Лисёнок

Даня не отвечает, а просто накрывает мои губы своими и этот нежный поцелуй говорит гораздо больше, чем слова. Сначала я растерялась, как и в прошлый раз, но когда шок отступил, я ответила на поцелуй не менее нежно. Даня углубляет поцелуй, добавляя в него больше страсти. Я кладу руки парню на плечи и чувствую как от его губ с каждой секундой во мне разгорается всё большее желание. Не хочу останавливаться на этом, мне нужно больше. И Даня, очевидно, понимает это и хочет того же. Он укладывает меня на спину, нависая сверху и не отрывая губ. Я забираюсь руками ему под футболку, наконец-то имея возможность касаться тела любимого мужчины. Но сказка длится недолго, потому что Даня прерывает поцелуй, заглядывая в мои глаза, и я вижу как его взгляд потемнел. - Лисёнок, мы сейчас можем зайти слишком далеко, - говорит он, хватая ртом воздух после страстного поцелуя. По-моему, мы уже и так зашли слишком далеко. Но мне это нравится. - Ты готова к этому? Если нет, скажи мне сейчас. Я не хочу на тебя давить. - Я готова, - отвечаю уверенно, понимая, что в данный момент, да и не только, я соглашусь на всё, главное, чтобы это было с ним. А затем чуть тише я добавляю одну из фраз, которую давно хотела ему сказать: - Я хочу тебя. Моментально его губы снова накрывают мои, целуя страстно, но нежно, он словно боится перейти черту и позволить себе грубость. На миг парень снова прерывает поцелуй, но лишь для того, чтобы снять с себя футболку, открывая моему взору вид на его шикарное тело. Конечно, я и раньше видела его без футболки, но теперь могу ещё и прикоснуться. Теперь уже он целует не в губы, а легонько касается шеи, оставляя там едва ощутимый поцелуй, но даже этого достаточно, чтобы у меня по всему телу побежали мурашки. Неужели это происходит на самом деле? Или опять сон? Если сон, то я не хочу просыпаться. Даня медленно скользит руками мне под футболку, а затем снимает её. Я дома хожу без лифчика, поэтому сначала мне было очень неловко лежать под ним с обнаженной грудью, но когда он накрыл её своими ладонями, стеснение отошло на второй план, потому что ощущения были приятные. Каждое его действие вызывает во мне волну приятных эмоций, а в ожидании продолжения я и сама не заметила как стала покусывать губы. Он медленно опускает руку по моему телу вниз, гладит бёдра, затем снимает с меня шорты. Когда парень запускает руку мне в трусики, моё дыхание учащается ещё больше, сердцебиение тоже ускоряет рим. Он осторожно вводит внутрь палец, а я неожиданно даже для самой себе слышу как с моих губ слетает стон. Я в первые секунды почувствовала стыд, что не сдержалась, но Дане, похоже, такая реакция нравится, потому что он вставляет палец чуть глубже и двигает им быстрее, чем заставляет меня кусать губы, чтобы сдерживаться, но удается это мне с трудом, поэтому скоро уже второй стон нарушает тишину комнаты. Парень целует меня снова, я отвечаю, с желанием впиваясь в его губы. Потом ко мне приходит осознание, что я тут перед ним почти голая, а он только без футболки. Надо это исправлять. Я разрываю поцелуй и опускаю взгляд на его штаны, через которые уже очень хорошо видно стояк. Сначала я чувствую смущение, но потом несмело кладу руку прямо на член и через ткань поглаживаю. Ощущая твёрдость его плоти, желание внутри меня разгорается с ещё большей силой. Я медленно спускаю ещё штаны, а затем и боксеры. Увидев его член, я поняла, что он ещё больше, чем я запомнила с того дня, как увидела его в душе. Ну конечно, ведь тогда это была всего секунда, и то я была слишком шокирована, чтобы рассматривать. Да и сейчас возбуждение значительно увеличивает орган. На секунду я задумалась о том, что мне, вероятно, будет очень больно, когда он окажется внутри. Это поселило во мне маленький страх, но я постаралась его отогнать. Пока я думала о том, будет ли больно, парень успел достать презерватив из тумбочки и быстро надел его на член. Он снова укладывает меня на спину, на этот раз для того, чтобы снять с меня трусики и кинуть их к остальным вещам, которые были разбросаны по полу. Глядя мне в глаза, Даня очень медленно и осторожно входит. - Больно? - с волнением спрашивает он, наблюдая за реакцией. - Нет, - отвечаю честно. Я действительно не почувствовала сильной боли, которую ожидала. Да, дискомфортно, но вполне терпимо. Дав мне пару секунд, чтобы привыкнуть к новым ощущениям, Даня аккуратно начинает двигаться. Я испытываю что-то новое для себя, но это что-то очень приятное. Теперь я уже не стесняюсь стонов, которые срываются уже чаще и громче, я просто наслаждаюсь этими ощущениями, этим моментом, о котором мечтала так давно. *** Позже, по очереди приняв душ, мы лежали в объятиях друг друга и я решила задать вопрос, который сейчас волнует меня больше всего: - Дань, а что будет дальше? - спросила я неуверенно. После такого мы уже точно не сможем притворяться, что ничего не случилось. - А что может быть дальше? - спрашивает он, словно ответ очевиден, - Теперь ты моя. Моя и только моя. Ну, жениться я пока не готов, рановато ещё, но встречаться точно. - Я серьезно, - отвечаю с улыбкой, потому что его ответ умиляет- Ты же сам говорил, что тебе кто-то нравится. - Да, ты, - улыбается он. От признания у меня на миг пропадает дар речи. - Кто же мне ещё может нравиться, кроме тебя? - Не знаю, - отвечаю, понимая, что сейчас совсем не подходящий момент, чтобы вспоминать Полину. - Так это обо мне ты писал, что есть девушка, которая тебе нравится и даже снится? - Да, - отвечает Морозов, но прежде, чем я понимаю свою глупость, спрашивает: - А ты откуда знаешь? Ты что, читала мою переписку со Стасом? - Я случайно увидела, - вру, но вряд ли убедительно, - Подожди. Так «Шумахер» — это Стас? Почему именно шумахер? - Там отдельная история, - получаю ответ, - Ты, между прочим, тоже говорила, что тебе кто-то нравится. - Да, ты, - повторяю его ответ, - А мне говорили, что это заметно. - Это что ж получается? Мы оба нравились друг другу, но молчали об этом? - я киваю. Получается так. - А стихи свои ты что, мне писала? - Конечно, - улыбаюсь я. - Дашь потом почитать. Мне тот стих правда очень понравился. А теперь, зная, что это для меня, он мне нравится ещё больше. Вместо ответа я целую его, ведь теперь могу это делать. Но поцелуй приходится прервать, так как хлопает входная дверь, оповещая о приходе брата. Чёрт. Мы вскочили и начали бегом одеваться, собирая раскиданную по полу одежду. Если он сейчас войдет сюда и увидит нас в таком виде — это будет катастрофа. Но Стас, к счастью, идёт на кухню. Однако, он явно не в настроении, потому что я слышу ряд матерных выражений, а матерится он редко, тем более так сильно. Что же случилось? Даня одевается быстрее и уходит на кухню, чтобы узнать, что произошло, а заодно и отвлечь Стаса, чтобы я могла выйти из их комнаты незамеченной. Вскоре я тоже появляюсь на кухне, уже одетая и приведена в порядок, спрашиваю у брата, что стряслось. - Мне Рита изменила, - отвечает Стас, шокируя.