Запретная любовь

На следующий день, как и говорила Блэк, все Гриффиндорцы с похмелья еле как добрались до Большого Зала. Макгонагалл ничего не заподозрила, но посмотрела с подозрением. Студентам повезло, что не будет уроков, так как было воскресенье. Гермиона не до конца отрезвела, сидела попивая водичку, как и половина Гриффиндора. Рон с Гарри не пили много, но голова у них тоже болела. Неожиданно девушка-Уизли схватила Гермиону за руку. От неожиданности Грейнджер испуганно посмотрела на рыжеволосую подругу. — Джинни, что случилось? — спросила шатенка. — Герми, я пошла в комнату, — ответила Уизли, и начала вставать. — Давай, я отведу тебя. Выспишься, — предложила Гермиона, подхватывая падающую подругу. — Не надо! Я сама, — начала сопротивляться Джинни. Она, уже практически вися на руках Грейнджер, хотела выпутаться из её сильной хватки на виду у всего Хогвартса. — Джинни, если я не отведу тебя, то тебя поймают, и снимут столько баллов, что потом сама будешь их обратно зарабатывать! — угрожающе произнесла Гермиона, уже выводя рыжую из Большого Зала. — Ладно, — согласилась Уизли, и она побрели в комнату. По дороге они, слава богу, не встретили никого. Но было ощущение, будто за ними кто-то наблюдает. Гермиона отвела Джинни в комнату девушек и побрела к себе, дабы принять душ, потому что вчера она укладывала спать почти весь Гриффиндор. Помывшись, одевшись в джинсы, черный топ и сверху накинув оверсайз рубашку, та думала, какую выбрать обувь. В конце концов, выбрав недавно купленные converse, Гриффиндорка вышла к ребятам. Те оказались в библиотеке, что удивило Гермиону. Как только она была замечена, Рон вскочил из кресла, чем напугал рядом сидящего Поттера, который читал книгу. — Ура! Ты как раз вовремя. А то Гарри уже достал со своими подготовками к урокам, — обрадовался Уизли. Мадам Пинс неодобрительно посмотрела на него. — Где Джинни? — спросил Гарри, игнорируя друга. — Я отправила её спать. Скоро у неё будет сильное похмелье, если она до сих пор пьяна после вчерашнего, — сожалеюще ответила Грейнджер. — Понятно, — понимающе сказал брюнет. — Пошлите-ка прогуляемся, — предложил скучающий Рон. И, так как им всё равно было нечего делать, они пошли к выходу из библиотеки. Выйдя на свежий воздух, у них сразу появилось настроение. Трио начало думать, чем бы им заняться. — Пошли к Чёрному озеру? — снова предложил Уизли. Гарри и Гермиона согласились, и они пошли по тропинке к излюбленному озеру. — Ну что, ребята. Как ваши дела? — спросил Гарри. Они каждый день задавали этот вопрос друг другу. Но сейчас они серьезно говорили какого их моральное самочувствие. Трио любило устраивать такие посиделки. Только втроем. Все знали, что они самые близкие друзья, но никто не знал, что они рассказывают абсолютно всё друг другу. — Нормально. Недавно с Лавандой начал встречаться. Может показаться, что она просто бесчувственная девушка. Но, на самом деле, она и правда умеет ухаживать и любить, — признался Рон. Гермиона уже не чувствовала ту боль, когда Рон с Лавандой поцеловались. Теперь она была рада за него. Правда. — Ну, я поздравлю тебя, дружище, — улыбнувшись, сказал Поттер. — Я счастлива за тебя, Рон, — также улыбнулась Гермиона, — А ты что, Гарри? Как с Джинни? — обратив внимание на брюнета, спросила Гриффиндорка. — Ну… Уверен, она и сама тебе рассказывает, — замялся Гарри, — Она хорошая, заботливая, смешная, — улыбнулся Поттер, вспоминая смех своей девушки. — Это да, — рассмеялся Рон. Юмор достался ей от братьев. Это точно. — И, что? Ты собираешься жениться на ней, когда вы окончите Хогвартс? — с интересом спросила шатенка. У Гарри расширились глаза, а Рон перестал смеяться. — Я… Даже не знаю, — растерялся Поттер. — Да я шучу, — засмеялась Гермиона с реакции друзей, — Но, на самом деле, ты по настоящему любишь её? — уже серьёзнее спросила Грейнджер. — Не знаю. Мне она нравится. Я со второго курса понял, что влюбился в неё. Хотя на пятом мне нравилась Чжоу, но тогда я не чувствовал с ней того, что чувствовал с Джинни, — признался Гарри, — Я думаю, что это не детская влюбленность. Я правда люблю ее, — улыбнулся сам себе Поттер, прежде чем повернуться к ним. Но вдруг, улыбка с его лица спала, — А если… Если она не любит меня? Вдруг она найдет себе другого, когда я уеду из Хогвартса? Что, если она не согласится выйти за меня замуж? — испуганно спрашивал ребят брюнет. — Ты шутишь? — с ухмылкой спросил Рон, — Она всё время смотрит на тебя влюблёнными глазами. И ты нравишься ей тоже со второго курса. И, если бы она не любила тебя по настоящему, то эта влюбленность закончилась бы через год или два! — воскликнул Уизли. — Верно. Она каждый день говорит о тебе, Гарри! — ухмыльнулась та из-за глупости своего друга. — Правда? — с сомнением спросил Поттер. — Конечно! — в унисон воскликнули Рон и Гермиона. — Я понял. Спасибо. Спасибо вам за всё, — обнял их брюнет. Ребята с радостью приняли объятия, и каждый из них сейчас благодарил Мерлина за таких друзей. Они отстранились и опять сели на свои места. — Ну, — обратил на себя внимание Поттер, — Что у тебя на личном, Гермиона? — спросил тот с хитрой улыбкой. Гриффиндорка сразу покраснела, вспомнив лишь Блэк. Почему-то на ум пришла именно она. — Ну… Пока нет покорительниц моего сердца, — Гермиона решила пока не распространяться об этом мальчикам. Она ещё сама не знает, что это такое. — Неужели? — удивленно спросил Рон, — Ни одной интересной личности? — хитро спросил Уизли. — Нет, — смело заявила Гриффиндорка, — Пока нет. — О-о-у, — загудел рыжеволосый, — Неужели тебя кто-то интересует? — спросил тот. — Я пока не знаю как это назвать. Я сама не знаю, что это такое. Может увлечение? — она всё же решила рассказать, но о той, о ком идет речь, та не посмеет признаться. — Ну ладно. Не будем настаивать, — сказал, молчавший Гарри, — Идем к Хагриду. Я хочу увидеть его! — радостно воскликнул Поттер. Пока они шли, Рон услышал какие шорохи со стороны леса. Уизли остановился, чем вызвал непонимание Гарри и Гермионы. — Что случилось? — спросила Грейнджер. — Там что-то есть, — показал рукой в лес рыжий. — Тебе не кажется? — с сомнением спросил Гарри. — Нет, нет. Я слышал оттуда какие-то шорохи, — заявил Уизли, — Давайте проверим. Вдруг кто-то из студентов потерялся. — Ну пошли, — согласился Поттер. Они вошли в лес. Прошли пару десятков метров и остановились на поляне. — Рон, мне кажется, что… — Гермиона не успела закончить фразу и услышала рычание. Рычание не человека, и даже не какого-то безобидного животного. Это был… — Оборотень! — воскликнул Рон, показав рукой за спиной Гарри. Золотое Трио синхронно достали палочки, и были готовы в случае чего сразу начать защищаться. Гермиона поняла, что это повзрослевший оборотень. Еще хуже. Вдруг, зверь, который находился в около пятнадцати метров от них, начал приближаться. Быстро. Очень быстро. Парни испугались и словно были прикованы к земле. А Гермиона же, быстро среагировала и отправила в него Остолбеней. Она понятия не имела, что здесь делает оборотень посреди белого дня, но думать не было времени. Надо сражаться. Оборотень отлетел к дереву. Но, быстро придя в себя, тот, прыгнув, хотел накинуться на Гермиону. Та отбежала и отправила связывающее заклинание в него. Но зверь быстро отреагировал и отмахнувшись от заклятия, побежал на мальчиков. Гриффиндорка сделала из Протего невидимый купол окружающий парней, и побежала на зверя. — Бомбарда! — закричала та, взорвав землю перед оборотнем. Тот, испуганно, будто ошпарившись, остановился и отошел. — Гарри! Отправь патронус Макгонагалл. Скажи, что в лесу оборотень, — скомандовала Гермиона. Она знала, что брюнет выполнит просьбу. Зверь посмотрел на неё и они встретились взглядами. В этих зелёных глазах Гриффиндорка видела испуг и гнев. Видимо, он не планировал на нас нападать. Но защищать сейчас это животное не было смысла. Оно всё равно нападёт. Зверь, опомнившись, стал приближаться к ней. Гермиона слышала, как ребята уже отправляли патронус. Она ухмыльнулась. Оборотень, рычав явно недоброжелательно, уже был в паре метров от Гриффиндорки. Она, кинув на того связывающее заклинание, видела, как оно почти попало в него, но тот отскочил. Она этого и ожидала. — Импедимента! — воскликнула Гермиона, как только оборотень вновь начал свои попытки приблизиться. Тот замедлился, но не сильно. Вскоре, из-за того, что она услышала голоса, чары спали и оборотень начал быстро приближаться. — Гермиона! — услышала вскрик Рона и повернулась к зверю, который был в паре метров от неё. Она зависла. Оборотень, со рта которого текли слюни, смотрел на неё как на еду. Впрочем, так и было. Они стояли, сверля друг друга взглядами. Гермиона и сама не знала почему не отправила заклинание в него. Она будто была околдована. Но чем? Резко до них начали доноситься голоса. Преподаватели. Они разговаривали слишком громко. Слишком. Грейнджер надеялась, что зверь перед ней не отвлечётся, ведь она хотела сохранить себе жизнь. Она молилась, что учителя поняли и заткнулись. Но… — Что случилось? Где оборо…? — спросил взволнованный Хагрид, у которого голос всегда был грубым. Но Гермиона поняла, что тот сразу обратил внимание на них со зверем. Он сразу все понял. Слава Мерлину. Гермиона старалась, чтобы ни один мускул не дрогнул на ее лице, ведь оборотень тщательно следил за ней. Но радоваться было рано. — Рубеус? Ты увидел их, где они? — спросила Макгонагалл, видимо, не заметив Гермиону и зверя, — Мистер Поттер, мистер Уизли. А где же… — Гарри шикнул на неё, совершенно не заботясь о том, что она преподаватель. Лишь бы она молчала. Макгонагалл замолчала, проследила за взглядом Хагрида и ахнула. Если бы не этот звук, то возможно, всё бы закончилось хорошо. Оборотень, очнувшись от транса, быстро приблизился и прыгнул на Гриффиндорку. — Эверте Статум! — закричала Гермиона, и, видимо, ещё кто-то, но уже было поздно… Гермиона почувствовала, как кто-то с силой приземлился на неё. И она упала, как и… — Нет! — закричали все присутствующие. Дальше она помнила, как зверь оставил на ней три царапины своими острыми ногтями. Была боль. Только она и темнота.

***

Грейнджер, открыв глаза, увидела потолок. И свет. Слишком яркий. Она хотела подняться, но почувствовала жгучую боль от ключицы до груди. Она пыталась посмотреть по сторонам, но и это не получалось. — Не стоит вставать, мисс Грейнджер, — сказал чей-то голос, — Вам сейчас нужно отдыхать, — продолжил этот загадочный голос, который Гермиона уже распознала. Мадам Помфри. Студентка, попыталась вспомнить, что произошло. И тут, как по приказу пролетели моменты произошедшего. Она ахнула. Неужели… — Знаю о чем вы думаете, вы не заразились, мисс Грейнджер. Оборотня вовремя оттащили, — сказал уже другой более обеспокоенный голос. Это была Профессор Макгонагалл. — Профессор, — с хриплым голосом произнесла Гриффиндорка, — Можно воды? — попросила студентка целительницу, которая стояла недалеко. Через минуту в её руках оказался стакан. Гермиона еле-еле поднявшись, начала жадно пить, — Как долго я была в отключке? — спросила Грейнджер. — Около пары часов. Сейчас вечер, — ответила профессор. Гриффиндорка заметила, что здесь была только Макгонагалл и Мадам Помфри. Ну, если точнее, только их она могла увидеть. — А… — хотела спросить студентка насчет мальчиков, но её перебила профессор. — Мистер Поттер и мистер Уизли в порядке. Они очень испугались за вас, мисс Грейнджер. Как и все преподаватели, — объяснила Макгонаголл. — А что, собственно, случилось? — спросила Гриффиндорка, немного успокаиваясь. — Ну, всё началось с того, что вы почему-то пошли в Запретный лес. Я не знаю зачем. К нам прилетел патронус мистера Поттера и оповестил о том, что вы опасности. Стоило этого ожидать от вашей троицы, — строго сказала Минерва, но Гермиона услышала в её голосе испуг за любимую студентку, — Я и все преподаватели, услышав, что вы в опасности, отправились в лес. Мы не бродили долго, но обнаружив вас в таком маленьком расстоянии от оборотня, должна признать, что я испугалась. Однако, из-за шума зверь накинулся на вас и ни вы, ни профессор Блэк, не смогли остановить его, выпустив отталкивающее заклинание, — профессор сделала паузу, чтобы студентка переварила информацию. Гермиона замерла. Так это была Блэк? Она тоже была там? — Он оставил на вас лишь царапины, но довольно глубокие. Мисс Блэк опомнилась быстрее всех и прежде чем вы могли стать зараженной, она откинула зверя от вас. Вы к тому времени, уже были без сознания. Когда мы несли вас сюда, в Больничное крыло, она проклинала всех присутствующих. Не отходила от вас, пока вас лечила Мадам Помфри, — сказала Макгонагалл. Гермионе показалось, или она и правда услышала в голосе… нетерпение? — Откуда здесь оборотни, профессор? — спросила Гриффиндорка, решив проигнорировать это всё. — Сейчас профессор Дамблдор и мисс Блэк это выясняют. Скорее всего он забрёл сюда в полнолуние, — озвучила свои догадки Макгонагалл. — Понятно, — ответила Гермиона. — Я позову сюда ваших друзей, мисс Грейнджер. Они с нетерпением ждали вашего пробуждения, — оповестила её профессор уже уходя. — Конечно, профессор. До свидания, — попрощавшись, Гермиона начала думать, почему Блэк так отреагировала. Хотя это очевидно. Она же профессор. Волноваться за свою студентку — это нормально. Тем более, когда на неё нападает оборотень. Гермионе из-за этой мысли стало грустно. Но почему? Неужели она влюбилась? Нет, этого не может быть. Блэк же её профессор! Но… Нет! А вдруг это взаимно? Не может быть. Блэк конечно красива, даже очень. Её фигура, словно она модель. Волосы, одновременно такие сумасшедшие, и одновременно великолепные. Скулы, острые как нож. Выразительные глаза, цвета оникса. Чувствительные, кровавые губы… — Гермиона! — услышала она радостный возглас Рона. Повернувшись на звук, Гриффиндорка увидела Гарри, Рона, Джинни и Невилла с Луной. — Ты проснулась! — радостно обняла её Джинни. — Спасибо конечно, Джинни. Но мне немного больно, — сказала Грейнджер, на что рыжеволосая сразу отпрянула. — Прости! — сразу начала извиняться Уизли. Гермиона усмехнулась. — Как ты себя чувствуешь, Миона? — спросил Гарри, сев на стул у кровати Гермионы. — Нормально. Вы как? — с беспокойством спросила шатенка, на что получила лишь добрые улыбки от друзей. — Как всегда. Беспокоишься о нас, а не о себе! — объяснил их веселье Рон, — Конечно, мы испугались. Но я, в очередной раз изумился твоей храбрости и силе, — восхищенно произнес Уизли. — Гермиона! Я очень за тебя волновался. Меня там не было, но парни мне рассказали, что случилось, — сказал Невилл. — Ничего страшного, ребята. Как вы видите, я в порядке, — провела рукой по своему телу, — Тем более, я не заразилась, так как профессор Блэк быстро отреагировала, — оповестила их Гриффиндорка. — Она несла тебя на руках, и не отходила от тебя, — задумчиво произнес Рон. — А что тут такого? — спросила Гермиона. — Ничего-ничего, — отмахнулся Уизли. Грейнджер уже хотела сказать что-то ещё, но ее привлек голос блондинки из Когтеврана. — Миона, вокруг твоей головы летают нарглы. Их очень много. Это значит, что тебе кто-то нравится. Но они синие. И когда ты примешь свою влюбленность, то они станут красными. А когда признаешься этому человеку, они станут фиолетовыми, — сказала ей Лавгуд. Она всегда казалась Гермионе немного страной, но сейчас, похоже та была права, — Нарглы сейчас летают быстро, это значит, что ты расстроена и задумчива, — Луна всегда немного напоминала её магловских экстрасенсов. Они, как и волшебники, родились с магией внутри себя, но не такой, как у них. — Спасибо, Луна. Я тебя поняла, — Грейнджер хотела притвориться, как и всегда, но сейчас это была правда. Это и правда была влюбленность. — Так, всё-таки, тот человек, о котором ты говорила, и правда завоевал твоё сердце! — сказал Рон. — Не уверена, — всё ещё сомневалась Гриффиндорка. Она решила, что время покажет, влюблена ли она. Они поговорили ещё и Мадам Помфри разрешила ей пойти с друзьями на ужин. Но с условием, что та отлежится пару дней, и будет пить зелья. Как только она вошла в Большой зал, многие студенты обратили свое внимание на неё. Ребята рассказали ей, что все ученики уже видели, как ту относят в замок без сознания, и Гриффиндорка догадывалась, что поползут слухи. Уже поползли. Среди множества взглядов, она поймала взгляд ониксовых глаз. Они смотрели с беспокойством и чем-то ещё… Она разговаривала с Макгонагалл, и та теперь тоже смотрела на Грейнджер. Гермиона, опомнившись, прошла на своё место, и попыталась сосредоточиться на ужине, так как она пропустила обед и была ужасно голодной. POV Professor Black Я шла по коридору, вдруг услышала шаги и удивилась, так как все были на завтраке. Однако, скрывшись в тени, я увидела Грейнджер с Уизли. Вторая, пошатываясь, держалась за шатенку. Было видно, что та пьяна. Беллатрикс уже хотела выйти и снять очки. Но она решила понаблюдать за ними. Она однозначно ревновала Грейнджер к девчонке Уизли, но знала, что те просто подруги. Блэк, сама не знала почему ревнует. Неужели… Нет! Этого не может быть! Она же её студентка. Это невозможно! А вдруг это взаимно? Нет! Но… Нет, это не может произойти. Гермиона конечно хороша собой, отличная фигура, отточенная годами тренировок и стройные длинные ноги. Огненные глаза, в которых горит молодость. Каштановые, кудри, которые напоминали Блэк свои. Идеальная форма лица. Губы… Блэк, опомнилась только тогда, когда захлопнулась дверь. Она побрела в Большой зал. Сидя в общей комнате преподавателей, Блэк читала книгу. Но все её мысли были заняты Гриффиндоркой. Какого-то черта, с самого столкновения с Гермионой в том самом тёмном коридоре Беллатрикс не могла выкинуть её из головы. Вдруг, к Макгонагалл, разговаривающей с Хагридом о существах в лесу, прилетел патронус — олень. Все удивились. Зачем кому-то отправлять патронус? Ещё и в Хогвартсе. — Профессор Макгонагалл! Мы, Поттер, Уизли и Гермиона в лесу. На нас напал оборотень! Сейчас он сражается с Гермионой, — сказал олень, и все ахнули от услышанного. Оборотень? В Хогвартсе? Но лишь Блэк думала об Гриффиндорке. Как только та услышала о Гермионе, то сразу была готова идти куда угодно, лишь бы удостоверится, что студентка в порядке. — Миона старается отвлечь его, чтобы он не трогал нас! Прошу вас, идите в лес! — взмолился голос Поттера. Вдруг все услышал голос Гриффиндорки, который воскликнул «Импедемента». Беллатрикс, вместе со Снейпом и Минервой вскочили и бросились к выходу, попутно слушая голос Поттера. Когда они уже подходили к лесу, то Уизли вскрикнул: — Гермиона! — И тогда патронус улетел обратно к хозяину. Профессора, услышав Рона, тут же ринулись за оленем. Они все очень переживали за Гермиону. Первым добрался Хагрид, но его голос вдруг резко затих. Блэк замерла. Неужели они опоздали… — Рубеус! Ты увидел их? Где они? — спросила взволнованная Макгонагалл. Блэк сразу осмотрелась и увидела их. Грейнджер с оборотнем. Он был так близок. Она поняла, что все молчали, дабы не разозлить зверя, чтобы тот не покусал на удивление спокойную Гриффиндорку. Минерва наконец заметила Гриффиндорцев, но не успела увидеть третью, как снова заговорила, — Мистер Поттер, мистер Уизли, а где же…? — она наконец посмотрела на Грейнджер и ахнула. Вот это было лишнее. Оборотень прыгнул на студентку. И та, лишь синхронно с Блэк, успела прокричать: — Эверте Статум! — но было уже поздно. Он набросился на неё и поцарапал своими длинными когтями. Беллатрикс тут же опомнилась, отбросила зверя заклинанием и подошла к девушке. Она подняла её они пошли в школу. За зверя она не беспокоилась, так как Хагрид со Снейпом сделают то, что должны. По дороге она проклинала безрассудность Гриффиндорцев. Уже в Больничном крыле, Блэк, не отходя наблюдала за лечением Гриффиндорки. Она жутко испугалась. Боялась, что потеряет её. Навсегда. Альбус позвал её к себе и они начали разбираться с оборотнем. Оказывается, тот, как и предполагала Минерва, забрел сюда в полнолуние — совсем недавно, он не успел никого покалечить, кроме Грейнджер… Блэк провела оставшееся время до ужина разговаривая с Макгонагалл и Снейпом. Последний, оказывается, завёл хорошую дружбу с пострадавшей. И переживал не меньше Макгонагалл. Они обсуждали многое. Гермиона, оказывается, побеждала во всех олимпиадах, хотя в этом никто и не сомневался, и соревнованиях в Хогвартсе. Гермиона, как выяснилось, была ещё и фанатом спорта. Хотя, квиддич она не любила, но бег и упражнения — обожала. Беллатрикс узнала много нового о шатенке. Уже сидев за преподавательским столом в Большом зале, она увидела, как в зал вошла Гриффиндорка со своими друзьями. На неё сразу навалилось внимание больше половины Хогвартса. Она растерявшись посмотрела на учительский стол и встретилась с ониксовыми глазами. Блэк, которая разговаривала с Макгонагалл о уроках, спросила у той: — Не слишком ли рано выписали только что пострадавшую от оборотня студентку? — Не знаю, скорее всего ей дали лекарства и у неё будет пара выходных. Поппи никогда не будет обращаться со здоровьем студентов безответственно, — ответила декан Гриффиндора. Беллатрикс наблюдала за Гриффиндоркой, которая сев за стол, больше не обращала внимание ни на кого, кроме своей тарелки.

***

Весь следующий день Гермиона провела в библиотеке и выходила поесть только на ужин. Все её царапины были залечены, но остались бледные шрамы. И Мадам Помфри разрешила ей вести обычный режим, но без бега и каких-либо других физических упражнений. Так как это был понедельник, практически все ученики сидели над домашними заданиями. Как только она вошла в Большой зал, ребята сразу увидели её. По их лицам можно было понять, что те соскучились по ней. — Миона! Привет, — сказал ей Рон, который пересел, чтобы освободить место. — Привет, ребята. Как прошли занятия? — спросила Гермиона, сев на уступленное место. — Ну, как обычно. Только вот Блэк вела себя странно, — задумчиво ответил Гарри. — И как же? — с интересом спросила Гриффиндорка. Как только она услышала это имя, то она почему-то почувствовала… бабочек в животе? — Ну, задумчиво. Несколько раз запиналась. А потом, рассказав тему, задала нам писать эссе, а сама села за свой стол и молчала весь оставшийся урок, — непонимание Поттера было разделённым с Уизли. — Странно, — прокомментировала шатенка. — Ладно, а где Джинни? — спросила Гриффиндорка, дабы перевести разговор в другое русло. — Она скоро должна появиться, — ответил брюнет, оглядываясь на входные двери, надеясь увидеть рыжие волосы. — Ну ладно, — сказав это, Гермиона стала рассматривать присутствующих. Вот, за Когтевранским столом, Луна машет ей, на что получает лучезарную улыбку шатенки и махание в ответ. Она видит, как вечно недовольные Слизеринцы, смотрят на неё с отвращением. То, что было вчера, вероятно не поменяло их мнение о её силе. Они всегда считали таких как она недостойными Волшебного мира. Их ненависть была взаимной. Конечно, были персоны, которые казались и правда хорошими. Из таких Слизеринцев, Грейнджер знала лишь Андромеду Тонкс. Несмотря на то, что её семья была против маглорожденных, она вышла замуж за такового. И никогда не стыдилась. Взгляд Гриффиндорки блуждал и вскоре встретился со взглядом прекрасных ониксовых глаз. Они рассматривали друг друга не меньше пяти минут. — Бу! — раздался сзади Гермионы голос Джинни. Первая отскочила, как ошпаренная, и буквально чуть не снесла стол Гриффиндора. Студенты косо взглянули на них, и через несколько мгновений снова занимались своими делами. — Джинни! — шикнула шатенка, на что получила лишь хихиканье. — Когда-нибудь я кину в тебя Аваду, — предупредила Грейнджер. — Ой, боюсь-боюсь, — передразнила её Уизли, за что получила заслуженный подзатыльник от Гермионы. Рыжеволосая села за стол рядом с шатенкой и начала есть. Через некоторое время Грейнджер почувствовала на себе чей-то взгляд. Она рассмотрела весь Большой зал, и даже за преподавательским столом на неё не смотрели ониксовые глаза. Но она чувствовала этот взгляд. Конечно, за все учебные годы в неё не раз влюблялись и «сталкерили». Гриффиндорка решила, что вернуться в свою комнату будет лучше всего, ведь она как раз закончила ужинать. — Ребята, я пойду к себе. — Но ты ведь только пришла! — запротестовал Гарри. — Я очень устала. Всё таки весь день в библиотеке даже всезнайка не вытерпит, — усмехнулась шатенка, и встав из-за стола, попрощалась с ребятами. Она вышла из Большого зала. Идя по коридору, Гермиона надеялась никого не встретить, так как в её словах не было обмана. Она устала. Но, видимо, судьба затеяла свою игру и решила насолить ей. — Грейнджер! — из-за угла вышел тот человек, которого Гриффиндорка хотела видеть в последнюю очередь. Кормак Маклагген. Парень, который с пятого курса, пытается подкатить к ней. Но шатенка постоянно ускальзывала от ответа на предложение пойти куда-нибудь. — Я искал тебя, — радостно сказал Кормак, положив руку на плечо Грейнджер, — Рад тебя видеть. Как твои дела? — спросил тот притворно-сладко. — Нормально. Слушай, Кормак… Я очень устала и хочу отдохнуть. Давай поговорим позже? — Грейнджер, я хотел спросить тебя, не хотела бы ты… — игнорируя её предложение, тот как всегда вставил свои пять копеек. Но Гермиона прервала его. — Маклагген. Я тебе говорила, что меня это не интересует! — уже «закипая», произнесла та. — Я не мог поговорить с тобой в прошлом году, ты уехала раньше и я не смог, — снова проигнорировал её тот. — Нет, — твёрдо ответила Гриффиндорка. — Грейнджер, — Маклагген стал подходить, от чего шатенка начала пятиться назад, пока не врезалась в стену, — Подумай ещё. Пойми, я могу столько тебе предложить, — наклонился тот. От этого дыхание Гермионы замерло. Этот холодный, слишком крепкий одеколон, явно не нравился ей. — Кормак. Отойди, — уже явно злясь, сказала Гриффиндорка. Маклагген лишь наклонился к её уху, и стал щекотать его своим, мерзким для Гермионы, дыханием. Шатенка сама не понимала, почему бы просто не пнуть его по яйцам и уйти. Но что-то останавливало её. — Маклагген! — повысив тон, произнесла Грейнджер. — Гермиона, ты пойдешь со мной на свидание? — спросил тот, немного отстранившись. — Нет, отойди уже, — твёрдо и устрашающе ответила Гриффиндорка, на что Кормак лишь хмыкнул и хотел было потянуться к её губам, но чья-то рука на его плече остановила его. — Отойди от неё, Маклагген, — зарычала сквозь зубы профессор Блэк. Как только парень увидел кто перед ним, то сразу попятился назад. Гермиона с облегчением выдохнула. Наконец-то! — Профессор! Это не то, что вы… — заикаясь, хотел оправдаться Кормак, — Мы просто хотели найти уединённое место, — вдруг сказал тот так невозмутимо, что Блэк бы поверила, если бы не видела, как сопротивлялась Гриффиндорка. — Достаточно, Маклагген, — холодным голосом остановила его профессор, — Вы получите наказание. С Филчем. Он как раз соскучился по вам. Вот с ним вам уж точно найдется уединённое место, — немного с весельем в голосе проговорила брюнетка. — Хорошо, профессор. Можно мы пойдем? — спросил он. Двое ведьм одновременно посмотрели на него недоуменно. Неужели он правда думает, что с ним пойдет Грейнджер? Так думали обе волшебницы. Но старшая из них решила взять ситуацию в свои руки. — Ты ещё думаешь, что после этого я отпущу Грейнджер с тобой? Чтобы вы точно что-то натворили? Нет уж, она понесёт наказание со мной, — немного забавляясь, сказала профессор. Все знали, что наказания Блэк, это сущий ад. И лучше пойти в Запретный лес, нежели быть с ней один на один в одном кабинете. Как и ожидалось, Кормак попятился и посмотрел немного сожалеюще на Гермиону, чем позабавил обеих ведьм. Наивный щенок. — Вы свободны, Маклагген, — оповестила его Блэк. Тот, посмотрев на неё, и ещё раз на шатенку, сказал: — Я ещё поговорю с тобой, Гермиона! — Конечно. Если до того времени, я не пну тебя по яйцам, — злобно прошептала шатенка. — Согласна с тобой, Грейнджер. Это единственный метод, — видимо, услышав комментарий Гриффиндорки, Блэк повернулась лицом к Гермионе. Та сразу покраснела. Неужели у профессора такой хороший слух? — Пошли, Грейнджер. Спасение спасением, а отработку никто не отменял, — оповестив её, Блэк направилась в сторону своего кабинета. Гермиона от этого только застонала. — Профессор, может лучше завтра? Неужели нужно прямо сейчас? — спросила Гриффиндорка, вдруг почувствовав всю свою усталость. Самой Гермионе было стыдно за этот инцидент. Её ведь спалили в тёмном коридоре, обжимающуюся с однокурсником! И всё равно, что тот насильно прижал её к стене и удерживал. — Грейнджер. Ты ведь лучшая ученица Хогвартса! — взбодрила её Блэк. На самом деле, это было удивительно, ведь Беллатрикс вела себя так расслаблено только с сестрами. А Грейнджер никогда бы не позволила себе такого с другим профессором. Но они создали между собой дружеские отношения, могли позволить себе расслабиться и немного отдохнуть от этой субординации. Теперь Гермиона чувствовала, что Блэк была ей как Макгонагалл. Но что-то их отличало. Минерва всегда относилась к ней, как к дочери. А Блэк… — Пошли, Грейнджер! — раздраженный голос Блэк вырвал Гриффиндорку из своих мыслей, заставляя поторопиться, ведь профессор вечность ждать не будет. — А что за наказание? — с интересом спросила шатенка, когда они уже подходили к кабинету. — Увидишь, — кратко ответила ей Блэк, опять соблюдая границы. Они зашли в класс. Профессор закрыла дверь и подошла к своему столу. Студентка стояла и думала, какое же наказание придумала Блэк за несколько минут. — Так, Грейнджер, — обратила свое внимание на ученицу, что стояла посередине класса, задумавшись, — Вероятно, не впервой тебе получать наказания. Учитывая то, с кем ты дружишь, — саркастично произнесла та, но злобы в этом сарказме Гермиона не уловила. — Что мне нужно делать? — спросила шатенка. Она желала поскорее закончить с этим и отправиться в теплую постель. Наверное я буду мыть кабинет. — Так, твое наказание — убраться в кабинете, — внутренне шатенка пожала плечами, — Можешь начинать с полок. Грейнджер кивнула и повернулась к швабре и ведру с тряпками. Кабинет ЗоТИ был весьма небольшой, но и маленьким его назвать сложно. Здесь было несколько шкафов с книгами, всякими существами и склянками, которые безусловно нельзя трогать. Она закатала рукава рубашки и сняла мантию. Взяла в руки тряпку и прошлась по последней полке, дабы стереть пыль. Остались полы и парты, которые нужно вытереть, как настаивала Блэк. От того, что она много двигалась и стало довольно душно, Гермиона расстегнула две верхние пуговицы своей белоснежной рубашки. Там уже немного виднелся шрам, что она получила совсем недавно. Так как с детства у шатенки быстро заживали царапины, эта уже начала процесс «заживания». Рана уже не болела и не щипала. Гриффиндорка этому лишь обрадовалась, ведь уже завтра она пойдет на уроки. Конечно, еле-еле уговорив Мадам Помфри и Макгонагалл. Блэк, сидела над кипами бумаг и читала эссе первокурсников на тему призраков. Она забавлялась от остроумных и глупых записей юных умов. Она уже почти забыла о нахождении её ученицы, пока не заметила движение. Грейнджер стояла с тряпкой в руках, вытирая очередную парту. Студентка подошла к ведру, чтобы смочить тряпку. Беллатрикс завороженно смотрела, как Гриффиндорка старательно смачивала и сжимала ткань для протирки пыли. Её мышцы напрягались, а грудь вздымалась. Её длинная и тонкая шея покрылась бусинками пота от работы. Эти ключицы манили. Поняв, что пялится, Блэк быстро отвела взгляд, растерянно бегая глазами по строчкам, пока её щеки покрывались румянцем. Гермиона, закончила с партами и домывала полы, как решила взглянуть на профессора. Та сидела, сосредоточенно читая пергаменты. Она такая красивая… Это было правдой. Блэк была чертовски привлекательна и конечно, сексуальна. Её платья с корсетами, которые обтягивали все нужные места… Низкое декольте и длинные стройные ноги. Она явно хороша собой. Тут, ониксовые глаза резко поднялись на неё. Гриффиндорка, не ожидав этого, растерялась. Она покраснела и продолжила мыть полы. Гермиона чувствовала этот взгляд с ухмылкой. — Я закончила! — в тишине кабинета воскликнула Гриффиндорка, отчего мурашки побежали по спине Беллатрикс. Она подняла свой взгляд на огненные глаза. — Отлично, Грейнджер. Теперь, расскажи мне, как твое здоровье? — пригласила ту сесть на напротив стоящий стул. — Мне уже гораздо лучше, — ответила ей Гермиона, садясь на приглашенное место, — Я завтра начинаю снова учиться, так что я уже почти здорова. — Хорошо. Мне нужно с тобой поговорить. В наш клуб пришло много желающих и теперь я официально открываю его. Поттер уже знает, так что я приглашаю вас с ним на ужин в Блэк Мэноре в семь часов вечера, как и говорила до этого, — объявила профессор. — Спасибо большое, профессор. Мы обязательно придём, — обещала студентка. — Отлично, а теперь, не буду тебя задерживать Ты свободна, — оповестив её, Блэк встала из-за стола, чтобы проводить ученицу. — Конечно. Они одновременно подошли ко входу, не заметив этого, и буквально столкнулись. — Прошу прощения, профессор, — извинилась Гермиона, открыв для себя дверь, но никак не решаясь выйти. — Ничего. До свидания, Грейнджер, — попрощалась Блэк, когда Гриффиндорка вышла за порог и уже уходила, закрыла дверь. Неужели я и правда влюбилась? — спрашивали обе ведьмы у самих себя.

***

На следующий день Гермиона проснулась с прекрасным настроением, что было редкостью. Она приняла душ и поняла, что сегодня теплая погода, решила надеть мини юбку и рубашку, а сверху, со спины накинуть свитер. Гриффиндорка, накрасив тушью свои длинные ресницы и покрасив губы в притягательный блеск, вышла из комнаты. Студенты оборачивались на неё с восхищением, за что Грейнджер конечно почувствовала гордость за себя. Она всегда любила внимание. Она поняла, что друзья встретят её уже в Большом зале, поэтому поспешила туда. Радостно идя, она не услышала голос женщины. Точнее профессора. — Мисс Грейнджер! — уже повысив тон, позвала её Макгонагалл. Гермиона обернулась и поспешила к ней, дабы не разозлить. Но похоже, профессор была в таком же настроении, как и её студентка, — Вы прям радостно летите. Хорошее настроение? — Доброе утро, профессор. Верно. Сегодня очень хорошая погода. Да и я начну вновь учиться, — улыбаясь ответила ей шатенка. — Это видно. Так, зачем я вас, собственно, звала… Я слышала, что вас пригласила сама мисс Блэк в свой клуб. Ещё и самой первой, — гордо и немного хитро ухмыляясь, произнесла декан Гриффиндора. — Да, это так, профессор, — чуть смущенно подтвердила студентка. — Тогда, поздравляю вас и мистера Поттера. Надеюсь, вы покажете лучшие результаты в этом клубе, — поздравила её Минерва. — Спасибо, профессор, — уже прилично смущаясь, но и обрадовавшись ещё больше тому, что её декан ею гордиться, Гриффиндорка хотела поскорее заставить слова Макгонагалл сбыться как можно быстрее. — Ну, не буду вас задерживать. Желаю вам удачи, мисс Грейнджер, — и, сказав это, она скрылась за поворотом. Зайдя в Большой зал, она словила несколько восхищенных взглядов от студентов других факультетов, и поняла, что среди них есть взгляд ониксовых глаз. — Гермиона! — воскликнул чей-то голос, выводя из транса Грейнджер. Неохотно перевела взгляд на стол своего факультета и поняла, что голос принадлежал девушке из семьи Уизли. — Привет. Как дела? — спросила она как в ни чем не бывало. — Ну привет. Потрясно выглядишь, подруга! — с нескрываемым восхищением сказала рыжая. — Спасибо. — Гермиона, ты как всегда шикарна, — Гарри всегда умел говорить нужные вещи, они обнялись, приветствуя друг друга. И встав, Гермиона, специально обойдя весь стол, под взглядом ониксовых глаз, подошла к обиженной подруге и обняла её. Так же, как и рядом сидевшего Рона. — Привет. Я бы сказал столько комплиментов, Гермиона, ты не подумай, но подружки Лаванды сейчас следят за мной и в случае чего, сдадут меня ей. И она очень-очень сильно начнет ревновать. Так что, я просто скажу, что ты красивая, ты ведь знаешь, что я действительно могу сказать и больше комплиментов, — прошептал ей Уизли, отчего она ухмыльнулась и серьёзно кивнула головой. Гермиона снова обошла стол, теперь уже под раздраженным взглядом глаз и до сих пор ухмыляясь ревности Браун села рядом с Гарри. — Как ты себя чувствуешь, Гермиона? — спросил брюнет. — Отлично. Почти полностью здорова. — Я рад. Надеюсь, что мы сможем пойти вместе на этот званый ужин нового клуба Блэк и Снейпа. Если не наткнемся на новые приключения, — улыбнулся тот, от чего засмеялась и Гермиона. — Точно. — Что за клуб? — с интересом спросила Джинни. — Блэк и Снейп открывают клуб для одаренных волшебников и волшебниц. Нас с Гарри туда пригласили. И мы идем на ужин в субботу, — объяснила шатенка. — А почему не позвали Рона или меня? — разочарованно спросила Уизли. — Ну Джин… Там же только одни зубрилы и умники. А вы игроки в квиддич. Не думаю, что вам это будет интересно, — сказал Гарри, на что сама Джиневра согласилась. — Ну тогда, если никто не таит обиду, то мы можем спокойно пойти в этот клуб и посмотреть, что да как. Главное, не искать приключений, — молилась Грейнджер. — Согласен, — одобрительно кивнул Гарри, и они, закончив завтракать, отправились на Уход За Магическими Существами.

***

— Так, ребята. Сегодня, мы изучаем Фестралов, — объявил Хагрид, — Скажите мне, кто они такие? Гермиона, пожалуйста. — Это редкие волшебные существа, которые также относятся к фестрической породе крылатых коней. Она довольно мрачны и представляют из себя скелеты лошадей с крыльями. Они также отличаются тем, что их видит человек, познавший смерть. Для других они невидимы. — Правильно. Пять очков Гриффиндору. А теперь, пошлите, я отведу вас к ним. Студенты, что видят их, попытаются их описать, — объявив это, Хагрид прошел недалеко в лес. Слизеринцы шли впереди и постоянно ворчали, что раздражало. — Гарри, ты ведь видишь их? — спросила Гермиона. — Верно. Ты тоже, — Гермиона вспомнила, что теперь тоже может их видеть, благодаря смерти родителей. Она и забыла. Не о родителях, а о фестралах. — Студенты! Подойдите сюда те, кто видит фестралов, — прояснил профессор Хагрид и отошел в сторону. Из всего шестого курса Слизерина вышла всего пара человек. А вот с Гриффиндора, только Гарри с Гермионой. Неужели больше никто? — Так, дети. Вы сейчас попробуете описать то, как выглядят фестралы, — оповестил группу из четверых человек Рубеус. К фестралу подошел один Слизеринец и наклонился к нему, дабы увидеть «лицо». Тому повезло, что это не обычная лошадь. Гермиона помнит, как видела, что, когда человек так наклоняется к лошади, то те готовы пнуть того в любую секунду. — Он, страшный. Одни кости. Ровные черные крылья. Череп обычной лошади. От него чувствуется аура несчастья, — описал Слизеринец и отправился к группе. — Я вижу его испуганное лицо и тоже чувствую эту ауру. Она тяжелая, и ощущения, будто кто-то умрет. Совсем скоро, — сказала уже другая Слизеринка, и последовала примеру первого, встав на место. К фестралу подошел Гарри. В общем, существ было три. И все они подходили к одному. — Я вижу его израненное тело, выступающие кости, и несчастье, — кратко объяснив, тот прошел к Рону. Гермиона знала, что тот нелегко вспоминает родителей. Как и она. Оказавшись последней, она аккуратно, начала подходить к совсем другому, стоявшему в стороне фестралу. Он, поняв это, резко побежал, что было для них редкостью. Тем не менее, она побежала за ним. — Гермиона! — крикнул ей Хагрид. Он, как и почти все студенты, непонимающе смотрели вслед Грейнджер, что убежала за фестралом в сторону Хогвартса. Конь остановился там, где профессор Трюк проводила занятия. Но, слава Мерлину, сейчас там никого не было. Гермиона посмотрела на грустного и измучавшегося фестрала. Его череп казался таким усталым и измученным, что Гриффиндорка даже пожалела коня. Слизеринцы, которые говорили про несчастную ауру рядом с ними, скорее всего просто вспоминали смерть и им становилось грустно. Ведь все считали, что именно фестралы — это мрак. Что это они нагоняют несчастье, когда видишь их. На самом деле, как думала Грейнджер, это они хотят всё свое горе, переложить на них. На фестралов. Поэтому кони такие несчастные. Потому что счастье отбирают люди. Конь стоял неподвижно, он опустил голову и не поднимал её. Гермиона осмотрела его тело. Оно было в хорошем состоянии. Если не считать, что оно состоит из одних костей. Его крылья стояли очень красиво. Гриффиндорка захотела такие крылья. Такую свободу, как у этих существ. Но она понимала, что сейчас их многих держат насильно. Как птицу в клетке. Хотя так и есть. Люди не дают им расправить крылья и ощутить свободу жизни. Беллатрикс сидела в своем кабинете и пила огневиски. Она уже давно забила на правило «не пить на работе». Так как сейчас у неё было окно, она могла отдохнуть от этих студентов. Вдруг, за окном, она услышала громкий возглас. Она бы не придала этому значения, если бы её окно не находилось рядом с Запретным лесом. Она подошла к нему и увидела бегущую Гриффиндорку, что не покидала её мысли. Она не просто бежала. Она бежала за фестралом. Блэк видела смерть. Не семьи, а друзей и коллег. Так как она, до приглашения на должность профессора, работала в Министерстве — Мракоборцем. И когда она сражалась с плохими парнями, те задевали непростительными её коллег. Она смотрела, как конь остановился, прежде чем остановилась Гермиона. Она подошла к нему и смотрела. Долго и молча. Блэк уже хотела выйти, но к студентке подошел Хагрид со студентами. Она облегченно вздохнула. Сегодня, Гриффиндорка выглядела очень привлекательно. Надо же было великолепной Беллатрикс Блэк влюбиться в свою же студентку. — Гермиона, что случилось? — спросил только что прибывший Хагрид. Гермиона повернулась к нему и рассказала всё, о чем думала, пока изучала коня. И честно сказать, великан был впечатлён. — Отлично, Гермиона. На этот день существ достаточно, урок окончен. Вы свободны, — освободил всех Рубеус. Он подмигнул Гермионе и отправился к себе в Хижину. — Это было неожиданно, Миона, — сказал её Рон, когда они зашли в Хогвартс и отправились в кабинет Зельеварения. — Это точно. — Я тебя понимаю, — произнес вдруг Гарри, — Я и те Слизеринцы только видели, как убежал фестрал. Остальные подумали, что либо ты сошла с ума, либо ты испугалась фестрала, — ухмыльнулся тот, точно зная, что она не будет их бояться. — Ну, глупые Слизеринцы — не редкость, — усмехнулась Гермиона, на что получила два смешка от мальчиков. — Тонко подмечено.