Удачная оплошность

Чуя сидел у себя в квартире за столом и пил недавно сваренный кофе. Напротив него стояла ещё нетронутая кружка всё с тем же кофе. Тот, кому оно предназначалось, ещё не явился. И Накахара терпеливо ждал. Он понимал, что его новому напарнику нужен отдых. Вскоре в дверном проёме появился высокий, тёмный силуэт парня. Вокруг него медленно парили ленты, но когда их обладатель заметил Чую, они исчезли. - Доброе утро, ты как? - парень с рыжими волосами сонно посмотрел на Акутагаву. Тот мгновенно поклонился градусов на 70. Растерянный взгляд был слишком заметен. Рюноскэ старался изобразить спокойствие, но в голове была лишь каша. Что произошло? Почему он здесь? Да и где он вообще!? - Кофе будешь? - Накахара указал на кружку. - Чуя-сан, прошу прощения, могу ли я задать вопрос? - голос был спокойным, практически как и всегда. - Да, конечно, спрашивай. - Чуя зевнул. - Где мы? - собравшись с мыслями спросил Акутагава, выдержав паузу. Чуя встал и подошёл к брюнету. Тот был в своей белой рубашке с небольшими пятнами крови, которые, по видимому, пытались вывести, и чёрных брюках. Сам Накахара был в домашней белой футболке и серых штанах. - Мы у меня дома, - парень посмотрел на Акутагаву и дотронулся до одного кровяного пятна на рубашке, - что ты помнишь со вчерашней миссии?

***

Очередная мелкая организация предала мафию и её нужно убрать. Это уже не в новинку. На подобные "зачистки" обычно отправляют Чёрных Ящериц, Каджи, Чую или Акутагаву. Этот раз не стал исключением. Для полной уверенности в успехе послали двух последних. Они уже не раз работали вместе, и всё выходило лучше некуда. Это было неожиданно, но они довольно легко сработались. Акутагава выполнял абсолютно любые приказы Накахары, даже если это могло привести к его гибели. А Чуя дал ему то, чего Рюноскэ даже представить не мог - заботу и уважение. Он не обращался с ним, как отбросом. Он не считал его псом-монстром портовой мафии, которого легко использовать. Он понимал его. Он был особенным. Сказав несколько слов Акутагаве, напоминая план их действий, Чуя в мгновение скрылся из виду. Они решили разделиться, чтобы обойтись без путаницы, поэтому брюнет избавлялся от своей половины в одиночку. Как аккуратно не работал Акутагава, а кровь всё равно попала на плащ и рубашку. Лицо парня искривилось. Расправившись со всеми до единого, Рюноскэ пошёл навстречу к Чуе. Но тот в свою очередь ещё не успел убить всех. Накахара с помощью гравитации снова поднял кусок земли и швырнул его по направлению врага. Но была небольшая загвоздка. В той же стороне был и Акутагава. Он, практически мгновенно, использовал Расёмон, пожирая пространство вокруг себя. Он потратил на это почти все оставшиеся силы. Рюноскэ убил ещё несколько человек и, почувствовав жуткую слабость, упал в обморок. Последнее, что он видел - это Чуя, который поймал его. Когда Акутагава очнулся, он находился в небольшой комнате на кровати. Естественно, первые мысли были о враге, поэтому он моментально активировал Расёмон и пошёл в сторону комнаты, из которой доносились звуки посуды и воды. - Я принёс тебя ко мне, потому что твой адрес мне неизвестен. - Прошу прощения за то, что доставил вам трудности, Чуя-сан. - тараторил парень снова поклонившись, но в этот раз ещё ниже. Накахара удивлённо посмотрел на Акутагаву. За что он извиняется? Виноват же Чуя. - Брось, Рюноскэ, не было никаких трудностей. Ах, да, - рыжеволосый оживился, - я предупредил босса, и он выдал тебе пару дней на восстановление. Брюнет сел за стол, поблагодарив Накахару, за всё, что он для него делает, и добавил, что Акутагава того не стоит. Они просидели за столом ещё минут 15, разговаривая о вчерашнем задании. Акутагава весь разговор смотрел прямо в глаза Накахары, словно в попытке запомнить каждую их деталь. На самом же деле, он просто не мог отвести глаз, хотя лицо у него оставалось полностью непоколебимым. Он не знал как называется такое чувство. Чувство полной привязанности и повиновения. Желание сделать всё, лишь бы он остался. Лишь бы не покинул его как.... Но он не может сказать об этом. Он боится выглядеть глупо. Боится, что его отвергнут. Боится, что его поднимут на смех, и он, а из-за него и Чуя, лишатся своей репутации. Акутагаву зацепили в нём терпение, похвала, отношение как к человеку. Он никогда не срывался на Рюноскэ на тренировках, он просто спокойно объяснял, пока его ученик не поймёт, и улыбаясь добавлял, что все совершают ошибки. Голос Накахары за последнее время стал самым родным. Брюнет не хотел разочаровывать его в чём-либо, он боялся сделать что-то не так, потому что Чуя имел право просто отказаться от работы с таким ничтожеством. Раньше с этими словами ушёл Дазай. - Могу ли я задать ещё один вопрос, Чуя-сан? - увидев кивок он продолжал. - Почему вы относитесь ко мне не так, как Даз.... - он выдержал паузу подобрав другое слово, - как остальные? Вы терпеливо реагируете на мои ошибки, хотя есть способы гораздо, - пауза, - действенней. - Потому что ты не заслуживаешь такого отношения к себе. И я никому не позволю навредить тебе. Ты и так уже настрадался. - на лице Чуи появилась грустная улыбка. Бледное лицо залилось краской. Почувствовав это, Акутагава закрыл его ладонью. Блять. Такие слова действительно втаптывают в грязь его равнодушие, спокойствие и собранность. - Вы особенный. В этот раз немного покраснел Чуя, но, в отличии от Акутагавы, лицо прятать не стал. Особенный. Они сейчас будто признались друг другу в любви. - Могу ли я расценивать это как признание в любви? - усмехнулся Накахара. - Возможно. - отвернувшись, тихо ответил брюнет. Чуя опешил. Стоп. Чего!? Что это, чёрт возьми, только что было? От осознания ситуации в голове всё перемешалось. Повисла пауза. Достаточно долгая, неловкая пауза. Накахара смотрел на Акутагаву, ожидая слов, что это шутка или чего-то подобного. Но чем дольше они молчали, тем яснее становилась ситуация. Рюноскэ молча встал и пошёл в сторону комнаты из которой вышел. Чуя даже не знал, стоит ли его останавливать, но всё же сделал это. - Рюноскэ, - брюнет остановился, - ты хочешь сказать, что испытываешь ко мне чувства выше дружеских? - ответом было молчание, - Рюноскэ Акутагава. - Д-да. - парень всё же повернулся. Накахара чертыхнулся. Он не знал что ему делать. Конечно приятно, но.... Любовные отношения среди мафиози были, мягко говоря, не к месту. Но всё же да, бесспорно эти чувства были взаимны. Чуя был очарован Рюноскэ. Это идеально пропорциональное тело с выпирающими костями. Эти великолепные манеры. Даже самый красивый и воспитанный в мире человек не сравнится с Акутагавой. Хотя, скорее всего, он и был этим человеком. Выращенный Дазаем Осаму бешеный пёс портовой мафии, в то же время был лишь невинным ребёнком, которого обделили любовью. Чуя вздохнул. - Ну когда я тебе в чём-то отказывал? У Акутагавы начался приступ кашля. Слова Чуи на повторе звучали в его голове. Он медленно подошёл к Накахаре. - Я правда не противен вам? Чуя закатил глаза и заткнул Рюноскэ поцелуем. Можно было догадаться, что целоваться Акутагава совсем не умел. Накахара взял инициативу на себя. Он легко усадил брюнета на стул чтобы им было удобнее. У Чуи не было никакого желания оставлять у партнёра плохие впечатления об их первом поцелуе (на самом деле это был первый поцелуй Акутагавы). Горький привкус кофе смешался со слюной. Накахара медленно изучал языком рот Рюноскэ. Последний не знал, что ему делать, у него полностью сбилось дыхание. Он неумело начал отвечать на поцелуй. Чуе это понравилось. Когда воздуха стало не хватать, Акутагава осторожно отстранился. Он судорожно пытался восстановить дыхание. - Похоже.. помимо обычных тренировок, мне нужно будет научить тебя нормально целоваться. - Накахара взглянул на своего ученика. Акутагава выглядел сейчас до ужаса мило. Немного затуманенные глаза, растрёпанные волосы, лёгкий румянец и руки, прикрывающие его. Ну просто прелесть. - Ну что, приступим к обучению? - с ухмылкой спросил Чуя. Кивок. За мгновение они оказались в другой комнате, и вот уже Накахара прижимает к дивану Рюноскэ. Второй от таких действий ещё сильнее покрылся краской и постарался снова закрыть лицо рукой, но ему помешали, взяв его руки в свою и запрокинув их за голову Акутагавы. Чуя накрыл его губы своими. Теперь Рюноскэ старался подражать наставнику. В этот раз поцелуй разорвал Накахара. - Молодец, быстро учишься, Рю. - медленно проговорил Чуя. Акутагава заалел. На него всегда положительно влияла любая похвала. Накахара знал это, и, что уж греха таить, пользовался этим, но лишь с благими намерениями. Например в таких случаях. Рюноскэ решил лишь на секунду взять инициативу в свои руки. И в роли инициативы был сам Чуя. Его рука ослабила хватку и Акутагава, воспользовавшись моментом, смог высвободить свои запястья. Через секунду он находился сверху. Накахара удивился, но сопротивляться не стал. Ему было интересно, что Рюноскэ сделает дальше. Последний и сам немного испугался своих действий. Он поцеловал Чую, но этот поцелуй отличался от других. Он был более напористым. Накахару влекли эти неумение и попытки с каждым разом сделать всё гораздо лучше. Через пару секунд они отстранились друг от друга. Акутагава снова старался восстановить дыхание, из-за чего невольно вырвался кашель. Чуя дождался, пока закончится приступ, и лёг на колени Рюноскэ. Тот долго не мог решиться, ещё с того поцелуя, и всё-таки запустил свою руку в рыжие локоны, медленно перебирая их. Накахара таким действиям был только рад. Рад тому, что Акутагава любит его, и они никогда друг друга не предадут.