позволь мне остаться.

черт. яков медленно осел на пол склада, скатываясь по стенке. он кинул взгляд на дверь. она была плотно закрыта. но гарантии, что никто не зайдет, не было. нужно успокоиться. однако все попытки сфокусировать взгляд оказывались безуспешны. тревога накрывала, напоминала о себе удушающей хваткой на шее, заставляла сердце биться чаще. к горлу подступил ком. казалось, что смерть настигает. еще чуть-чуть и все. придет конец. резко захотелось уверовать и заслужить от иисуса христа прощения за все свои грехи. на стороне отступников никогда не любили веру, однако сейчас жизнь казалась слишком нереальной, чтобы точно заявить о чем-то. рука легла на револьвер, проверяя его наличие. теперь даже проверенные методы не дарили чувство безопасности. тело не слушалось, а легкие будто отказывались принимать кислород. яков закашлялся. хотелось выйти на улицу и вдохнуть свежего воздуха, но где-то снаружи ходит спец отряд, так что фактически он взаперти. ясность разума никак не приходила, а мысли все путались, беспричинная и невероятно сильная тревога витала в воздухе, сердце билось с невероятной скоростью. все под контролем, разве не так? если кто-то сюда зайдет, будет достаточно одного выстрела в воздух, чтобы донести до них, что появление тут сейчас крайне нежелательно. однако руки не слушались. оружие тут. не тут было лишь самообладание, которого сейчас точно не хватало. внезапно дверь приоткрылась. яков взял в руку револьвер, направив его ко входу. в проеме показалась рыжая макушка. немо. вот его здесь сейчас точно не ждали. что ему сейчас тут вообще надо? опять пришел разнюхивать что-то по всей казарме? — яков? — немо выглядел удивленным. может быть, только выглядел, кто знает, что он замышлял? — что ты тут дела… — уходи. — голос дрогнул. натянув улыбку, беловолосый повторил свои слова. — уходи, мистер шпион, не все же в жизни тебе удастся разнюхать. "мистер шпион" же нерешительно потоптался на месте, подглядел в коридор и осторожно закрыл дверь, двигая защелку. — яков, все хорошо? — его голос был волнительным, а глаза внимательно осматривали солдата. а тот демонстративно покрутил в руках револьверы. — немо, уходи. я могу и выстрелить. — я… позволь мне остаться. я не причиню вреда. темноглазый ответил бы, но наступление тревоги все еще шло, поэтому он лишь сделал глубокий вздох, дабы восполнить нехватку кислорода. а вальтер подошел ближе, присаживаясь рядом. что за больное желание помочь? яков сверлил его раздраженным взглядом, пытаясь выдавить ядовитую улыбку, но губы не слушались. вдруг немо аккуратно накрыл руки якова своими. второй и сам не замечал, как сильно они тряслись. стало еще тревожнее и захотелось одернуть руки и воспользоваться револьвером, однако немо начал настойчиво, но мягко, гладить пальцами руки парня. — все хорошо. яков улыбнулся. сердце все еще билось в бешеном ритме, а тревога оставалась, но она больше не удушала с таким напором. — еще бы. — руки якова больше не пытались выбраться из рук немо, хотя револьвер все еще находился в них, а напряжение не уходило. — зачем ты пришел? — за бумагой… как ты себя чувствуешь? — не подлизывайся. все хорошо. — неприятные чувства говорили об обратном. — бери бумагу и уходи. — яков закрыл глаза. дыхание начало приходить в норму, а руки больше не тряслись так сильно, согретые теплом чужих ладоней. немо взволнованно выдохнул, хотя там мелькнули нотки раздражения, но пока не уходил. парни так и сидели в тишине, пока яков полностью не успокоился. — спасибо. — а?.. — даже не надейся получить мое расположение такими действиями, шпион. — черные глаза проницательно глянули на юношу. немо тепло выдохнул и улыбнулся. — и не думаю, яков.