Час ночи

Сейчас около часа ночи. Чан в студии. Чан делает музыку. Очередное прослушивание. Биты туда, биты сюда. Инструментал. В голове распределены партий. Голоса ребят должны ощущаться просто великолепно. Бан Чан выдыхает, когда музыка заканчивается. Снимает наушники, ведь уши уже болят от них. Глаза слипаются, руки ноют от недавней тренировки. На столе стоит пустая чашка, в которой ранее был кофе. Но ранее - понятие расплывчатое. Когда это было? Час, два назад? Или может день, два? Тяжело сказать, осознать ещё сложнее. Чан, кажется, устаëт сильнее чем обычно. Возможно потому что скоро камбэк, возможно, потому что он слишком загружает себя. Но это надо делать. Он лидер как-никак. Это его обязанность. Так надо. Ребята работаю не меньше. До ушей доносится стук в дверь. - Входите, - с непривычки голос хриплый и тихий, поэтому Чан повторяет ещё раз, громче. Дверь открывается. В ней появляется сначала блондинистые локоны, связанные в пучок, а потом уже и веснушчатое лицо. Яркая улыбка Феликса могла бы ослепить Чана, но лидер был бы даже не против. Его земляк всегда похож на солнце. Яркое, австралийское, горячее. Так и влюбиться можно, или обжечься, тут уже на свой выбор. Чан предпочëл влюбиться. Парень заинтересовал его сразу, как он заметил Феликса, а затем и услышал его глубокий голос. Лидер Стрэй Кидс был доволен таким участником, а Бан Кристофер Чан уплыл прямиком в объятия богатого юного мальчика. Все мемберы были родными, глубоко любимыми, но Ëнбок был более "своим" что-ли. - Ты почему не спишь? - ласково спрашивает Чан, пока Ликс подходит сзади и кладëт руки на широкие плечи. - Решил тебя проведать. Не одному же тебе страдать, - Ëнбок наклоняется, целует в нос, Чан морщиться, а затем улыбается, ведь его любимый начинает разминать его болящие плечи. Удовольствие накрывает ослабшее и уставшее тело, тихий стон вырывается из сухих губ. - Оу... Серьëзное заявление, - Крис смеëтся до тех пор, пока маленькие руки не жмут сильнее, делая ещё приятнее. Стон ещё громче, чем был. Судорожный выдох. - Мне надо работать. Сейчас не время расслабляться. - А по-моему - самое время, - Феликс обходит кресло, становясь лицом к своему лидеру, а затем опускается на колени. Его руки удобно устраиваются на бëдрах, начинают водить по открытой коже, натыкаясь на тонкие волоски. Крис в шортах, он любит такую одежду. - Нет, Ликси, - Чан кладëт свои руки на его, оказывая сопротивление, стараясь убрать. Но его коллега не сдаëтся, вырывается. - Да брось, расслабься. Ты знаешь, что я умею делать приятно, - ухмылка касается тонких губ и Бан Чан сдаëтся, пуская всë на самотëк. Феликс недолго борется с шортами и бельëм, а затем начинается магия недавно ухмылявшихся губ. Поцелуи, укусы, звуки, ловкие пальцы. Всë это может легко сделать из Чана беспорядок, беспринципное месиво, и ему это чертовски нравится. Вообще, Ликси тот ещё универсал. И сверху и снизу работает, как Бог, а ещё он безумно горяч и сооблазнителен. Его небольшой член всегда приятно держать на языке, а его стоны всегда уместны и в меру громки. В плане секса Ëнбок идеален. Готов на любые эксперименты, всегда аккуратен, но точен и уверен, это заставляет быстро возбуждаться и также быстро кончать. Стоны срываются с губ Чана, он расслабляется. Возбуждается всë сильнее. Но он устал, он засыпает. - Пойдëм на диван? - предлагает Феликс, до Криса не сразу доходит, но он кивает. Они перебираются на диван. Чана плавно укладывают на живот, слышно, как достают тюбик смазки, а потом открывают со щелчком, а затем холод на яицах. - Можно в тебя войти? Ты готов? Всë, что Чан может выдать, это лишь тихое: "мф". Но затем он берëт себя в руки и произносит чëткое: "да". Снова слышится возня сзади, пока чëрная толстовка греет и без того тëплую грудь. Но вот уже холод идет и на возбуждëнный член и на колечко мышц, из-за чего Крис вздрагивает. Первый палец входит хорошо, далее второй, третий. Это не слишком долго, минут пять - семь, хотя, не Чану в полудрëме об этом говорить. Но на одну фразу силы точно найдутся: - Кончи внутрь, пожалуйста, Ликси. - Уверен? - низкие частоты голоса ласкают слух. - Угу. Чужой член не заставляет себя долго ждать. Проникает медленно, плавно, хорошо, заполняет полностью. Чан любит это чувство, ему в принципе нравится подчиняться и принимать. Хотя, сколько людей смотрело на размер его члена, так все удивлялись, мол, как чувак с таким огромным резмером может быть снизу, на что Чан всегда отвечал, мол, легко и просто, или, хочу и буду. Глупые стереотипы о парнях с большими членами. Хотя Феликс много раз говорил, что хочет себе такой же, но чтож, у юноши просто проблемы с принятием себя. И вот, Ëнбок находит заветную точку, из-за чего Крис срывается на очень высокие и громкие стоны. Так он и кончит скоро, они это оба прекрасно понимают, поэтому Феликс ускоряется, но угол держит, так что Чан, скорее всего, закончит без рук. Так оно и случается. Крис кончает первым, изливаясь на кожаный диван, а Ликс ещё двигается, но не долго. Вскоре тоже кончает и укладывается на Чана, дыша ему в шею. - Я люблю тебя. В ответ только неразборчивое мычание, что, вероятно, означает: "Я тебя тоже". Ликси низко смеëтся, из-за чего в груди ещё теплее, затем поднимается, делая несколько ленивых толчков и выходит. Чан переворачивается на спину, замечая, что его коллега всë ещё в одежде, фыркает на такое неуважение. А Ëнбок тем временем устраивается у него на груди. Так они и засыпают. *** Чана будит стук в дверь и громкое: "Можно?" Чан не успевает ответить: "Нельзя!". В студию уже ворвался Хан Джисон, а лидер поспешил прикрыться толстовкой, жаль, что у Феликса такой спасительной одежды нет. - Ух, - Джисон отворачивается, закрывая глаза руками. - Я смотрю, вам тут нескучно. - Да пришëл тут один неспящий... - Я тоже неспящий. Можно и мне такое? Эти двое неосознанно перешли на шëпот, не желая будить Феликса. - Тебе пока такое не можно. Потом. Надо работать над песнями. Кстати, сколько времени? - Так это, шесть утра. - Мало. - Рано, точнее. - Это да. Надо перенести Ликси. Поможешь? - Конечно. Началась совместнся работа. Сначала Джисон переложил голову Ëнбока на диван, потом подал Чану бельë, а тот уже понëс спящего в комнату. - Иди и сам спать тогда, - советует Хан. С Хан Джисоном спорить - крайне плохая идея. Тут и унизят, и оскорбят, и на место поставят. Провальная затея. - Хорошо. - Проводить? - Да не надо. - Подожди. Дай поцелую. Сонни тянется к Чану и одаривает его глубоким, затяжным поцелуем, хотя второй ожидал просто чмок. Но так тоже неплохо. - Ладно, всë, иди, - Джисон похлопал Криса по плечам и отпустил. Ну чтож, Чана ожидает недолгий, но путь, до кровати.