кровать и стал на колено между ее ног. -Помнишь, что я сказал? – он замолчал, но ненадолго. – Что за любой прокол своего отца будешь отдуваться ты. Твой папаша удумал пойти против меня и очень зря. Марк поднял руки Саши над ее головой, наклонился вперед и остановился в неприличной близости от ее губ. -Слава видимо не понимает на что он нарвался. Я не собираюсь шутить с ним шутки. – проводя носом по скуле девушки, сказал Кондратюк. –Он думает, что твое похищение — это лишь шутки. Значит, если он так думает, придется показать ему, что играм конец. Одной рукой Марк все еще держал руки девушки, а другой расстёгивал ремень на шортах Трусовой. Она вырвалась, просила остановиться. Но разум парня был затуманен. Месть встала перед ним и не давала думать ни о чем. Он не думал, когда делал больно ни в чем не виноватой девушке. Он не думал ни о чем, кроме мести. Марк одумался уже тогда, когда вышел из комнаты Саши. Он поступил с ней ужасно. Её слезы и рыдания отзывались в груди Марка очень долго. Саша лежала на кровати свернувшись калачиком и потихоньку успокаивалась. Слезы душили и в горле образовался неприятный ком, который затруднял дыхание. Через боль Трусова пошла в ванную. Хотелось, как можно скорее смыть с себя его прикосновения, его запах и все, что напоминало об этом инциденте. Утром в кабинет Марка влетел Женя. Кондратюк сидел на стуле за столом и пил коньяк. -Ты нормальный? Что ты творишь, Марк? Думаешь твой отец когда-нибудь поступил также, как ты? – похоже эту фразу он сказал зря. В глазах Кондратюка загорелся неприятный огонь. -Моего отца здесь нет и теперь я решаю, что делать сам. -Она ни в чем не виновата. Это ваши с ним разборки, причем тут девчонка? -Он думает я шутки шучу. – ухмыльнувшись, сказал Марк. – Посмотрим. Семененко понял, что говорить с ним смысла сейчас нет и вышел из кабинета направляясь в комнату Саши, где в это время была Аня. Щербакова сидела на кровати, обнимая Сашу и шепча слова поддержки. Трусова уже не плакала, нет, слез не осталось совсем. Она просто смотрела в одну точку и обнимала Аню в ответ. Женя взял стул и сел рядом с девочками. -Саш, скажи хоть что-то… - она молчала с тех пор, как Марк вышел. -Я…нечего говорить…- она опять дала слабину. -Сань, ты…не знаю, как сказать, но – Женя посмотрел на шатенку, ища в ней поддержку. -Понимаешь…у него еще с самого детства проблемы. Марк человек нервный, а после смерти отца совсем крыша поехала. -Мы не защищаем его, ты не подумай, но он правда во многом не контролирует себя. Он раскаивается, я уверен, просто ему нужно время. -Не надо мне все это говорить. Я не хочу ничего слышать. – она выпрямилась и отстранилась от Ани. –Говорите так, будто мне надо извиняться перед ним, не понятно только за что. Что сделал мой отец? – ее глаза не выражали ничего, кроме пустоты. -Он…Саш, он влез в семью Марка. Нарыл информацию, которая держалась в секрете много лет и Марк переживает, что его маму могут найти. Понимаешь, чтоб понять всю историю этого дома, нужно углубиться. Никто никогда не ворошил прошлого, а Слава полез. Доку это не понравилось. -Доку? – рыжеволосая не поняла о ком речь. -Дон – это отец Марка, а Док – это сам Марк. В детстве я перепутал букву и назвал его Доком с тех пор пошло это прозвище. -Ясно. Я лично не собираюсь углублять во все это. Мне не интересны подробности и отговорки. Теперь будьте добры, оставьте меня одну. – Трусова отвернулась от них и положила голову на изголовье кровати. Женя с Аней решили уйти. Все-таки они понимали Сашу и дали ей время. Когда они шли по коридору то услышали звуки разговора из кабинета Марка. Семененко отправил шатенку вниз, а сам зашел к другу. Тот сидел в кресле, также со стаканом, но теперь говорил по телефону. Кондратюк договорил и отбросил от себя телефон. -Звонил Трусов. Хочет быстрее все решить, чтоб дочурку вернуть. -Марк, я знал твой план от А и до Я, но сейчас я просто не понимаю, куда ты идешь. Чего ты хочешь теперь? Был план вернуть полный контроль над областью и что в итоге? -А в итоге я хочу не только территорию, но и отомстить. -Во-первых месть не выход. А во-вторых, если хочешь отомстить, то обменяй Сашу на него. Отомсти ему, но не вреди девчонке. Она ни в чем не виновата. – Женя говорил спокойно. -Слушай, Алхимик, иди, а, без тебя тошно. – Алхимик – это прозвище Жеки. После того, как Семененко вышел, Марк начал думать. Он понимал, что так или иначе, но друг прав. Трусова не виновата, но Кондратюк ясно говорил, что при любых оплошностях, пострадает дочка Сайвелла (прозвище Вячеслава Трусова). Он сдержал свое обещание. Но тем не менее, где-то глубоко внутри, Марка терзала совесть. Саша держалась до последнего. Она не плакала, не рвалась, сидела смирно, но Кондратюк пошатнул ее нервы. Она сорвалась. Из раздумий его вырвал влетевший в кабинет Морис. -Док, у Трусовой истерика. – неожиданно для себя он вскочил со стула и бросил стакан. Они вдвоем влетели в ее комнату, в которой сейчас творился кошмар. Такая хрупкая девушка перевернула помещение вверх дном. Аня стояла возле Саши и колола ей успокоительное, пока Женя и Артур держали Трусову прижатой к кровати. Марк понимал, что оставить Сашу одну сейчас было нельзя. В голову пришла одна идея. Кондратюк взял девушку на руки и вышел из комнаты. Все, кто был в комнате, переглянулись между собой. -Куда это он? – спросил Артур. -Не знаю. Но будем надеяться, что в этот раз он не потеряет голову.