Поцелуй мои гаснущие глаза.

- Сегодня так безлюдно… Шепот Суехиро разрядил гробовую тишину кабинета врача офтальмолога. Лишь слабый и монотонный шум от процессора компьютера заполнял комнату, но и то даже он стал одним единым с безмолвием. Доктор лениво прибирал рабочий стол, аккуратно складывая друг на друга документы и амбулаторные карточки, изредка беззвучно зевая. Закончив, он приземлился на свое кресло на колесиках, откатившись от стола. От скуки и отсутствия пациентов он достал из кармана ту самую пачку сигарет и начал рассматривать ее, теребить в руках. Суехиро часто так делал, когда было действительно скучно. Надо же как то себя занять? Обглядывая пачку, он вспомнил тот день, который кардинально изменил его жизнь. Осень. Восемнадцатилетний темноволосый юноша бежал по центру города, не стараясь миновать лужи. На лице его была улыбка, причиной которой было что-то очень хорошее и приятное. В искренне счастливых глазах виднелись искорки, который мог уловить каждый прохожий. Добежав до места назначения, он увидел девушку, которая стояла у фонтана в парке. Не скрывая своей улыбки, Тэтте подошел к ней и нежно обнял, попутно приветствуясь. Девушка же никак ему не ответила. Юноша спросил, зачем она позвала его вот так вот внезапно, потому что инициатором свиданий обычно был всегда только Суехиро. - Тэтте, мы расстаемся. Я не вижу больше смысла в тебе и в наших отношениях. Ты мне не нужен, удачи. Развернувшись, она ушла восвояси. Суехиро еще долго стоял на том месте, а в голове эхом откликались сказанные девушкой слова. В висках неприятно пульсировало. За грудиной было давящее и разрывающее сердце ощущение. Лицо парня не выражало никаких эмоций, лишь слезы оставляли мокрые дорожки на щеках. Глаза потускнели, и взгляд стал пустым, смотрящим в никуда. Что тогда чувствовал темноволосый? Боль? Несправедливость? Обиду? Тоску? А может быть и все сразу. Но Тэтте было плохо только от того, что его вот так вот легко бросили. Как старого потрепанного плюшевого мишку, который занимал особое место в сердце, но он просто наскучил. А может, парень даже и не был в сердце этой девушки, которую он считал чуть ли не смыслом своей жизни. Гадать Суехиро не стал, он лишь зажато пошел, куда глаза глядят. Уже ближе к вечеру по пути заглянул в маленький магазинчик, в котором от силы было человека три. Он особо не всматривался. Подойдя к кассе, он тихим голосом попросил сигареты и зажигалку. - Восемнадцать то есть? – С осуждением посмотрела на него кассирша. - Да, вот… - Тэтте показал паспорт – и, скажите, пожалуйста… какие лучше взять? Я просто ни разу не курил. - В твоем случае - никакие. Зачем тебе начинать курить? Брось эту затею. Темноволосый не знал, что ответить, да и скорее не желал, ведь только одно воспоминание отдавало в грудь колющей болью. Полненькая кассирша глубоко вздохнула и взяла сигареты со стеллажа и зажигалку. Оплатив товар, Суехиро вышел из магазина. Вечерняя прохлада обняла Тэтте, чем вызвала мурашки у юноши. Достав из пачки тонкую сигарету, он зажал ее меж обсохших и прохладных губ. Прикрыв ладонью зажигалку, позволил обжигающе теплому языку пламени дотронуться до края сигареты. Сделав первую затяжку, Суехиро закашлял. Ветер освободил лицо парня от спадающих темных прядей, от которых веяло прохладой. Он долго думал, что же сделал не так? Когда успел провиниться? Он мучился этими мыслями несколько лет. Но после окончания медицинского университета, кажется, он уже не так часто вспоминал об этой неприятной ситуации и больше никогда не вступал в отношения. Тэтте сильно изменился, став более бесстрастным и прямолинейным человеком. - Я даже твоего лица не помню. – Доктор вернул сам себя в реальность и убрал сигареты в карман. За приоткрытым окном он услышал характерный для дождя капающий звук. Подойдя к окну, он рассматривал тучи и темный лес рядом с больницей. Тэтте вспомнил светловолосого паренька, который первый этим утром посетил его. И зачем я так переживал тогда? Но… он так выглядел. Абсолютно пустым и потерянным – разбирался в себе врач. В тот момент что-то екнуло в сердце Тэтте, словно родилось нечто новое, светлое, которое влечет беречь и заботиться. Возможно, доктор тогда увидел в Дзено себя, такого же морально убитого, как в тот злосчастный день. И бросить его он точно не мог. Пусть хоть кто-то будет счастлив. Взглянув на тихо тикающие часы, доктор проверил наличие денег и ключей в кармане. Закрыв кабинет на ключ, Тэтте пошел в буфетную. На лестнице он услышал свое имя, которое уже не раз повторила женщина, быстро спускаясь по ступенькам. Это была невысокая и милая темноволосая врач – психиатр, его хорошая знакомая. Суехиро встретил ее с легкой улыбкой, в то время как она, как обычно, что-то торопливо рассказывала. Зайдя в буфетную и купив себе пообедать, они сели за один столик. - Ой, вот я все время не могу разобраться с этими стопками бумаг! Столько с ними возни… Я все время удивляюсь, как у тебя получается все успевать? – Тараторила психиатр. - Хах, ну, я просто беру себя в руки и сижу до победного – По-доброму усмехнулся Суехиро. - Да ты как обычно! Я не виновата, что не могу долго на месте усидеть! - Да, тебя можно понять. Может тогда больше на медсестру… - Не успел договорить Тэтте, как его перебили. - Ну уж нет! Она и так много чего делает, да и честно, я не очень доверяю ей эти документы. – Перешла на шепот женщина – Потом еще и мне все отгребать надо будет, если ошибется где! - Тоже верно. – Пробубнил Суехиро, неторопливо наслаждаясь горячей едой. - Еще и пацан один покоя не дает… Сколько говорила ему об этих таблетках, нет, и ведь умудряется курс пропускать! - Пацан? – Тэтте словно знал, о ком негодует психиатр – Он случайно не Сайгику? - Да, он! А ты его откуда знаешь? К тебе что-ли приходил? Ты ведь обычно не запоминаешь никого. - Кхм… ну да, приходил. В карточке его увидел справку об учете у психиатра, тебя вспомнил – Соврал Суехиро. – А что с ним кстати? За что на учете стоит? - Ой, ну… ПРЛ у него, да и истерический синдром, вдобавок еще и суицидальные наклонности. Букет целый, одним словом. Таблетки выписала и нормально не пьет, говорит, мол, не помогут они ему! А следить за ним, чтоб лекарства нормально принимал, некому, родителей нет у него, с родственниками не общается. Тэтте не проронил больше ни слова и закончил трапезу в раздумьях под очередные рассказы женщины, которые проходили мимо ушей доктора. Попрощавшись с ней, он направился уже в родной кабинет. Просидев несколько часов и приняв пару пожилых пациентов, Суехиро сладко потянулся на кресле и начал собираться ехать домой. Повесив халат в шкафчик и выключив свет, доктор оглянул кабинет и вышел из него. Благополучно выскользнув из больницы, Суехиро двигался по направлению к своей машине, вдыхая почти лесной воздух и наслаждаясь им. Выехав из территории больницы, Тэтте включил музыку. На полгромкости заиграла песня «GWRZTRMNR - high level». Ливень не думал прекращаться, как и тучи еще не собирались покидать небо. Вот уже Суехиро очутился за окраиной города. Скоро покажется его частный дом. Но перед этим у него было одно желание. Остановившись на обочине со стороны бескрайнего поля, он вышел из машины, не заботясь о том, что может сильно промокнуть из-за прохладного ливня. Тэтте хлопнул дверью машины и, немного постояв, двинулся вглубь поля. Отойдя на приличное от дороги расстояние, он остановился и с прикрытыми глазами поднял голову к небу. Крупные капли падали на лицо парня, быстро скатываясь по шее и согреваясь от тепла тела Суехиро, щекоча и заползая под одежду. Сейчас он думал только об одном, о Сайгику. Тэтте и сам до конца не понимал, чем этот парень зацепил его, однако оставить он его не мог. Что-то въелось в душу доктора или может кто-то? Поднялся ветер, который скользил меж прохладных пальцев парня и пытался взъерошить намокшие волосы. Я такой безразличный ко всем. Меня даже некоторые называют эгоистом. Спрашивают, как я могу быть врачом с таким-то отношением к людям? Но ты, Дзено… Что-то заставило пробудить во мне это непонятное чувство, не дающее покоя – внутренний голос признавался во всем, что чувствовал Суехиро. И тот был не против, не отрицал происходящего. - Нет. Я не позволю тебе остаться одному. – По щекам побежали слезы, сливаясь с каплями дождя.