История где принца Тэхёна собирается съесть дракон Чонгук

Кем может быть первый красавец в королевстве? Конечно, только наследным принцем. И что это означает? Что он богат, относительно свободен и никогда не услышит ни слова правды от своих подданных. Что бы Тэхён ни сделал, все дружно восхищались. Кавалеры закатывали глаза от восторга, а дамы падали в обморок от избытка чувств. Пока он был маленьким, искренне верил, что все так и есть. Он — исключительный, замечательный, прекрасный, умный, неповторимый и великолепный. Но в шестнадцать лет, разглядывая в зеркале огромный прыщ на лбу, который почему-то видел он один, Тэхён начал сомневаться. Сначала он просто замечал нестыковки, но потом решил провести полномасштабный эксперимент. Он посадил пару уродливых клякс, побрызгал краской по углам холста, плюнул, дунул и с гордостью предъявил творение своему учителю, великому художнику. Тот икнул и замахал руками, изображая воодушевление. Словно у него не было слов от восторга. — Это … изысканно, Ваше Высочество! — наконец выдавил он вместе с улыбкой от уха до уха. Раньше Тэхёну казалось, что это естественная улыбка. Но сейчас он смотрел очень внимательно. — Честно? — уточнил принц, но отрывая глаз от лица учителя. — Ой! Вы же её вверх ногами держите! Он резко перевернул картину, отстранился и с деланым удовольствием посмотрел на своё творение. Учитель поперхнулся, но быстро сориентировался. — О, боги! Так она ещё прекраснее! — заворковал он с придыханием. Наверное, думал, что так будет более правдоподобно. Но Тэхён решил, что это больше похоже на приступ астмы. — Какие оттенки! Какие формы! Не могу подобрать слов, достойных этого шедевра, ваше высочество! Ядовито-зеленая клякса в центре холста едва заметно ухмыльнулась. А неоново-розовая покраснела от стыда. На следующем уроке кулинарии Тэхён от души посолил суп. И еще посолил. И еще. Ушло примерно полбанки соли. Это варево невозможно было проглотить. Травить дворцовых тараканов — да, есть человеку — нет. Ни о каком вкусе речь вообще не шла. Ожог слизистой рта третьей, нет! Четвертой степени. С таким же успехом можно было есть соль прямо из банки. Его наставник, один из известнейших шеф-поваров, взял пробу. Тэхён с интересом уставился на его краснеющее лицо. Шеф судорожно пытался проглотить и не потерять сознание. Усилием воли и мощным движением кадыка несчастный протолкнул отраву в организм. — Я чуть язык не проглотил, Ваше Высочество! Это шедевр! — просипел он, в панике пытаясь найти глазами воду. — Этак вы меня без работы оставите! Су-шефы, старший повар, повара и поварята радостно бросились дегустировать изысканное блюдо и через мгновение в кухне воцарилась тишина. Тэхён смотрел на эти окаменевшие лица и ждал. Ну, хоть кто-нибудь скажет ему правду? Выплюнет? Поперхнется? Стошнит? Нет. Все дружно глотнули и наперебой бросились прославлять его поварские способности. — Честно? — спросил великий кулинар, заглядывая в глаза подданных. — Конечно, Ваше Высочество! — раздался в ответ нестройный хор искажённых первоклассным супчиком голосов. На ближайшем балу юный принц методично оттоптал ноги всем барышням, с которыми танцевал. Умудрился оторвать цветы и банты с их туфель. Но они упрямо пели оду его мастерству танцора. — Неужели я так хорошо танцую? Честно? — спросил он у последней партнерши. По ее щекам текли слезы от боли, потому что Тэхён наступил ей на правую ногу целых двенадцать раз подряд. — Да, Ваше Высочество! Я плачу от восторга! — ответила бедняжка, мужественно пытаясь улыбнуться.

***

От этой лжи и притворства хотелось искромсать ножом все свои картины, разбить все скульптуры и нахамить всем придворным. Но, как подозревал принц, это ничего бы не изменило. — Отец, матушка, я и правда такой идеальный? — Тэхён с надеждой смотрел на родителей. Должны же хоть они сказать ему правду! — Ты самый лучший сын на свете! — у мамы блеснула слезинка. — Я горжусь тобой, сын! — поддакнул папа. (И они не лгали. Как и для любых родителей, сын для них был совершенством).

***

Тэхён захандрил. Он отменил все занятия, перестал выходить в королевский сад с мольбертом, забросил фехтование и забыл дорогу в спортзал. На балах сидел на своем троне, скользя пустым взглядом по фальшиво-приветливым лицам. А через месяц и вовсе перестал выходить из своих покоев. Задёрнул шторы и целыми днями тупил в умную мобилку (волшебную досочку с живыми человечками, которую папенька выменял у заморского купца), не вставая с кровати. Спешно призванный из соседнего королевства лекарь вынес вердикт: «Аффективный синдром апатической формы меланхолии отягощённый интернет-аддикцией». А по-простому — депрессия. — Фарма и терапия! — важно изрёк лекарь и в тот же день был вынужден бежать на родину. Потому что отец Тэхёна в своём государстве такого не терпел. Если король не знает какое-то слово, то подданные (и гости королевства) не могут его употреблять. Так что: либо торжественно на плаху, либо домой ночными тропами, переодевшись в женскую одежду. А Тэхён продолжал хандрить. Шли дни, собираясь в недели и месяцы. Без спорта и на постоянных вкусняшках, которыми его пыталась приободрить королева-мать, Тэхён незаметно для себя прибавил в весе. Однажды утром он взглянул на себя в зеркало и удивился. Раньше он никогда не считал, что они с Шалтай-Болтаем похожи. Удивился вяло, как сквозь слой ваты. Так же вяло поднялся на самую высокую башню дворца и залез на парапет. Через некоторое время послышался странный шум, как будто рядом летал большой шмель. Или стрекоза. Или… На соседний зубец уселся дракон. Тэхён скосил глаза. Ну, такое. Дракон был примерно с него ростом и казался приятным на ощупь. — Ты вниз? — благовоспитанно склонив голову, спросил дракон. Словно они зашли в один лифт. — Не знаю, — честно ответил принц. — Может быть. А что? — Давай я тебя съем? — Дракон умильно вильнул хвостом и сделал сладкие глаза. — Только падаль я не ем, люблю свеженькое. Тэхён задумался. Он и правда ещё не решил. Но добровольно шагнуть с башни означало опечалить маменьку и папеньку. А их расстраивать не хотелось. Но если его съест дракон… То он вроде и ни при чём. — Ладно, — бесцветно согласился принц. — Ешь. Приятного аппетита. — Да, ты очень аппетитный, мягонький и пухленький. В моем вкусе, — дракон покивал головой и плотоядно облизнулся. — Только я на ходу не ем. Неполезно это, знаешь ли. Пищеварение и все дела. Поэтому я тебя сейчас похищу и отнесу к себе домой. А там все условия: кухня с современными девайсами, уют и привычная обстановка. Тэхён подумал, что папенька однозначно приказал бы казнить дракона за «девайсы», но уточнять, что это такое, не стал. Какая ему разница? — Ладно, — снова покладисто кивнул он. — Похищай. Только сделай пару кругов над дворцом, чтобы нас заметили и всё поняли. Я могу даже покричать что-нибудь жалобное. — Отличная идея, — одобрил дракон и аккуратно подцепил Тэхёна острыми когтями за шкирку. — Ты не дергайся сильно, ещё порвется твоё королевское барахлишко. Дракон кружил над дворцом. Тэхён вспомнил уроки актёрского мастерства, на которых он, разумеется, «изумительно передавал эмоции персонажа» и, обмякнув тряпичной куклой, уныло вопил. Придворные охали, ахали и падали в настоящие обмороки. Когда торжественная часть закончилась, дракон поднялся выше и, щурясь от лучей заходящего солнца, уверенно полетел на запад. Тэхён замолчал.