Сказки для социофоба

Пейринг: Хейдзо/Кадзуха Метки: Флафф, ER, Экшн Праздник Akibare(акбиаре) (в переводе с японского — «осенняя прозрачность») — что-то вроде славянского бабьего лета, только гораздо продолжительнее и эффектнее.       Наступила осень. Солнце позолотило верхушки деревьев, раскрасила листья в пёстрые, яркие, красивые цвета. Подует тёплый осенний ветерок, и листья превращаются в маленькие самолётики. Осень — очень красивое время года. Немного грустно, оттого что облетает листва, но стоять под разноцветным листопадом приятно и весело. Природа прощается с нами до весны. Красные кленовые листья на солнце отбрасывают оранжево-красные тени на ковёр уже успевших опасаться листьев.       Сиканоин Хейдзо, лучший детектив комисии Тенрё, прогуливался по лесу с хитрым и пытливым взглядом, который старался ухватить каждую деталь в маленьком кустике, в каждом дереве, будто высматривал что-то или кого-то. Его вишневые волосы развевались на теплом осеннем ветру, под ногами весело шуршала листва.       Вдруг над его головой что-то зашуршало. Хейдзо резко повернул голову, но никого не увидел.       С нескрываемым весельем и любопытством юноша хихикнул, и на потоке воздуха, создаваемым его Глазом Бога, поднялся на вершину дерева, откуда донесся звук. Тщательно осмотрев дерево, он ничего не увидел.       Умеет он заметать следы, хехех… Ничего, я тебя ещё найду.       Хейдзо хитро улыбнулся и полетел на потоках воздуха с дерева на дерево, ища заветную белую макушку среди багрово-красных и золотых деревьев.       Деревья радостно шуршали листвой бегущего по воздуху юноше. Его гэта* задорно стучали о чёрные ветки кленов, растущих в лесу. Прикрыв глаза, Хейдзо наслаждался порывом ветра, что дует прямо в лицо, а ноги уже немного устали от беготни за невидимым парнем, что так умело ускользал от детектива среди багряной листвы.       Вдруг неожиданно стало тихо. Больше не было слышно ответного стука гэта о деревья, не было слышна магического свиста ветра. Юноши замерли в своих укрытиях, чего то выжидая.       Хейдзо забеспокоился, не случилось ли чего-то, что его партнер так затих, но нет — в метрах пяти он увидел этот весёлый, разгоряченный взгляд рубиновых глаз, что наблюдал на детективом. Вдруг Хейдзо услышал смех. Такой мягкий и манящий, так и говоривший детективу: «Найди меня, милый друг. Найди и никогда не отпускай».       Хейдзо ринулся вслед за ним. И поймал.       Два парня кубарем полетели со склона холма, поддерживаемые потоками сильного ветра. Было слышно их смеющиеся голоса, слившиемя в единый. Долетев, юноши сразу встали в боевые стойки. Искры в их глазах предвещали о весёлой потасовке.       Лёгкий клинок в руках Кадзухи бился об укрепленные железными перчатками руки Хейдзо. Наполненный элементальной силой Хейдзо всеми силами пытался выбить клинок из рук самурая, но тот упрямо лежал в его руках. Звук клинка, бьющегося о металл стал для них музыкой их чувств, музыкой их бескрайней любви и нежности, лившейся из каждого ветерка, создаваемого ими, из каждого движения…       Громкий свист ветра, звон металла о металл, шелест листьев, завертевшихся водоворот вокруг парней. В битве выплескивались вся горечь очередной разлуки. Кадзуха звал его с собой на «Алькор», вместе с ним путешествовать по свету. Но Хейдзо не мог просто так бросить работу в комиссии и по зову сердца побежать за самураем. Это разрывало сердца обоим. При каждой встречи они дрались — где нибудь в лесу, где никакой человечишка не помешает им. Где они будут лишь вдвоём, в бесконечной битве с накатывающими чувствами.       Первым остановился Кадзуха. Он резко закинул меч в ножны и опустился на землю от усталости. Самурай тяжело дышал — Хейдзо был действительно хорош в бою, хоть и не был мечником. Детектив сел на мягкий ковёр листьев рядом с Кадзухой и слабо обнял его — он тоже был сильно вымотан этой битвой.       –Давно не виделись, Кадзуха. Я соскучился по тебе. Почему ты так долго? Я даже начал переживать, хехехе.              Самурай улыбнулся и обнял Хейдзо в ответ. Наконец-то он снова видит, слышит и чувствует своего возлюбленного. Как давно они не сидели так просто, ничем не занимаясь и просто наслаждаясь другх другом.       –И я приветствую вас, мой детектив. Раз вы так скучали, зачем так отчаянно пытаться убить меня? Я приложил немало усилий, чтобы удержать вашу элементальную энергию и руки, так старательно пытающиеся выбить мой меч из рук. Но поверь, это далеко не так просто.       –Но и не невозможно, да? Однажды я сражу тебя, и твой клинок будет лежать в моих руках также, как и твоё сердце.       Хейдзо по-лисьи улыбнулся. Его глубокие зелёные глаза заглядывали прямо в душу, лукаво искря огоньками любопытства. Кадзуха был влюблен в эти глаза ещё с момента, когда они были техническими преступником и последователем закона, тщательно пытающимся его поймать.       Наступил тёплый и приятный осенний вечер. В это время становится особенно уютно, везде витает какая-то умиротворенность, спокойствие и созерцание с природой. Небо окрашивается в разные цвета, оранжевый, розовый, жёлтый. словно художник обронил баночки с краской. вечера бывают разные, но все они - таят в себе что-то магическое, волшебное.       За этой удивительной красотой наблюдали двое юношей. Их души когда-то скитались в холодном, безумном одиночестве, но теперь не было нужды говорить об этом, ведь они были вместе.       Кадзуха и Хейдзо смотрели друг на друга томным взглядом: так приятно и тепло… иногда даже горячо. Бросает в жар, а руки и ноги начинают холодеть... внизу живота появляется ощущение, как будто миллионы бабочек где-то внутри, в самом центре, шелестят своими крыльями, приятно щекоча парней. За несколько секунд, которые они провела в объятиях друг друга, их мысли совсем спутались, а от близости кружилась голова.       Хейдзо потянулся к лицу Кадзухи первым. Парень медлителен и нежен, касается губами сначала гладкой мягкой щеки, тычется в уголок губ, а после мягко сминает губы самурая. Юноша может буквально сосчитать все его ресницы, видеть каждый изъян на бледной коже, румянец, который становится все ярче. Кадзуха подаётся вперёд и тоже мягко целует детектива. Парень явно знает цену времени, и не оттягивая ни секунды, приподнимает подбородок Хейдзо пальцами.       Этот мир был только лишь для них, их любви и багряных листов клёна. *гэта - Японские деревянные сандалии в форме скамеечки, одинаковые для обеих ног. Придерживаются на ногах ремешками, проходящими между большим и вторым пальцами. Обычно их носят во время отдыха или в ненастную погоду.