Глава 6. Почему?
20 июня 2023 г., 10:50
Сегодня у Блу был не самый лучший день. Если быть честным с самим собой, то и неделя была не самой лучшей. И месяц. И… вообще. Но все же лучше, чем многие другие дни, поэтому Блу решил быть оптимистом. Короткое путешествие в тот альтернативный Афтертейл было определенно интересным. Королева Ториэль любезно предоставила ему и Дриму припасы, которые они просили, а также новости о том, как поживают некоторые перемещенные беженцы.
Обнаружить маленького Санса в приступе паники на краю улицы не было чем-то особенно удивительным. Довольно удручающим, конечно, но все-таки Блу смог немного помочь ему. Пока не примчался его старший брат, но и это по нынешним временам было не так уж необычно. Блу никогда не смог бы сердиться на испуганного, заботливого старшего брата, даже если было очевидно, что тот винит Звездных Сансов в потере своего дома.
Блу надеялся, что с ними все будет в порядке. Он жалел, что не узнал хотя бы их имена. Может, он мог бы попросить Core!Фриска проверить, как они там. Или узнать номер телефона, если бы он у них был. Но старший брат не был заинтересован в их помощи, а младший не мог ни говорить, ни издавать любых других звуков, так что это было лишь призрачной надеждой.
В этой Мультивселенной можно было только гадать, был ли маленький Санс немым изначально, или потеря голоса была вызвана травмой. Учитывая, что он молчал даже во время панической атаки (он даже дышал беззвучно), Блу чувствовал, что это скорее последнее. Он хотел бы помочь больше. Он всегда этого хотел. И продолжал хотеть. Это было лучше, чем сдаться.
Дрим все еще был расстроен, когда они расстались. Братья-защитники всегда выявляли его внутренний конфликт и чувство вины. Братья-защитники, которые к тому же злились на Звездных Сансов за то, что те не спасли их дом, еще больше усугубляли ситуацию. Блу придется попросить Core!Фриска отправить его к Дриму позже. После того, как он заберет своего собственного брата, Стретча.
Они так часто бывали в Омега-таймлайне, что теперь их в основном звали по прозвищам. Блу не возражал. Сансов и Папирусов было так много, что было неловко называть себя так, когда у многих других было куда меньше возможностей. Многие жили и работали здесь, потому что у них не было дома за пределами этого мира. Блу и Стретч были одними из немногих исключений.
Блу отправился за своим братом в Небоскреб Научной Лаборатории. Раньше это была обычная лаборатория, но по мере того, как сюда переезжало все больше и больше Ученых, здание стало одним из самых больших в Омега-таймлайне. Теперь там работал Стретч. Блу был бы счастлив, что его брат вернулся к своей работе Ученого, если бы все остальное не было… всем остальным.
В вестибюле Лаборатории-Небоскреба кипела бурная деятельность. В здании было полно Гастеров, Сансов, Альфис и Папирусов. Андайн, Фриски и Меттатоны тоже были в изобилии, но не столь многочисленны, как представители первой группы. Было даже несколько Азгоров и Азриэлей и один Чара.
Все они были Учеными. Все они были вынуждены покинуть свои дома из-за Найтмера или Эррора.
Гастер с яркими синим и оранжевым огоньками в глазницах заметил Блу и энергично замахал рукой:
– Приветствую, мой не-сын!
Блу невольно усмехнулся:
– Приветствую, мой не-отец!
Underswap!Гастер, который предпочитал, чтобы его называли "Свапстер или сокращенно Свап", направился к Блу с сияющей улыбкой на лице. Underfell!Гастер, которого он тащил за собой, явно не разделял его энтузиазма по этому поводу. Блу не мог не улыбаться энергичности Свапстера, хотя и почувствовал при виде него знакомый приступ меланхолии. Он знал, что Свапстер чувствует то же самое.
Когда они встретились в первый раз… ну, произошло недоразумение. Блу, Стретч и Свапстер столкнулись друг с другом в этом самом здании вскоре после того, как Банда Найтмера начала сеять хаос, угрожающий Мультивселенной (по сравнению с "не разрушающей Мультивселенную" угрозой, которой они были раньше). На мгновение все трое подумали, что они действительно могут быть из одного мира… пока Core!Фриск не проверил их код и не выяснил, что это не так.
Underswap!Гастер потерял своих сыновей, когда Эррор уничтожил его мир. Отец Блу и Стретча остался потерянным в Пустоте, Бездне или, возможно, даже в Анти-пустоте. Однако монстр перед ними был настолько похож, что это причиняло боль. Из-за этого некоторое время было неловко, пока Свапстер не начал называть их своими "не-сыновьями". Шутка прижилась, и в ответ они стали называть его "не-отцом". Кому-то это могло показаться мрачноватым, но это заметно разрядило обстановку.
В отличие от Underswap!Гастера (который не был Гастером Блу), Underfell!Гастер, который просил называть его Доктором Фелл Гастером, был намного более холоден. (А любой, кто попытался бы коверкать или сокращать его имя до "Фастера" или "Фестера", получил бы ножом в глаз). Блу был искренне удивлен, увидев его вне офиса. Он был ближе всех к статусу официального Королевского Ученого Омега-таймлайна, превосходил по рангу всех остальных и был постоянно занят.
– Здравствуйте, Доктор Фелл, – куда более формально поприветствовал его Блу. – Удивительно видеть вас здесь, внизу.
– Я был занят, – бросил в ответ Фелл Гастер. – Пока кое-кто не ворвался с жалобой на сломавшийся кофейный автомат.
– Увы, он сломан, – драматично заявил Свапстер. – И лишь твой бесценный опыт поможет нам все исправить… Что будет гораздо удобнее делать за пределами твоего офиса, в котором ты пропадаешь наверняка уже больше месяца, даже когда Фелл Альфис и этоткакеготам уходили на перерыв, но кто считал? Точно не я.
Блу расшифровал его скороговорку и подавил смешок. Его улыбка померкла, когда он заметил ученую, притаившуюся в тени Фелл Гастера.
– Эм. Привет, Фелл Альфис. Как ты?..
Она ничего не ответила и просто прошла мимо Блу, не удостоив его взглядом. Блу не принял это на свой счет. Он уже давно не принимал это близко к сердцу. Большинство выживших монстров из Андерфелла Реда не высокого мнения о Дриме и Блу. Да и с чего бы им быть, раз Звездные Сансы потерпели поражение в их мире?
– Не обращай на нее внимания, – быстро сказал Фелл Гастер. – Скоро годовщина.
– А-а, – Блу постарался не морщиться.
Фелл Гастер смотрел на него холодно, но не так холодно, как Альфис из его мира.
– Если ты ищешь своего брата, он, скорее всего, спит в комнате отдыха. Опять.
Свапстер ткнул его локтем под ребра:
– Не будь таким, Фелли.
– Не называй меня так.
– Не дай моему оранжевому не-сыну обмануть тебя, мой синий не-сын, – продолжил Свапстер. Его веселая улыбка сменилась более серьезным выражением. – Он допоздна копался в отчетах. Пускай отдохнет.
Об этой особенности своего брата Блу узнал совсем недавно. Стретч либо бездельничал, либо загонял себя до полусмерти. Середины не было, и он всегда прикидывался просто ленивым. Блу очень хотелось, чтобы Стретч был с ним честнее. Он больше не был наивным кандидатом в Королевские Стражи. Он был членом Звездных Сансов. Он прекрасно знал, насколько плохо обстоят дела в Мультивселенной.
– Я прослежу, чтобы он позаботился о себе, не-отец, – пообещал Блу. – К сожалению, мне придется его разбудить – уверен, что диван в комнате отдыха может понадобиться кому-то еще.
– Ты знаешь дорогу, – небрежно бросил Фелл Гастер, просматривая отчет на экране своего планшета.
Свапстер тут же выхватил устройство из его рук:
– Сперва перерыв на кофе. Под этим я имею в виду, что кофемашина точно сломалась, и только ты можешь починить ее. И не у себя в кабинете.
Он схватил Фелл Гастера за черный лабораторный халат и потащил его прочь.
Сдержав улыбку, Блу направился вглубь Лаборатории-Небоскреба. Мимо него прошли два Папируса, Альфис и Фриск. Он узнавал каждого из них и приветствовал, получая ответные приветствия и легкие улыбки. Большинство ученых знали Блу либо потому, что он спас их, либо через его брата.
Среди толпы проходящих мимо ученых выделялось новое лицо. Блу не удивился, увидев еще одного Гастера. Первое, что бросилось Блу в глаза, это огромные крылья у него за спиной. Гастер прошел мимо Блу, не обращая на него внимания, а затем скрылся за углом. Однако Блу успел заметить выражение его лица. Его улыбка немного померкла. Этот Гастер был новичком в Омега-таймлайне. Блу не было нужды говорить с ним, чтобы узнать, выжил ли кто-то еще из его АВ.
На входе в комнату отдыха Блу столкнулся с еще одним знакомым лицом, причем в буквальном смысле.
– Ой!
– Ай!
Блу и Undertale!Альфис столкнулись в дверях и кучей свалились на пол. Вокруг них разлетелось несколько бумаг. Стретч приподнял череп с диванных подушек, приоткрыв затуманенную глазницу, после чего опустил голову обратно и перевернулся на другой бок:
– Еще пять минут.
– Нет, мы идем сейчас, – заявил Блу. Он подобрал бумаги и помог Альфис встать на ноги. – Ты в порядке, Альфис?
– О-ох. Я в порядке, – нервно хихикнула она. – Извини, я не смотрела, куда иду.
В отличие от Фелл Альфис, Альфис из Андертейла была совершенно не против увидеть Блу, пусть даже она была немного смущена столкновением. Для Блу до сих пор было так странно видеть, что то, что было "нормой" для него, являлось "подменой" для большинства миров Мультивселенной. Его Альфис не была Ученым и никогда не заикалась. Это было свойственно его Андайн.
Андайн Блу вернулась в свою лабораторию для работы над своим собственным проектом и была вполне довольна таким положением вещей. Все в Андерсвапе знали о Мультивселенной. На данном этапе для них было уже невозможно оставаться в неведении. Хотя иногда Блу жалел, что они не очень-то помогают здесь. Он надеялся, что хотя бы его Альфис захочет помочь защитить Мультивселеннную в целом, но…
Блу заставил себя перестать думать об этом, ведь хотя бы Альфис из Андертейла помогала. Что было не менее чудесно.
– Не волнуйся, Альфис. Я тоже не смотрел, куда иду. Я здесь, чтобы забрать своего ленивого братца.
На лице Альфис промелькнуло странное выражение, но затем она рассмеялась. Блу знал, что заминка произошла из-за разницы между их вселенными – в ее случае репутацию лентяя имел Санс.
Чтобы избежать неловкости, Блу поспешил продолжить:
– Над чем ты работаешь?
– О, обычные отчеты. – Альфис перебирала бумаги, проверяя, все ли с ними в порядке. – Стретч очень помог. И, эм, тот новый Гастер, который недавно переехал. Относительно недавно. Э-э, точнее Астер. Он предпочитает называться Астером. Это еще один Гастер из… Зефиртейла, в-вроде как? У него такие большие крылья. Он только что ушел, так что ты должен был его встретить. Он милый. Но… грустный.
Многих переселенцев можно было назвать "грустными", учитывая то, что с ними произошло. Блу не стал заострять на этом внимание и ткнул брата в висок:
– Ты не сказал мне, что у тебя новый напарник по лаборатории, Папирус!
– Не думал, что это важно, – зевнул Стретч. – Может, пропустим все эти активности и пойдем домой? Я немного устал.
Это точно. Блу не был слепым. Он видел тени под глазницами Стретча. Он и не знал, что у скелетов могут быть тени под глазницами.
– Конечно, брат. Тогда я понесу тебя.
Блу с легкостью поднял Стретча. Он услышал удивленный писк Альфис и усмехнулся про себя. Должно быть, забавно видеть, как кто-то, кто намного ниже его брата, несет его на руках. Но это было пустяком.
Стретч поворчал, но все же прислонился головой к плечу Блу.
– Спасибо, что подбросил, братан.
Отсутствие каламбуров и загадок лишний раз подтверждало, что Стретч вымотался. Блу не позволил своей улыбке погаснуть, вынося брата на улицу.
– Не волнуйся, Папс. Не успеешь оглянуться, как мы будем дома.
(Блу предпочел не думать о том, как долго у них еще будет дом, в который можно вернуться).
***
После (не)приключения в Афтертейле жизнь в Замке Найтмера шла своим чередом. Кроме проверки, что с Инком действительно все в порядке после встречи с Дримом и Блу, Найтмер больше не упоминал об этом. Во всяком случае, когда Инк был рядом. Конечно, возможно, они обсуждали эту встречу без Инка. Что было бы только справедливо, потому что Инк никому не говорил о двоичных кодах. И убеждал себя, что странности с его душой были галлюцинацией, возникшей из-за стресса, хотя и подозревал, что это не так. Его душа и магия были в порядке. Какое-то время Инк опасался, что ее использование может вызвать повторение той галлюцинации (которая не была галлюцинацией) в виде белого света, но осторожные проверки ничего такого не показали. Это было хорошо, потому что Найтмер очень хотел, чтобы Инк сосредоточился на своей черной магии. Настолько, что Инк видел, как быстро его босс теряет терпение. Не помогало и то, что Инк, похоже, справлялся со своей магией еще хуже, чем раньше. Его щиты из жидкой черноты работали нормально, но цепи отказывались формироваться. Цепи были достаточно сильны, чтобы остановить Киллера на Третьей Стадии. Что, если их силы было достаточно, чтобы причинить кому-то вред? Этот вопрос не давал Инку покоя. Каждый раз, когда Инк представлял себе использование цепей, перед его мысленным взором проносились образы тех, кого он знал, и он колебался. Черная магия реагировала на его внутренний конфликт и тут же рассыпалась. Даже Инк понимал, что лучше не упоминать о том, что среди мысленных образов, заставлявших его колебаться, были и двое Звездных Сансов. Неожиданная встреча с Дримом и Блу определенно потрясла Босса. Инк даже мог бы сказать, что это напугало Найтмера. Но только мысленно, в своей голове, где Найтмер, как Инк надеялся, не смог бы этого почувствовать. Киллер вернулся и снова стал Киллером. Он больше не угрожал Инку ножом, но по-прежнему сверлил его взглядом всякий раз, когда тот напоминал Киллеру о своем существовании. Вероятно, Инк был слишком оптимистичен, но казалось, что его взгляды не были такими злобными, как до инцидента с ножом. Хотя Киллер был еще более суров с ним во время тренировок, оставляя Инку больше порезов и зазубрин, чем раньше. Зато это дало ему больше возможностей попрактиковаться в зеленой магии. Даст тоже оставался самим собой, по-прежнему довольно безразличным, хотя время от времени он все же поглядывал на Инка. Без злобы, просто смотрел. Инк не был уверен, как реагировать, поэтому зачастую тоже смотрел в ответ. Однажды ему показалось, что Даст улыбнулся, как будто его забавляли действия Инка. Опять же, возможно, Инку это просто показалось. Как Киллер называл это? "Принятие желаемого за действительное"? Хоррор по-прежнему был самым дружелюбным из всей Банды, но Кросс… вроде как тоже стал добрее? Может быть? Инк мог сравнить поведение Кросса только с Хоррором, но что-то определенно изменилось после их путешествия в вариант Афтертейла. В то время как Киллер сверлил его взглядом, Даст приглядывался, а Хоррор был добр и поглаживал Инка по черепу, Кросс… прятался. Кросс, как обычно, помогал Инку учиться самообороне, но теперь он появлялся и в другое время. Он всегда был вне поля зрения, но Инк стал чуток к его присутствию, как и к присутствию других членов Банды, и всегда знал, когда он рядом. Кросс был неподалеку, когда Инк готовил с Хоррором, или занимался хозяйством, или читал в библиотеке, но он никогда не показывался. Даже Инк с его крайней неопытностью понимал, что такое поведение было странным. Инк не думал, что Кросс хотел как-то навредить ему, как все еще мог сделать Киллер, но его постоянное наблюдение все равно вызывало беспокойство. Если Кросс не выходил и не говорил, чего он хочет, то, скорее всего, ничего хорошего. Инк не был уверен, должен ли он что-то с этим делать. И может ли он что-то с этим сделать. Его обучили, ему дали цель, ему доверяли настолько, что позволили посетить другой мир, но Инк по-прежнему оставался самым слабым и наименее значимым из Банды Найтмера. Он не решался сказать Кроссу прекратить или попросить Найтмера приказать Кроссу остановиться. Все, что мог сделать Инк – делать вид, что ничего не замечает, и стараться не слишком беспокоиться. Самая значительная перемена произошла, когда Хоррор решил отправить Инка отнести еду Найтмеру в его кабинет. Найтмер никогда не ел вместе с остальными. Инк не понимал, почему, но не задумывался об этом. Когда Хоррор передал ему тарелку и велел отдать ее Найтмеру, Инк и в этом не усомнился, но у Найтмера определенно было иное мнение на этот счет. Когда Инк переступил порог кабинета, что-то изменилось. Стало тяжелее. Холоднее. Он не успел обдумать это, заметив, как Найтмер сунул что-то, что до этого держал в руках, в ящик стола. Инк мельком увидел что-то похожее на металл, прежде чем оно исчезло из виду. – Что ты здесь делаешь? – резко спросил Найтмер. Вместо ответа Инк молча приподнял поднос с едой. На этот раз это были не спагетти, а гамбургер, картошка фри, маринованный огурец и продолговатый желтый фрукт, которого он раньше не видел. Ему надо будет потом спросить Хоррора, как он называется. Щупальца Найтмера выдавали его легкое раздражение появлением Инка, но не более того, насколько мог судить Инк. Движения этих щупалец были куда красноречивее стоически неизменного выражения его лица. Инк задумался, знал ли об этом Найтмер. Инку хотелось погладить или обнять одно из щупалец, потому что когда Хоррор так делал, его это успокаивало, но он знал, что Найтмер становился холоднее всякий раз, когда он пытался это сделать. Поэтому Инк не пытался. Найтмер и без того был раздраженным… Хотя, возможно, это еще мягко сказано. Он казался мрачнее, чем обычно. Что за метафору он вычитал в книге? Что-то про ауры грозовых туч? Нет, не то. Возможно, он смешивал две метафоры вместе. Единственный зрачок Найтмера скользнул от еды к Инку. – Ты поел? – Нет, Босс. – Значит, поешь потом. Садись. Инк сел. Найтмер не притронулся к еде. У Инка было ощущение, что он все-таки поест после его ухода. – Расскажи мне еще раз о встрече с Дримом. Инк подчинился и рассказал столько важных деталей, сколько смог вспомнить. Он знал, что некоторые детали не важны для Босса, поэтому не стал тратить время. И не стал упоминать о появившихся кодах и об инциденте с его душой после путешествия. К сожалению, это означало, что он не мог сообщить своему боссу практически ничего нового. Движения щупалец Найтмера стали еще беспокойнее. Инк не понимал, зачем он снова спрашивает о встрече с Дримом. – Ты уверен, что его аура не повлияла на тебя? – Я ничего не почувствовал, Босс, – подтвердил Инк. – И он не связал тебя со мной. – Зрачок Найтмера задрожал и сузился, словно змеиный. – Кросс познакомил тебя с телепортацией и короткими путями? Смена темы встревожила Инка, но он быстро ответил: – Нет, Босс. Кросс считает, что я еще не готов. Он боится, что я "застряну в стене, Пустоте или еще где-нибудь". Похоже, на этот раз Найтмера не особенно волновало отсутствие прогресса. Или все-таки волновало? Его щупальца неестественно застыли. – Понятно. Не у всех Сансов есть врожденные способности к телепортации, некоторым приходится получать их путем экспериментов. Инк почти сразу сообразил, что он говорит не о дополнительных тренировках. Он прочитал достаточно книг, чтобы знать, что такое научные эксперименты. (Плюс Хоррор предупредил его, что при встрече с Гастером или Альфис лучше сразу бежать, на всякий случай). – Было бы полезно иметь целителя, способного самостоятельно перемещаться между мирами, – продолжил Найтмер. Инк не подумал об этом, но опять же, он много о чем не думал. Ему и впрямь нужно было уметь добраться до остальных, если они пострадают. – Я хочу научиться открывать порталы. Найтмер потер лоб: – Ты что, тупой? Порталы совсем не похожи на короткие пути и телепортацию. Инк знал это. Найтмеру было все равно, поэтому он промолчал. – Отсутствие телепортации не является препятствием для сделки, – продолжил Найтмер. – А эксперименты – это крайняя мера, к которой я предпочел бы не прибегать. Сколько раз я должен повторять тебе, что мертвым ты мне не нужен? – Его щупальца вновь замерли. – Кстати говоря… Ты смог снова призвать свои цепи? – Нет, Босс… – с неохотой ответил Инк. Сколько бы он не пытался, они всегда рассыпались. – Что ты собираешься делать, если Киллер снова нападет на тебя? Инк замялся. – Мои щиты стали сильнее. – А если он пробьет щит? Инк избегал бы Киллера, как мог. Он понимал, что это недостаточно хороший ответ, поэтому ничего не ответил. Разочарование Найтмера повисло в воздухе. – Понятно. Хочу кое-что прояснить, прежде чем у нас будут новые инциденты. Я видел, как ты избегаешь Киллера. Инк опустил взгляд на столешницу. – Я… – Посмотри на меня, – сурово приказал Найтмер. Инк поднял взгляд. Одно из щупалец Найтмера скользнуло по плечу Инка. Надежда и восторг Инка сменились тревогой, когда щупальце обвилось вокруг его шеи. Инк не испугался. Щупальца Найтмера спокойно покачивались у него за спиной. Он не сердился. Инк не понимал, что задумал Найтмер, но поскольку тот не злился, Инк осторожно схватился за щупальце, как обычно делал. Инк распознал краткую тишину удивления, что была реакцией Найтмера. Голубой огонек в его глазнице погас, сменившись чернотой. – Ты понимаешь, что я легко могу убить тебя? Инк знал это. Он читал новые книги по анатомии монстров и людей. – Но ты же не станешь этого делать. – Не стану, – согласился Найтмер. – Намеренно. А у остальных еще меньше контроля, чем у меня. Щупальце Найтмера слегка сжалось. Не так сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы Инк инстинктивно дернул за отросток, пытаясь оторвать его от шеи. – Щит бесполезен, если ты не поднимешь его. Цепи бесполезны, если они не сдерживают. Я говорил тебе не позволять другим издеваться над тобой, но ты не смог их остановить. – Лицо Найтмера было холодным и беспощадным. – Мои подчиненные опасны. Даже будучи ранеными, они будут угрожать тебе. Они будут сражаться с тобой. Они будут причинять тебе вред. В случае неотложной медицинской помощи ты превосходишь их рангом и будешь защищаться от них. Мне плевать, придется ли тебе использовать свою магию, чтобы связать их. Ты будешь лечить их, не подвергая себя опасности, иначе ты бесполезен для меня. Ясно? Инк попытался кивнуть, но со щупальцем вокруг шеи это было затруднительно, поэтому он произнес: – Да. Найтмер не выглядел довольным. – А теперь убирайся. Найтмер отпустил его. Инк споткнулся, ударившись ступнями об пол, но устоял на ногах. Он вышел, как ему и было велено. Он знал, что Найтмер чувствует, как его дискомфорт снова перерастает в ужасную тревогу. Ему казалось, что все идет хорошо, но, похоже, Найтмер был недоволен его прогрессом. А что, если он потеряет терпение и решит, что Инк больше того не стоит? Найтмер говорил, что зеленая магия полезна, и Инк тоже считал ее полезной, но постоянный упор на другие виды магии снова и снова заставлял Инка сомневаться в своем месте здесь. Он пытался убедить себя, что все идет хорошо, и он превзошел все ожидания, когда столкнулся со Звездными Сансами, но его мысли все равно возвращались к атакующей магии и его нежеланию использовать ее для нанесения вреда противнику. Найтмер был прав. Если Инк не будет защищаться от Банды во время тренировок, он будет хуже, чем бесполезен, если они нападут на него по злому умыслу или в бреду, будучи ранеными. Инк прижал руку к шее и закрыл глазницы, надеясь, что они перестанут щипать. Он очень надеялся, что не столкнется сейчас с Киллером или Кроссом. Киллер будет издеваться над ним, а Кросс вел себя странно с тех пор, как они столкнулись с Дримом. Инк не хотел плакать перед ними. Они и так считали его жалким и глупым. Инк не столкнулся ни с Киллером, ни с Кроссом. Он практически налетел на Даста. Инк инстинктивно отпрянул и уклонился, но Даст не набросился на него. Его красные кольцеобразные зрачки взглянули на Инка из тени под капюшоном, и он лениво помахал рукой: – Эй. Ты пропустил ужин. Хоррор заметил. Инк сделал вдох. Потом еще один. И еще. Он уставился себе под ноги. Он чувствовал на себе взгляд красных зрачков Даста, который наблюдал за ним, осуждал его и считал его пустой тратой магии. – Пожалуйста, научи меня появляться и исчезать, как делал Хоррор, – вырвалось у Инка. Он не мог вспомнить название этой магии. Он знал слова, но они никак не хотели формироваться у него в голове, чтобы он смог их произнести. – Появляться и исчезать… П-п… Даст усмехнулся. Это была всего лишь легкая насмешливая ухмылка, но внезапно это стало слишком. – Я не тупой! – закричал Инк, но даже его крик был тише, чем громкость речи большинства других. – Я могу разобраться в этом. Просто иногда у меня бывают проблемы. Я не знаю этих вещей, но я стараюсь! Воцарилась напряженная тишина. Инк сердито уставился на Даста, стараясь не моргать, чтобы жжение в глазницах не превратилось в слезы. Даст нахмурился, и огоньки его глаз стали белыми. – Тебе нужен короткий путь. Вот. Он схватил Инка за руку, и внезапно они оказались в другой части замка. Здесь было темно, но тонкие лучи света просачивались сквозь пару трещин в каменных стенах высоко над ними. Света было достаточно, чтобы Инк мог разглядеть, что комната была круглой и еще не убрана. Паутина и пыль (обычная пыль) покрывали накрытую тканью мебель вокруг, а грязная латунная люстра наверху едва поблескивала в лучах света. – Мы в юго-восточной башне, – тихо сказал Даст. – Тебе, э-э… Тебе нравится здесь, да? – Обычно я снаружи, – заметил Инк. – Ага, – голос Даста зазвучал веселее. – Тебе нравится лазать. Спасибо, что помнишь, Папс. Даст сел, не обращая внимания на обычную пыль, покрывшую его шорты и толстовку. Инк осторожно присел рядом, и они прислонились к каменной стене. Здесь наверху было очень тихо. Но не настолько тихо, чтобы стало практически бесшумно, как там. Инк слышал, как снаружи дует легкий ветерок. – Ты не тупой, – сказал Даст. Его голос был почти таким же тихим, как обычный голос Инка, но Инк слышал его отчетливо. Даст заметил выражение его лица и повторил: – Ты не можешь быть глупым только потому, что у тебя проблемы с обучением, и ты отказываешься причинять боль другим. Инк этого не ожидал. От Хоррора – может быть. От Кросса – очень маловероятно, и то, если он перестанет прятаться и выйдет. От Даста? Совсем нет. Даст был к нему равнодушен и обычно контактировал с ним только во время тренировок. Инк не понимал столь резкой перемены. Даст поерзал, устраиваясь у стены поудобнее, отчего в воздух взметнулись хлопья пыли. – Мой брат был немного похож на тебя. Добрый. Не желающий причинять вред. Всепрощающий. Некоторые тоже называли его глупым. Наивным. Они обращались с ним как с дерьмом, потому что считали его доброту слабостью. Но он никогда не отступал от своих убеждений. Никогда. Даже когда он… Даст замолчал. У Инка не было слов, чтобы нарушить тишину, поэтому он осторожно взял Даста за руку. Даста это прикосновение раздражало гораздо меньше, чем Найтмера, и он криво усмехнулся: – Хех. Ты знаешь, я убил собственного брата. Я убил его ради ОП и УР, чтобы остановить человека. Я не хочу, чтобы ты умер, как он. «Найтмер убил моего брата», – подумал Инк. Брат Инка был бесполезен для Найтмера. Инк закрыл глазницы и впервые не думал о белой пустоте, вспоминая о том месте. Он видел, как черные щупальца разрывают в клочья высокую фигуру. Инк подтянул колени к груди и спрятал лицо в ладонях. – Инк? – неуверенно спросил Даст. – Что сегодня произошло? Инк молчал. Даст издал глубокое гортанное рычание. – Инк, я серьезно, – его голос стал еще ниже. – Он угрожал тебе? – Киллер постоянно угрожает мне, – ровным голосом сказал Инк. – Отвечай на вопрос, – голос Даста стал резким. – Найтмер был расстроен тем, что я не добился заметных успехов и позволял другим рекрутам мной помыкать. Он схватил меня за шею одним из своих щупалец. – Тут Инка внезапно осенило, и он почувствовал себя еще хуже. – Он хотел, чтобы я защищался от него, но я опять не справился. Это был урок, верно? – Это был не урок, – сдержанно сказал Даст. – Он не должен был так поступать с тобой. Инк не понимал, в чем проблема. Даст и Киллер постоянно хватали его и угрожали ему, хотя первый делал это только во время тренировок. – Все в порядке. Мне даже не пришлось себя лечить. –…Хорошо. То есть нет. Не хорошо. Как мне объяснить, Папс? – Даст прошептал последнюю фразу себе под нос. Он сделал движение рукой, словно хотел протянуть ее, но остановился. – Неважно, я и так лицемер. Найтмер не должен был так с тобой поступать. – Я же не усвоил урок, – ровным тоном напомнил Инк. – Это не урок, – огрызнулся в ответ Даст. Инк застыл, и он поморщился. – Слушай… Когда мы с Киллером деремся, мы относительно равны, и никто из нас не хочет причинять другому вред. Мы оба принимаем это, и оба выкладываемся по полной. Но ты не такой, как мы. Ты не причиняешь боли. Ты как Папс. Но это не значит, что ты можешь позволять Найтмеру угрожать тебе. – Даст снова раздраженно фыркнул и сердито махнул рукой. – Не то чтобы это была твоя вина, потому что это не так. Гаххх, почему я не захватил Хоррора? Дай мне секунду. Инк подумал, что он пойдет за Хоррором, но нет. Даст сидел рядом с ним, зажмурив глазницы и стиснув зубы. Когда он снова открыл глазницы, огоньки в них были белыми. – Ты в долгу перед Найтмером и знаешь, что он может бросить тебя, если захочет. Это не значит, что он может угрожать тебе или заставлять тебя чувствовать себя дерьмово. Ты не можешь просто смириться с тем, что он так делает. Он не хочет, чтобы мы задирали тебя, да? Это касается и его. Он не должен так с тобой обращаться. Инк никогда не слышал, чтобы Даст говорил так много. Он ловил каждое его слово, стараясь не позволить теплу в своей душе выплеснуться наружу. – Банда Найтмера – это монстры в более "злом" смысле… – начал Даст. – Ты не злой, – тихо перебил Инк. Мгновение Даст выглядел удивленным. – Не уверен, что ты понимаешь, что такое "зло", но ладно. Ну… на самом деле мало кто может дать определение злу, но… Неважно. Вернемся к сути. Мы жестокие убийцы. Ты не похож на нас, но все равно один из нас. И мы защищаем своих. Если что-то случится снова, скажи мне или Хоррору. Если Найтмер прикажет тебе никому не говорить, ты все равно скажешь нам. Босс всегда был вспыльчив, но он не причиняет нам вреда. Я не хочу, чтобы он начал с тебя. – Это был скорее намек на угрозу… – протесты Инка оборвались смущенным молчанием, когда зрачки Даста вспыхнули красными кольцами. – Не имеет значения. Киллер может сыпать угрозами сколько угодно, но он все равно находится с тобой в более равных условиях, чем Босс. Босс – это босс. Он знает, что твоя жизнь в его руках. Он знает, какую власть он имеет над тобой. Он не может использовать ее против тебя таким образом. Если ты думаешь, что не сможешь возразить, позволь мне. Или Хоррору. – Даст скорчил гримасу. – Хоррор выйдет из себя. Инк предположил, что это не буквально, поскольку не мог представить, как это может выглядеть. Ему с трудом давалось понимание, почему Даст забеспокоился сейчас, когда именно Найтмер запугивал Инка. Разве не должно быть наоборот? Ведь Найтмер – Босс, а значит, Даст должен позволять Найтмеру делать то, что он хочет? Вот только Даст сказал, что как их Босс, Найтмер не должен так поступать… – Я могу попробовать рассказать тебе, – неуверенно сказал Инк. – Хорошо. Я очень надеюсь, что это не повторится. – Огоньки глаз Даста сменили цвет. – Ты никому не расскажешь о том, что я скажу дальше, кроме Хоррора и Кросса, ясно? Инк решительно кивнул. – В последнее время в Мультивселенной творится черт знает что. Что-то не так. Босс не замечает. Киллер тоже. Но я замечаю. – В тени его капюшона виднелся лишь хмурый взгляд светящихся темно-красных колец. – Ты знаешь, что Киллер перешел на Третью Стадию? Это стало хуже, чем раньше. Чаще. Более жестоко. Мы – Хоррор, Кросс и я – немного обеспокоены тем, что Босс движется в этом направлении. Знаешь, раньше он запрещал нам убивать. Теперь нет. Он как будто не замечает, насколько все изменилось. До Инка дошло, что имел в виду Даст, и он подавил дрожь. Возможно, гнетущая атмосфера в кабинете не была плодом его тревожного воображения. Он даже не думал о том, чтобы искать в Найтмере какую-то неправильность. Может, и стоило бы. – Ты один из нас, – повторил Даст. – Ты будешь нашим Целителем. Ты отказываешься причинять вред, но это совершенно нормально. Если Найтмера не устраивают возможности другой твоей магии, пусть идет лесом. Инк почувствовал удивительное тепло. Такое сильное, что он не мог подавить положительные эмоции, как ни старался. Он не был уверен, что хочет этого, даже если это расстроит Найтмера, потому что Даст сказал, что Инк нужен здесь. Ему, Хоррору, может быть, даже Кроссу. Инк не хотел это терять. Он не хотел терять их. Каждый щит, блок и ограничение защитит их. Инк должен исцелять их, а для этого он сам должен быть невредим. Чтобы защитить других, он должен был защитить себя от нападений. Для этого он должен был защищать себя (и их) или сдерживать их противников. Это был окольный путь мышления, но лучший, на который был способен Инк. Он мог это сделать. Магия просочилась между косточками его пальцев и потекла по предплечью. Инк почувствовал, как она сгустилась, и открыл глаза: магия затвердела, превратившись в тонкую цепь. Он осторожно позволил цепи оторваться от костей и покачаться в воздухе. Даст тронул цепочку, и она обвилась вокруг его руки. – Так круто! Восторженность в шепоте Даста была настолько неожиданной, что Инк не смог сдержать усмешки. Даст пошевелил рукой, и цепь осталась на месте. – Как маленькая металлическая змейка. Но из магии, а не из металла. И не змейка… Что ж, это "сравнение" быстро развалилось. Инк задумался, может ли его магия принимать форму змеи. Может, ему стоит поэкспериментировать со своей черной магией, раз уж теперь он, возможно, сможет придать ей форму, кроме как в виде защитной стены. Тихий шорох привлек внимание Инка. Они с Дастом подняли головы и увидели желтые глаза свидетеля их разговора. Даст бросился вверх. Его скорость и ловкость поразили Инка, и он вскочил на ноги. Его тихий крик оборвался, когда Даст просто схватил незваного гостя и вытащил его на свет. Это был не нарушитель. Это было животное. Точнее птица, которая была меньше ладони Даста. Судя по форме головы, перьям и клюву, эта птица была крошечной серой совой. По крайней мере, так думал Инк. Он видел птиц только на картинках в некоторых книгах в Библиотеке. В окрестностях замка было не так много животных. Крошечная сова не клюнула Даста и не издала ни звука. Она вертела головой из стороны в сторону, но оставалась абсолютно безмолвной и не сопротивлялась. Сова была такой маленькой, что казались хрупкой, но было заметно, что Даст держит ее бережно. – Привет, малыш, – пробормотал Даст. Он не стал гладить сову, а поднял ее, чтобы рассмотреть. – Хм. Кажется, это сыч. Как он сюда попал? Сова по-прежнему молчала. Стоит ли Инку беспокоиться? Судя по книгам, совы должны "ухать", но эта была такой крошечной, и было непохоже, что она так может. – Что нам делать? – Для начала вытащим ее из этой затхлой комнаты, – предложил Даст. – Потом, думаю, попробуем доставить ее домой. Она явно не отсюда, и я не очень-то разбираюсь в уходе за совами. Я немного читал об этом, но совиные монстры – это не совсем то, и в Подземелье такие птицы не встречаются… Они продолжали рассматривать сыча. Птица по-прежнему молчала и, к удивлению Инка, не клевала Даста и не пыталась сбежать. Может, она чувствовала, что Даст хочет помочь? Это свойственно совам? Надо будет поискать, когда он снова пойдет в Библиотеку. Он осторожно упомянул об этом, и, к его удивлению, Даст поддержал его. – Ты тоже любишь читать? – спросил Инк. – В основном научную фантастику, но птицы тоже довольно интересны. Сова повернула голову и издала тихий звук. Это было не "уханье". Скорее мягкий свистящий звук "фью". Инк этого совсем не ожидал, но ему понравилось. Даст и Инк наблюдали за совой, но она снова замолчала. – Она такая маленькая, – изумился Даст, и Инк молча согласился. Затем он ухмыльнулся. – Прямо как ты. Инк нахмурился. – Я не такой уж маленький. – Назови кого-нибудь, кто меньше. Инк прищурился в раздумье, перебирая в уме типичных жителей АВ, о которых он слышал. – …Монстренок? – Это очко не в твою пользу, малой, – усмехнулся Даст. Инк распознал дразнящий (а не издевательский) тон и улыбнулся. Они быстро нашли Кросса, который выглядел взволнованным, но, увидев их, заметно расслабился. Инк заметил, как Кросс сделал вид, что не следил за ним большую часть дня, поэтому он тоже не стал поднимать эту тему. Инк все еще понятия не имел, зачем Кроссу это нужно, но начал подозревать, что у него не было злого умысла. Когда Кросс увидел сову в руке Даста, его озадаченное выражение заставило Инка тихонько хихикнуть, но никто из них, похоже, его не слышал. Возможно, кроме совы, которая повернула голову в его сторону. Они втроем выяснили, откуда была сова. Кросс открыл портал на Поверхность какой-то АВ, и Даст выпустил сову. Сова взлетела не сразу. Она сидела на ладони Даста и, казалось, смотрела на него. Инк подумал, не растерялась ли она. Интересно, как долго она просидела в этой башне, пока ей не помогли. (Даст, Хоррор и, возможно, Кросс хотели помочь Инку. Они были совсем не такими, как можно было ожидать. Инк был им нужен. Они хотели защитить Инка. С его стороны было бы правильно ответить им тем же). Сыч бесшумно взлетел и исчез в портале.***
Взрыв гнева не был чем-то неожиданным в Замке Найтмера. В такой нестабильной группе Сансов это было таким же обычным явлением, как фазы луны. Неожиданным был источник клокочущей ярости, которую почувствовал Найтмер. Это был не Киллер и даже не Кросс, а Хоррор. Найтмер смотрел на дверь своего кабинета и спокойно ждал приближения Хоррора. Дверь распахнулась и в нее ворвался его разъяренный рекрут. Следом за ним зашел Даст. Внешне он казался невозмутимым, но Найтмер чувствовал его тревожное удивление. Хоррор остановился перед столом Найтмера и уставился на него. Его глазницы были полностью черными. Это было интересно, поскольку один его глаз был не совсем обычным. Он был по-настоящему разъярен. – Эй, Босс, – ровный голос Хоррора не выдал ни капли его ярости. – Какого черта? Инк – первое существо, к которому ты можешь прикоснуться за хрен знает сколько времени, а ты его душишь? Инк упомянул об их встрече? Как любопытно. Найтмер ожидал, что тот будет молчать и не жаловаться. Вместо этого, похоже, он побежал к Хоррору ныть. Инку стоило быть умнее. – Я не душил его. Давление не было таким сильным, чтобы перекрыть дыхание, – подчеркнул Найтмер. – Никогда бы не подумал, что Инк станет преувеличивать. Гнев Хоррора вырос раз в десять. – Босс, я дам тебе еще шанс. Подумай о том, что ты сейчас сказал. Он излучал столько злости, что Найтмер решил пока подразнить его. – Инк все еще слишком пассивен. Ему нужно учиться. – Угрозы не заставят его учиться быстрее, – прорычал Хоррор. – Ты просто уничтожишь те крупицы уверенности, которые он наскреб. Даст притаился в углу и молчал, лишь огоньки его глаз мелькали, бегая между ними двумя. – Я приказал вам тренировать Инка, и результаты были плачевными, – заявил Найтмер. – Если ему нужен толчок посильнее, я сделаю так, как сочту нужным. К его удивлению, Хоррора не остановил намек на то, что он ставит под сомнение авторитет Найтмера. Вместо этого его гнев приобрел отвратительный оттенок, который Найтмер ассоциировал с праведным гневом перед лицом несправедливости. Иногда было легко забыть, откуда родом Хоррор. Не конкретно Хоррортейл, а то, что когда-то он был обычным Сансом из Нейтрального Пути, приведшего к ужасным последствиям. – Нет, – резко бросил Хоррор. – Мы прекращаем это здесь и сейчас. Никакой физической агрессии по отношению к нам. – Я не могу прикоснуться… Хоррор перебил Найтмера, повысив голос: – И по отношению к Инку тоже никакой агрессии! Ты не будешь так с ним поступать. Я не позволю. Не смей срывать на нем злость только потому, что объявился твой брат. Даст слегка поморщился. – Может, перефразируешь? – ледяным тоном спросил Найтмер. Хоррор не собирался отступать. – Ты такой с тех пор, как Кросс и Инк столкнулись с Дримом. Я знаю, Инк напоминает тебе его… до того, как ты съел яблоко. Но он не твой брат, Босс. Он не позволит Мультивселенной помыкать собой. Тебе не нужно запугивать его, чтобы он начал защищаться. Найтмер так сильно стиснул зубы, что если бы они могли, то обязательно треснули бы. Хоррор не дрогнул под тяжестью его ауры и взгляда, но Дасту пришлось прислониться к стене. При виде этого в голове Найтмера что-то щелкнуло, и он плотнее притянул к себе свою ауру. Он попытался более критично оценить свои действия. Все, что он видел – это перепуганное лицо Инка. Слишком поздно Найтмер понял, что часть гнева Хоррора была направлена на него самого. Ведь именно он отправил Инка к Найтмеру с едой. Вероятно, это должно было стать шагом к тому, чтобы Инк чувствовал себя комфортнее рядом с Боссом. Вместо этого Найтмер снова вспомнил о Дриме и сорвался. – Он был настолько напуган? – Скорее в отчаянии, – поделился Даст. – Он думает, что ты считаешь его глупым и бесполезным, Босс. – Он откашлялся, и его аура ощетинилась от дискомфорта. – Ты же знаешь, что он позволит тебе причинять ему боль, если это сделает его "полезнее" для тебя, верно? – И будет считать это нормой, – предупредил Хоррор. Они и сами не знали, насколько были правы. Инк был родом из пустого и нефункционального мира. У него не было иных примеров того, что считается "нормой", кроме опыта жизни в Банде (и многое из этого не считалось "приемлемым" в большей части Мультивселенной). Если бы Найтмер продолжал настаивать на том, что это для блага Инка, тот скорее принял бы его "уроки", чем сопротивлялся. Чувство дискомфорта (стыда) кололо Найтмера как иголками, но он не подавал виду. – Похоже, я поспешил. Этого больше не повторится. – Не повторится, – отрезал Хоррор. Его гнев обрушился на восприятие Найтмера, но не принес никакого удовлетворения. Собственные эмоции Найтмера поразили его сильнее, чем гнев Хоррора: в его почерневшей душе всколыхнулось чувство собственничества и ревности. Его подчиненные предпочли Инка ему? Он считал Хоррора более преданным. Но суть была не в этом, и Найтмер знал это. Его внезапная собственническая ярость смылась осознанием того, что двое (зная Кросса, скорее всего, трое) его подчиненных почувствовали необходимость сплотиться, чтобы защитить от него другого. Даже Хоррор, который по приказу Найтмера сделал бы многое без вопросов, почувствовал необходимость вмешаться и защитить Инка от Найтмера. Почему Найтмер запугивал Инка? Оглядываясь назад, его действия казались бессмысленными ему самому. Он знал темперамент Инка. Почему он решил, что применение физической силы против пацифиста заставит его соответствовать резкой смене ожиданий Найтмера? Да, возможно, его разозлило появление Дрима, но это не оправдание. Найтмер опустил взгляд на свою черную маслянистую форму и постарался не нахмуриться. Он чувствовал… тошноту. Дисбаланс. Это внезапное повышение Позитивности? (Нет. Тогда что?) – Босс? – неуверенно спросил Даст. – Ты в порядке? – Я в порядке, – сказал Найтмер, не выдавая своего смятения. – Я… – «был неправ», – …действовал необдуманно. Скажите Инку, что это больше не повторится. И пожалуйста, скажите Кроссу, чтобы он прекратил. От его противоречивых эмоций у меня болит голова. Гнев утих, но в ауре Хоррора осталось настороженное сомнение. Оно задевало восприятие Найтмера и беспокоило его больше, чем следовало. – Да, Босс. Как скажешь.
