На стороне правды

-Дэни, прикрой меня, а то мама опять будет ругаться..бла-бла-бла…- нараспев пробубнила девочка, сидя за письменным столом и мотая ногой, еле-еле достающей до пола. Подперев голову кулаком, она смотрела на раскрытую тетрадь по математике, но перед глазами предстала лишь сцена, случившаяся днем, когда они с братом только пришли со школы. Вытряхнув из рюкзака школьные вещи, мальчик положил в нее огромную книгу сказок и, сбегав на кухню, вернулся с двумя сэндвичами, которые мама оставила им до своего прихода – Я хочу кое-что узнать, ты не поймешь… – продолжила она вполголоса с нотками раздражения – Это тебя я не понимаю. Дурак! Захлопнув тетрадку, девочка посмотрела в окно. Вечер уже укрыл Сторибрук одеялом из ночного неба и теперь только фонари придавали улицам хоть какие-то очертания. Часовая башня, неработающая сколько помнил себя каждый горожанин, претенциозно показывала восемь пятнадцать и была права ровно дважды в день. Прохладный ветер, ворвавшись в приоткрытое окно, растрепал длинные темные волосы по спине, напоминая девочке, что пока она остается в своей комнате в полной безопасности, ее брат находится где-то далеко из-за своей очередной бредовой идеи. Как бы Дэни не злилась на то, что Генри не рассказал ей ровным счетом ничего, холод, пробежавший мурашками по ее рукам, заставил ее волноваться. Вдруг его не нужно было отпускать, а, следовало рассказать все маме? Может, его поймала полиция и этот болван забыл их домашний номер и не может даже позвонить? Или он просто потерялся и теперь ходит с бурчащим желудком, готовый больше умереть с голода, чем вернуться домой? В ответ на эти мысли ее собственный живот превратился в маленького китенка, напомнив, что Генри забрал и ее сэндвич, лишая сестру перекуса. -Все! Я так больше не могу! Не удосужившись надеть тапочки, Дэни в одних носках выбежала из их общей с братом комнаты и, чуть не поскользнувшись на лестнице, сбежала на первый этаж, когда услышала как дверной замок повернулся со знакомым щелчком и в холле появилась женщина в строгом офисном платье серого цвета. -Мама! - подбежав к ней, девочка обхватила ее за талию прежде, чем та успела снять туфли. -Моя принцесса - наклонившись к ней, женщина положила обе руки на спину дочери и присела на корточки, как делала почти всегда, чтобы оказаться с ней примерно одного роста. Увидев растерянность и налет страха в зеленых глазах, женщина нахмурилась. -Только обещай, что не будешь ругаться - тверже, чем она сама ожидала проговорила девочка, вцепившись пальцами в домашние штаны. -Дэниелла, что случилось? - инстинктивно бросив взгляд на лестницу, она почувствовала неладное - Где Генри? -Я говорила ему отказаться от этой дурацкой затеи - больше назидательно, чем в оправдание начала та - Но он не слушал и попросил не рассказывать тебе, потому что думал, что ты вернешься позже! А ты здесь, и я не хочу больше его покрывать! С трудом поднявшись на ватные ноги, женщина поспешила в их общую комнату, стараясь не обращать внимания на нарастающий гул в ушах, вызванный частым сердцебиением. Белая дверь была открыта и, кроме заправленной кровати и разбросанных на ней учебников, от ее сына не осталось ничего. -Боже…- тихо прошептала она и уже через пару мгновений набрала знакомый номер местного шерифа. -Реджина - время было около десяти, поэтому мужчина на другом конце провода ответил серьезным сухим голосом так отличающимся от того, с которым он говорил, когда стрелки переходили за полночь. -Грэм! - бегая глазами по дому, женщина все еще надеялась на то, что это какая-то глупая шутка, но никто из ее детей никогда не шутил так. Особенно Дэниелла - Генри пропал! Дэни - она обернулась к дочери, которая так и стояла у входа, не желая попадаться под ноги - Когда он ушел? -Почти сразу после школы - четко ответила та - Бросил всё, забрал еду и книгу и просил не выдавать. При слове “книга” Реджина широко раскрыла глаза, стараясь не впадать в абсолютную панику, которая грозилась перерасти в ураган и она точно знала, на кого он обрушится. -Его нет с трех часов. Господи, я понятия не имею куда он ушел - проведя рукой по угольно-черным волосам, женщина постаралась взять себя в руки. -Мы его найдем - слишком неуверенно для такой ситуации ответил шериф - Я обзвоню все места, куда он мог пойти и приеду, Хорошо? -Да - бросив трубку, Реджина вновь обратилась к девочке - Он совсем ничего не сказал? -Только то, что я не пойму - шестеренки, заведенные любопытством крутились в маленькой голове с того самого момента, как брат вышел из дома - Он все твердил про сказки, про то, что сторибрукцы – ее персонажи, а ты - ее голос стих, не решаясь повторять то, что она слышала уже много раз - Злая Королева. Ей было неприятно говорить это. Около полугода назад, когда они играли с Генри в библиотеке, мальчик, желая спрятаться поглубже, вынул документы из шкафа и скрылся на нижних полках. Растягивая поиски очевидного, Дэниэлла мельком пробежалась глазами по парочке листов, когда ее взгляд зацепился за собственное имя – Дэниэлла Роуз Миллс, прописанное в документе об удочерении. Неловко подняв заявление, она обнаружила под ним точно такое же, где говорилось о том, что усыновленного ребенка будут звать Генри Миллс. Велев брату вылезать из укрытия, они принялись подробно изучать документы, на которых была проставлена дата “седьмое сентября” – три недели после их дня рождения. Ни один из двойняшек не поверил своим глазам, поэтому этим же вечером выпытали у своей, как выяснилось, приемной мамы, что та забрала их из роддома, когда им не было и месяца. Об их настоящих родителях Реджина ничего не знала, поскольку юристы заявили, что усыновление тайное, а, значит, биологические родители не знали где и с кем находятся их дети. Выслушав рассказ, Генри воспринял информацию в штыки, выбежав из комнаты и громко поднявшись наверх, хлопнул дверью в знак протеста и несправедливости мира. На глазах Реджины навернулись слезы и Дэни приткнулась к ней, стараясь предоставить женщине ту же защиту, которую та давала им все эти одиннадцать лет. Было нелегко осознать, что по какой-то неведомой причине, их решили отдать чужим людям, но, сейчас, девочка, в отличие от брата, была благодарна судьбе за то, что у них была настоящая мать. В тот день ее отношения с братом окончательно разладились. Мальчик замкнулся и при каждом подвернувшемся случае упоминал о том, что Реджина ему не мать, что, безусловно, оставляло свои раны на непоколебимой душе женщины, которая искренне желала им обоим самого лучшего. После очередной такой выходки Дэни, однажды, толкнула его с такой силой, что Генри свалился на пол, после чего выбежал из дома со слезами на глазах. И вот, он снова сбежал, несмотря на все разговоры с психологом и совершенном отсутствии обиняков со стороны мамы. Шерифа Грэма Дэниэлла тут же узнала - он часто посещал их дом, поскольку был другом семьи. Встретив его самым серьезным видом, девочка с порога спросила его: -Вы нашли Генри? -Нет - удрученно произнес мужчина, потирая затылок - Но я сделал пару звонков, его уже ищут. -Грэм - ему навстречу вышла Реджина и, без всякого стеснения, припала к его плечу. Всю свою жизнь она руководствовалась правилом: “Хочешь, чтобы все было сделано хорошо, сделай это сам” и, будучи мэром и матерью двоих детей, она научилась самостоятельно решать не только свои проблемы, но и чужие. Однако, в данный момент, ей было необходимо излить свои переживания и последний человек, на которого она хотела вешать их – была ее дочь. Дэни росла не по годам сообразительной девочкой, пусть и не менее вспыльчивой, чем Генри, однако, это редко проявлялось дома. В основном, Реджину вызывали в школу из-за того, что дочь подралась с кем-то из одноклассников, желая “поставить их на место”. И, несмотря на многочисленные разговоры, Реджина не могла ее винить за подобное выражение эмоций. Хоть девочкам принцессам, а особенно дочери мэра, не пристало драться, на ее месте, женщина сама бы устроила им взбучку. Иногда она жалела, что не может научить ее разным магическим трюкам и поведать о том, что ее мама – полноправная королева Зачарованного Леса. Но эта чертова книга сказок, с которой не расставался Генри сильно задела ее историей Злой Королевы, поэтому она так и не осмелилась поднять эту тему. И вот во что это вылилось – ее сын один, неизвестно где, а все потому, что она не смогла уйти с работы пораньше, чтобы уделить детям должное внимание. Словно прочитав ее мысли, по всему дому раздался звонок и, вырвавшись из объятий, Реджина поспешила открыть дверь, на ходу вытирая следы от потекшей туши. -Ты в порядке? Где же ты был? - в ее голосе не звучало и нотки упрека, чему стоявшая в холле Дэни изрядно удивилась. Мама ринулась к Генри, как только различила его силуэт на дорожке и крепко обняла его, поначалу, даже не заметив стоящую рядом блондинку - Что случилось? Выпустив его лишь на мгновение, женщина, теперь, и сама увидела гостью, неловко топчущуюся на месте. -Я встретил мою настоящую маму! - выкрикнув это словно приговор, Генри рванул в дом, не удосужившись поздороваться ни с шерифом, ни с родной сестрой, которая, услышав столь неожиданное заявление, стояла как вкопанная, еще сильнее впившись глазами в незнакомку. Какая-то неведомая сила не давала ей ступить за порог, чтобы подойти ближе и заглянуть в лицо той, что оставила их с братом на волю судьбы много лет назад. -Вы – родная мать Генри? - женщина немного тряхнула головой, отгоняя наваждение. Ее плечи осунулись, не оставив и намека от привычной гордой осанки. -Да - с легкой улыбкой произнесла блондинка, будто не поверив собственному ответу. -Пойду посмотрю, как он там. Нелегкий был денек - заключил Грэм, желая разбавить напряжение, и ретировался наверх, пытаясь увлечь за собой девочку, но та стояла не шелохнувшись, и он не решился беспокоить ее. Реджине понадобилось меньше минуты, чтобы вернуть себе прежний облик доброжелательности. Оглядев гостью с ног до головы, она успела заключить, что та сама не особо рада тому, что родной сын нашел ее и, посему, блондинка быстро покинет город. За исключением пары промахов, мадам мэр редко ошибалась в людях. -Ну, раз Вы познакомились с Генри, не желаете поздороваться с Дэниэллой? Только сейчас гостья увидела девочку, все это время наблюдавшую за этой неловкой сценой. -Привет - только и смогла выговорить женщина, на что получила заслуженное презрение во взгляде. -Не знаю, кто Вы, - отрывисто произнесла она - Но точно не наша мама. Оставьте нас в покое! Развернувшись на пятках, Дэни устремилась наверх, желая устроить Генри хорошую взбучку, при этом не заплакав. Гордясь ее ответом, Реджина с ноткой собственничества обратилась к приехавшей: -Не хотите пропустить по стаканчику моего фирменного сидра? -А есть что покрепче? Что ж, судя по ее внешнему виду, такой ответ женщину ничуть не удивил.

***

-Ты что, совсем сдурел?! - в детскую ворвалась истинная фурия, не обращая внимания на сидящего за столом шерифа - Просил прикрыть, а сам отправился искать непонятно кого? Схватив первую попавшуюся подушку, Дэниэлла бросила ее в Генри, прижавшегося спиной к стенке и скретсившего руки на животе. -Дэни - Грэм поднялся, направившись к девочке, но та, выставив руку вперед, остановила его. -Нет! Он получит сейчас подушками или потом кулаками! -Дэни, прошу тебя, успокойся. Его мягкий, но настойчивый голос немного успокоил ее и она решила повиноваться. Она еще успеет разобраться с братом, а пока, будет держать лицо, как учила ее мама. Молча усевшись на свою кровать, девочка безотрывно смотрела на валяющуюся сумку Генри из которой торчал форзац книги сказок – объект ее предстоящей мести. Не прошло и часа, как гостья покинула их дом, как и шериф, оставив семью наедине. Генри проводил удаляющуюся желтую машину, выглядывая из окна, тогда как сестра с головой зарылась под одеяло, ожидая, пока мальчик заснет, чтобы исполнить задуманное (ей было не впервой отбирать у него игрушки). Но плану не суждено было сбыться. Притворяясь спящей, девочка наблюдала, как мама, зайдя к ним в комнату и удостоверившись, что оба ее чада в кроватях, осторожно взяла книгу и, прикрыв дверь, тихо вышла в коридор. Что ж, в любом случае, Генри теперь не видать его сказок.