Запретная любовь

Гермиона бродила по коридорам замка. Решив, что немного прогуляться и освежиться ей не помешает, она немного удлинила своё дежурство. Конечно, она пойдет к друзьям, но позже. Грейнджер почти обошла весь Хогвартс. Её мысли были далеко в Казахстане. Просто, ни о чем конкретно не думая, она ходила. И всё. Но тут, поднявшись на Астрономическую башню, Гриффиндорка увидела белокурую макушку. Малфой стоял возле прутьев и смотрел в никуда. Гермиона, решив немного понаблюдать за ним, осталась прятаться в тени. Драко стоял неподвижно. Больше ничего. Грейнджер не понимала, что она делает, ведь должна отправить его в гостиную, но её сознание твердит, что она должна остаться. — Грейнджер, не думай, что я тебя не вижу. Выходи, — вдруг сказал Малфой, всё ещё смотря перед собой. Гермиона, опешившая, вышла из угла и подошла к парню. — Малфой, я должна отправить тебя в… — Я знаю, — прервал её он. — Я скоро уйду. Просто… дай мне немного времени. — Но… — Грейнджер. — Драко наконец-то поднял на неё свой взгляд. Гермиона сразу поняла, что у него что-то случилось. Глаза были не как всегда насмешливые, а пустые и грустные. — Малфой, что случилось? — осмелилась спросить Гриффиндорка. Драко усмехнулся. — Какое тебе дело, Грейнджер? И тут Гермиона задумалась. И правда, зачем ей это всё? Но внутренний голос говорил, что она должна. — Ну… Знаешь, если скажешь свои переживания кому-то, то тебе станет легче, — попыталась она. Драко долго смотрел на неё, а потом всё-же произнес: — Моего отца посадили в Азкабан. Гермиона встала в ступор. Что? Разве Люциус Малфой был арестован? Но решив не давить на него с расспросами, она лишь посочувствовала. — Оу… Мне очень жаль, — всё, что она могла сказать. — Не надо. Это было… заслужено, — Драко скривил свои губы в отвращении, явно испытывая его к своему отцу. — А… — Он делал много плохого. Даже если все считали его хорошим мужем и отцом, это было не так. Люциус постоянно угрожал маме мной, если она подаст на развод. Он морально убивал меня и её. А теперь, когда его нет рядом с нами, она счастлива. По-настоящему. И я тоже. Он постоянно давил на нас, а я не мог даже ничего сделать и кому-либо сказать. Гермиона стояла и слушала историю этого парня, которого она считала типичным сторонником превосходства крови и придурком. Её полностью поразило то, что она услышала. То, что старший Малфой был таким, шокировало. Конечно, она слышала, что все главы таких семей были не самыми хорошими людьми, но ведь Люциус был таким примером. Она даже где-то читала, что Нарцисса вышла за него по любви. Но, видимо, это не правда. — Этот подонок заставлял меня верить в то, что превосходство крови это самое главное, и всех маглорожденных и полукровок надо считать грязью, — Драко скривил лицо. — Какой-то тупизм. — Мне правда жаль, Драко. Твоя мама и ты… Вы пережили очень много. И я рада, что теперь вы счастливы. — сказала Гермиона после небольшой тишины. Блондин повернулся к ней и улыбнулся. Нет, не ухмыльнулся своей гадкой ухмылкой, а по-настоящему улыбнулся. Искренне. — Спасибо, Грейнджер. Я ценю это, правда. — Конечно. Они простояли так несколько минут, смотря на Запретный лес. Он был таким большим, что его краёв не было видно. Густой, тёмный лес, который красивый сам по себе, и такой же таинственный и опасный. — Ладно, мне уже пора. Спасибо за поддержку, Грейнджер, — сказал Драко и развернувшись, спустился по лестнице. Гермиона смотрела ему вслед и сожалела. Сожалела о том, что раньше никогда не пыталась понять этого мальчика. Понять и подружиться, поддержать, ведь ему было так тяжело, а этого никто не видел.

***

Гермиона зашла в только появившуюся дверь. Комната была, как всегда, уютная. Как ей и нужно было. — Гермиона, почему ты так долго? — спросила Джинни, сидя рядом с Гарри на небольшом диванчике. Рон и Флёр сидели в двух отдельных креслах. — Да так. Много студентов в коридоре после отбоя было, — отмахнулась Гермиона и села в единственное пустое кресло. Посидев так пару минут, друзья переглянулись и все кивнули друг-другу. Улыбаясь, они хором воскликнули: — Добби! Появился маленький эльф, которого любили все в этой комнате. Он улыбнулся счастливой улыбкой от того, что все его самые близкие люди и друзья вместе. — Мои дорогие друзья! Я рад вас видеть, — маленькое тело запрыгало от радости, но вдруг его взгляд скользнул по фигуре Флёр. — Ах, Добби, Это Флёр Делакур. Наша студентка по обмену и новая подруга в нашей компании, — пояснила Гермиона, знакомя девушку и эльфа. — Ах, мисс! Друзья моих друзей — мои друзья, — поклонился эльф перед смущённой блондинкой. Те выглядели смешно и мило. — Я эльф Добби. Друг этих хороших людей. Знайте, мисс, вы можете звать меня всегда, я всегда помогу вам. Приятно познакомиться с новой хорошей девушкой. — Мне тоже, — неловко улыбнулась Флёр. Ребята сидели и умилялись этой картине. — Добби, мы хотели тебя кое о чём попросить. Пожалуйста, сможешь ли ты приготовить нам горячего шоколада и каких-нибудь печенек? — вежливо спросила Джинни. — Конечно, мисс Джинни! Всё что угодно, — сказал Добби и аппарировал. — Сколько я говорила, чтобы ты называл меня просто «Джинни»? — закатила глаза Уизли. Все захихикали над этим, ведь эльф и правда не переставал обращаться к ним «мисс» и «мистер». — А это ваш собственный эльф? — поинтересовалась Флёр. — Нет. Гарри освободил его на втором курсе, так как узнал как с ним обращаются Малфои, — объяснил Рон. Гермиона, вспомнив про главу семейства Малфоев, вздрогнула. Недавнее признание Драко всё ещё было в её мыслях. — Гарри, — позвала она парня. Тот повернулся и посмотрел на неё любопытными глазами. — А Люциуса Малфоя, что, посадили в Азкабан? Все замерли. Все знали, что глава этого семейства был не таким уж хорошим. Как бы его не описывали газеты и слухи, ребята никогда не верили, что он не плохой. — Да, — сказал Гарри. — Это правда. Его посадили за не самые лучшие поступки. А как ты узнала, Гермиона? — Мне… — Гермиона задумалась, стоит ли говорить им о Драко, ведь он доверился ей. Но тут она придумала, как может ему помочь. — Драко признался мне. Он рассказал, что не расстроен, так как его отец не был самым лучшим. Люциус морально делал ему плохо, когда он бы ребёнком. И Нарциссе тоже самое. Он внушал ему про превосходство крови и что маглорожденные, полукровки и эльфы это грязь под ногами. Поэтому они, кстати, так обращались с Добби. Ребята задумались. Они ведь всегда считали, что Малфой обычный хулиган и придурок. Но, оказывается, это его отец постоянно делал его таковым. Он всю его жизнь внушал ему то, что превосходство крови превыше всего. — Видимо, мы ошибались насчёт него, — поджал губы Гарри. И это была правда. Драко всегда был придурком, но иногда он был настоящим человеком. Помогал и заботился. Просто никто не хотел этого замечать, ведь все привыкли видеть в нем сторонника крови и хладнокровного аристократа. Вдруг в голову Гермионы пришла идея. — Ребята, — позвала она всех. — Давайте как-то поддержим и постараемся помочь Драко. Может даже подружимся? Дадим ему шанс? — в её голосе сквозила надежда. Она и правда хотела с ним подружиться. Грейнджер очень надеялась, что остальные тоже хотят этого. — Я согласен, — поддержал Гарри. — Я тоже, — сказала Джинни. Гермиона посмотрела на Флёр. — Ну, я не знаю его так хорошо как вы, и мне он не сделал ничего плохого, так что я только за, — улыбнулась блондинка. Все взгляды устремились на Рона. Он всегда ненавидел Драко, но они надеялись, что тот отложит свою обиду и постарается подружиться. — Я… попытаюсь, — произнес Рон. Все тут же гордо улыбнулись. Рон и правда повзрослел, раз сможет убрать эту детскую вражду и подружиться с Драко. — Кстати, Рон, как прошло твоё свидание с Лавандой? — поменяла тему Джинни. Уизли тут же покраснел и опустил голову вниз, смущаясь. — Иди к черту, Джинни. Все засмеялись. Всё же у меня лучшие друзья на свете, — пронеслось в голове Гермионы.

***

Беллатрикс сидела в своей комнате после ужина и проверяла работы. Её ситуация с Грейнджер не улучшилась, и она так и не нашла точно правдивых фактов. Поэтому, решив пока забросить это, она принялась за работу. Вдруг в дверь раздался стук. Удивившись визиту, Блэк пошла открывать. Отперев дверь, она увидела своего племянника. — Драко? — она была удивлена мальчику, что стоял перед ней. — Тётя Белла, — он поднял свои грустные серые глаза и улыбнулся. — Заходи. Без лишних слов пройдя в комнату, Малфой сел на диван. — Что-то случилось, мальчик мой? — спросила Беллатрикс, смотря на своего племянника, что сидел немного растерянный. — Тётя… Я хотел сказать, — заикался тот. — Отца посадили в Азкабан около недели назад. Беллатрикс стояла пару минут в ступоре, пока до неё не дошли слова парня. — Что? Люциуса посадили в Азкабан? За что? — протараторила Блэк, подходя ближе и садясь рядом со своим племянником. — Да… Он убил волшебника. — Что? — Он… — Почему? Кого? За что? — не давала она вставить Малфою и слово. — Тётя! — воскликнул Драко. — Успокойся. Его посадили на пять с чем-то лет. Убийство было спланировано, тем более… — Что? Что ещё, Драко? — не терпелось Беллатрикс. — Люциус он… Он раньше… — Драко не смог нормально вспомнить своё прошлое, не испытывая боль. — Что? Что она сделал, мальчик мой? — Тётя, используй заклинание, — решился блондин. Блэк долго смотрела на него с сомнением, но всё же решила, что лучше сделать так, как он скажет. Приставила палочку к его лбу и произнесла тихое «Легилименс», аккуратно и мягко войдя в его разум. Видя всё «счастливое» детство с настоящим Люциусом, она поняла, что хотел сказать мальчик. Она видела как тот избивал Нарциссу, угрожал ей Драко, унижал самого мальчика и заставлял верить в превосходство крови. Беллатрикс хотела бы сама придушить своего «идеального» зятька. Она всегда считала его тем ещё павлином, но Нарцисса любила своего жениха. Но, оказывается, это была временная влюблённость, которая испарилась, когда настоящая сущность Люциуса раскрылась. То, как Люциус уничтожал Драко морально, её взбесило до предела. Вскочив со стула, она начала ходить взад-вперёд. Беллатрикс не могла понять, как она не замечала несчастье самых близких ей людей на протяжении стольких лет. То, что Люциус оказался не тем, за кого себя выдает, было потрясением. Нет, Блэк не привязалась к нему, но она бы сейчас хотела с радостью пытать его непростительным, пока тот не сойдет с ума. — Как Цисси? Как она? Драко, милый, скажи, как она? — подбежала она к парню, который всё ещё сидел на диване. Тот поднял на неё свой взгляд и немного помолчал. Но затем снова ответил: — Нормально. Она в порядке, тетя Белла. Она счастлива, что он ушел из нашей жизни. Беллатрикс улыбнулась и обняла своего племянника. — Мама планирует скорый развод. Хочет побыстрее избавиться от него, — сказал тихо Драко, обхватив тётю своими руками. — Ну и отлично. Я с ней поговорю, — таким же тоном ответила Блэк. Они просидели так несколько минут, пока, наконец, не отстранились. — Всё будет хорошо. Всё будет хорошо, Драко, — потрепала его по волосам Беллатрикс, на что тот только скривился и улыбнулся. — Хорошо. Они поговорили пару часов. Блэк старалась отвлечь его от Люциуса. И у неё получилось. Драко разговаривал с ней обо всем. Он тоже старался отвлечься. — Тётя, — позвал старшую юноша, смотря на неё. Беллатрикс посмотрела на блондина с любопытством. — Да, дорогой? — Ты и Грейнджер… Что между вами? — немного замялся тот. Беллатрикс застыла. Она сама не знала, что между ними происходит. — Я… Слушай, а что это вдруг? С чего ты спрашиваешь? — Ну… Вы постоянно переглядываетесь. — Это… Но договорить Блэк не дал стук в дверь. Драко нахмурился, не понимая, кто мог прийти так поздно к его тёте. Беллатрикс, так же не понимая, пошла к двери. Открыв защёлку и отварив дверь, она увидела Макгонагалл. Немного взволнованную Макгонагалл. — Что случилось, Минерва? — спросила Блэк, нахмурив брови. Взгляд Макгонагалл скользнул по Драко, но, всё же, она перевела его на Беллатрикс. — Беллатрикс, Вы не видели нигде моих студентов? Двух Уизли, Поттера и Грейнджер с Делакур? — тон декана Гриффиндора был и правда нервным. — Минерва, я не знаю куда подевались твои львята, — усмехнулась Беллатрикс, но всё-таки немного забеспокоилась. — А что такое? — Они… В общем, я делала обход и не нашла их. — Точно везде искала? — спросила Блэк. — Да, — кивнула Макгонагалл, но тут её взгляд упал за спину Беллатрикс. Обернувшись, они заметили смущённого Драко, который не знал куда себя деть. — Добрый вечер, мистер Малфой, — понимающе улыбнулась Минерва. — Добрый, профессор, — покраснел блондин. — Не знаете ли вы, куда подевались эти Гриффиндорцы? — Макгонагалл явно поняла, что тот слышал их разговор. — И понятия не имею, профессор, — пожал плечами Слизеринец. — Ну, ладно, — Минерва незаметно подмигнула парню. — Я, пожалуй, пойду. — Конечно, Минерва. Если что, приходи, — улыбнулась Беллатрикс. — Доброй ночи, Беллатрикс, мистер Малфой, — кивнула старшая ведьма и развернувшись, ушла. Блэк закрыла дверь и повернулась к своему племяннику. — Ты же знаешь где они. Драко поднял свой растерянный взгляд и замялся. — Да. Решив не давить на своего и так подавленного племянника, она сказала: — Ладно, мальчик мой, иди к себе. — Беллатрикс подошла ближе и обняла его. — Сладких снов, тётя, — произнес Драко и пошел к двери, когда женщина отпустила его. — И тебе, дорогой, — улыбнулась она. После того, как платиновые волосы исчезли из её поля зрения, Блэк села на диван. Руки зарылись в волосы, а голова опустилась вниз. Мысли закружились в голове. Как я не могла замечать этого? Как? Почему она не сказала? — мысли проносились в её голове не останавливаясь. Она и правда не понимала как не увидела боль в глазах сестры и племянника. Она ничего не сделала. Если бы кто-то сейчас вошёл в её покои, то застал бы не самую лучшую сцену. Блэк выглядела как женщина, которая сошла с ума. Но это было несравнимо с той яростью, которая кипела в ней. Она хотела убить Люциуса Малфоя.

***

Драко вышел из покоев своей тёти и направился в гостиную. То, что его тётя собиралась убить его отца, он знал давно. Просто та не показывала этого, думая, что Нарцисса любит его. Но сейчас… У Беллатрикс уже есть хоть один повод причинить тому вред. И Драко бы не возражал, если бы не знал чем это всё обернётся. Так что, надо просто смириться с тем, что Люциус получит своё заслуженное наказание в тюрьме, рядом с дементорами. Драко не знал, почему не сдал Гриффиндорцев Макгонагалл. Он просто… не хотел. Блондин не хотел рассказывать где те находятся. Он бы сам хотел к ним. И тут, как назло, вдали коридора раздались голоса. Это была явно не Макгонагалл. Виднелись рыжие волосы, которые принадлежали Уизли. Драко начал идти медленнее. Вот только когда Гриффиндорцы наконец увидели его, он заметил, что в соседнем коридоре раздается мяуканье и мерзкий голос Филча. Быстро среагировав, тот открыл первую попавшуюся дверь и быстро замахал руками в попытках позвать студентов. Ребята, поняв, что от них хотят, зашли туда, а следом за ними и Драко. Несколько минут было тихо. Драко стоял у одной стены, а Гриффиндорцы у другой. Они смотрели друг на друга. Драко сразу понял, что те немного испуганы. Хотя сам был не меньше. После мучительных минут тишины, раздалось мяуканье прямо у двери. Драко поднял указательный палец к губам, давая понять, что нужно быть тихими. В темноте кабинета, были видны лишь еле заметные черты лица. Раздались шаги. Свет от свечи показался в маленькой щели дверного проема. — Вы чувствуете кого-то, миссис Норис? — раздалось ворчание. Филч явно был рад тому, что студенты ходят после отбоя, ведь ему нравилось наказывать их. Студенты сжались. Они боялись как первокурсники — никто не хотел заработать себе две недели отработок. Шаги прекратились. Молодые люди с облегчением выдохнули. — Люмос, — произнес Рон, взмахивая палочкой. Небольшое свечение показало лица Гриффиндорцев. — Спасибо, Малфой, — сказал Гарри. — Не за что, Поттер. Студенты стояли в неловкой тишине. Никто не знал, что сказать. Но тут тишину прервала Гермиона: — Драко, не хочешь сходить завтра с нами в Хогсмид? — её голос был немного нервным, но бодрым. Удивление читалось на лицах всех. Драко задумался. Конечно он хотел пойти с ними. Всегда хотел, просто боялся осуждения или отца. Он бы был счастлив, если бы он тоже был в такой классной компании. — Я… — Ты можешь взять с собой Паркинсон и Забини, — подключилась Джинни. Рон и Гарри стояли в ступоре, не понимая, что происходит. — Ну, — замялся тот. — Я бы не отказался… — Отлично! Тогда завтра после завтрака мы позовем тебя. — улыбнулась Грейнджер. — Хорошо. Снова наступила эта тишина. Но, вдруг, её снова прервали, только теперь француженка: — Драко, — позвала она его. Тот поднял свой взгляд. — Меня зовут Флёр Делакур. Мы с тобой не знакомы лично. Приятно познакомиться, — она протянула руку для рукопожатия. — Видимо, ты уже знаешь как меня зовут, но всё же, я — Драко Малфой. Мне тоже очень приятно, — улыбнулся блондин, показывая свои белоснежные зубы. — Надеюсь, мы сдружимся. — произнесла Делакур, улыбнувшись. — Я тоже. Тут дверь резко открылась, отчего студенты, которые не ожидали этого, выпучили глаза и испуганно подпрыгнули, а кто-то даже воскликнул «Чёрт!». Перед ними стоял Снейп. И его зловещая ухмылка не предвещала ничего хорошего.

***

Получив по недели наказания для каждого из них, Гриффиндорцы отправились к себе в гостиную, а Драко в свою, заранее договорившись о завтрашнем походе в Хогсмид. — Ну, хотя бы не две или три. Снейп сегодня добрый, — пытался подбодрить всех Рон, что у него и вышло. Ребята ухмыльнулись. Снейп и правда сжалился, ведь обычно он бы не упустил такую возможность. Пройдя через портрет Полной Дамы, Гриффиндорцы сели на диван. — Ну, завтра день со Слизеринцами. — усмехнулся Гарри. — Звучит не так плохо. Друзья рассмеялись. — И правда. Мне кажется, что мы подружимся, — сказала Джинни. Гермиона была рада и благодарна за то, что её друзья попытались подружиться. И она очень бы хотела, чтобы они всё же сделали это, ведь вечные унижения и препирательства уже изрядно достали всех. Она ушла к себе в комнату раньше всех. Уже сильно устав, та сразу легла в постель. Сегодня и правда был трудный день. Надеюсь, завтра будет лучше.