Между сказкой и страхом

Время летело безумно быстро. Лето подходило к концу и погода в Лондоне заметно ухудшалась. На небе грозно висели тяжелые тучи, сильные порывы ветра срывали с деревьев последние зелёные листья. Волдеморт и его компания по своему веселились с невинными жителями города, отчего Северуса стали чаще вызывать. Гермиона часто оставалась на ночь у него, она проводила с ним всё свободное время, сидела с Томми, наслаждалась компанией двух прекрасных мужчин, появившихся в её жизни. За этот месяц она ближе узнала Люциуса Малфоя. Он часто появлялся в доме Северуса, иногда они уходили выпить, иногда разговаривали втроём о накопившихся проблемах. Малфой перестал считать её за отброса общества из-за её крови и стал более снисходительно к ней относиться. Они приняли друг друга, им ничего другого не оставалось, это был выбор Северуса.

***

Гермиона трансгрессировала на порог квартиры Северуса. Она сразу учуяла запах еды, а по коридору ползал голый Томми, издавая непонятные звуки. Обычно, она бы обрадовалась этой картине, но сегодня она еле сдерживала слёзы. Гермиона сняла обувь, поставила сумку и прошла на кухню. Северус стоял у плиты и что-то готовил, девушка подошла к нему и обняла его сзади. Ей так хотелось почувствовать тепло родного тела, поддержку близкого человека, потому что кроме него у неё никого не осталось. Она крепко прижалась к его спине, руками цепляясь за футболку не его груди, глаза вновь наполнились слезами. Северус развернулся и поднял её лицо, посмотрев ей в глаза, по её щеке скатилась первая слезинка. Не говоря ни слова он прижал девушку к своей груди, крепко прижимая к себе, она схватилась за его шею, спрятав лицо в его плече и громко заплакала. Он ничего не спрашивал, так как знал, что когда она захочет, она сама ему всё расскажет, а просто давал ей такую необходимую сейчас поддержку. Гермиона не успокаиваясь ревела, прижимаясь к нему всем телом, а он гладил её по волосам и шептал на ухо успокаивающие слова. Северус не умел утешать людей, однако чувствовал, что сейчас нужно просто дать волю эмоциям и быть рядом. — Я стерла память своим родителям. И отправила их в Австралию. Так они будут в безопасности. — она посмотрела на Северуса мокрыми от слёз глазами, её лицо покраснело, губы припухли. От этой новости глаза Северуса округлились, но он промолчал, решив, что если Гермиона так решила, у неё были веские на то причины. — Можно я поживу у тебя? — Конечно. Есть будешь? — Северус был немногословен. Его голос был грустным, как будто он понимал и разделял её боль. Гермиона кивнула.

***

Они сидели на кровати и пили вино из старых запасов Люциуса. Гермиона положила голову Северусу на плечо и они молча сидели, думая каждый о своём. Девушка поведала ему всё о своих родителях, о её детстве, о её любви к ним. — У меня есть в разработках пара зелий и заклинаний, чтобы вернуть память. Я попробую что-нибудь придумать. — тихо сказал Северус, отпив вина из бутылки. Гермиона оживлённо посмотрела на него, а затем бросилась ему на шею, нежно прикасаясь своими губами к его. — Спасибо! Спасибо тебе, Северус! — она отлипла от него, с благодарностью посмотрев ему в глаза. — Пока что не за что. — Твои родители умерли? — Гермиона всегда хотела узнать о нём побольше, о его детстве, родителях, друзьях. Сейчас подвернулся подходящий момент расспросить о его прошлом. — Расскажи о своём детстве. — Да. Давно. Я рос в Коукворте. Гиблый район, одни заводы, наркоманы и алкаши. Я не люблю говорить об этом. — Я хочу знать о тебе больше. Кем были твои родители? — Отец работал на заводе. Его уволили и он спился. Маме пришлось работать на трёх работах. День и ночь. Ужасный график. — Северус смотрел в пол, вертя в руках бутылку, всё больше погружаясь в нелёгкое прошлое. — Тяжелое детство? — Гермиона неотрывно смотрела на Северуса, готовясь к неприятному разговору. — Я был ненужным ребенком. Отец постоянно напоминал мне, что я ошибка, что я испортил его жизнь, что лучше бы я не рождался. — Северус тяжело вздохнул, а Гермиона почувствовала как в горле застрял ком. Ей было страшно слушать дальше. — Его когда уволили, он начал сильно пить и яро ненавидеть меня. — Он тебя бил? — с ужасом спросила Гермиона, боясь услышать ответ. — Бил. Сильно бил. До потери сознания. Просто потому что я есть. Ненавижу его! — выплюнул Северус и сделал большой глоток вина. — А мама? Она же волшебница. — на глаза вновь навернулись слёзы. Слушать это было тяжело, а в такой эмоциональный день чувства сами выплескивались наружу. — Да. Иногда она спасала меня от его гнева, когда видела всё своими глазами. На мои жалобы она особо внимания не обращала. Она старалась удовлетворить все мои естественные потребности: давала мне еду, одежду, медицину. На большее у неё не было сил и времени. Она умерла когда мне было тринадцать. Суицид. — Северус шумно выдохнул через рот, а по щекам Гермионы вновь покатились слёзы. — Постоянное напряжение. Никакого отдыха. Дома ссоры. Отец довёл её. — его голос дрогнул, но усилием воли он собрался и продолжил. — Я был на каникулах и пытался отговорить её. Она поклялась, что будет жить, что понимает что нужна мне. А я поверил её слезам. — Северус отвернулся, скрывая от неё свои эмоции. — Я уехал в Хогвартс, а она наглоталась таблеток. Через три дня её нашли и меня позвали в морг на опознание. — Северус опустил голову на колени, пальцами руки прикрыв глаза. Гермиона сократила небольшое расстояние между ними и прильнула к нему. Она плакала. Она буквально чувствовала всю боль Северуса. Девушка была уверена, что кроме неё, и может быть Люциуса, об этом никто не знает. Он пережил издевательства отца, который постоянно твердил ему, что он никому не нужен. Он пережил ужасную смерть матери, не самой лучшей, но всё же самой близкой. И ему даже не с кем было разделить свою боль. Поддавшись порыву, Гермиона села ему на колени и взяла в ладони его лицо. В его глазах стояли слёзы. Она впервые видела его таким уязвимым. Вечно холодный и неприступный мужчина сейчас сидел перед ней и пытался сдержать подступающие слёзы. Он поделился с ней самой сокровенной тайной, он показал ей свои эмоции. Это много о чём говорило. Гермиона нежно прильнула к его губам, осторожно целуя. Северус впал в ступор. Очевидно, он ожидал, что она его оттолкнёт и никак не предвидел такой реакции на свои откровения. Девушка отстранилась от него, прижавшись своим лбом к его. Они просидели так какое-то время, а затем Северус прикоснулся к её губам. Этот поцелуй был нежный, успокаивающий, в нём не было той страсти и похоти, присутствующей всегда. Девушка отстранилась от него и спустилась руками по его груди. Северус непонимающе смотрел на неё, но она лишь приложила палец к его губам, заставляя молчать. Гермиона неотрывно смотрела ему в глаза и медленно тянула край футболки вверх. Он молчал, внимательно следя то за её действиями, то смотря ей в глаза. Он поднял руки, позволив ей стянуть с себя футболку. Откинув футболку, она медленно провела языком по губам и спустилась к брюкам. Гермиона уже отчетливо чувствовала его эрекцию под своими бедрами. Она жадно смотрела в его глаза и молча расстегивала ремень, чётко производя каждое движение. Когда с брюками было покончено, она дотронулась до его возбужденного члена и легонько провела рукой по горячей плоти. Северус шумно вдохнул воздух. Гермиона встала с его колен и начала медленно, почти мучительно, избавлять себя от одежды. Северус быстро стянул свои брюки вместе с нижним бельём и смотрел на то, как она эротично раздевается. Он пожирал взглядом каждый дюйм её открывающейся кожи, медленно проводя рукой вверх вниз по своему члену. Закончив с одеждой, Гермиона плавно придвинулась к нему и оседлала, прижавшись своей промежностью к его горячему пенису. Она толкнула его на кровать, и он лёг, продолжая смотреть ей в глаза. Гермиона приподняла бёдра и ввела его член внутрь. Они одновременно закатили глаза, наслаждаясь близостью. Гермиона плавно двигалась на нём, оперевшись для удобства, руками на его грудь. Это не было похоже на их обычный секс. Вместо быстрых движений, она медленно опускалась на член. Вместо засосов, которые они оставляли на теле друг друга, они смотрели в глаза. Они слились не только телами, но и разумом, никто не хотел разрывать зрительный контакт. Это было чувственное занятие любовью, которое приносило не меньше удовольствия, как от грубых движений и грязных слов. Северус одну руку положил ей на грудь, то сжимая её в руке, то теребя сосок, то прокручивая его между пальцев. Второй рукой он дотронулся до её клитора, круговыми движениями пальцев заставляя её выгибаться. Её движения на нём становились более неразборчивыми, его член попадал по чувствительным точкам внутри неё, а пальцы на клиторе заставляли стонать. Гермиона захныкала, а Северус начал снизу вбиваться в неё бедрами, приближая себя к оргазму. Она прижалась к нему, обессилено упав ему на грудь, её бедра затряслись в безудержном оргазме, а влагалище сильно сжималось вокруг его члена. Он сделал последние пару толчков и член запульсировал внутри неё, обжигая горячей спермой. Северус прижимал девушку к себе, держа её за талию и пытаясь восстановить сбившееся дыхание. — Я сейчас заплачу. — тихо пробормотала Гермиона ему в грудь, прижавшись к нему сбоку. Чувственный секс, о многом говорящие взгляды вновь выводили девушку на эмоции. — Думаю, на сегодня хватит. Я не люблю смотреть, как ты плачешь. — У меня никогда такого не было. — Гермиона была тронута его признанием. — У меня тоже. А ещё я люблю засыпать в твоих объятиях. Гермиона улыбнулась. Видимо, у Северуса сегодня был день чистосердечных признаний. Прошло много времени, и, очевидно, Северус думал, что она уже спит, но сон не шёл. Сегодня ей было много о чём подумать. Он тихо, почти неслышно, произнёс: — И кажется, я люблю тебя.

***

Гермиона привыкала к жизни с Северусом. Теперь ей не надо было никуда уходить, его дом стал её домом, а большую кровать они теперь делили на троих. Северус старался поддержать девушку после случая с её родителями. Мальчики покинули свои дома и прятались в густых лесах по всей Британии в поисках крестражей. Иногда они писали ей письма, чтобы сообщить о обстановке, но письма часто перехватывали, поэтому информации там таилось мало. Гермиона сообщила мальчикам про свои отношения с одним человеком и сказала, что с ним она находится в безопасности. — Можно я выйду погуляю с Томми? — Гермиона открыла дверь лаборатории Северуса, появляясь в проходе с ребенком на руках. — Обычно ты ставишь меня перед фактом. Что ты хочешь? — Северус обернулся на неё, продолжая помешивать зелье в котле. Гермиона улыбнулась, он прекрасно её знал и мог предсказать все её следующие действия. — Я хочу встретиться с Джинни. — Нет. — ответ был предсказуем, но Гермиона не собиралась так легко сдаваться. — Джинни — моя лучшая подруга, и я хочу с ней встретиться! — Иди. Но без Томми. — Почему? Ты же рассказал всё про нас Малфою. Почему мне нельзя. — Гермиона почувствовала, что обстановка накаляется и отпустила Томми ползать по полу. — Он сам узнал. — Нет. Это ты ему рассказал, хоть и не упоминал про меня. Я всё равно пойду гулять с Томми. Почему же ты против, чтобы я встретилась с Джинни? Я ей доверяю. — Гермиона подошла к Северусу и обняла его со спины. Она знала, что долго он сопротивляться не будет. Руки девушки поползи вниз с его груди к паху. Она дотронулась рукой до его ещё мягкого члена и почувствовала, как тот дернулся в ответ. Северус зашипел сквозь зубы. Гермионе всегда нравилось то, как быстро он возбуждался от её касаний. — Уйди, ведьма, я занят. — прорычал Северус, выгоняя Гермиону, но его член продолжил потираться о её руку. — Я никак не влияю на твоё зелье. — Гермиона проводила рукой по всей длине его эрекции, крепко прижимаясь к нему. — Ты влияешь на меня! Если я трахну тебя, минуты через три тут всё взлетит на воздух. Мне становится сложно держать себя в штанах. — Гермиона резко убрала руку и пошла к двери. Северус издал вздох разочарования, очевидно, он был не против взорвать всё, но трахнуть её. — Тогда я гулять.

***

Погода на улице наконец-то была хорошая: светило солнце, отсутствовал холодный ветер и мрачные тучи. Гермиона наслаждалась приятной погодой, прогуливаясь с коляской в парке недалеко от дома. Она немного волновалась перед долгожданной встречей с подругой, не знала как та воспримет новость о её отношениях со Снейпом. — Джинни! — Гермиона заметила рыжеволосую макушку девушки и помахала ей рукой, когда Джинни направлялась к ней. — Ты уже успела родить? Как давно мы с тобой не виделись. — в глазах Джинни стояло удивление, но она подошла и крепко обняла Гермиону. — Это кто? — Я встречаюсь с одним человеком. Это — его сын. — Гермиона решила долго не тянуть и сразу высказать всё. — Нихера себе! Мальчики говорили, что ты живешь у кого-то, но, надо признаться, ты умеешь удивить! Я его знаю? — Гермиона коротко кивнула. — Я ещё даже не начинала. Джинни подняла брови и улыбнулась, готовясь к новым шокирующим новостям. Она нагнулась к коляске и посмотрела на маленького темноглазого мальчика. Джинни взяла ребенка на руки и внимательно начала его изучать, пытаясь понять чей он, однако увидеть сходство в малыше и его родителе оказалось сложно. — Кто ты, малыш? — Это Томас. Томас Снейп. — Какой Томас?! — от шока Джинни чуть не выронила ребенка. В голове не укладывалось столько новой полученной информации: отношения Гермионы, отношения Гермионы со Снейпом, ребенок Снейпа. — Стоп, что?! Ты спишь со Снейпом? С Северусом Снейпом? — Да, я живу с Северусом и его сыном. — Вот теперь точно нихера себе! Это все новости? Или ты сейчас ещё скажешь что беременна от него? — Это все новости. — Как? Как это вообще возможно? Откуда он взял ребенка, почему он с тобой? Выкладывай. — Джинни оправилась от первоначального шока и вновь посмотрела на ребенка, зная кем он является. — Три месяца назад я случайно встретила Северуса в магазине. — девушки двинулись по аллее, погружаясь в увлекательную историю личной жизни Гермионы. — Мать Томми умерла при родах, а Северус остался один с ребенком. Я напросилась к нему… нянькой. — Тебя не смущает, что он Пожиратель смерти? — Он — шпион, а не Пожиратель. Сейчас я точно это знаю. А тогда я об этом даже не подумала. — Гермиона только сейчас осознала, что однажды она пошла за ним в логово Пожирателя смерти и даже не заметила этого. — Ну и как он тебе? Он же старше тебя в два раза. — Мне всегда нравились мужчины, а не мальчики. Мне скучно с ровесниками. А Северус — он умный, у него не тупое чувство юмора, он не злой, по крайней мере со мной. Он сильный, храбрый. Он очень хорош в постели. — Ты на него запала. — констатировала факт Джинни, смотря как подруга воодушевлённо рассказывает про своего любовника. — Неделю назад он сказал, что, кажется, любит меня. Он сказал это больше себе, чем мне, но я услышала. — Ахренеть! В тебя влюбился сам Северус Снейп. Девушки прекрасно провели день: они смеялись, обсуждали свою личную жизнь, строили планы на войну, играли с Томми и наслаждались общением друг с другом. — Я недавно виделась с мальчиками. Рон передал мне это. — Джинни достала из кармана золотой галлеон и отдала его Гермионе. — Это ваше средство связи, помнишь? Захочешь встретиться, он поможет. — Я совсем забыла про него. Спасибо! Вскоре девушкам пришлось попрощаться, и возможно надолго. Гермиона шла домой с золотым галлеоном в кармане. Теперь она могла постоянно быть на связи с Гарри и Роном.